83. На платформе 9 и 3/4

- Гарри!

- Мистер Поттер!

- Гарри Поттер!

- Поттер, ответьте на пару вопросов!

- Что вы думаете о...?

- Что случилось на Турнире?

- Вы убили Флёр Делакур, Мистер Поттер?

- Юный Поттер! Что вы можете сказать в свою защиту в деле...?

Гарри пробирался вслед за своим крёстным, не смотря ни на кого из репортёров, что пытались прорваться к нему с микрофонами и камерами через нанятых этим летом телохранителей. Мускулистые мужчины и женщина, что замыкала их процессию, вытягивали руки, перехватывая особо наглых, насылали чары и выставляли щиты, следили, чтобы никто не мог коснуться их юного господина. Сириус высоко держал голову, идя впереди всех, ничем не выдавая того, что за его спиной происходит какой-то бардак. Он улыбался знакомым аристократам и просто рабочим, с которыми виделся в Министерстве, и говорил. Говорил, говорил, говорил. Говорил обо всём, что приходило в его голову: истории о детстве, когда они так же приходили на платформу 9 и ¾ с Мародёрами, и их окружали дети, желая узнать о новых идеях или пакостях, которые они сотворили летом. Рассказывал о Джеймсе, чьи волосы после лета были особенно кучерявы, что вызывало смех на младших курсах. На старших – добавлял он попутно, не прекращая говорить и говорить – эти кудряшки делали его ещё более привлекательным, и все ведьмы завидовали Лили, в которую Поттер был влюблён с первого курса. Говорил он и о Регулусе, который всегда сторонился старшего брата, говорил о Римусе, смущённо прятавшегося за спиной Сириуса, если вдруг какая-нибудь красотка ему подмигнёт.

Сириус говорил обо всё и ни о чём, говорил столько, что Гарри устал бы слушать, если бы мог. Но он не устал, следуя за крёстным всё ближе к большому красному поезду, концентрируясь на Сириусе и не обращая никакого внимания на вспышки камер и сотни вопросов, слившихся в одну монотонную кучу звуков.

Журналисты стали преследовать его в тот момент, как закончился Турнир Трёх Волшебников. Сначала всё было контролируемо – он дал показания в Министерстве и основные вопросы были о том, что произошло на Турнире, как он сам справляется со всем этим и правда ли, что Тот, Кого Нельзя Называть, вернулся. Он не отвечал на вопросы журналистов, лишь в присутствии Сириуса дал короткое интервью Еженедельному вестнику. Однако прошло не больше трёх недель, когда ситуация резко изменилась, и вот уже сейчас его подозревали в убийстве Флёр. Сириус красочно ругался в доме на Гриммо, 12, говоря, что журналисты – стервятники, которым просто не о чём больше писать. А так как статьи с такими вымыслами шли в колонку сплетен, то и повлиять на это Сириус не мог – не умел, а когда разобрался, было уже поздно. Взрослые маги смотрели на них косо – Гарри заметил это, когда они закупались вещами в Хогвартс в косом переулке. Может ли быть, что он так назван, потому что на основателя переулка поглядывали так же, как на него сейчас?

Детям повсеместно запрещали с ним общаться. Не среди аристократов, нет, Драко продолжал ему писать, Нотт приходил по каминной связи каждые выходные, даже Рон отправлял своего старого филина с письмами, в которых жаловался на журналистов – мало того, что обсуждают, с кем встречается Виктор, так ещё и за Рона почти никто не голосовал! Потом он, кажется, смущался, так как после этого следовал длинный текст о том, что «мы, конечно, не встречаемся, журналюги это вобще придумали сам себе. Я тут ни при чём, вобще! Но всё равно, это мне предлагал он встречаться, можно за меня и больше голосовать. А так только семья написала – потому что Фред и Джордж всё разболтали и мои братья придурки!»

Гарри не расстраивала ситуация. Было больно, ведь он ни за что не стал бы убивать Флёр, но это чувство было где-то глубоко, и он не мог понять, что вызывало боль. Он просто хотел, чтобы от него отстали. Быть лицом практически каждого выпуска газет странно. Он не был звездой, как тётушки из журналов тёти Петунии, и не был политиком, как мистер Том Реддл – так он прозвал настоящего Тёмного Лорда. Это было уже неудобно, ведь он и без того путался между Томом, Марволо и мистером Реддлом.

Однако сегодня его не волновало ничто из этого. Потому что всё закончится. Журналисты прекратят донимать его. Взрослые прекратят шептаться. Теодору не придётся пачкаться сажей, чтобы они виделись, а Драко будет в Британии и они смогут увидеться – до этого он с матерью был во Франции, так как в стране было неспокойно.

Он будет всё так же получать письма от Виктора, скорее всего не чаще раза в несколько недель, и поддерживающие конверты от Седрика, с кучей смайликов и вырезанных из разных журналов анекдотов.

Он встретится с Луной, которая отправляла ему белоснежную сову с разными украшениями из пробок, пуговок и цветочков. Сможет свободно полетать в Тайной Комнате или даже на квиддичном поле.

Всё будет хорошо. Будет так, как было раньше.

Потому что он едет в Хогвартс.

***

- Драко! Эй, подожди, Драко! Уф, ты что, не слышишь меня?

Среди шума десятков детей до Драко не сразу донёсся голос Гермионы, которая с явным раздражением и недовольством на лице пробиралась через толпы журналистов, стекающихся в сторону Гарри. Сам Драко тоже сначала направлялся к другу, но был быстро оттеснён толпой журналистов, потому спешил ко входу в поезд, в котором точно нашёл бы Гарри, заняв для них купе.

Волосы Гермионы были неаккуратно собраны в низкий хвост, спрятанный под мантией – скорее всего от того, что они то и дело цеплялись за мётла, сов и просто других детей. Сама мантия была старой, прошлогодней, но чистой и выглаженной, идеально сохранившейся. За прошедшие два месяца каникул она совершенно не изменилась, особенно если сравнивать с другими девчонками, которые уже давно обрели округлые формы, красились маггловской косметикой и вели себя как глупые лесные фейри при встрече с хорошеньким лилипутом.

Драко позволил лёгкой улыбке мелькнуть на лице, пока вновь не нахмурился, отвернувшись, отводя взгляд, чувствуя себя неловко. Был один серьёзный разговор, который ждал их ещё с начала этих отношений. Однако если до этого Драко не мог осмелиться заговорить о таком, то сейчас понимал, что это необходимо: сама ситуация не позволяла продолжать этот спектакль.

- Гермиона! – голос прозвучал слишком высоко, почти пискляво, и он прокашлялся, прикрывая рот и краснея. Мерлин, почему это так сложно? Он ещё даже не начал! – Рад тебя видеть. Чудесно выглядишь.

- Спасибо. Ты тоже не плох, - останавливаясь напротив него, слегка улыбнулась Гермиона, кладя руку на бедро, пока старалась отдышаться. Она бежала за ним? Неужели Драко не слышал её так долго? Или она закричала только тогда, когда была уже около него? На самом деле сейчас, когда девушка была ближе, ему удалось рассмотреть девушку получше. Мантия впервые на его памяти была расстёгнута, открывая новый, коричневый светло-коричневый, почти медовый свитер и тёмно-коричневые брюки. Из-под круглого ворота выглядывала голубая рубашка и, Моргана извини, у неё и правда совершенно не было груди. На самом деле, Драко это не волновало, просто было как-то странно, ведь до этого он был уверен, что та есть у всех девушек. Но это могло так же просто казаться, ведь свитер не облегал.

- Знаешь, одежда больше подошла бы Уизли, - сказал он, почти не задумываясь. И тут же из-за спины, со стороны проходов на платформу, раздался голос другой знакомой девушки.

- О, ты имеешь что-то против Уизли?

Джинни гордо вздёрнула нос, скрестив руки на груди и выгибая бровь, смотря на Драко. Тот фыркнул, так же самодовольно улыбнувшись, качая головой.

- Что ты. Чтоб ты знала, я довольно близко знаком как минимум с парочкой Уизли. Конечно, не со всеми, но с кем успел лично повстречаться, в тех не разочаровался, - говорит он, и фыркает, когда рыжеволосая бестия, что краснела и заикалась весь прошлый год, фыркнула и засмеялась, прикрывая рот кулаком.

- Привет, Джинни, - Из-за Драко выглянула Гермиона, тут же переходя на сторону девушки и давая «пять» в приветствии. – Извини, что не писала в последнее время. Читала учебники. Как прошёл твой день рождения?

- Да... - она отвела взгляд, тут же слегка опуская плечи, но после, покачав головой, вновь подняла взгляд. – Знаешь, не смогла принять наследия. Ритуал преображения, если это можно так назвать, даже не начался. Моё ядро оказалось недостаточно крепким для этого, так сказал док. Да и если бы оно было чуть более сильным, я бы умерла, а не приняла бы его, как братья. Предательница крови и всё такое, понимаешь?

Драко с сочувствием посмотрел на подругу, но та не выглядела унывающей. Принятие наследия было довольно тяжёлой частью четырнадцатого дня рождения, он всё ещё помнил, как плохо было ему самому год назад. Тем не менее, было стыдно, что он и сам забыл написать Джинни и спросить, как у неё дела. Он не мог писать ни одной из девочек почти всё лето – условия жизни во Франции, которая отказалась пропускать почту в Британию из-за неспокойного, предвоенного положения страны.

- Я думаю, нам нужно занять купе, пока они свободны. Тем более, я всё ещё хотела бы узнать, что ты имел ввиду, сказав, что одежда Герми больше подошла бы Уизли, - вырывая его из глупых мыслей, Джинни поправила сумку с одеждой на плече – остальные вещи скорее всего несли её братья – и поймала Драко за локоть, потащив его в сторону поезда, напролом распихивая старшекурсников и журналистов, которые возмущённо на них ругались. Кажется, они попали на пару фото, разрушив им «хорошие кадры мистера Поттера». Так им и надо, за это Драко точно не жалеет.

Гермиона шла прямо за ними, где-то по пути найдя Рона с двумя чемоданами – вот и остальные вещи Джинни – и позвав его за ними. Гриффиндорец не сопротивлялся, лишь слегка фыркая с положения Драко, зажатого между девушками.

- Итак, объясняй, - заняв первое же попавшееся свободное купе, приказала Джинни, вновь поражая блондина тем, как изменилось её поведение. Хотя, конечно, она и до этого была не сахарной девочкой, но такой храброй...

- Не имел ввиду ничего плохого ни для тебя, ни для Гермионы. Вы обе прекрасно выглядите, леди, - вызвав чайные смешки Рона, Драко вздохнул, недовольно пихнув соседа по дивану в бок. – Ладно, ладно, понял! Просто Гермиона обычно ходит в школьной форме, брюках и рубашках, а мантия закрыта. А вот вы всей семьёй носите кофты и свитера на пару размеров больше, да ещё и цвета не всегда подходят для школьной формы. Это всё, что я имел ввиду, - он пожал плечами, недовольно скосив взгляд на всё ещё ржущего Рона, который, кажется, и не планировал затыкаться. И что такого смешного в слове «леди»?

- Тут свободно? – открылась дверь, и к ним заглянул Нотт. Он осмотрел компанию, после чего вздохнул, но решил не уходить и прошёл, садясь с другой стороны от Драко. Место, которое было оставлено для Гарри, и, конечно же, Теодор не собирался этого допускать. Скользкий мудак. – Приятно видеть, что вы все здесь.

- Ну конечно, - фыркнул под нос Драко, а после, осознав его слова, непонимающе взглянул на Нотта. – Погоди, что ты имеешь ввиду?

- Именно то, что сказал. После того, что произошло в прошлом году, многих могли перевести на домашнее обучение. На самом деле, скорее всего многих в этом году не будет в школе. Особенно после того, как все эти журналисты сообщат, что Гарри вернулся на пятый курс.

- Как Гарри связан с домашним обучением? – опираясь на столик между койками, Рон с любопытством посмотрел на Теодора. Тот сначала выглядел так, словно отвечать не собирается, но после вздохнул, покачав головой и потирая переносицу.

- Напрямую, Уизли. Он же «убил Флёр Делакур» и «двинулся головой после запретного заклятия», - он звучал достаточно язвительно, говоря это, но Драко не был уверен, в каком плане была язвительность, и потому подозрительно прищурился, на периферии замечая, что девочки и Рон напряглись так же.

- Но ты же не думаешь, что он серьёзно...? – Драко не стал продолжать, лишь хмуро наблюдая за Ноттом, пока магия сливалась к его ладоням от злости. Однако Нотт только высокомерно, презрительно посмотрел на него, глаза загорелись красным – не гипноз, лишь явный признак того, какие яркие эмоции он испытывал, пусть они и близко не были положительными.

- Конечно, нет! Те, кто так думают, и вовсе дураки! Обвинять Гарри в этом – гнусно и недостойно. Хотя что я говорю? Уж если ты вобьёшь себе что-то в голову, то можно даже не пытаться тебя переубедить, - он охладел к разговору так же быстро, как вспылил в нём, и после этого продолжил смотреть в сторону входа в купе, скрестив руки на груди. Драко понадобилось всего мгновение, чтобы понять, в чём его обвинил Нотт, и он тут же вскочил, схватив нага за рубашку и хорошенько встряхнув.

- Что ты такое говоришь?! – закричал он, ощущая, как магия кипит в его руках. Прожигая чужую рубашку под холодным ответным взглядом Теодора. – Я бы никогда не обвинил в этом Гарри! Ты просто наглый, заносчивый..!

Прежде, чем он успел продолжить, дверь открылась, и в проходе замер ни кто иной, как Гарри Поттер. Его глаза удивлённо раскрылись, а брови сошлись в непонимании, когда насыщенные зелёные глаза смотрели то на одного, то на другого. Сила сразу покинула руки Драко, и Теодор отцепил его от себя, вставая, заставляя оступиться и упасть на противоположное сидение. Нотт поправил рубашку, запахнул мантию, закрывая дыру, и повернулся к Гарри. На губах появилась отвратительная на взгляд Драко улыбка, и Теодор отодвинулся, пропуская Гарри в купе на прошлое место Драко, закрывая за ним дверь и садясь рядом.

На мгновение повисла тишина. Брови Гарри разошлись, лоб разгладился, а руки опустились на колени, откуда одну сразу украл Теодор, переплетая их пальцы, в этот момент не отрывая говорящего взгляда от Драко.

- Привет, - крякнув-кашлянув, нарушая неловкую атмосферу, Рон почесал затылок, переводя растерянный взгляд с одного слизеринца на другого. Он даже среагировать не успел, так быстро это всё началось и закончилось. – То есть, да, привет, дружище! Твой крёстный ещё где-то здесь? Он такой крутой, я видел, как он шёл перед целой кучей журналюг! Представляешь, что они написали недавно в газете? Что у Виктора--

Он продолжил говорить, размахивая руками и возмущаясь, и скоро к нему присоединилась сестра, а после – и Гермиона, возмущённо ворчащая, что это глупости какие-то и они не имеют права влезать в чужую личную жизнь.

Поезд тронулся с места, платформа 9 и ¾ исчезла из их поля зрения, появлялись поля, за которыми вот уже которую весну подряд ухаживают феи, машущие детям с грядок.

До конца поездки слизеринцы так и не сказали ни слова.

------------------------------------------------

Вышла, конечно, поздно, но это потому, что я только сейчас вернулась с работы

У МЕНЯ К ВАМ ТАКОООООЙ ВОПРОС!!! ОЧЕНЬ НУЖНЫ ВАШИ ОТВЕТЫ, ДАЛЬНЕЙШИЙ СЮЖЕТ БУДЕТ ИДТИ ОЧЕНЬ СПЕЦИФИЧНО

1. Как вы относитесь к трансам?

2. Что вы думаете о втором запутанном любовном сюжетике, который по факту не совсем любовный, но теоретически любовный?