51. По течению

Гулкие, звонкие шаги отражались от стен Большого зала. Стояла напряжённая тишина, казалось, не меньше половины свеч потухли над их головами. Постукивало дерево о каменный пол, щёлкал каблук армейского сапога. Стук-стук, стук-стук. Большой, выпученный глаз безостановочно крутился в деревянной оправе, заставляя магглокровок-первогодок пищать, жмуриться и кутаться в мантии, в попытках скрыться от вездесущего взгляда.

Нотт слегка пододвинулся к Гарри, сжимая его тонкую, кажущуюся прозрачной ладонь. С другой стороны Малфой непреднамеренно повторяет его действия, подозрительно щурясь, следя за передвижением их нового профессора по Защите. Отец предупреждал его, что это будет кто-то из Аврората, но в последнюю неделю посматривал на сына задумчиво, а на вопросы, кого всё же наняли, отмалчивался, дёргая головой и хмурясь, словно в раздражении. Драко совсем не желал тревожить своего родителя, однако теперь жалел, что не узнал всего заранее. Он мог бы подготовиться, хотя бы морально.

Мужчина казался ему подозрительным. Очень подозрительным. Однако Драко не смел высказываться. Каждый шёпот сейчас был отлично слышен всем в Зале.

Аластор Грюм пришёл поздно. Первогодки уже были распределены, на Слизерине добавилось всего семеро учеников, и это было самое меньшее, на что они могли рассчитывать.

- Кхм, рад представить вам Профессора Грюма. В этом году он будет преподавать у вас Защиту от Тёмных Искусств, - прокашлявшись и натянув возможно даже искреннюю улыбку, объявил Дамблдор. Сразу поднялся гвал. Шёпотом и в полный голос, громко и тихо, с возмущением или непониманием дети спрашивали, что же случилось с их прошлым профессором. Люпин быстро полюбился ученикам всех курсов, и не только за то, что он был превосходным учителем, но и за то, что не делал разницы между слизеринцами и гриффиндорцами, когтевранцами и пуффендуйцами. Он учил одинаково хорошо первые и седьмые курсы, смог подготовить детей как к СОВ, так и к ЖАБА. И дети явно были не рады тому, что этого прекрасного человека заменили на какого-то непонятного мужчину, старика, аврора. Тем, кто постарше, казалось это просто неразумным. Грюм может знать сотни заклятий и быть искусным воином, но в то же время оказаться ужасным учителем. Чем же думал Дамблдор, что нанял в профессора такого человека?

Грюм презрительно осматривает профессорский стол, отпивает что-то из своей фляжки, после чего садится недалеко от директора, отказываясь брать слово, и Дамблдор не нашёл выхода лучше, чем отпустить учеников в их гостиные, приговаривая о том, какой долгий путь они проделали от вокзала и что в таком юном возрасте лучше побольше спать. Тео не был точно уверен, но ему показалось, что так же Дамблдор сказал, что и сам будет рад поспать завтра до обеда, и это вполне могло быть правдой. Воскресенье, выпавшее на второе сентября, располагало к лени и последним минутам отдыха.

Осмотревшись, Тео взял Гарри за руку, осторожно обхватывая тонкие пальцы, и повёл в сторону коридора в подземелья. Одна из старост уже собрала первогодок, но второй уже успел шепнуть всем новый пароль, так что он не боялся остаться на ночь в коридоре.

Гарри послушно встал следом, не споря, когда Теодор забрал у него сумку, в которой он хранил мелочи. Разве что проследил за ней взглядом, но знал, что Нотт не заберёт его Тома. Том сам не позволит такому случиться.

Драко смотрит со злостью, едва ли не завистью, сводя брови к переносице, но встаёт, упрямо становясь со второго бока от Гарри, и замечает тонкую улыбку, когда его пальцы переплетаются с пальцами Потти. Тот явно не против, чего не сказать о Нотте, недовольно поджавшем губы, но ничего не сказавшем, поведя однокурсников вперёд. Он считал, что это несправедливо: Гарри куда больше симпатизировал парню, который сломал ему руку, а после едва ли не игнорировал сам факт его существования, гуляя с гриффиндорцами, которые неизвестно как привлекли его внимание к себе. Но он готов был это потерпеть. Он знал, кто такой Драко Люциус Малфой, и был уверен, что он совершенно не изменился. Так что немного времени, терпения, и уже после этого Гарри Поттер перестанет так верно ходить за наследным эльфом рода Малфой. Да, он будет всё так же верен - к сожалению, он Поттер, и этого не изменить - но вот точно так же стать ценным для него Теодор сможет. Он этогоискренне желал, как бы странно это не было. Он был нагом, возможно, что это просто сущность бунтует, но Нотт вовсе не был против подобного.

«Северное сияние» открыло им проход в гостиную, где все уже собирались. Уголок для четверокурсников, который ещё год назад был для третьекурсников, был освещён мягким огнём камина, и Нотт пропустил Поттера в мягкое кресло. Драко усмехнулся этому, садясь на один из подлокотников, но Тео не остался в стороне, так же занимая второй. На них лишь мельком посмотрели, но без какого-либо удивления.

Уже через пару минут пришёл Северус, осматривая новых детей. У них появились мальчики-братья, девушка с копной черных вьющихся волос, её полная противоположность, чьи волосы были похожи своей белизной на белый шёлк Малфоев, и ещё два парня, которые, казалось, не очень радовались тому, на какой факультет попали.

Однако речь зельевара, кажется, воодушевила детей, а после Снейп осмотрел всех собравшихся

- Завтра вы все будете проходить обследование. Расписание я уже выдал старосте, вы сможете ознакомиться с ним завтра утром на доске около входа, - сообщил он, после чего, пожелав доброго вечера, покинул гостиную.

Панси недовольно фыркнула.

- Пусть мне и нравится эта задумка с осмотром, но из-за неё завтра придётся вставать пораньше. Я хотела отдохнуть хотя бы до десяти, но уже в десять очередь на обследование у нашего курса, - сообщила она, получив лишь снисходительную улыбку Астории, которая потянула подругу в сторону спален для девочек.

Драко был с ней в какой-то мере согласен, но в то же время, вспоминая первые курсы, он ненамеренно натыкается взглядом на Гарри, и в тот же момент его мысли о сне уходят. Лучше быть уверенным в том, что все здоровы, а отоспаться они ещё успеют.

Вещи уже находились в их комнате, и все они разошлись по кроватям. Гарри достал из сумки дневник, кладя его на тумбочку, после чего убрал сумку и переоделся в пижаму.

Так вышло, что Томы не могли разговаривать с ним в доме Сириуса - тот установил на дом новую защиту, и магии Гарри, которой они все подпитываются, ещё не хватает, чтобы преодолеть это поле.

Стоило балдахину кровати захлопнуться, как на его кровати растянулся Том, довольно потягиваясь и шипя что-то столь тихо, что не разобрать даже его собратьям, которые появились лишь немногим позднее. Мистер Реддл что-то фыркнул, а Марволо, пихнув Тома в бок, едва не свалив того с кровати, устроился удобно на его подушках.

- Меня раздражает то, что мы не можем придти в Блэк-Хаус, - проворчал Том. С ним Гарри ещё мог полноценно общаться летом, но совершенно не делал этого, слишком занятый принятием наследия, а до этого - изучением всего и вся, что только можно. Это страшно раздражало, задевало его самолюбие и уверенность в том, что он-то более универсальный, чем его братья.

- Думаю, в этом есть наша вина, - мистер Реддл устроился на прикроватной тумбочке, осматривая Гарри, который вольно позволял крутить себя из стороны в сторону, чтобы ознакомиться со всеми его изменениями. - Блэк знал о нашем существовании и мог специально поставить блок. Всё же тёмный ритуал ради Гарри он провёл, так что же мешает ему сделать нечто менее запретное?

Его пальцы прошлись за ухом Поттера, слегка оттягивая раковину, рассматривая роспись рун, слегка отливающих розово-лиловым цветом на бледной коже. Если раньше это было похоже на татуировку, то теперь скорее был рисунок, как голубая роспись на фарфоровой посуде.

- Всего-то один раз не дали ему забрать Гарри, - Марволо фыркнул, услышав недовольство в голосе Тома, и саркастично добавил:

- Ну да, всего-то наставили на него палочки, не позволяя ему увести Гарри из смертельно-опасной школы.

- Вот именно!

Оба старших Реддла устало вздохнули, после чего, переглянувшись, исчезли, возвращаясь в свои хранилища. Том же так быстро покидать мир не желал, потому только пододвинулся, утягивая Гарри на кровать и укрывая его.

- Спи уже. Я ещё немного тут побуду, хоть твои учебники полистаю, - проворчал он, потянувшись к сумке Поттера и достав учебник по чарам.

***

Громко зевая, одёрнув полог кровати, Драко, так и не разлепив глаза, зашагал в сторону ванной комнаты, как, зацепившись за что-то холодное и довольно большое, упал, попутно ударяясь локтем о стоящий рядом стол. Глаза сами собой разлепились, и он перевёл взгляд на причину своего падения. Брови вскинулись вверх, а рот, открытый было в возмущении, тут же захлопнулся. Под ногами был длинный, уменьшающийся ближе к концу хвост, покрытый нежно-серой чешуёй. Проследив глазами за его направлением, Драко подошёл к кровати Нотта, отдёрнув балдахин и уже с меньшим удивлением видя ещё не проснувшегося нага. Так как тот ещё не научился контролировать превращение во сне, Нотт уже второй месяц спит в одной рубашке. Та задралась, и потому легко было заметить отдельные чешуйки на его животе и по бокам, да и на ладонях была определённая часть.

Решив не будить этого лентяя, Малфой вновь перевёл взгляд на его хвост, который был по меньшей мере метров пять в длину. Конечно, это можно легко узнать и из учебников, но знать и видеть - разные вещи. У взрослых особей нагов хвосты могут достигать просто невозможных размеров - от десяти до двадцати пяти метров.

Драко всего передёрнуло, стоило ему только подумать о будущей внешности соседа по комнате, и, стараясь как можно осторожней перешагивать его хвост, он отправился к ванной, после чего и к кровати Гарри. Стараясь не сильно шуметь, он отдёрнул полог. Скоро должен был настать завтрак, после которого Драко хотел погулять со своим другом. Не помешало бы ещё извиниться за прошлый год, но он не был уверен, что найдёт в себе силы на это.

- Потти? Ты опять читал всю ночь? – Он заворчал, только заметив обложку учебника по Защите, и, убрав книгу на тумбочку, осторожно стал будить парня. Даже мысли о том, чтобы дать ему немного поспать, не появилось – думать о чём-то таком было ещё рановато для него, пусть эльф и старался вести себя взрослее, чем он есть.

Гарри открыл глаза довольно скоро, потирая их и непонимающе посмотрев на Драко. Мгновением позже, поняв, кто перед ним, он сел. Драко больших трудов далось не засмеяться, увидев довольно тёплую ночную кофту с изображением оленя. Значения этого животного для семьи Поттеров было ему неизвестно, и от того становилось ещё смешнее, но он всё-таки сдержался.

- Как насчёт пикника? Можно взять с завтрака что-нибудь, или сходить на кухню. Недалеко от озера есть прекрасное место, - предложил блондин, на ходу придумывая, что за место им можно занять. В прошлый раз с точно такого же пикника Гарри ушёл, проведя день в компании крёстного, а после...

Собственно, не стоит об этом много думать, не так ли? Это прошло, и сейчас стоит заглаживать вину, а не возвращаться к самобичеванию. А то Драко ощущает себя какой-то свиньёй.

- Можно, - Гарри слегка улыбается, поднимаясь с кровати. Он был одет очень тепло – что пижамные штаны, что носки, они были словно шерстяные, да и вчера (как Драко этого не заметил?) его мантия была значительно теплее, чем обычная учебная. Можно было предположить, что это как-то связано с его наследием, но Драко искренне не знает, кто из сущностей может так сильно опасаться просто замёрзнуть. Нет, есть конечно в африканской культуре демоны, которых можно победить, заморозив, но Гарри уж точно не один из таких.

Гарри быстро привёл себя в порядок, едва не рассмешив Драко уже своей причёской – изрядно отросшую чёлку, что, как и все остальные волосы, стояла гнездом на голове, он зацепил резинкой прям на голове, чтобы та не лезла в глаза.

Тихий смешок таки вырвался, когда, поднимаясь по лестнице, Потти стал сдувать таки-попавшую в глаз прядь, а после, закинув её назад, затянул хвостик покрепче. Взять что-нибудь на пикник решили в большом зале. Зачарованные кубки с тыквенным соком поставили в безразмерную сумку, после чего туда же отправился в специальной упаковке пирог с патокой и несколько кусочков курицы.

Тем не менее, вырваться к озеру они смогли. Гермиона и Джинни, заспанные и чем-то уже недовольные, поздоровались около входа в Большой Зал, после чего потопали к столу львоф. Как и ожидалось, магия не стала награждать Гермиону какой-либо силой, и та осталась всё такой же неприметной, но умной девочкой. Гарри смотрел на обеих равнодушно, словно его вовсе не волновали подруги Драко, и Малфой посчитал это хорошим знаком, хотя не был в этом так уж уверен. Он не мог заглянуть в мысли друга, однако очень бы этого хотел. Всё же Гарри был ему важен.

Однако уже около дерева Драко понял, что благополучно забыл про плед. Стыдно стало настолько, что покраснели даже уши, и, стараясь не показать того, что что-то не так, он поднял камень, трансфигурируя его в довольно тёплый плед. Делая вид, что так всё и планировалось, он присел на своё место, ставя корзинку ровно посередине, и Гарри, не зная, что ещё делать, занял место рядом.

Если говорить без утайки, его и радовала, и волновала вся ситуация. Драко не особо общался с ним после их ссоры, даже, казалось, избегал его, но сейчас... Сейчас, кажется, всё было хорошо. Более-менее хорошо. Это было так странно, но одновременно так... правильно. Всё происходящее было правильно.

- Кхм, сначала стоит перекусить чем-то обычным, - вынимая из сумки сложенную туда курицу и раскладывая её по тарелкам, которые выдали им эльфы, сказал Драко.

И... день выдался чудесным. Сонный Нотт присоеденился к ним буквально через час, после чего втроём они направились к Помфри, которая проверяла слизеринцев и заодно заносила в карточки противопоказания по определённым наследиям. Так для Панси она запретила всё мятное, в особенности кошачью мяту, а Нотту прописала есть побольше мяса. А уж эльфы, работающие в Хогвартсе, проследят за тем, чтобы около него на столе было всё необходимое. Драко каких-либо показаний не получил, а Гарри женщина что-то шутливо прошептала, когда проверяла грудную клетку. Драко даже со своим улучшенным слухом не мог точно понять, что именно, уловив только обрывки слов, как «что, уже замёрз?» и «опускай уже, я вижу, что всё хорошо», после чего Гарри поправил свой свитер и закрыл мантию.

- Гарри, фонарики, - улыбаясь и смотря прямо в глаза одноклассника, с тошнотворной, как казалось Малфою, нежностью произнёс Нотт. Гарри сначала непонимающе посмотрел на него — всё ещё было довольно непривычно слышать не от Сириуса, а от Теодора — а после зажмурился, и только тогда Драко заметил, что глаза его светились всё это время. От понимания этого Драко всего передёрнуло, но он постарался не подавать виду. Было непривычно находиться рядом с человеком, который может не просто взаимодействовать с магией, но и видеть её. И это ещё Гарри при нём не совершал чего-то... чудного. Артефакторы среди магов не редкость, но наследием это стало только в нескольких семьях. И пусть это восхищало, но в то же время это не редко пугало людей. Почему?

Драко отбросил эти мысли, подходя к Гарри и обхватывая его руку, ведя за собой из мет-блока.

Артефакторы могут связать вашу магию. Они едва ли не всемогущи.

***

Неясное предчувствие чего-то нехорошего появилось у Теодора уже в коридоре, когда они с Драко и Гарри — безумно красивым, замёрзшим во время осмотра Гарри — спускались в подземелья. Сначала это было простое шушуканье, однако вот уже через каких-то два лесничных проёма к ним подошли несколько третьекурсниц, прося у Гарри автограф и, получив таковой, громко пища. Самая храбрая из них, которая самой первой двинулась в сторону Слизеринцев, залилась краской по самый кончик носа, сбежав со своим автографом так быстро, как не летают многие мётлы.

Потом к ним подошли девушки постарше, с когтеврана. Одна, казавшаяся довольно спокойной, с рыжеватой кожей и двумя крепкими косичками на голове, предложила Гарри помощь с занятиями, если тому будет что-то непонятно. Это было совсем глупо, ведь все знали, что у Гарри всё просто прекрасно с уроками. Однако это вовсе не мешало людям желать помочь ему, и Тео не мог им в этом помешать.

Следующими оказались парни уже с их факультета. И это не было бы чем-то столь удивительным, если бы не тот факт, что они хотели рассказать о нескольких тайных разговорах, которые даже могли бы им показать. Говоря «им» оба слизеринца явно имели ввиду только Гарри, однако тот редко ходит без Драко, а теперь и Нотт от него так просто не отойдёт.

Ситуацию, в конце концов, прояснила Лаванда Браун. Схватив Гарри за запястье в коридоре, вырывая его и у Драко, и у Тео, она своим громким голоском, призванным скорее читать заговоры, ведь вся её сущность в прямом смысле создана из сплетен и переворотов, залепетала несносную ерунду.

- О, Гарри! Теперь, когда все точно знают, что ты не только Мальчик, Который одолел Того-Кого-Нельзя-Называть, но и сильный чистокровный волшебник, мы наконец-то можем быть вместе! Больше моя тётушка не сможет помешать нам с тобой! Ах, Гарри, я так рада, что...

- Что ты творишь? - первым в себя пришёл Драко, вокруг рук которого стал постепенно искажаться воздух. Его брови сошлись на переносице, а беспокойство за друга стало дополнительным стимулом к действиям. Не успела Лаванда ещё и слова сказать, как её отшвырнуло в сторону от Поттера, а самого парня загородили собой Малфой и Нотт. Неважно, что за бред несла эта девчонка, главное — чтобы их друг не воспринял это как приказ, как факт или неизбежное настоящее. Они не позволят этой канарейке повязать того, кто дорог им.

Браун не сразу поняла, что происходит, а после недовольно фыркнула.

- Ну это же очевидно! Вы видите вообще, какой он краивый?! Я к нему сватаюсь!

И в тот момент всё в головах юношей встало на свои места.

Ведь Гарри смертельно красив.