70. Свидание

Теодор сразу заметил, что они отдаляются друг от друга. Не столько физически, сколько... Он не знал подходящего слова, честно говоря, он просто видел это. После того, как он, чувствуя неясную волну ревности, назвал план Драко с жаброслями глупым, его парень, его Гарри, стал проводить тренировки с Малфоем. Они не скрывали их, а Теодор был слишком горд, чтобы присоединиться к ним, и в то же время не мог запретить Гарри продолжать это, ведь, когда ознакомился с настоящими свойствами этих трав, понял, что они - идеальный вариант для испытания в воде. Всё ещё необходимо было решить, что делать с замерзающими конечностями Гарри, но Теодор уже работал над этим вопросом. Он днями напролёт, в компании пары когтевранцев и заучки Грейнджер, которые вызвались добровольцами, штурмовал библиотеку в поисках необходимого им заклинания, однако ничего, абсолютно ничего из предлогаемого им не подходило. Совершенно ничего! Как будто и нет такого заклинания, которое грело бы вас в воде!

А в это время Драко и Гарри тренировались с другими чемпионами, гуляли, обсуждали всякие планы и плавали уже в Тайной комнате, испытывая, меняется ли эффект жаброслей в зависимости от условий. Конечно же, Малфой решил, что лучше узнать по своему опыту, а не прочесть в книгах.

Так или иначе, это отдаление безумно не нравилось Теодору, и, проглатывая свою гордость, он решил взять это в свои руки и наладить их общение. И так удачно совпало, что совсем скоро они собирались в Хогсмид. Только услышав это, Тео, опережая открывшего уже рот Малфоя, предложил Гарри погулять по Хогсмиду вдвоём. А когда Малфой попытался навязать свою кандидатуру, безусловно лишнюю в плане Нотта, наг ясно намекнул на одну гриффиндорку, которой Драко должен уделять это внимание, а не тратить своё время на них.

Теодор мог сказать, просто взглянув на Малфоя, что у них в отношениях с Грейнджер тоже есть непонятная пока Нотту проблема. И она исходила не от Гермионы, а от самого Драко, так что, не желая об этом думать, Нотт сбросил всё на воспитание и противоречия Малфоя в том, что он встречается с грязнокровкой.

Так или иначе, теперь они с Гарри собирались на прогулку. Тёплые гольфы, доходящие до колен, и двухслойные штаны довольно забавно смотрелись в начале декабря, особенно на тонком Гарри, но и сам Нотт был не особо лучше, по природе своей не особо хорошо перенося холод, потому контролируя, чтобы они оба были хорошо одеты. Включая чёрные кожаные перчатки, которые он передал Гарри, когда наложил на них дополнительные утепляющий заклинания. Шапки и шарфы, выданные им Хогвартсом, были не самого лучшего качества - не плохо для осени, но точно не для зимы - потому Теодор заранее заказал им хорошие зимние комплекты у мадам Малкин, взяв обычные белые цвета, не желая приобретать зелёно-серебрянную расцветку их факультета.

- Было бы хорошо, надень кто-нибудь на Дамблдора эти шапки зимой. Взрослые иногда забывают, что наши согревающие заклинания не такие сильные, как их, - проворчал Теодор, когда поправлял кудри Гарри, заправляя их в шапку, и укутывал его в шарф, после чего помог надеть пальто. Это не было зимней мантией, скорее какая-то маггловская одежда, которую прислал недавно Сириус, но, как проверил Теодор, пальто было куда теплее его собственной зимней одежды, потому он написал письмо домой, и ждал, что в ближайшее время получит нечто похожее на это пальто. - Ты можешь дышать? Нигде не давит?

- Могу, не давит, - из-под шарфа было почти невозможно услышать шёпот Гарри, и Тео уже понимал, что это будет проблемой на улице, проклиная Малфоя с его острым слухом, но ничего не сказал, зная, что Гарри с этим ничего не сможет сделать.

- Хорошо. Подожди минутку, - попросил он, отодвигаясь и натягивая на себя последние вещи, после чего перекинул через плечо сумку и кивнул. - Теперь можем идти. Ты ничего не забыл?

- Нет.

Тео кивнул, принимая у Гарри безграничный мешочек, который сложил к себе в сумку, и после взял его за руку. На улице придётся отпустить, если он не хочет замёрзнуть.

Около выхода собравшихся в Хогсмид детей уже ждал профессор МакГонагалл, которая должна было отвести их в Хогсмид на этой неделе. Пересчитав всех, женщина строго кивнула и повела учеников по покрытой тонким слоем снега дорожке к деревне, по пути поправляя правила, которые не меняются из года в год и даже включают в себя нечто вроде «Не берите ничего из рук незнакомцев». Теодор в какой-то мере понимал, что это скорее напоминание более молодым ученикам, которые ходили в Хогсмид первый год, но слушать одно и то же каждый раз было практически утомительно.

В планах Тео было отвести Гарри в «Три метлы», однако быстро стало понятно, что сейчас почти все идут набить свой живот сливочным пивом и кусочком пирога. Именно поэтому он решил, что стоит сначала пойти по магазинам, которые будут переполнены следующими.

- Что думаешь о «Сладком Королевстве»? - спросил он, повернувшись к Гарри, но тот только промычал. Глаза за тонкими очками едва приглядывались через шарф, шапку и капюшон, надетый Теодором на Гарри ранее. Ветер здесь оказался куда холоднее, чем он ожидал.

Вздохнув, вспоминая открытые ответы Гарри в сторону Драко, Тео ухватился за его локоть, чтобы они не разошлись где-нибудь, и повёл Гарри в сторону Сладкого Королевства.

Это место, наверное, можно было бы назвать отправной точкой ссор Драко и Гарри. Хотя это и не совсем так, но разругались впервые эти двое именно когда Гарри пытался подарить Драко сладости из этого чудного магазина. За это время обстановка не сильно изменилась - некоторые конфеты поменялись, некоторые появились, несколько убрали с продажи. Самыми популярными конфетами были, безусловно, кислые.

Теодор хотел собрать здесь подарок для Гарри, однако из-за того, что Поттер не особо разговаривал, Нотту приходилось внимательно наблюдать за тем, на что и как реагирует его парень. Владелец лавочки разрешал пробовать сладости тем, кто точно собирался что-то купить, и Тео подавал то, что казалось ему красивым или вкусным - или во вкусе чего он был уверен - Гарри, который послушно пробовал каждую вещь. Его брови едва заметно поморщился от вкуса мармеладных лягушек, но глаза заблестели от кислого мармелада и отдающего горчинкой зефира. И то, и другое Тео собрал - мармелад, длинный и сверкающий, был в пищевой бумаге, а зевир в голубом пакетике, и всё это в большом фирменном пакете магазина. Так же Гарри, кажется, заинтересовали чайные пакетики от газировки, да и Тео ни разу не пробовал это, потому вытянутый цилиндр-коробочка добавился к их покупке. Помимо этого какой-либо интерес у Гарри был только к сосательный конфеткам, потому Тео добавил несколько вещей уже на свой вкус, надеясь, что это понравится Гарри, когда он их попробует. К примеру шоколадные конфеты под названием «Не конфеты» были одними из любимых у Тео из-за разных, но всегда вкусных начинок: то это орешки, то какой-нибудь кокосовый наполнитель, то небольшие ягодки.

Продавец уже на кассе добавил им в пакет два леденца, которые должны были шипеть на языке, подмигивая и добродушно улыбаясь. После он сразу переключился на следующих покупателей, и Тео потянул Гарри к выходу, убедившись, что тот больше ничего не хочет. В лавке напротив он взял два стаканчика горячего шоколада, и они устроились на лавочке.

- Чем-то на мистера Оливандера похож, - Теодор слегка улыбнулся, смотря на лес недалеко отсюда. - Только помоложе.

- Мгм, - Гарри опустил шарф, отпивая из кружки и позволяя очкам запотеть.

- Но он довольно хороший, - ощущая непонятную ему самому неловкость, Тео продолжил эту глупую тему, но, получив очередное «Мгм», остановился.

Мимо пробежала худая, костлявая собака, догоняя куда более жирную, чёрную крысу, в зубах которой был кусок хлеба. Где-то вдалеке раздалось пение, неразборчивое и прерывающееся. Небо быстро темнело, но ветер, по крайней мере, затих.

Теодор вдруг понял, что Хогсмид - не такое уж хорошее место. Здесь мало людей, а работы, казалось, ещё меньше. Животные живут на улицах, сражаясь за каждую крошку еды, люди пьют и бомжуют. Так посмотреть иной раз - и не понятно, почему вообще директор позволил пускать сюда детей. Почему Министерство не озаботилось этим вопросом и не отстроило более безопасное, цивилизованное место. Почему они вообще находились здесь одни, когда любой бездомный мог попытаться напасть на них.

- Знаешь, - вздохнув, начал Теодор. - Ты мне сначала показался таким скучным. Я всю жизнь слушал рассказы взрослых о том, что Гарри Поттер - великий волшебник, он храбрый и сильный, умный и добрый, настоящий праведник, который не пройдёт мимо чужого несчастья.

Он ненадолго замолчал, мельком глянув на Гарри. Руки у того сжимали остывавший стаканчик шоколада, осадок напитка скапливался на дне. Немного двинувшись, тревожа согревшиеся в одном положении конечности, Тео вложил свой стаканчик в его руки, забирая себе пустой. Через пару минут Гарри поднял стакан, отпивая из него, и вновь опустил, смотря на коричневое дно стаканчика.

- Все мы ждали, что придёт сразу высокий и сильный, знающий тысячи заклятий маг, который ничуть не слабее Дамблдора, но добрее основателя Пуффендуя. Откуда у нас вообще были эти мысли? Родители в своих сказках всегда словно бы увеличивали твой возраст, несмотря на то, что мы, по факту, одногодки. Это было так странно - ждать настоящего рыцаря, а увидеть тебя. Думаю, я тогда был немного разочарован, - признал Теодор, вспоминая их первые годы в Хогвартсе, когда он даже не общался с Драко и Гарри, не считая редких вопросов о уроках и пустых бесед о прошедших каникулах. Он никогда не думал, что станет другом для Гарри или, тем более, Малфоя. Не то, чтобы ему не нравился Драко в то время, просто тот казался напыщенным придурком, которые не представляет из себя ничего, кроме глупой копии своего отца. - А потом начались эти глупые приключения, трёхголовый пёс, Квирелл. Я же изо всех сил старался с вами не бродить, и всё равно попадал в вашу глупую передрягу. Это было страшно. Я не представляю, как ты жил и учился, окружённый всем этим.

Он вздохнул, откидываясь на спинку скамейки. Небо начинало темнеть, им, наверное, стоило бы отправляться уже в Хогвартс.

- Я просто... Я не любил тебя. Мне не нравился лишний шум, который появлялся из-за всех ваших приключений. Я хотел быть в тишине, учиться и потом работать в Министерстве, может, возглавил бы бизнес семьи. А потом... Ну, потом Малфой и ты поругались... Мне это показалось таким странным! И ты всё ещё не был мне интересен! Но ты выглядел так, словно вот-вот рассыпишься, расколешься, как твоя рука, и... Ну, думаю, в каждом слизеринце есть что-то гриффиндорское, верно? Иначе бы наши факультеты не были так заинтересованы друг в друге.

Он тихо хохотнул, вертя в своих руках пустой стакан Гарри.

- А потом мы встретились, когда уже приняли наследия. Ты был... Ты был таким красивым! Думаю, в тот момент у меня в голове так и перемкнуло что-то! Я вернулся домой и подумал, что, может быть, это влюблённость, или что-то, что перерастёт во влюблённость... И ведь многие сейчас шепчутся, что я с тобой, потому что ты красивый и всё такое, но, знаешь ли, я думаю, что это не так! То есть, да, это имеет смысл, может, немного это из-за этого, но какая разница?

Теодор вообще не понимал, почему некоторые осуждали его за это. Конечно, как парень и как подросток, он был подвержен тому, что судил о людях по внешности! Но с Гарри он не из-за этого! Он аристократ, в конце концов, если бы ему была интересна одна внешность, он бы не опустился до того, чтобы завести отношения с этим человеком. Слизеринцы всегда ставили в первую очередь почёт семьи партнёра и то, что может дать тебе твой партнёр. И Тео сначала взвешал и осознал свои чувства, а только после этого сделал предложение! Да и все в четырнадцать становятся либо красивее, либо уродливее, тут виноваты гены и гормоны! Однако многие люди об этом забывают!

- И вот, мы с тобой встречаемся, и мне кажется, что что-то в этом не так. Что я делаю что-то не так. И я не хочу быть как Драко, я видел, что было, когда вы не стали говорить. Я думаю, нам следует обсудить, что не так по-твоему в моём поведении, и что это вызывает с моей стороны. Потому что сам я всё ещё не могу найти того, почему мне так кажется. Итак, Гарри... Что ты об этом думаешь?

Нотт повернулся к Гарри, который уже допил второй шоколад, послушно вставляя стакан в стакан, который подал Нотт, и поправляя перчатки и шарф. Волосы частично вылезли из его шапки, и Тео потянулся, поправляя их, дожидаясь ответа, готовый даже к короткому мычанию или нежеланию говорить. Или к «я не знаю», может, к «всё в порядке». Возможно, где-то глубоко в себе он надеялся на такой ответ. Он хотел, чтобы у них просто всё было в порядке.

- Ты странно действуешь, когда рядом Драко, - вместо этого ответил Гарри. Нотта почти поглотило отчаяние, когда разговор вернулся к этому блондину, но, возможно, именно поэтому то, что говорит Гарри, заслуживает особого внимания. - Ты говоришь не так, как обычно, и тащишь меня куда-нибудь от него. И не слушаешь, если он что-то говорит.

Жабросли. Да, скорее всего он говорит про то, что случилось с жаброслями. Честно, Тео и сам не понимал, что на него нашло, но раз даже Гарри заметил странности, значит, он должен постараться не повторять этого. Он был готов работать над этим.

- Хорошо. И... Если уж на то пошло, я думаю, стоит сказать тебе... - он задумался, стоит ли попытаться говорить помягче, ведь, как он заметил, Гарри всё ещё относится к Драко как-то особенно. - Мне не нравится Малфой. Совсем. Он пытается исправиться, по крайней мере, он говорит, что хочет исправиться, но я пока что не вижу, чтобы он что-то делал для этого. Поэтому, пожалуйста... Я не знаю. Не могу просить тебя меньше с ним общаться, но хочу, чтобы произошло именно это! Мне так стыдно за себя! Аркх, совсем не понимаю, что у меня в голове!

Теодор недовольно зарычал, протирая лоб и пытаясь сосредоточиться.

- Знаешь, что? Идём домой, я замёрз. Забудь, что я сказал про Малфоя, хорошо? Это мои проблемы, я сам должен с ними разобраться, - он встал, отбрасывая стаканчик в мусорную коробку около их лавочки, и повернулся к Гарри. Тот встал, слегка кивая, и протянул ему руку. Теодор замер, открыв рот, желая сказать ему, чтобы убрал руки в карман и не мёрз, но после передумал, приняв ладонь и ощущая, как стало легче. Может, Гарри не думал, что произведёт такого эффекта, а может, желал поддержать его, но не знал, как это сделать, однако этот жест значил достаточно для Тео, и он чувствовал, что не один в их отношениях.

Уже совсем стемнело, когда они вернулись в Хогвартс, и в Большом Зале их ждал сюрприз в виде огромной ёлки, которая появлялась каждую зиму. Запах Рождества начинал проникать в Хогвартс, пока младшеклассники бегали около Флитвика, помогая ему украшать зал, в особенности желая что-нибудь повесить на игольчатые ветки.

- О, вы уже вернулись? Хотите что-нибудь украсить? - Седрик летал около вышки ели, замечая своих друзей и махнув им рукой - во второй у него была корзинка с разными шариками и мешурой. Теодор ненадолго задумался, после посмотрев на Гарри. Он не был уверен, украшал ли Поттер когда-нибудь ёлку. Да и что-нибудь ещё в принципе.

- Оставь нам немного, мы оставим вещи и вернёмся, - сказал он в конце концов, на что Седрик слегка кивнул, и Тео повёл Гарри в гостиную. В их комнате, слава Мерлину, ещё не было Драко, и, оставив сумку и вещи, они вернулись в Большой Зал, где хор уже репетировал разные новогодние песни, украшения всё так же ждали, пока их возьмут. Помимо основной ёлки, которую украшать могли все, у каждого факультета в этом году была своя собственная поменьше, которые поставили в этом году в конце столов. Итак, теперь у Слизерина была своя ярко-зелёная декоративная ёлка. Декоративная она потому, что у других факультетов они были синими, жёлтыми и красными.

- Каждый может повесить и перевесить игрушки столько, сколько пожелает. Так каждый сможет поучавствовать в украшении Хогвартса, - объяснил им Седрик, когда показывал выделенные Слизерину шарики. Наборы украшений у каждого факультета были одинаковыми, чтобы никому не показалось, что у других красивее ёлка, потому что им дали другие шарики. Так же ученики могли принести собственные украшения, и их уже другие не могли переставлять на другие места, но тут было ограничение по количеству: всего два шарика на человека. Это только для Слизерина, потому что у них меньше всего людей из всей школы, остальные факультеты могли принести всего по одному своему украшению.

- А всё это мы можем вешать, сколько захотим, - довольно промычал Тео, осматривая коробку. - Спасибо, дальше мы сами.

Седрик кивнул, уходя, и они с Гарри отправились к ёлке. Некоторые уже оставили здесь свои украшения, несколько человек, как и Гарри с Тео, наряжали её тем, что дали.

Сразу стало ясно, что куда больше украшений снизу, и Тео достал палочку.

- Думаю, учителя не будут против, если мы используем заклинание левитации, - пояснил он Гарри, взяв золотистый шарик и отправляя его в полёт ближе к верхушке ёлки. Закрепить игрушку оказалось куда сложнее, чем он думал, но, в конце концов, у него получилось это сделать.

Гарри, к удивлению и лёгкой улыбке Тео, замер, думая над выбором между красным и серым шариками. В конце концов, красный оказался для него привлекательней, потому что скоро тот полетел поближе к шарику Тео.

- Итак, наша ёлка становится частью Гриффиндора, - посмотрев на соседствующие украшения, заявил Теодор, и улыбка теперь появилась на лице Гарри, когда тот кивнул.

День закончился куда лучше, чем мог того ожидать Тео. Они просидели рядом с ёлкой до самого ужина, на котором даже Малфой не мог испортить ему настроение, а после они с Гарри перекусили сладостями, которые купили в Хогсмиде, и Тео даже не был против, когда Гарри угостил Драко. Этот день был слишком хорошим, чтобы испортить его этим блондином.

Итак, он лёг спать с чётким предчувствием, что всё будет куда лучше, чем было до этого момента.