32. Возвращение домой

Когда с его щеки откололся кусочек камня, Гарри совершенно не верил в происходящее. Посчитал сном. Галлюцинацией на почве вечной черноты, что окружала его. Шутка, ложь, игра воображения. Всё, что угодно, но это не могла быть реальность. Он находился в камне уже чуть больше месяца, и точно помнил, что сказал врач. У неизвестного ему волшебника, единственного, кто сможет освободить его от оков, были неотложные дела с Сан-Франциско, и он не успевал сделать их за месяц, о котором говорил до этого.

Однако происходящее было правдой. Камень сыпался с его лица, освобождал ставшие совершенно мягкими губы и кожу лица, спал с его век, позволяя открыть глаза. Мужчина, довольно молодой на вид, что-то сосредоточенно шептал, выводя по его коже, где ещё был камень, руны. Рисовал он своим пальцем и, как заметил Поттер, без каких-либо чернил, но все его рисунки продолжали светиться, пока каменная тюрьма не осыпалась песком на пол. Волосы его были невероятно яркими, зелёными, а глаза в буквальном смысле светились розовым, от чего чёрный зрачок в виде пятиугольной звезды сильно выделялся свое насыщенностью. Однако, стоило последнему кусочку камня опасть, глаза его потухли, становясь ближе к тёмно-малиновому, а зрачки стали круглыми, слегка потухшими. У Гарри самого они такого же цвета по утрам, пока он не умоется, но за очками этого особо не видно. Чем хуже его зрение, тем ближе к белизне они становились, однако после того, как Драко подарил ему новые очки, ухудшений не замечалось. Скорее всего на очках были какие-то чары, но увидеть их у Гарри не получалось.

Мужчина отошёл от него на шаг, и только тогда Гарри заметил за его спиной Сириуса и неизвестного ему мужчину. Оба держали палочки наготове, направляя их на этого кудесника.

- Это всё? Теперь вы отпустите меня? – недовольно спросил тот, обращаясь к неизвестному. Римус, а это был именно он, переглянулся с Сириусом, после чего они опустили палочки.

Позже Гарри узнает, что его высвободили из камня последним. Крёстный не хотел оставлять других детей без помощи, но понимал, что если Гарри помогут первому, то он с радостью отпустит заграничного колдуна, бросаясь к своему ребёнку. Это, в итоге, и произошло, только бросился он к Гарри в первую очередь из-за того, что тот начал заваливаться, не в силах держаться на ватных ногах.

- Осторожней, малец, ты нам целым нужен, - хохотнул Сириус, поднимая его на руки и усаживая на рядом стоящую больничную койки. Руки его легли на скулы школьника, начиная крутить голову Гарри, проверяя, не осталось ли где-то ещё камня. К собственному счастью, он нашёл лишь каменный песок на его волосах и, облегчённо выдохнув, крепко обнял крестника. – Как хорошо, что ты цел. Мы так волновались. Это Римус, он к тебе приходил, ты же помнишь?

Голос его к концу был наполнен тревогой, но Гарри слегка кивнул, подтверждая и то, что с ним всё хорошо, и то, что отлично помнит, кто перед ним находится. Римус стоял чуть поодаль от них, явно не зная, куда себя деть, но сам Поттер не собирался как-то помогать ему с ситуацией, лишь расплавившись в руках Блэка, окутанный его теплом и силой. Неуверенно подняв руки, он обнял его в ответ, прижимаясь и уткнувшись куда-то в плечо. Сириус сначала замер, в недоверии ли, в удивлении ли, и после лишь сильней, насколько это было возможно, прижал его к себе. Гарри на периферии мог заметить остроконечное ухо аристократа, и слегка улыбнулся, сам не понимая, от чего именно.

- Сириус, - наконец, видимо, что-то решив у себя в голове, позвал Люпин. – Гарри должен осмотреть врач, - и, словно замечая, что отпускать его никто не собирается, он добавил: - Ты же хочешь забрать его домой, верно?

- Что за вопрос? Конечно! – тут же поддался на уловку Блэк, тем не менее не отрываясь от сына лучшего друга, а медленно отодвигаясь, заглянув в зелёные глаза. – Посиди немного, хорошо? Тебе не придётся ничего говорить, если ты не чувствуешь какого-то дискомфорта. Врач осмотрит тебя чарами, они должны будут всё показать.

Пусть, возможно, его слова могли показаться глупостью любому другому, но Гарри даже за это чувствовал благодарность крёстному. Тот помнил, что Гарри не жил в магическом мире всё детство, и пусть его уже не раз осматривала Помфри, Поттер до сих пор не до конца понимал, как работают заклинания колдомедиков.

Куда более старо выглядящий врач, если сравнивать его с мужчиной, что вынул Гарри из камня, медленно водил над ним палочкой, просматривая на всевозможные недомогания и отклонения. Сам мальчик понимал, что это бесполезно, ведь он в порядке – он всегда в порядке – и лишь тело совершенно ватное, но не стал мешать, так как понимал, что тот лишь выполняет свою работу.

Весь осмотр занял от силы минут пять, после чего Сириусу дали полную свободу действий и тот, не замедляясь ни на секунду, подхватил ойкнувшего от этого крестника на руки, садя его на сгиб локтя, и понёс на выход из палаты, махнув головой Люпину, чтоб тот не отставал. Тот и не отставал, спокойно идя позади и с добротой посматривая на обескураженного парнишку.

- Гриммо, 12! – не особо громко, но чётко воскликнул Сириус, когда с ним залез в местный камин, и Гарри крепко прижался к нему, когда неожиданно перед ним стали сменяться виды, проматывая разнообразные комнаты видом из каминов. Но вот уже они выходят из камина в знакомую гостиную, и Блэк осторожно опускает его на диван, посматривая на камин в ожидании Римуса, а после просто подсел к нему, обнимая за плечо.

- После того, что случилось с тобой, я с Малфоем, тем, что Люциус, добились того, чтобы школу закрыли, пока не разберутся с произошедшим, поэтому до следующей осени ты будешь здесь. Если они ещё успеют к осени, - последнее он проворчал куда-то в сторону, взлохматив ему волосы. Камин полыхнул зелёным и из него вышел Люпин, слегка кашляя в кулак и отмахиваясь от поднявшейся с его приходом сажи. Странно, когда оттуда вышли они с Сириусом, пыли и сажи там явно не было. Или просто Сириус лучше путешествует через камины? Так или иначе, его это не особо волновало.

Люпин отчистил себя заклинанием, после чего слегка помялся, смотря на них, и довольно скромно присел с другой от Гарри стороны, но не клал руку ему на плечо или макушку, как это вальяжно делал Сириус. Явно чувствовал себя неуверенно с на самом деле незнакомым ему ребёнком.

- Но не думай, что так просто избавился от экзаменов! – словно и не замечая терзаний друга, продолжил Сириус, покрепче прижимая к себе Гарри. – Их придётся сдавать экстерном. Конечно, те, кто был, кхм, не в состоянии какое-то время учится, будут оцениваться более мягко, но ты же у нас Поттер, и мы справимся и без всех этих смягчающих условий, да? – Сириус явно не дожидался от него ответа, да и, скорее всего, вопрос был риторическим, и от того сильней стало его удивление, когда прозвучал совсем тихий, короткий ответ.

- Да.

Улыбка Сириуса стала шире, но мягче. Взгляд его был переполнен нежностью и лаской, когда он поворошил его волосы, прижимая крестника к своей груди и выдыхая ему куда-то в затылок.

- Да, малыш. Всё у нас будет хорошо.

Римус, лишь по рассказам знавший, каким в итоге вырос сын Джеймса, смог оценить этот момент ласки и покачал головой, отводя взгляд.

Пару минут они побыли в тишине, после чего Люпин встал.

- Пойду посмотрю, чего у нас есть съестного. Думаю, Гарри голоден. Даже если месяц он этого не ощущал, - объяснился он перед поднявшим на него взгляд Сириусом, и тот кивнул, даже не напоминая о специальной диете, на которой всё ещё сидел, чтобы нормализировать вес в организме. Он был уверен, что Люпин и так об этом помнил, и не ошибся, ведь уже через двадцать минут их позвали на рис с рыбой и овощным салатом.

День был... нормальным. Он тёк медленно, сквозь пальцы. Гарри едва мог ходить и руки его слабо слушались, однако, не привыкший жаловаться на свои проблемы, он упрямо старался скрыть их. Вот только скрыть что-то от двух бывших авроров оказалось крайне сложно, и вот уже они нашли в библиотеке старую книгу по медицине и решили все вместе проделывать зарядку, которая вернёт подвижность в тело мальца. Его вещи, как оказалось, Сириус уже забрал из школы, даже закрыв глаза на явно тёмно-магическую тетрадь в них, позволяя крестнику оставить её себе. Лишь проверил, не приносит ли она вреда, и отмахнулся, оставив в комнате Гарри на тумбочке. Точно так же он когда-то позволил оставить Гарри медальон, и тот до сих пор его носил, потому в своих решениях Сириус не разочаровывался.

Римус медленно осваивался в общении с юным Поттером. Сначала он лишь наблюдал. Сириус вовсе не врал, когда говорил, что Гарри почти полная копия отца. Он был просто копией, разве что глаза его были ярко-зелёными, как у Лили. Нет, даже ярче, чем у Лили, но время от времени тусклые, словно не живые. И таких моментов было куда больше, чем остальных. От того на душе было как-то тоскливо, но в то же время он понимал, почему это так.

В остальном же Гарри был полной копией Джеймса. При том, что раньше Поттеры были брюнетами, все поголовно с коричневыми волосами, только Джеймс и Гарри имели волосы вороного крыла. Всё из-за бабушки Джеймса, уроженецы Блэк. И почему-то Римус не сомневался в том, что теперь в Роду Поттер будут дети лишь с таким цветом волос. У Гарри был точно такой же слегка вздёрнутый нос, такие же тонкие брови, его лицо словно было скопировано с лица Джеймса. Разве что тот был загорелым, очень загорелым, из-за вечных игр в квиддич под горячим солнцем или проливным дождём. Гарри же был бледным, словно вампир или эльф. Хотя Сириус, который тоже эльф, имел немного сероватую кожу из-за того, что в его крови есть немного от дроу, но Нарцисса была столь же бледна, как и все Малфой в принципе.

Джеймс был шумным. Пожалуй, именно этот факт мешал Римусу так же быстро освоиться с Гарри, как освоился Сириус. Блэк просто принял к сведению прошлое Гарри, он не ждал от него ничего, он любил его просто за то, что тот жив, что он сейчас с ним и сейчас.

Римус любил Гарри, но ещё не так, как Блэк. Потому что они ещё не знакомы. Потому что пока что Гарри для него словно последняя частичка его друга из прошлого, которую нужно оберегать, однако эта частичка слишком тихая, слишком зашуганная, чтобы сравнивать её с прошлым, на которое она так похожа.

И, тем не менее, Римус уже был готов на всё ради него.На всё и даже больше, если тот того потребует. И, кажется, Сириус разделяет это мнение.

Гарри Поттер на Слизерине, он знаком со всеми детками бывших пожирателей смерти, необычайно близок с Малфоем, отец и дед которого были сторонниками Тёмного Лорда, и хранит у себя тёмно-магические артефакты, ценя их всей душой. Если однажды Гарри Поттер выберет тёмную сторону, или, не позволь Магия, сам станет новым Тёмным Лордом, они пойдут за ним. Потому что не могут иначе. Потому что никогда не придали бы Джеймса, и теперь будут так же верны его сыну.

- Думаешь, это вероятно? – тоскливый, серьёзный тон совершенно не шёл Сириусу. Они недавно уложили Гарри, задремавшего в гостиной, и сами сели на кухне, привычно игнорируя существование столовой.

- Думаю, это правдоподобно. Не думаю, что он захочет служить свету после всего того, что пережил, пока этот самый свет даже не вспоминал о нём, - качнув головой, словно сам не хотел в это верить, подтвердил Римус.

- Он всё ещё может встать в нейтралитет, - почти с надеждой глянул на него Сириус, и Римусу как никогда хотелось согласиться, хотелось сказать, что он прав, и Гарри ни за что не поступит иначе.

- Может, - лишь согласился он, опуская взгляд на кружку чая в своих руках. – Но не нам это решать. И мы не можем с точностью знать, как же всё обернётся в будущем.

- Кое-что мы можем знать, - возразил Сириус, и Люпин вновь посмотрел на него, натыкаясь на серьёзный, прямой взгляд его чёрных, как непроглядная тьма, глаз. – Мы всегда будем рядом. Ты же со мной?

Его взгляд был игривый, полный насмешки и весёлого ожидания, словно им вновь по шестнадцать и Блэк зовёт его на очередную проделку. И Люпин в жизни бы не отказал этим глазам.

- Конечно.

***

- Гарри, - совсем тихо, до сих пор боясь напугать своего крестника резкими звуками по утрам, так как сам их не переносил в силу молодости и похмелья, позвал Сириус. Сегодня он должен будет отлучиться в Грингротс и, скорее всего, это надолго, и он хотел сам предупредить об этом своего подопечного. - Просыпайся, мелочь.

Он попытался подтолкнуть его в бок, и, немного повозившись, Гарри разлепил глаза, тут же потянувшись протереть их. Сириус улыбнулся, даже не подозревая о том, что раньше бы Гарри мог проснуться, лишь уловив топот за дверью. Наученный громкими шагами дяди Вернона и цокающими тёти Петунии, он далеко не сразу прекращал вставать посреди ночи просто от того, что кто-то из соседей пошёл в туалет. Помнится, Теодор пару раз едва ли не подскакивал, когда, выходя из уборной, натыкался на чрезмерно тихого одноклассника.

Сириус улыбнулся, заглядывая в мутные ведьминские глаза, и непроизвольно Гарри улыбнулся в ответ, пусть и совсем слегка, почти что незаметно. Но Блэк был очень внимателен по отношению к крестнику и заметил эту улыбку, от чего настроение стало куда выше, и появилась уверенность в том, что он куда быстрей закончит все свои дела.

- Мне нужно уйти по делам, оленёнок. Посидишь с Римусом пару часов? - поглаживая его гнездо волос, которое едва ли не как у одуванчика стояло над его головой, всё так же тихо спросил Сириус. Он не желал прогонять сон крестника, пусть и понимал, что тот уже, скорее всего, не уснёт.

- Хорошо.

- Хорошо, - словно эхо повторил Блэк, смотря на него, после переводя взгляд на дверь и, немного посидев, оттолкнулся от его кровати, вставая. Он не знал, как заканчивать подобные разговоры. - Но зарядку всё равно сделай, хорошо? Думаю, Лунатик составит тебе компанию, как и обычно.

- Хорошо.

Сириус неловко постоял, потирая затылок, после чего всё же направился к дверям. Остановил его тихий оклик уже в дверном проёме.

- Сириус.

- Да?

- Пока.

Пока. Почему от простого «пока» так тепло в груди? Может от того, что крестник специально остановил его, чтобы это сказать? Может от того, что Гарри становится куда более разговорчивым с ним? Да, он не так разговорчив, как с Малфоем, насколько известно самому Сириусу, но это вовсе его не волнует. Маленький блондин беспокоился о Гарри, это было видно. И, пожалуй, Сириус ничего не имел против их дружбы.

Он прикрыл за собой дверь, покидая следом и дом, отправляясь к не самым приятным в общении существам, и Римус, провожавший старого друга, только в этот момент понял, что остался один с ребёнком. С ребёнком, с которым никак не может наладить контакт. Самое забавное, что он нашёл в ситуации, так это то, что у них с маленьким Поттером сейчас одинаковые проблемы в отношении друг друга. Они, вроде бы, хотят наладить общение, но в то же время совершенно не знают, как можно это сделать. О чём они могли бы поговорить? Чем позаниматься? Совпадают ли их увлечения?

На втором этаже, где и располагается спальня Поттера, как всегда тихо. И дело даже не в заклинании тишины, потому что то было снято сразу, как в доме появился ребёнок, чтобы, если с ним что-нибудь случится, он всегда мог позвать на помощь. Дело в том, что Гарри сам тихий.

Лишь благодаря острому слуху, что достался Люпину от оборотня в нём, Римус может расслышать, как голые ступни спускаются на пол. Для этого приходилось прислушиваться даже в полной тишине дома, и Лунатик не до конца понимал, зачем это делает, но такое подслушивание помогало собраться с мыслями. Он будет знать, когда Гарри выйдет из комнаты, чтоб это не стало сюрпризом.

Одеяло зашуршало едва ли не громче шагов юного волшебника, после тот направился, по всей видимости, умываться, и лишь после надел подаренные Сириусом буквально вчера тапочки, чтобы он не морозил ноги. Мягкие сами по себе, они тем не менее имели крепкую подошву, и это значительно усилило звук шагов, облегчая Римусу дело. Он осмотрел себя, понимая, что сам со сна выглядел помято, и вздохнул, покачав головой. Ладно уж, не перед сыном Джеймса ему нужно наряжаться. Вряд ли Гарри вообще обратит внимание на его внешний вид. А вод если бы в доме вновь собрался Орден Феникса, то, скорее всего, он бы куда сильней заволновался.

Гарри не здоровается. Почти никогда. И, спустившись по лестнице, он просто замирает напротив Люпина, смортя сквозь стёкла своих очков-велосипедов ему куда-то на нос. Гарри не смотрит в глаза. Почти никому. И Люпин ещё не попал в категорию тех, кому можно заглядывать в душу, а иначе Гарри просто не умеет смотреть.

- Зарядка, - коротко сказал Поттер, когда пауза затянулась.

- Да... - немного заторможено ответил Люпин, и в тот же момент осознание смысла слова посетило его, и он оживился. - Ох, точно! Зарядка.

Он поднялся с кресла, пригладив волосы назад, чтоб те не закрывали обзор, и завозился, отодвигая магией диван, освобождая место в гостиной, где они втроём вот уже как неделю делают зарядку. В этот раз они были без Сириуса, что было очень непривычно, но Люпин поставил себе цель справиться с этим испытанием, и он справится. По комнате стали раздаваться первые ноты одной из песен «Ведуний», когда Гарри первым принялся за упражнения. Настроив громкость, Люпин замялся, но после встал рядом с ним, ловя ритм мальчика и приступая к упражнениям.

Ничего сложного, на самом деле, не было. Они с Сириусом долго думали над тем, что было написано в книгах, и скоро собрали комплекс коротких и не таких уж долгих заданий, которые и выполняли в итоге по утрам. Обычно музыку подбирал Блэк, вставляя пластинки в старенький, почти не магический магнитофон, и после громко подпевал песням, что окутывали их, от чего этого напряжённого молчания, стоявшего сейчас, никогда не было. На самом деле, во многих ситуациях атмосферу разряжал именно этот эльф, много шутя, громко смеясь и подтрунивая Гарри, который иногда даже отвечал ему чем-нибудь. Это выглядело мило, по-домашнему со стороны, и от того сложнее было Люпину вторгаться в эту крохотную, шаткую семью.

- Эм... Гарри, - всё же вспоминая, что взрослый тут он и это он должен идти на контакт, позвал будущий профессор Защиты от Тёмных Искусств. Мальчик тут же посмотрел на него, отвлекаясь от подушек на диване, которые упали, когда оный двигали на место. - Ты умеешь готовить? - кивок. - Любишь это делать? - молчание. Зелёные глаза смотрят всё так же куда угодно, но не в глаза, кажется, теперь он сосредоточился на чужом носе. - Ты не хотел бы помочь мне с завтраком?

Тишина. Всего пару мгновений хранится всё та же оглушающая тишина, а после слабый, словно не совсем уверенный кивок. Римус едва сдержал вздох облегчения, так как не знал, что бы делал, если бы ему отказали. Скорее всего, ему было бы ещё более неловко, чем уже есть.

Люпин знал, что Критчер не навредит Сириусу. Возможно даже, что и Поттер находится в такой же безопасности, пусть это уже не факт. Но вот оборотня, которого не любил с первого знакомства, домовой эльф легко мог отравить, потому, только появившись в доме, Люпин прибрал кухню к собственным рукам, сам занимаясь готовкой, оставляя на эльфа лишь уборку помещения.

- Чего бы ты хотел? - спрашивает он уже более свободно, заходя на кухню и чувствуя себя в своей среде. Казалось даже, что именно здесь у него получиться сблизиться немного с сыном Джеймса, нет, не так. Он надеялся, что здесь у него выйдет сблизиться с Гарри. Гарри Поттером, Мальчиком-Который-Выжил, спасителем Британии и, как ни странно, многое другое. Сколько только не дали прозвищ Золотому Мальчику, он оставался Гарри. Не последним, что осталось от друзей Люпина. Он не просто сын Джеймса и Лили, он ребёнок, у которого есть много собственных проблем, с которыми Римус может ему помочь. Не со всеми, возможно, от некоторых ему уму уже не избавиться никогда, но хотя бы с некоторыми.

Он улавливает, как раскрывается рот Гарри, складываясь в нечто похожее на «Не важно» или «Всё равно», но мальчик словно сам себя обрывает, откровенно сверля глазами уже шею мужчины. А после, совсем тихо, почти неслышно, говорит всё же:

- Я не знаю.

Римус и понятия не имел, как сложно было Гарри сказать именно эти слова. Но, пережив заточение в камне, где каждая минута тянулась подобно часам, он искренне хотел исправиться, хотел стать лучшей версией себя. И для этого нужно было проявлять куда больше инициативы, чем он мог бы себя заставить, но говорить правду — это то, что было в его силах. И он искренне не знал, что бы хотел на завтрак, так как у него совершенно не появлялось предпочтений в еде. Может быть, разве что, пирог с патокой, который не редко кладёт ему в тарелку Малфой по ужинам. Кажется, Драко уверен в том, что Гарри он нравится, но на самом деле Поттер полюбил его только из-за того, что кладёт его ему Драко. Но они же не станут готовить пирог на завтрак?

Пожалуй, именно из-за своего незнания Люпин поступил правильно, задумываясь и раскрывая холодильник.

- Тогда... давай приготовим что-нибудь простое, так как долго тебя морить точно нельзя, - доставая яйца и колбасу, предложил он, оборачиваясь к ребёнку и ногой запирая холодильник, даря Поттеру лёгкую лукавую улыбку. - М? Как тебе эта затея?

- Хорошо.

Ему подали колбасу и хорошо заточенный нож, после чего на стол положили доску и сказали ему нарезать мелким квадратиком, пока сам Римус стал вырезать из хлеба мякушку, отдельно кладя корочку.

- Знаешь, многие считают, что плохо заточенные ножи безопасней острых, но на самом деле это не так, - разбавляя тишину, заговорил Римус. - На самом деле острые ножи безопасней. Они сразу разрезают продукты, в то время как тупые могут сильно мотать нервы, не позволяя нормально воспользоваться собой. И, в конце концов, ты попадаешь ножом прямо по пальцам, что не очень то хорошо, не правда ли?

- Угу.

- Ты раньше готовил, да? Что тебе нравилось больше всего? Я люблю готовить блинчики, а Сириус иногда делал индейку, - он поднял глаза на Поттера, замечая, что тот уже заканчивал со своим заданием.

- Не знаю.

- От чего же?

- Тётя всегда говорила мне, что готовить, - он отложил колбасу, выжидательно смотря на оборотня, ожидая, когда тот скажет, что ему делать дальше. Перед ним появилась тёрка и сыр, и он взялся за дело, более не поднимая взгляда.

- Ясно... Не хочешь прогуляться? Сегодня прекрасный день. Думаю, Сириус не сильно обидется, если мы сходим на Косую аллею без него.

На его предложение реакции не последовало, и Люпин лишь вздохнул. Никто не говорил, что будет просто. Гарри ещё нельзя было ходить слишком много, точнее, он просто не мог этого делать, так как ноги парня начинали сильно болеть, но Люпин наверняка сможет аппарировать их домой при необходимости, потому предложение прогуляться казалось ему на редкость привлекательным.

Скоро все продукты были готовы, и Римус принялся готовить яичницу в корочке хлеба, котору после накрывал мякушком и обжаривал с двух сторон. Блюдо незамысловатое и сытное, и потому казалось Люпину сейчас лучшим вариантом.

Пусть Гарри ни слова не сказал ему про прогулку, но сразу после завтрака спустился вниз в уличной мантии и со шляпой на голове. Остроконечная, как и заведено в Хогвартсе, её ученики всегда надевали на улицу, потому многие волшебники и в повседневности носили её на улице. Однако Римус не носил ни мантии, ни шляпы, предпочитая всему этому свой коричневый костюм.

Слегка улыбнувись, он отправился с парнем на улицу, наказав Критчеру прибраться на кухне, но тот наверняка ничего не станет делать, пока не придёт Сириус, и Люпин это прекрасно понимал.

Гриммо 12 находился посреди маггловской улочки, и Гарри сильно выделялся своей одеждой на их фоне, однако никого это не волновало. Лунатик не спешил как-либо контактировать с Поттером, не зная, как волшебник может отреагировать на это, и оставалось лишь надеяться, что он не потеряет ребёнка в уличной толпе.

До трактирчика «Дырявый котёл», тем не менее, они дошли более чем спокойно, что несомненно радовало Люпина, однако не больше, чем должно было. Он просто был рад, что оказался не таким уж безнадёжным взрослым, каким мог бы быть. Бариста спокойно пропустил их, в этот раз люди даже не среагировали на Гарри Поттера в их заведении, что, определённо, было хорошо. Стена разошлась перед ними со второй попытки. Люпин совершенно не помнил нужных им кирпичей, но их помнил Гарри.

Сначала Люпин думал сходить в сладкое королевство или за прекрасным здешним мороженным, но завтрак оказался достаточно сытным, чтобы отбить эти мысли.

- Куда ты хочешь сходить? - понимая, что не представляет, куда можно сводить Гарри, спросил он. Поттер посмотрел на него внимательно, скорее концентрируясь на вороте рубашки, после запнулся, глядя себе под ноги. Римус уже ожидал от него «Я не знаю» или молчания, когда всё же ему ответили. В книжный магазин. Бесспорно, удивительный ребёнок, но он и не думал отказывать.

- Знаешь, я подал заявление Дамблдору, так что буду преподавать у вас Защиту от Тёмных Искусств в следующем учебном году, - по пути к магазину начал оборотень, как осёкся, поймав на себе слабо-заинтересованный, вопросительный взгляд. - Что такое?

- Что с профессором Локонсом?

- Ох, точно. Ты же не знаешь, да? Почти сразу после твоего окаменения, точнее, буквально на следующий день, Локонс прибежал к Дамблдору и бросил в него увольнительным. Уж не знаю всех подробностей, но Альбус уговорил его остаться до конца года, а тут Сириус с Малфоем добились того, чтобы школу прикрыли, и Локонс сразу сбежал, твердя что-то он сумасшедших учениках.

- Угу.

- Так вот, о чём я, - прокашлявшись, продолжил Римус. - Думаю, нам не помешает купить тебе учебников для следующего года, да? Ты уже выбрал, какие дополнительные предметы возьмёшь?

- Нет.

Ну, про дополнительные предметы, начинающиеся с третьего курса, Гарри отлично знал. И, на самом деле, отлично знал, какие хочет взять предметы, но не видел смысла говорить об этом Люпину. Для этого есть Сириус.

В книжном, однако, Люпин очень пригодился. Он был высоким и явно сильным, доставал ему книги и держал те, которые он выбрал. Не стеснённый в деньгах благодаря Блэку, он позволял набрать любое количество книг наследнику Поттеров, чем тот не почурался пользоваться.

Книгу «Фантастические существа и места их обитания» от неизвестного ему Ньюта Саламандера посоветовала купит продовщица, а Люпин, быстро пролистав её, решил, что именно этот том стоит использовать, как учебник для его уроков, так как там было довольно подробно расписано буквально всё.

Прибыли они домой ближе к обеду, все книги и пара иных покупок находились в безразмерной сумке в кармане Люпина, а Сириус уже сидел в гостиной, дожидаясь их.

- Гарри! - он тут же подскочил, как всегда приветливо улыбаясь и поворошив его волосы, после чего нырнул рукой воо внутренний карман своей мантии, вынимая оттуда письмо в желтоватом конверте. - Мы приглашены в Малфой мэнор, крестник.