48. То, чем нужно управлять

Как оказалось позже, закупить новую одежду не было долгим делом. Мадам Малкин прислала им зачарованное перо, пергамент и линейку, и те сами сняли все параметры Драко, после чего их уверили, что всё будет готово в течении пары дней – всё же изменить Драко было необходимо весь гардероб, а это далеко не одна мантия и три рубашки.

Уже после, разобравшись с этим, Люциус позвал сына за собой в рабочий кабинет, где устроился за большим столом из крепкого дерева.

- Итак, - складывая руки перед собой, заговорил Люциус. – Ты эльф. Думаю, о том, какие силы и возможности предоставляет твоя позиция, рассказывать нет нужды, не так ли?

- Конечно, отец, - тут же ответил ему Драко, слегка взволнованный происходящим. Он уже знал, к чему всё идёт. Отец возьмёт его к себе на обучение, в этом не было никаких сомнений. Иначе и быть не могло.

- Ты должен отлично понимать, что мы не можем приступать к твоим тренировкам сейчас, - слегка кивнув на его слова, явно чувствуя, какие эмоции одолевают его сына, напомнил Люциус. – В течении этой недели, а то и больше, тебе не стоит даже пробовать использовать свою магию. Магическое ядро лишь впитывает в себя новую силу.

Больше слов ему и не нужно было. Каждый чистокровный знал, как работает магическое ядро. Оно не является источником силы, оно лишь перенаправляет магию из ничего в человека. Магическое ядро может быть в любом человеке, включая магглов, но работает далеко не у всех, от того появляются сквибы или, наоборот, магглорождённые. Всё зависит от решения Магии, наделять человека магией или не стоит. В семье Малфой тоже были сквибы, но от них сразу же отрекались, чему Магия никогда не противилась. Аристократы обеспечивали сквибам дальнейшую жизнь, но как обычных магглов, и через многие поколения в семьях отречённых появляются новые, сильные волшебники, о чём так же известно всем. Но это происходит только благодаря тому, что кровь перемешалась с теми, у кого магического ядра либо нет, либо оно не активно. Если скибб породит ребёнка от другого сквибба, да даже от волшебника, то родиться точно такой же слабый, не владеющий магией ребёнок.

- Я понимаю, отец. Но когда именно мы сможем приступать к занятиям? – нетерпение и интерес к его новым способностям легко подавляли его напускное безразличие, которое присуще Малфоям в чужом окружении. Около отца он обычно тоже старался скрывать эмоции, но сейчас просто не мог, не хотел этого делать. Но Люциус не спешил его упрекать, лишь слегка улыбаясь нетерпению ребёнка. Он и сам когда-то был в полном восторге от происходящего, и новые способности буквально пьянили его.

- Сразу, как ты почувствуешь, что уже можно, - ответил он, наблюдая за радостно засверкавшими глазами сына. Тот едва сдержался, чтобы не подпрыгнуть и, быстро поклонившись, убежал. Мама должна была вот-вот прибыть камином, и Драко не терпелось ей обо всём рассказать.

Камин ярко загорелся как раз в тот момент, когда Драко оказался в дверном проёме, ведущем в нефритовую залу. Нарцисса, как всегда прекрасная и просто сияющая своей ласковой улыбкой, раскинула руки в сторону, прижимая к себе молодого эльфа и зарываясь в его волосы, которые лишь на третьем курсе Драко прекратил зачёсывать назад.

- Здравствуй, Драко, - погладив его острое ушко, нежно произнесла она, прижимая к груди сына и вдыхая его обычный, переполненный духами аромат. Пусть Драко и не часто пользовался одеколонами, те неизменно присутствовали у него под рукой, и Нарцисса прекрасно знала запах каждого из них, так как сама же отправляла их из Франции.

- Мама, - с полуулыбкой поприветствовал её волшебник, после чего отстранился, рассматривая Нарциссу. Её бледную кожу так и не коснулся загар, А губы были прелестно-розоватого цвета. Волосы словно погустели, а платье не казалось таким тяжёлым, как обычные её пышные наряды. Определённо, тот вампир, о котором она рассказывала, окружил леди Блэк всей той заботой и любовью, которую не мог дать в полной мере Люциус.

- Ты прекрасно выглядишь, Драко. Мне жаль, что я не смогла присутствовать, когда ты принимал наследие, - глаза её заблестели, словно слёзы застилали её взор, и это лишь частично было не так. Нарцисса и сама знала, как это больно, процесс принятия наследия у парней и девушек различается не настолько сильно, чтобы ей было неизвестно то, как же это больно, но она правда не могла прийти к сыну, зная, что о нём позаботится Люциус, пока её забота требовалась прекрасному мужчине, раненому фанатиком-магглом. – Такой взрослый, - рука скользнула по его подбородку, когда женщина рассматривала такие знакомые, но изменившиеся черты лица её мальчика. – Идём, выпьем чаю в саду.

Как оказалось позднее, мама принесла с собой несколько книг, принадлежащих роду Блэк, в которых повествовалось о силах эльфов и дроу и том, как их можно использовать с максимальной пользой.

Буквально спустя пять дней Драко понял, почему магам необходимо уметь пользоваться своими новыми силами. Он выходил из-за стола, придерживаясь за деревянную поверхность, когда руку прошибла волна магии, и в тот же момент стол разорвался на части. Люциус, что нашёл время для того, чтобы разделить трапезу с сыном, вовремя сориентировался, потому ни одного из них не ранило. Щепки и довольно большие куски дерева врезались в мощные щиты, а после прибыли эльфы, убираясь и лепеча извинения неизвестно за что.

- Похоже, - задумчиво промычал Люциус, смотря на их работу и после переводя взгляд на сына. – Нам стоит начать заниматься уже сегодня.

Это было именно то, чего так долго ждал Драко, но, смотря на ошмётки мебели, он впервые ощутил страх перед своими силами. Их необходимо было взять под контроль, заставить слушаться его и только его, ведь иначе...

Иначе он может точно так же разнести человека.

Разнести на кусочки Гарри.

Он не хотел даже косвенно быть причастным к гибели человека, но в данных условиях всё клонило именно к этому. И, переводя взгляд с собственных рук на отца, он поджал губы, стараясь сладить со своим страхом.

В конце концов, это его сила, да? И он может управлять тем, что принадлежит ему.

Люциус отправился в кабинет, где написал несколько писем, откладывая на потом все свои встречи и планы, освобождая несколько недель только для своего сына. Он этого заслуживает.

- В первую очередь, - уже стоя в тренировочном зале, начал Люциус. – Ты должен чувствовать магию. Взять её под контроль.

Драко кивнул. Слова отца могли бы сбить его с толку, если бы он уже не знал, что всё это значит. Он был чистокровным, и, как и любому другому чистокровному, ему с детства объясняли, что и как произойдёт, когда он вступит в наследие. С семи лет детей начинают тренировать чувствовать магию в себе, и за счёт этого в одиннадцать они куда быстрей магглорождённых показывают свои успехи в чародействе и колдовстве.

Прикрыв глаза и глубоко вздохнув, он воззвал к магии, не требуя, а прося поделиться с ним своим даром, своей силой. Не прошло и десятка минут, как он услышал отклик, когда по рукам стала теплом растекаться сила. Магия всегда благоволила Малфоям, которые никогда не предавали её законов, в каком бы временном периоде не находились. Многим другим, таким, как Блейз, чья мать не единожды убивала своих мужей, приходится часами дожидаться, когда прародительница начнёт подавать признаки интереса. Но есть и такие наследия, как у Уизли, которые вовсе не нуждаются в дополнительном благословении, а сразу обжигают своего хозяина, требуя, чтобы ими овладели.

- Отлично, - видя то, как зарябил воздух около ладоней сына, довольно тихо сказал Люциус, мягко вырывая сына из транса. – Ты отлично знаешь, что наша сила не позволяет использовать такие заклинания, как, к примеру, Редикулус или Экспелиармус, но мы можем призывать к себе что-либо, как с помощью Акцио, или же поднять в воздух предмет, как Левиосой. Но, дабы возместить эти недостатки, наши предки создали десятки заклинаний, которые подчиняются только таким, как мы.

- Да, отец, - он слегка кивнул, в то же время не отрывая взгляда от рук. Немного шевеля пальцами, он мог изменить воздух вокруг них, то заставляя сильнее рябить, то слегка синеть и даже зеленеть. В голову приходит мысль сделать его сиреневым, и это происходит, расплывчатым, как вода, и вот уже он видит собственные ладони, как из-под толщи озёрного ила. Брезгливо наморщив нос, он слегка тряхнул ладонями, только после этого концентрируясь на отце. Люциус довольно терпеливо ждал, пока Драко наиграется, после чего вновь заговорил.

- Самое первое действие в любом из заклинаний – сконцентрировать магию в ладонях. Сначала тебе может показаться это сложным, но со временем ты освоишься и, что вероятно, сможешь делать это не задумываясь.

- Хорошо, - он вновь перевёл взгляд на свои руки, концентрируясь на них, но, как оказалось, самостоятельно перенаправить руку на них не так-то просто. Вместо этого он ощутил прилив магии к правой ноге, и, не успев понять, что происходит, оказался подвешен вниз головой. Мантия тут же упала на его лицо, заставляя вскрикнуть и начать её собирать, одёргивая вверх, чтобы открыть своё лицо. – Отец! – не понимая, что происходит, совершенно ненамеренно выкрикнул он.

Люциус стоял, опираясь на свою трость, и не знал, стоит ли это снять на колдокамеру, которую ему вручила этим утром Нарцисса, настаивая на том, что хочет оставить память о таком важном в жизни их сына событии. Желание подойти и помочь Драко спуститься назад было куда слабее в тот момент, и тихие смешки прорвались у него, когда Драко возмущённо что-то промычал, видя, как отец берёт камеру.

- Спусти меня! Не фотографируй это! Отец! – В конец не то засмущавшись, не то устав, он отпустил мантию, чтобы его лица не было видно на камеру.

Лишь через пару минут, устав слушать недовольные бредни Драко о том, что ему и так в принципе хорошо, Люциус помог сыну спуститься, и, взяв его ладони в свои, помог перенаправить магию в них.

- Не концентрируйся на ладонях, думай о том, что хочешь, чтобы в них была магия, вот и всё, - сообщил Лорд, как казалось Драко, абсолютно бесполезную информацию. Разве это не одно и то же? Но, как и посоветовал Люциус, он решил сконцентрироваться в первую очередь на магии, и через долгих полтора часа, за которые они успели поспорить и едва не разругаться, у него это вышло.

- Отец! Отец! Отец! – едва не прыгая, Драко не мог сдержать эмоций, смотря на то, как небольшие светлые шарики оторвались от его ладоней. Это было не совсем то, чего они добивались, но определённо было прогрессом, и Люциус позволил себе выдохнуть. Его сын не безнадёжен, даже имеет определённый потенциал. Вот бы ещё слушался нормально, и они закончили бы с этим этапом куда раньше.

- Молодец, Драко, - сказал он, вздохнув и покачав головой. – Теперь попробуй придать им другую форму.

- Что? – глупо раскрыв глаза, он непонимающе уставился на отца. И лишь когда смысл фразы дошёл до него, Драко кивнул, вспоминая свой опыт с рябью на ладонях. Как оказалось, придавать магии форму оказалось не особо сложней, ведь всё зависело от его собственной фантазии, и скоро Драко смог сделать не просто куб и пирамиду, но и небольшой бутон любимых мамой астр. Люциус тогда задумчиво осмотрел его работу, и, вновь сделав фотографию для Нарциссы, кивнул.

- Думаю, на сегодня с этим можно закончить, - сказал он, по Темпусу узнав время. Не стоило перенапрягать Драко после того, как он только-только пришёл в себя. – Можешь быть свободен.

- Да, отец, - он слегка сжал ладони, распыляя свою магию, и отправился к выходу. Однако, только взявшись за дверную ручку и слегка потянув её, тут же отпрыгнул. Раздавшийся следом грохот заставил Люциуса вздрогнуть, настолько неправильно он звучал в доселе тихом зале, и, подняв взгляд, он едва сдержал тяжёлый вздох. Ну конечно. Как же без этого у нестабильного-то подростка? Стоило ожидать, что парочку дверей он точно оторвёт с петель, не сумев сразу и полностью распылить свою магию. – М... Отец? – не зная, как расшифровать реакцию мужчины, спросил Драко.

- Всё в порядке. Иди к себе, эльфы всё уберут, - он слегка махнул рукой, показывая, что Драко всё ещё может быть свободен, и Драко тут же кивнул, нырнув в коридор и быстрым шагом добравшись до своей спальни. Ладони немного жгло с непривычки, но его это не сильно напрягало. После тех часов, во время которых его словно пытали под Круцио без остановок, такая боль казалась просто никчёмной.

Упав на кровать и потянувшись, он перекатился на бок, приблизив к себе ладони и сконцентрировавшись на своём желании. Пусть он и понимал, почему отец прекратил их сегодняшнюю тренировку, самому останавливаться совершенно не хотелось.

Ничего не происходило довольно долгое время, но после тех пары часов тренировки в зале Драко не казалось это чем-то расстраивающим, и он не прекращал настаивать на своём желании, но лишь спустя несколько десятков минут ощутил знакомое, но ещё такое непривычное тепло, и вот уже руки начинают рябить перед его глазами.

Небольшой шар магии вновь формируется в его ладонях, и до самого вечера Драко лежит в кровати, экспериментируя с его формами и цветом. В какой-то момент получилось добавлять по два цвета, и вот уже на месте шарика появляется пусть кривая, но уточка. Самая простенькая, жёлтая и с красным клювом, но такая красивая, что Драко с трудом заставил себя распылить её, когда эльф оповестил об ужине.

***

Сириус отправился готовить им завтрак, когда понял, что Гарри совсем скоро проснётся. Критчер до сих пор был занят уборкой в комнате Гарри, да и доверять ему готовку, когда Гарри такой слабый и лишняя специя может быть ему во вред Сириус не стал бы.

Подумав, что крестник может испугаться, проснувшись в комнате один, он оставил ему на тумбочке записку, и только после этого спустился на первый этаж, где, взяв фартук «Лучший повар в этом доме» принялся за кашу.

Немногим позже Гарри с трудом смог разлепить глаза, протирая их от грязи и садясь на кровати. Тело казалось на удивление лёгким, несмотря на то, каким мучительным выдался прошлый вечер. Потянувшись к тумбочке, где обычно оставлял на ночь очки, он без труда нашёл их, а после наткнулся и на записку, что находилась под ними. Желание тут же оказаться около Сириуса было сильнее, чем он мог себе представить, и, не тратя лишнего времени на то, чтобы одеться, он натянул рубашку Сириуса, лишь слегка удивившись тому, почему находится не у себя в комнате, и отправился на кухню, из которой уже шёл прекрасный аромат каши и кофе. Босые ноги немного холодил пол, но он привык игнорировать подобные нюансы.

- Сохатик, ты уже проснулся? – отрывая взгляд от газеты, которую только что взял в руки, Сириус отложил её на стол, потянувшись к крестнику и поворошив его волосы. Было непривычно видеть его ещё более хрупким, чем обычно, но Сириус знал, что совсем скоро привыкнет и к этому. – Как себя чувствуешь?

- Легко, - лишь на мгновение прислушавшись к себе, ответил волшебник, понимая, что тело всё такое же лёгкое, чего он просто не мог понять. – Хорошо.

- О, это замечательно, - Сириус даже выдохнул, так как боялся, что после той странной трансформации Гарри мог чувствовать себя плохо. Единственное, что он точно знал – Гарри стал артефактором полноценно, но вот другое его наследие, совершенно точно не связанное с артефакторикой, оставалось для Блэка тайной. – Будешь завтракать?

- Угу, - он кивнул, садясь на своё место, и скоро на стол были поставлены две тарелки с кашами и одна большая тарелка с фруктами. Какое-то время они ели молча, после чего Сириус, прокашлявшись, заговорил.

- Ты принял наследие, Гарри, - глаза цвета свежей травы, ярко светящиеся сейчас, тут же устремились на эльфа, заставив его слегка запнуться. – И, чтобы не произошло какой-нибудь неприятности, нам с тобой нужно будет потренироваться управлять им. Ну, знаешь, чтобы ты случайно не взорвал кабинет, не поджёг класс или не отравил одноклассника. В общем, мы должны полностью выяснить, на что ты способен и так далее, - сумбурно закончив свой скомканный монолог, Сириус посмотрел прямо в глаза крестника, ожидая его реакции, но Гарри лишь кивнул, после вновь концентрируясь на каше, не дождавшись продолжения этой речи.

Блэк вздохнул, собственно, не понимая, на что именно он рассчитывал. Как мог ещё отреагировать на его слова Гарри? Эльф не знал, и, пожалуй, не желал знать. Сладкое неведение было куда привлекательней.

Скоро они закончили с завтраком, а уже в обед Гарри отложил книгу, поднимая глаза и смотря прямо на него, Сириуса.

- Что-то случилось, Сохатик? – так же откладывая пришедшие из банка бумаги насчёт его расходов и доходов за последние полгода, поинтересовался первым Сириус. Гарри кивнул, всё ещё молча, и лишь через какую-то минуту заговорил.

- Я хорошо себя чувствую. Мы можем начать изучать моё наследие?

Если Сириус и был удивлён, то он решил этого не показывать, вместо этого слегка кивая.

- Конечно. Если ты так уверен, то, думаю, мы можем начать прямо сейчас, - вставая со своего места и потерев руки друг о друга, решил Сириус. – Иди в гостиную, я сейчас к тебе спущусь.

Гарри кивнул, поправляя мантию, надетую недавно, и отправился к выходу в коридор, в то время как Сириус поднялся к одной из полок, выискивая ту самую книгу, по которой однажды на его глазах едва не пытали мальчишку в Швеции. Конечно, на самом деле это не было пытками, но мальчик казался таким уставшим, что в глазах юного Блэка это не могло выглядеть никак иначе. Сам он не собирался так издеваться над Гарри, и они остановятся сразу, как мальчику это понадобится, но до тех пор постараются перепроверить все возможные вероятности, ведь одна из них будет рабочей, настоящей. По ней они смогут понять, кем является Гарри.

По пути вниз Сириус зашёл в собственную комнату и, порывшись на верхних полках шкафа, достал старенький амулетик в форме компаса. Когда-то давно, столь давно, что Сириус уже и не помнит, когда, Джеймс задался целью заранее находить детей, расположенных к образованию обскура. Он лишь примерно представлял себе, как выглядит обскур, потому так и не смог закончить своё изобретение, а после, уже после окончания школы, Сириус нечаянно попал по нему заклинанием, разбившим не меньше половины навязанных Джеймсом чар и, боясь расстроить привязанного к нему друга, скрыл это происшествие, спрятав амулет у себя дома. Вот и пришло его время показать себя.

Гарри, как его и попросили – Сириус надеялся, что крестник уже принимает его просьбы именно за просьбы, а не приказы – ждал в гостиной, стоя голыми ступнями на мягком ковре, постеленном здесь буквально пару месяцев назад.

- Итак, Гарри, нам с тобой предстоит много работы, - воодушевлённо начал Блэк, слегка смахивая пыль с книги и показывая её Гарри. Тот слегка кивнул, понимая, что от него ждут этого, и слегка наклонил голову, смотря на старую обложку, износившуюся даже с чарами сохранения настолько, что на ней было почти не видно названия. – Здесь находятся все известные наследия, которые дарит Магия, Сохатик. И нам с тобой предстоит узнать, какое выпало на твою душу. Только, пожалуйста, Гарри, скажи мне, если ты сильно устанешь, хорошо?

- Да, - кивая, ответил он, и Сириус позволил себе слегка расслабиться. Вот и хорошо. Хотя бы об этом ему не придётся беспокоиться.

- Отлично! Тогда, пожалуй, предлагаю начинать, - заключил Сириус, открывая книгу на самой первой странице. Быстро пробежавшись взглядом по книге, он кивнул и направил палочку на подсвечник, превращая его в сразу зафырчавшего коричневого кролика. Точно в такого же, только поменьше, превратилось перо, окрасив кролика в иссиня-зелёный цвет.

После краткого объяснения наследия «Несущего любовь» Гарри выпрямился, вставая в указанную позицию, что было необходимо только начинающим стрельцам, и вообразил в одной своей руке лук, а в другой – стрелу. Прицелившись, что так же было не обязательно, ведь зверьки были прямо перед ним, он выпустил воображаемую стрелу. Следующая полетела уже во второго зверя, но только... ничего не произошло. Малыши всё так же возились на столе, мелкими прыжками преодолевая расстояние до края, и скоро Сириусу пришлось их ловить, чтобы проказники не поранились.

- Что же, - почесав у бывшего пера за ушком, протянул мужчина. – Ничего! Мы посмотрим следующее, Сохатик. Не всем же быть связующим судьбы, да? Тут у нас есть ещё... О! По описанию, конечно, не очень подходит, но вполне возможно... Хотя, нет. О, или это! Тут, вроде, сходится... Нет, нет, не то, - быстро листая страницы книжки, бормотал Сириус. Всё не сходилось, не получалось, не соответствовало тому, что он видит. То «Увеличивает в росте», то «Добавляет мышечную массу», то «Цвет глаз меняется на характерный фиолетовый». Это всё не то, совсем не то, и не подходит его малышу. Его щенок стал таким хрупким, слабым на вид, он просто не мог быть кем-то подобным. Сириус терялся в догадках, как Магия вообще могла дать его Сохатику что-то, что не способно защитить своего владельца, ведь подобного почти не бывает. Даже купидоны в случае опасности могут просто улететь или заставить врага влюбиться в ближайший камень, что даст ему фору для побега.

Так или иначе, а даже то, что вроде бы подходило его Сохатику по описанию, в итоге оказывалось совершенно не тем, и к вечеру, как раз к приближающемуся ужину, Сириус отчаялся разгадать тайну наследия Гарри. Если уж нет в книги из библиотеки Блэков, то нет более нигде. Это он усвоил много лет назад, и уже ни на что не надеясь принялся перелистывать последние страницы, как взгляд зацепился за очередной рисунок, изображающий человеческое тело. Это явно была скорее женская, нежели мужская фигура, и выражала она куклу, а не человека. Небольшая, округлая голова с пустыми глазницами, тонкое тело – невысокое и изящное, словно вейлы. Отличало его от самой обычной феи, на самом деле, не многое, но всё же это немногое очень походило на ситуацию с Гарри. Локтевые и коленные суставы, стопы, плечи и кисти были соединены между собой с помощью шариков, какими раньше крепили подвижные конечности куклам.

- «Проклятье Марионеточника» - прочитал название Сириус, хмуря густые брови и тут же переводя взгляд на характеристики. Фактическая невозможность погибнуть от внешних факторов, невосприимчивость к старению, абсолютно отсутствующий болевой порог – не считая, конечно, Круцио, который действует не на тело – и внешняя схожесть с кукольными изделиями. Это были именно те вещи, которые искал Сириус. Последняя известная носительница данного наследия погибла многие века назад, почти не оставив за собой следа в истории. Женщина была светской львицей, скрывавшей своё наследие до самой смерти, из-за чего изучить его почти не предоставлялось возможности. До неё было лишь несколько представителей проклятия, и лишь некоторые из них признались в этом до своей смерти. Уже эти новости напрягали Сириуса, ведь для подобного умалчивания надо иметь веские причины.

Причины стали ясны со следующей же прочитанной им строчкой. «Ментальное воздействие». «Свободное владение Империо». «Способность подчинить себе за раз более десятка людей/существ». Гарри владел малоизвестным, но очень опасным наследием. Конечно, в Британии стараются не ограничивать волшебников в возможностях лишь из-за их силы, но подобное...

О подобном нельзя говорить.

Никогда.

«Слабости:

1. Непереносимость холода.

2. Адский огонь»

Он сможет защитить своего крестника. Чего бы это ни стоило. И научит его защищаться самостоятельно.

3. Министерство Магии.