81. Кладбище

Понадобилось всего несколько мгновений, чтобы и Гарри, и Флёр поняли, что, куда бы их не послал кубок, это был совершенно не стадион Хогвартса. Несмотря на то, что ещё был лишь конец дня, здесь было темно, как поздним вечером, холодно, как не было последний весенний месяц, и тихо. Вокруг стояли плиты, при ближнем рассмотрении оказавшиеся надгробными, и совершенно стремные каменные статуи, изображающие святых и ангелов.

- Чт--, где мы? - Флёр в замешательстве нахмурилась, осматриваясь и прижимая руки к груди, сильнее сжимая палочку. Лишь пару минут назад у них всё было не просто хорошо, всё было просто прекрасно! Она лишь на мгновение позволила себе поверить, что все будет хорошо, что испытания закончились, что они будут свободны от всех этих ужасов, монстров и тварей, как они... Оказались в месте, которое наиболее сильно располагали к этим проблемам. - Они же не могли сделать продолжение испытания после получения кубка, верно? Не могли же?

Даже если бы могли, ей не верилось, что продолжение испытания проводили бы на кладбище. Это место наиболее располагало темной Магии, даже энергетика кладбища давила на светлых волшебников. Они не могли бы здесь сражаться! Это было бы оскорблением умерших!

Она всхлипнула, падая на колени и качая головой.

- Всё. Всё, пожалуйста, я больше не могу. Я не хочу участвовать в этом. Пожалуйста, я просто хочу домой, назад во Францию, к своей семье, сестре, друзьям. Я устала, - слёзы обжигали его щёки, глаза болели, она не могла сдержать ужасные рыдания и хлюпанья носом, не могла остановить своих всхлипываний, сколько бы ни тёрла щёки и пыталась восстановить дыхание. Это было слишком, слишком много всего. Она просто хочет уйти с этого глупого турнира! Почему Судьба так несправедлива к ней?

Гарри осторожно опустился на корточки, стараясь не наступить на ее голубую мантию или на свою мантию-невидимку. Наблюдая за рыдающей девушкой, он сначала очень осторожно потянулся к ней, но вздрогнул, возвращая руку назад, не уверенный, стоит ли вмешиваться, пока она в таком состоянии.

В конце концов, он встал, осматриваясь и немного отходя в сторону, посмотрев на окружение. Кубок упал недалеко от них, и, внимательно посмотрев на него, Гарри понял, что они ещё могут вернуться назад. По крайней мере, насколько он мог понять, кубок был рассчитан на перемещение лишь через уже точки.

- Флёр, - позвал он, повернувшись к девушке. Они должны были опять взяться за кубок вместе.

- Д-да? - слегка всхлипывая, стараясь звучать вменяемо, Флёр подняла на него взгляд, полный разочарования и страха.

- Кубок может переместить нас назад. Нужно взяться вместе.

Девушка сначала смотрела на него непонимающе, пытаясь осознать, о чём говорит Гарри. Всё в ней в одно мгновение осветилось, наполнилось надеждой, она даже встала с места и сделала шаг к нему, как...

- Двое? Нет, нет, нам это не нужно. Авада Кедавра!

Зелёный луч прорезал воздух, заканчивая свой путь в груди Делакур. Девушка не успела даже вскрикнуть. Ее колени подогнулись, глаза потускнели, тело ослабло и на глазах Гарри ее грудь выпустила последний вздох.

- Вот так. Глупая девчонка, она не должна была здесь появляться - проворчал профессор Грюм, с хроматой идя в их сторону. Непонимание и скорость происходящего так обескуражили Гарри, что он замер, смотря на Грюма, пока палочка не оказалась направлена на него.

Казалось, в этот момент зелёное проклятие, не сумевшее поразить Гарри многие годы назад, сорвётся с хлипкой палочки профессора, но кончик стал сверкать фиолетово-жёлтыми искрами, и в следующее мгновение заклинание обездвиживания врезалось в крепкий щит.

- Гарри! Прячься! - его ухо слегка кольнуло, когда рядом появился Сириус, крепко держащий палочку перед собой, опуская щит и сразу создавая несколько заклятий из простых атакующих. Хотелось спросить, как он оказался здесь так быстро, вовремя, но вместо этого Гарри послушно отскакивает в сторону, хватая тело Флёр, валяющиеся совсем рядом и ещё совсем теплое. Девушка была на удивление тяжёлой, что замедляло его шаг, и он не успел схватить кубок, как тот отлетел в сторону из-за одного из заклинаний Грюма. Двигаясь инстинктивно, Гарри оторвался от земли, с трудом неся Флёр и скрываясь за каменной статуей ангела.

- Кто ты такой!? - вскричал Сириус, смотря на пожирателя - не иначе - перед собой. Настоящий Грюм, пусть Блэк и не очень хорошо его знал, ни за что не стал бы так быстро сдавать позиции в бою. Это был сильный, закоренелый аврор, он просто не мог бы проиграть Сириусу, по крайней мере не за три минуты боя. - Где настоящий Грюм? Что ты хотел сделать с Гарри?

- Такой псине, как ты, Блэк, не понять моих целей! - Сириус едва не закатил глаза от того, как напыщенно это прозвучало, но не мог слишком сильно отвлекаться от боя. Отбивая какое-то жёлтое заклинание, он нахмурился, делая несколько быстрых шагов вперёд, обездвиживая Грюма и повалив его на землю. Засунув руку во внутренний карман мантии, он вынул маленький флакончик с зельем правды - он не планировал его использовать, но если бы появились Авроры, решившие ещё раз обвинить его в чём-то, это был бы залог его свободы.

Оглянувшись на Гарри и убедившись, что тот в безопасности с бессознательной девушкой, он вылил три капли на язык Грюма, после чего вызвал крепкие веревки и снял заклинание, чтобы лже-Грюм мог говорить.

- Кто ты такой?

Грюм выглядел так, словно противился действию зелья, но в конце концов слова вырвались из него.

- Барти Крауч младший.

- Чего ты хотел от Гарри?

- Кровь врага, взятая против воли, возродит Моего Лорда.

Сириус прищурился, приставив руку к его горлу, темная магия начинает вибрировать под его кожей, начиная нагревать жирную кожу Крауча, предупреждая, угрожая.

- Ты хотел убить Гарри?

- Мне всё равно, что будет с Поттером.

По-звериному зарычав, не скрывая своей собачьей сущности, и резким ударом его головы о каменную кладку могилы вырубил пожирателя.

Он встал, встряхнув руками, и поторопился к Гарри, замечая побелевшие костяшки, когда тот отчаянно прижимал к себе девушку.

- Гарри? Гарри, ты в порядке? - он присел около крестника, осторожно взяв его за плечи, после опустив взгляд на Делакур. - Давай мне ее сюда. Она выглядит довольно бледной.

Он осторожно тянется к Флёр в его руках, и пальцы Гарри едва раскрылись, словно не желая отпускать девушку. Сириус мягко устроил ее у себя на колене, опустившись в грязь за статуей, и прижал пальцы к венке на тоненькой шее. Его дыхание на мгновение прервалось, и он посмотрел на Гарри, чьи растерянные, напуганные глаза следили за его действиями над трупом полувейлы.

- Всё... Всё будет хорошо, Сохатик. Обещаю, мы со всем справимся, - он постарался, чтобы его улыбка не выглядела слишком натянутой, но, скорее всего, вышло это не так хорошо, как ему хотелось бы. Тем не менее, Сириус не мог позволить страху за состояние своего ребенка быть показанной, ведь от этого Гарри может впасть в панику. Он итак видел предостаточно. - Давай, сейчас мы с тобой заберём Крауча, и вернёмся в Хогвартс. Я уверен, Римус будет рад с тобой повидаться. Хочешь пирог? Пойдем сегодня домой, приготовим пирог. Может быть, финиковый?

Он осторожно опустил Флёр на более-менее чистый участок земли, продолжая говорить и поднимаясь, чтобы забрать Крауча, одновременно притянув кубок, ставя его около детей. Это был единственный способ попасть на территорию Хогвартса, иначе антиаппарационный барьер просто не пропустит их.

- Да, верно, можешь придержать её, если хочешь, - замечая, как Гарри приподнял голову девушки и положил к себе на колени, не давая светлым волосам испачкаться ещё сильнее, Блэк лишь умолял у себя в голове, что такое взаимодействие с мертвецом не навредят его малышу ещё сильней. В конце концов, он заставил себя перевести взгляд на Барти Крауча, который, видимо, был невероятно живучей крысой, потому что уже пришел в себя и старался сесть. Палочка, зажатая в его руках, была прижата к ноге, но направлена на детей. Его лицо выражало лишь злобу и ненависть, когда фиолетовый луч полетел в сторону его крестника.

Сириус едва успел выпустить светло-серый шар из ладони, не обдумав даже форму, в которую должна была превратиться его сила. Ярко-фиолетовый магический выстрел прорвался через его преграду, тут же сменив траекторию и врезаясь в кубок.

Гарри вскинул руку, прикрывая лицо, когда в него прилетел тяжелейший кубок, и в тот же момент его и Делакур переместило в пространстве. Мир закрутился, все внутри сжало, и Гарри сам не знает, как смог перетащить Делакур ближе к себе, обхватив ее поперёк груди, боясь, что потеряет её где-то по пути в перемещения.

Становилось все темнее, и их окружил сильный шум, барабанный гул от школьного музыкального кружка, крики зрителей, какой-то вой и свист. Его окружили люди, и Гарри зажмурился, прижимая к себе Флёр, прикрывая ее от чужих глаз, ощущая, как сползают очки с носа, но даже не думая поправлять их, не желая отпускать доброго друга, не близкого, но явно не заслужившего этого. На том кладбище должен был быть только Гарри, так сказал сам Грюм, и Флёр просто оказалась там, где не должна была быть.

- Мальчик мой!

- Поттер!

Профессор Снейп и директор Дамблдор едва не рассталкивали людей около Гарри, с фотоаппаратами и камерами, и именно декан оказался около него первым. Обхватив лицо ученика, он с силой поднял его, осматривая на наличие ран.

- Открой глаза! - он почти шипел, звуча угрожающе и так же эмоционально, как если бы кричал. Гарри не имел права не послушаться его, распахивая глаза. - Ты меня видишь? Слышишь? - Гарри дважды кивнул, почти испуганно смотря на профессора, но скорее от всей ситуации, чем от самого учителя. - Ты ранен? Мисс Делакур ранена? - он сначала покачал головой, но на второй вопрос замер, сильней обхватив Делакур. - Передайте ее мне, Поттер. Вас нужно отвезти к мадам Помфри.

- Она без сознания?

- Что случилось с Мадам Делакур, Мистер Поттер?

- Альбус Дамблдор, как вы можете прокомментировать эту ситуацию?

Со всех сторон лились вопросы от журналистов, когда Директор, что-то себе под нос бухтя - «Уф-фуф-фуф» - садился на корточки с другой стороны от Снейпа, осматривая своего мальчика, стараясь скрыть от публики свое беспокойство. Про Гарри итак очень много неприятного писали газеты в начале этого учебного года - несмотря на то, что дети в Хогвартсе, кажется, очень радовались этому, пока не поняли, что жизни Гарри могут угрожать те же драконы. Он заметил, что Северус уже сделал почти всю работу, и благодушно улыбнулся, мягко взяв освободившиеся - далеко не сразу - руки Гарри, помогая ему подняться.

- Альбус, - Северус подхватил на руки девушку, после чего бросил потемневший взгляд из-под бровей. В одной из рук он сжимал запястье Флёр, прижав указательный и средний палец к месту пульса. Дамблдору не нужно было повторять дважды, чтобы он понял, что произошло, но, к сожалению, не только он был проницателен в столь открытом показании.

- М~мгм, директор-директор, что вы можете сказать о смерти одного из участников? Кто напал на Виктора Крама в лабиринте? Будете ли вы отвечать перед правительством Болгарии за то, что допустили нападение на их звезду квиддича? Можете ли вы сказать, какую роль в этой ситуации сыграл мистер Поттер? - это спросила девушка с похожим на маггловским микрофон, какие были очень популярны даже у магов, когда только-только появились. Но на территории Хогвартса техника не работает, так что сложно было сказать, что девушка с ним делала, кроме как старательно тыкала им в директора, даже не проявив страха или неудобства от слегка хмурого взгляда директора. В ее глазу был похожий на грюмова протез, тем не менее он находил не артефакты, а снимал колдо-фото и у нее около шеи был виден деревянный проход, из которого через мгновение вышло фото Альбуса. Журналистка поймала это фото, и оно испарилось из ее рук, как карта у маггловского фокусника. - Как вы объясните послам Франции, что на вашем турнире была убита волшебница из аристократичной семьи? Как вы считаете, кто её убил?

Директор продолжал хмуро смотреть на нее, но после фото расслабил лицо. Никак нельзя было допустить, чтобы общественность увидела слишком много фото с его недовольным или даже немного грубоватым лицом.

- Вы можете не беспокоиться, мадам...

- Стим. Сиа Стим, новый журналист из «Ежедневного Пророка».

- Мадам Стим, конечно, конечно. Мы уверяем вас, с мадам Флёр все хорошо. Мы, без сомнений, сможем прийти к пониманию с произошедшим на турнире с министрами остальных стран, вам не о чём волноваться.

- Если вы так говорите, сэр, то вы, конечно же, позволите мне проверить ее пульс? - девушка улыбнулась, склонив голову и придерживая микрофон. - Или вы сейчас скажете мне, что я не могу ее коснуться без личного позволения мисс Делакур?

- Если мы хотим, чтобы мадам Делакур и дальше была жива, нам стоит поторопиться к колдомедикам, мадам Стим, - смотря на девушку сверху вниз, Северус сделал шаг вперёд, наступая прямо на журналистку, вынуждая ее отступить в сторону. Дамблдор довольно промурлыкал, идя вслед за своим коллегой, кивая Гарри, мягко призывая его идти следом, не обращая внимание на звук сделанной фотографии. Однако они не успели отойти, как девушка вновь оказалась рядом, идя в ногу с директором, больше не обращая внимания на Делакур и профессора Снейпа.

- Мистер Поттер! Для меня будет честью, если вы дадите мне пару слов. Пожалуйста, скажите, что произошло до того, как вы с мисс Делакур появились на поле?

Дамблдор не мог сказать Гарри молчать. Это будет не очень хорошо. Он мог только надеяться, что мальчик будет разумным и не станет говорить с незнакомками.

И, возможно, так бы и было. Но ему задали вопрос, и Гарри был слишком шокирован от того, что произошло за сегодня. И он ответил, не отрывая взгляда от земли, продолжая следовать за директором.

- Барти Крауч-младший хотел воскресить Волан-де-Морта.

Микрофон выпал из руки девушки. Они ушли в кабинет директора, больше не останавливаемые журналистами.