71. Я ошибся

На следующий день Теодор предложил Гарри вместе потренироваться в ванной старост, и, получив ключ у Седрика, они отправились туда сразу после завтрака. Профессор Стебель была достаточно щедра, чтобы не так давно дать Гарри семена жаброслей, которые, как оказалось, растут в правильных условиях так же быстро, как сорняки. При том, что данными условиями была высокая влажность, темнота и щепотка соли каждый вечер, у Гарри оказался небольшой огородник в задней части кабинета зельеварения, где профессор Снейп выделил ему целый стол под горшки. Во время уроков на стол наложены чары, чтобы другие студенты не совали нос куда не надо, и Теодор удивился, когда впервые увидел три ряда горшочков по семь штук.

- Это... Умно, - пробормотал он, задаваясь вопросом, был ли так щедр их декан из-за преданности их факультету, симпатии лично к Гарри или же тут постарался Драко, крестник Снейпа, чего ни один из них не скрывал. Однако спрашивать он не стал - это было бы по меньшей мере грубо, если не сказать неприятно, так как Малфой не был таким уж подлизой. Может, на первом курсе да, но никак не сейчас.

Драко к ним не присоединился, чему Теодор был рад, пусть и не признавал этого вслух. У него уже были планы с Грейнджер, и, так как время уже поджимало, а они оба были слишком пунктуальны, Малфой даже не узнал, куда шли его соседи по комнате. Путь же до ванной был относительно коротким - мимо них пару раз пробежали близнецы Уизли, торопились на прогулку несколько Пуффендуйцев, а вслед за ними и Филч с котёнком у своих ног, который бегал за ним с тех пор, как Джинни подарила его. Нового кота ученики не боялись и даже любили, а вот Филч первое время, казалось, не принимал его.

(Некоторое время шёл слух, что Филч ночью плакал, зарывшись носом в шерсть нового котёнка, гладя его своими старыми, мазолистыми пальцами, приговаривая, как же он скучал по миссис Норис, и что обещал не допустить подобного более. Слух ли это на самом деле, или же это была правда, а примерно в то же время старый смотритель стал куда более лоялен к котёнку).

Больше людей практически не было - кто-то спал, кто-то всё ещё завтракал, многие просто отправились в гостиные своих факультетов.

В ванной старост Тео ещё не доводилось бывать. Он рассчитывал попасть в это место в следующем году, пусть и не знал, по каким критериям выбирают старост, и наслаждаться новыми возможностями по полной мере. Однако раз его парень мог провести их сюда уже сейчас, то он не видел смысла в том, чтобы отказывать.

- Как вы тренировались? Тёплая вода или холодная? Или просто плавали? - снимая мантию, рубашку и брюки, он остался в купальных трусах, подходя к кранам и думая над тем, какую воду набирать.

- Снижали температуру. Сейчас должна был почти холодная, - Гарри проделал те же самые движения, после чего присел на корточки около ванной, крутя нужные краны. Тут же шум наполнил комнату, затихая по мере поступления воды.

- Ясно. Ух, брр, звучит холодно, - пробормотал Нотт, садясь около него и опустив руку в воду, тут же вынимая её. Не так, чтобы ледяная, но ему было неприятно. Очень. Может ли быть, что жабросли помогут переносить эту температуру? Или сделают её более чем терпимой? На дне озера всё же куда холоднее.

Гарри не ответил. Он достал из кармана снятой мантии свой пучок травы, слегка отряхнув её и кладя в рот. Никакого шума не последовало - трава не шуршала, как сухари, а более никаких звуков, наверное, и не могло быть.

Следуя его примеру, Теодор взял в рот пучок. Горло сразу обдало жаром, хотелось выплюнуть отраву и прокашляться, убедившись, что не останется ни кусочка, но он стоял, как вкопанный, продолжая жевать и с трудом проглатывая. Отвратительно. Просто отвратительно. Как они это едят так часто? Ужасно. Он бы не хотел повторять этот опыт.

Не понадобилось и минуты, как он ощутил действие травы на себе. Сначала пальцы словно склеились, а после, раскрывая их, можно было увидеть тонкие, слизестие плёночки, чем-то похожие на тонкие водоросли, только очень-очень тонкие. Они были отвратительны на ощупь, но даже примерное их назначение казалось Теодору более чем понятным.

Следом изменения были на пальцах его ног и под мышками - везде появилась эта плёночка, а ноги вытянулись, становясь похожими на ласты. Только после Нотт ощутил новую волну жжения в шее, и, подняв руки, ощутил вздымающие от его вздохов жабры.

- Мерлин! - он прижал ладони к глазам, сильно надавливая на них, когда боль опалила чувствительную оболочку. Слёзы навернулись на глаза, но он терпеливо ждал, когда это пройдёт, делая быстрые, глубокие вздохи. Наконец - спустя, казалось бы, вечность - боль ушла, и он выпрямился, встречаясь с ярко-жёлтыми, наполненными кромкой беспокойства глазами своего парня. Этот взгляд казался удивительно незнакомым, почти чужим, но что именно было в нём не так сложно сказать...

Минутку. Ярко-жёлтые?

Глаза Гарри были почти ядовитого, жёлтого цвета, с красным зрачком и появившейся поверх зеленовато-жёлтой бледной плёночной, которая, предположительно, убережёт глаза от воды, в то время как изменённый цвет, наверное, помогает видеть под водой. Всё же через их окна в гостиной легко понять, что на дне Большого Озера не так уж светло.

- У меня такие же глаза? То есть, жёлтые? - предположил Тео, смотря на Гарри и прикусив слегка губу.

- Жёлтые, - кивок, и, убедившись, что с ним всё в порядке, Гарри отвернулся, направляясь к воде.

Они нырнули по очереди: Теодор ненадолго замялся, мысленно попытавшись перейти в свою хвостатую форму, но, когда этого сделать не удалось, тяжело сглотнул, спускаясь в воду. Уверенности, что он сможет легко дышать там даже после погружения не было, но он не собирался так просто сдаваться.

Он должен помочь Гарри, верно?

Итак, сделав глубокий вдох, он нырнул. Вода почти сразу попала в зажмуренные глаза, что заставило его зажмуриться ещё сильнее. Воздух быстро заканчивался, ведь он не так часто занимался спортом, чтобы проворачивать нечто подобное, и, когда он уже собирался всплыть, отказавшись от этой глупой идеи, тонкая, холодная рука почти нежно взяла его собственную.

Гарри завис в воде около Теодора, научившись за время тренировок контролировать своё погружение и место тела в воде. Это было не сложнее полёта, на самом деле, куда легче чем полёт, но от чего-то удивляло Драко, когда они тренировались вместе по началу.

Небольшие трещинки покрыли его ноги - эта температура уже не подходила ему, и, будь Сириус рядом, он бы ни за что не разрешил ему купаться здесь, однако около него был только Тео, который медленно открывал глаза, явно нерешительно, как Драко в первый раз. У самого Гарри проблем с этим от чего-то не было: возможно потому, что его не тревожили физические реакции тела, будь то отколотая рука или вода в ушах.

Наконец Тео медленно моргнул, и тут же почти удивлённо быстро стал моргать, смотря на него так, словно не верил, что и правда оказался под водой. От радости - восторга? Гарри всё ещё плохо различал эти эмоции - он забыл о том, что сдерживал дыхание, однако жабры уже во всю работали на его шее, поднимаясь и опускаясь, как и грудь, во время каждого вздоха.

Теодор адаптировался быстро, рассматривая уже под водой плавники на пальцах и, кивая сам себе, медленно подтолкнул себя на встречу Гарри, оставляя озорной поцелуй на краю его носа, после чего отплыл, слегка сощурившись и играя бровями. Его настроение было таким странным и запутанным, но было понятно, что он хочет, чтобы Гарри подплыл к нему, и тот это сделал. Но Тео только вновь увернулся, перевернувшись при этом в воде на стовосемьдесят градусов, растерянно вскрикнув - пузырьки быстро пошли от его губ вверх - но найдя равновесие и вновь поднявшись головой к потолку. Настроение его, однако от этого не испортилось, а Гарри, всё ещё не зная, чего тот хочет, вновь попытался подплыть.

Он подплывал - Тео уплывал - приближался - удалялся, - пытался поймать - уворачивался. Совершенно ничего не понимая, Гарри продолжал попытки схватить его, слегка хмурясь, когда раз за разом это у него не выходило.

Тео всё ещё время от времени ошибался, то поворачиваясь не так в воде, то теряя центр тяжести, от чего переворачивался, однако его привычка скользить по комнате на хвосте помогла куда быстрее освоиться в воде, чем, как он понял, смог освоиться Гарри за всё время своих тренировок. В какой-то мере это было даже лестно, ведь до этого момента Тео был лучше Гарри только в понимании чужих эмоций, и то не всегда, ведь Гарри как-то узнавал на первом курсе, когда лучше отступить от конфликта - Рон тому пример. Уизли явно нарывался на них пару раз, но прекратил, возможно, от скуки, когда понял, что Гарри не собирался ему отвечать на это.

Однако куда больше удовольствия он ощущал потребность помочь. Гарри должен был пройти соревнование - не важно, какое место, главное - чтобы был целым. И если тот так плохо плавает сейчас, когда давление воды почти минимальное, то что будет на озере? Ведь задание вряд ли будет около кромки воды, нет, ведь какое от этого зрелище?

Потому он продолжал уплывать, изворачиваться и выгибаться, не давая себя поймать и в какой-то мере разыгрывая Гарри своим поведением. Однако, сколько бы тот не хмурился, Тео не прекратил, пока не заметил широких трещин на его бедре. Замерев, он скривился, не совсем успев среагировать, когда Гарри, не ожидавший этого, врезался в него. Ухватившись сначала за его талию, Нотт следом переместил руку на его лопатки, второй показывая пальцем вверх, намекая на то, что им нужно всплывать.

Воздух наполнил его лёгкие, когда холодный воздух суши окружил их тела, и, не обращая внимания на собственную дрожь, как и на мелкие чешуйки, вырисовываются то на его локтях, то у уха, Тео вылез из воды, схватив полотенце и заворачивая в него туловище Гарри, который к тому моменту успел только присесть на бортик ванной.

- Почему вы уменьшали температуру, если ты продолжаешь трескаться?! - голос звучал почти незнакомо, обеспокоенно-возмущённо и водянисто, возможно из-за того, что жабры только начали закрываться на его шее. Теодора это не особо волновало в тот момент, даже когда вода наполняла его рот, заставляя сплюнуть излишки, с которыми его организм не мог справиться без жабр, но упрямый взгляд тут же был возвращён к Гарри, который потупился в пол, слегка шевеля своими пальчиками. Те были совсем неподвижными, словно склеившимися, как у кукол в коллекционных коробках, и Тео понимал, что, видимо, вода ещё осталась в его ступнях, а может он просто ещё недостаточно отогрелся, чтобы вернуться в привычную форму - и Тео знает, что его ноги не всегда такие, потому что видел их перед тем, как они погрузились в бассейн.

- Они не потрескаются на испытании, - пробормотал Гарри, и это заставило его немного сбавить свой напор, вздохнув. Если уж Гарри ощущал себя неудобно сейчас, то серьёзность проблемы была ему известна.

Тяжёлый вздох почти неконтролируемо сорвался с его губ, и Тео покачал головой, потирая переносицу и сильно зажмурившись.

- Почему ты так думаешь? Ты придумал что-то? Потому что если это так, то почему ты этого не используешь? - он посмотрел прямо в глаза Гарри, что было сложно, так как тот упрямо держал голову опущенной. - Ты мне не скажешь? Потому что, конечно, ты мне не скажешь! Зачем? - он взмахнул рукой, крутя ей около головы, отходя от Гарри и поднимая глаза к небу. - Подумаешь, я твой парень! Вот если бы спросил Малфой, ты бы уже ответил, верно? Это же Малфой, как ему...

- Я возьму Уизли, - перебивая, зажмурившись и, как ему показалось, всхлипнув, перебил Гарри, скрещивая руки на худощавой груди и поднимая плечи. Теодор замолчал, сам не понимая, что на него нашло, и нахмурился, смотря на Гарри, пытаясь понять точнее, что тот имел ввиду. Было ли это то, о чём Тео думал, или он просто попросит его? Он же о Роне Уизли? Или близнецах? Джиневра уже точно не была включена в список возможных, как не самая приятная из людей для самого Гарри.

- Я просто уточню, - поджав губы, сказал Тео, опуская руку и подходя чуть ближе. - Что именно ты имеешь ввиду?

- Я... - горло перехватывает, он поджимает губы, после - медленно опускается, прижимая к груди колени и смотря на начинающие разделяться пальцы. Лицо его кажется бледнее нездорового, бледнее мёртвого, как выразились бы взрослые, но Тео видел мёртвых - на картинках, на ритуалах - и те не были так бледны, иногда даже оставались розоватыми. - Я захвачу их. Как ты меня учил. Они смогут греть воду вокруг меня. ...наверное...

У Гарри не было уверенности в том, как будут работать огненные заклинания - наследия - под водой, но это единственная идея, которая казалась ему хорошей, более чем выполнимой. Не было заклинаний или зелий, которые помогли бы ему согреться, по крайней мере, нет в его доступе. Возможно, следовало бы обратиться к Сириусу за советом, однако Гарри заметил, что тот слишком волнуется о нём, и его просьба только усилит это беспокойство.

Теодор нахмурился, прикусив губу, едва не лопая её клыком, после чего присел рядом с ним, слегка касаясь острого плеча своим собственным.

- Я думаю, мы должны были обсудить это давным-давно, - пробормотал Тео, слегка сжимая края полотенца. - Сразу хочу сказать, что я не жалею о том, что помог тебе научиться использовать эту силу. Мне стыдно, что я заставил тебя это делать, но никто не дождался бы от меня сожаления, если бы узнали об этом. Это твой дар, и ты смог защитить себя с его помощью. Однако я не подумал тогда о твоих чувствах. Мне жаль. Прости меня.

Звучало скомкано, и он немного пожевал щёку изнутри, облизывая с чего-то пересохшие губы, сплёвывая подступившую к горлу воду, немного раздражённо утирая рот.

- Я так же не подумал о том, как ты воспринимаешь всё это. Я рос в магической семье нагов, уже зная, что могу получить это наследие, и что мне придётся подписать договор с Министерством, чтобы не злоупотреблять гипнозом. Я с самого детства учил все возможные прорехи в договоре и возможности нарушать его так, чтобы это не считалось нарушением. Я был готов ко всему, но при этом знал, почему не правильно вот так просто брать под контроль людей. Я умел общаться с другими, и нравственность и мораль, в какой-то мере, были не чужды никому из нас, детей Пожирателей. Однако ты... - он запнулся, честно говоря, даже не желая об этом вспоминать. - Ты другой. Рос по другому, воспринимаешь всё по другому, действуешь по другому. Я не подумал об этом, даже не попытался обсудить это с тобой. Это была самая основная ошибка из тех, которые я допустил.

Он замялся, переходя к основной теме этого разговора. Поймёт ли его Гарри? Послушает ли? Возможно, стоит обратиться к Лорду Блэку? Гарри точно бы послушал его.

Нет - напомнил он себе, качая головой. Это была его вина, что Гарри пришёл к такому решению, именно Тео показал Гарри, что это можно использовать, как рабочий вариант. Он не может скидывать свои ошибки на плечи других людей.

Хотя - добавляет его рациональная часть. - На всякий случай стоит сказать Лорду Блэку. Просто для профилактики.

- Ты не можешь брать под контроль людей, Гарри. Не для чего-то такого... Такого. И тебя не должны на этом поймать. Вообще, тебя могут неправильно понять, если ты захватишь какого-то человека. Так обычно поступают не самые добрые люди.

- Почему? - Гарри слегка склонил голову, наконец посмотрев на него, и Тео честно не знал, что на это ответить. Не говорить же, что в войну обильно использовали «Империо», и теперь в этому относятся так же строго, как к Аваде и Круцио? Говоря точнее - в войну с Грин-де-Вальдом, именно после неё стало три непростительных, вместо двух.

- Наши с тобой силы... Помнишь, чему нас учил профессор Грюм? Непростительное заклинание, которое захватывает разум других. Ты же видел, как на это отреагировал Драко? А остальные? - он ждал кивания, может, мычания, или другого возможного подтверждения, но этого не последовало. Он не помнил? Не видел? Не смотрел?

Ну, в тот день произошло много чего. Тео предположил, что Гарри имел право забыть.

- Им было неприятно, и после этого остальные были грустными, - звучало глупо и по-детски, но Теодор не знал, как ещё это можно было бы объяснить, чтобы Гарри понял даже в своём особенно пассивном состоянии.

Он ощущал, что можно было бы сказать больше, но слова не находились, а сидеть становилось холодновато.

- Давай пойдём в комнату? Я бы не хотел, чтобы кто-нибудь из нас заболел. А про Уизли... Я что-нибудь придумаю. Обещаю.

Гарри слегка кивает, и Теодор встаёт, подавая ему руку. Некоторое время тот возится, словно конечности не поддавались ему, после чего взял его ладонь, позволяя поднять себя на ноги.

Одевались в тишине, спустили воду и сходили отдать ключ Седрику, который, зевая, улыбнулся им, добродушно обнимая обоих и что-то сонно бормоча в их макушки. Из пуффендуйской гостиной выглянули двое - близнецы с синей и розоватой кожей, девочка и мальчик, которые скоро осторожно отстранили от них Седрика и, ласково улыбнувшись, попросили прощения, говоря, что, когда он сильно устаёт, Седрик особенно тактилен.

Тео не стал обращать внимания на это, но заметил, что в руках (и крыльях) семикурсника Гарри в некоторой мере даже расслабился, так что он взял себе на заметку спросить, хочет ли тот обниматься с ним. Сейчас спрашивать о таком казалось в некоторой степени неловким, и Теодор покрепче сжал его руку, ведя Гарри в их комнату.

Лицо его скривилось и нахмурилось, глаза слегка покраснели, когда Драко в комнате едва не подскочил, увидев их и подлетая к Гарри.

- Где вы были? Почему ты опять мраморный? Ты плавал? С ним? - лицо Драко сморщилась почти зеркально лицу Тео, когда они встретились взглядами, и Тео хотел даже исправить его, ведь кожа Гарри была явно не мрамором, но, помня их разговор, промолчал. Что бы ни происходило, он обещал постараться разобраться со своей неприязнью к Малфою, и не важно, будет тот ему помогать в этом или нет.

Хотя... Это же Малфой. Нотт не удивился бы, если бы тот постарался вывести его из себя, узнав о желаниях Теодора исправить их отношения. Драко казался Теодору особенно отвратительным мальчишкой, который может приносить одни лишь неприятности.

Была бы воля Тео, он бы, возможно, не дал бы Гарри общаться с Драко. В старые времена мужья в принципе имели право на такое, а в однополых парах - старшие мужья, коим Тео и хотел бы стать, так как это приносило больше привилегий и принесло бы ему больше возможностей по защите Гарри. Правда сейчас, когда тот мог сам защититься даже от дракона, было не так ясно, от кого он собирался защищать. Однако Гарри всегда казался таким хрупким и маленьким, что не было сомнений: защищать его нужно будет всегда, вне зависимости от того, какой сильный сам Гарри.

И запрещать ему с кем-то общаться Тео не собирался. Хотел, без сомнений хотел, но он знал, что это будет не правильно, и что Гарри сам принимает решения, позволяя даже сейчас Драко заботиться о нём, рассматривая шкаф и доставая ему самые тёплые вещи из тех, что у них были - штаны Драко, носки Гарри и самая тёплая из тех кофт, что были у Тео. Обычно Гарри носил только своё, но после... Скажем, не самых приятных моментов, когда он по утрам собирал расколовшиеся от холода пальцы, оба решили, что можно давать ему любую из их личных вещей.

Гарри не спорил, отправляясь в тёплый душ, после которого Драко утянул его на кровать и замотал в одеяло поверх пижамы. Тео проворчал, переодеваясь и пристраивая к нему рядом, призывая к себе книгу и разбирая вместе с Гарри и присоединившимся Драко новую главу в программе Флитвика.

Предположительно, всё было не так плохо, как бы ситуация не раздражала к этому моменту Теодора. Оставалось лишь надеяться, что он придумает решение проблем Гарри и второе испытание пройдёт успешней первого.