7. Ловец

          Урок ЗоТИ - «Защита от тёмных искусств, Поттер. Тебе стоит это выучить не хуже, чем зельеварение» - так ему быстренько объяснила Пэнси, почему-то после этого получив недовольные взгляды от Теодора и Драко. - вёл очень подозрительный мужчина по фамилии Квирелл. Он носил на голове какой-то платок, как мужчины в фильмах про Иерусалим — если Гарри верно помнит, именно там происходили истории из сериала про Великолепный Век — и говорил, заикаясь через слово, чем очень раздражал многих на его потоке.

- З-здравствуйте, дети. Сад-дитесь по местам, - говорит он, как только Слизеринцы зашли в кабинет. Гарри слегка нахмурился, шрам на лбу начинал шипеть и, не обращая внимания на недовольства Драко, он пошёл к задним партам. Малфой, собственно, почему-то не стал садиться спереди, а пошёл следом за ним и занял место около прохода, позволяя однокурснику сесть около окна, от которого приятно дуло прохладой, будто ремонта здесь не было последние лет десять. Собственно, вполне вероятно, что так и есть. Дамблдор не вызывал в нём уверенности, как тот же директор из магловской школы, который правда волновался о своих учениках, потому даже Гарри несколько раз побывал из-за его беспокойства в кабинете психолога, но тот быстро понял, что ничего у него не получится с этим мальчиком, потому прописал ему витамины, чтоб хоть настроение поднялось, и отпустил домой.

- И всё же, Потти, почему мы сидим здесь? - смотря на то, как Квирелл выписывал на доске тему - «Вампиры» - спросил Драко. Он заметил, что его знакомый хмурится и то и дело протирает знаменитый шрам-молнию, но молчит, хотя ему явно нездоровится.

- У меня болит голова. Голос учителя неприятен и высок, потому от него могло заболеть ещё сильней. А здесь не так сильно, - ответил он, внимательно слушая учителя и записывая каждое его слово на пергамент. Хотя, открыв учебник, он заметил, что главы про вампиров там нет. Понимая, что уроки будут проходить не обязательно по учебнику, он сразу оценил, сколько же ему придётся учить. Драко, заметив поведение друга, вздохнул. Видимо, в своих выводах они с Теодором оказались правы. И это ужасно, потому что если его послушание распространяется на всех, то что же будет, когда гриффиндорцы об этом узнают? Он осмотрел класс и словил взгляд Теодора, сразу кивая ему. Им стоит поговорить. Определённо стоит.

- Болит шрам, Потти? - уточнил он, тут уже скосив взгляд на учителя, который запинаясь рассказывал о своих приключениях и том, почему теперь обвешен чесноком, как в прочем и весь кабинет. Гарри в это время кивнул, вновь протерев свой лоб и недовольно хмурясь, промокашкой вытирая своё перо. - Стоит сходить к Помфи. Всё таки шрам от Авады, это же неизученный фномен. Думаю, медики не будут против тебя изучить. Хотя, думаю, тебе стоит поспать, - он ещё раз осмотрел Гарри, когда тот сильней нахмурился, стоило профессору подойти чуть ближе к ним.

- Ч-что такое, мистер П-поттер? Вам плохо? - заметил его лицо Квирелл и прежде, чем отнять баллы за кривляния на уроке, уточнил сей факт. Гарри бросил взгляд на Пэнси, которая вместе с остальными обернулась на него, и помотал головой.

- Нет, сэр, всё хорошо. Извините, профессор, продолжайте, - он вновь макнул перо в чернила и слегка вытер о промокашку, начиная записывать возобновившийся урок.

«Вампиры»

«Ошибочное мнение: вампиры могут питаться только кровью, не переносят солнечного света, имеют бледную кожу и красные глаза.

Правда: вампирам необходима кровь раз в месяц и им вполне хватает стакана от вина, наполненного до краёв. Кровь желательна человеческая, в настоящее время волшебники с наследием вампира предпочитают покупать кровь в больницах маглов, которые сдают свою кровь за деньги, отчего становятся менее опасны для волшебников и маглов. Более опасны живущие в деревнях или отдалённых посёлочных пунктах. Чеснок не смертелен, но непереносим, вызывает отвращение, сродни отвращению человека, которому предложили съесть сырое мясо. Солнечный свет им безвреден, хоть большинство вампиров и быстро обгорают, потому до сих пор большая часть популяции очень бледная, но есть и смуглые, и афроамериканские вампиры. Глаза имеют ту же палитру, что и люди, преобладают тёмные тона. Любят уединённую жизнь, не расположены к семейной жизни, но очень щепетильны к наследникам. Умирают от кола в сердце, как любой другой волшебник или существо. Предпочитают, чтоб захоронения с их телами были в фамильных склепах. Средняя продолжительность жизни от пяти до восьми сотен лет. В связи с этим предпочитают работать в сфере бизнеса или же науки, неторопливо создавая себе имя. Имеют расположение к анимагии, чаще всего превращаются в летучих мышей/собак/лис или ворон; имеются исключения.

Место жительства: предпочитают родовые поместья отдалённо от основной массы населения.

Вампиры в Британии: Северус Снейп, брат и сестра Кэрроу

Отличия от волшебников без наследия: долголетие, повышенная регенерация, больший размер магического ядра, выносливость

Способы борьбы равны способам борьбы с обычным волшебником»

Гарри глянул на Драко, но тот, кажется, вовсе не был удивлён той новости, что их декан — вампир. Поттер всегда считал, что всё это — выдумки людей, но, видимо, когда-то давно люди были знакомы с волшебниками и всеми их существами, но что-то заставило маглов забыть о мире магии, а вот о их расах не забыли, создавая про них множество историй, комиксов, книг и фильмов, даже сериалов. Это была новость, с которой ему ещё не мало придётся мириться, а на всякий случай узнать, есть ли у него это самое наследие и какое оно. Оно же передаётся по крови, если судить по тому, что он услышал. Драко — будущий эльф, его отец эльф. Вампиры следят за наследниками, следовательно, тоже вампирами. Рыжие Уизли, если вспомнить разговор девочек за прошлым обедом, огненные элементали, как и некий Симус Финиган. Это, видимо, тот мальчик, который за завтраком превращал воду в ром, но в итоге взорвал напиток. Всё это слишком сложно, но лёгкое любопытство заставляет интересоваться этой темой. Самостоятельно, конечно.

Совсем скоро прозвенел звонок. Полтора часа урока прошли куда дольше, чем хотелось бы, а информации на самом деле не так уж и много, всё растягивало это за-за-заикание профессора. Поттер уже невзлюбил этот предмет, хотя раньше не замечал за собой каких-либо отрицательных эмоций в сторону учителей. Возможно, это связанно с тем, что от профессора Квирелла у него жутко болела голова. Кто вообще придумал это правило, чтоб первые два урока шли по полтора часа, в то время как все остальные в двое меньше? Неужели так было всегда? Хотя, возможно, кто-то и нашёл это логичным.

- Потти, не спи. Что там тебе записали? - Драко быстро нашёл в его сумке записанный Помфи рецепт и осмотрел его тарелку, после показывая список Теодору и вместе они собрали с разных краёв стола всё то, что нужно. На самом деле получилась не такая уж большая порция, просто все пункты из списка стояли очень далеко от них. Смотря за этим, девочки тоже заглянули в список и вот уже Паркинсон набирает полную ложку зелёного горошка и сыплет в тарелку Герою, а Дафна лёгким взмахом палочки превращает тыквенный сок в горячий чёрный чай. Всё это под непонимающий взгляд со стороны старших курсов и удивлённо-спокойный самого Поттера.

- Вы вовсе не обязаны были этого делать, - забирая пергамент с рецептом, тихо сообщает он, на что Драко довольно хмыкает, накладывая корейской морковки в собственную тарелку.

- Должен будешь, Потти, - пожал он плечами, краем глаза наблюдая, чтоб одноклассник поел. - Хотя что с тебя взять. Но нужно же держать лицо. Представь только статью в еженедельном вестнике: «Слизеринцы заботятся о Герое магической Британии! Признали в нём Тёмного Лорда или же решили загладить вину своих родителей?». Рита Скиттер будет в восторге, как ты думаешь? А, в общем, не важно. Главное, что уважение к нам поднимется, а ты давай, ешь, тебе стоит набирать вес, - он отворачивается полностью к своей порции и начинает уплетать суп. Поттер, ненароком замечая внимание к своей персоне так же с учительского стола от двух абсолютно не похожих друг на друга волшебников, повторяет его движения. Только вот в отличии от него старшие курсы уже слишком хорошо знали директора и декана, и внимание от первого на том, как же ест Герой, было излишне подозрительно, но на этом было решено пока не зацикливать внимания.

Следующий урок была арифмантика, которую с непривычки Гарри называл обычной математикой, но только у себя в голове. Собственно, учили там тому же, чему на математике. Счёт, заковыристые задачки, стоимость золота и других материалов. Похоже было на уроки ведения торгов или начала бизнеса, но по большей части сводилось именно в умению подсчитывать свои сокровища. Четвёртый урок — ЗоТИ, только в этот раз всего сорок пять минут, на уроке Квирелл не мог сказать ничего нового, так и разглагольствуя о вампирах, только в этот раз не забыл задать домашнюю работу. И, наконец-то, последний урок — физическая культура, квиддич. Там их должна будет обучить полётам мадам Трюк. Вместе с ними там будут гриффиндорцы. Это единственный урок по вторникам, который у них совпадает.

Урок проходил на улице и прежде, чем выйти, все ученики сбегали положить сумки в комнатах, при этом успев сходить на полдник, что было очень неплохо с учётом того, что на всё про всё у них было сорок минут. И вот они стоят в два редка по факультетам, с правого бока от каждого довольно старенькая метла, а между рядов ходит Трюк.

- Вытяните руку перед собой и прикажите метле подняться. Команда: «Вверх!» - диктовала она. Мадам Трюк явно не была лучшим учителем. Гарри смел предположить, что уча детей такой дисциплине, она должна иметь при себе метлу, но её и в помине рядом не было у учителя, а сама та ходила между ними. Хотя, возможно, она умеет летать сама. Гарри всегда мечтал уметь летать. Чувствовать ветер в лицо, нестись вперёд, не зная границ, оставлять за спиной. И он будет благодарен даже этой леди, если она научит его летать, пусть и на метле. Но если можно на метле, то он же сможет и без метлы? В конце концов, Флитвик сказал, что беспалочковая магия возможна, может, возможен и полёт без использования метлы? Нужно будет походить по библиотеке, поискать что-нибудь по этому поводу.

- О чём задумался, Потти? – сбивает его с мыслей голос Драко сбоку и парень понимает, что все уже подняли руки и очень старательно заставляют метлу подняться. Он спохватился, посмотрев с непонятным Малфою страхом на учителя, и вытянул руку, хмуро осмотрев метлу. И только блондин обрадовался, что что-то разбудило Гарри, но нет, всего пара мгновений, и он вновь становится безэмоциональным, лишь сжимая губы в тонкую полоску.

Гарри несколько долгих минут буравил взглядом дерево своей метлы, понимая, что если у него не получится с ней, то, скорее всего, его накажут, но хуже всего то, что тогда у него точно не будет никаких шансов взлететь без метлы. Глубокий вдох обжигает горло, слюну становится до невозможности сложно проглотить, глаза будто бы высохли под оправой очков.

- Вверх! – приказывает он и метла слегка дёргается на земле прежде, чем с непонятной силой врезаться в его ладонь, покачнув первокурсника и чуть не заставив того упасть. Но он быстро берёт себя в руки и глаза наполняются той притягательной зеленью, что не так давно поистине удивила Драко. Губы несмело выгибаются дугой в лёгкой улыбке, и Малфой сам не может сдержать такой же радостной ухмылки на лице. Его метла с первого же приказа поднялась, но только за счёт того, что сам блондин летает чуть ли не с младенчества, как и почти все на Слизерине. В это время учительница довольно улыбнулась, даже горделиво, и начала нести неимоверную чушь о том, как нужно садиться на метлу. Драко почти сразу прекратил её слушать.

- Потти, теперь глаза на меня, - довольно говорит он, правильно садясь на метлу. – Зажми метлу между ног. Да, вот так, правильно. Держись за дерево где-то на уровне груди, слегка наклонись к метле. Верно, молодец!

Гарри был удивителен, это Малфой понял с самого первого дня их общения, и не важно, что они ещё и недели не знакомы. Поттер смог выучить два учебника, предназначенные на изучение в течении десяти месяцев, за две бессонных ночи, при этом не забывая делать уроки на другие предметы, не засыпать на первых уроках и писать очень детальные, насколько это возможно, конспекты. Сейчас же он очень легко повторял за Драко движения, которые самому блондину когда-то с трудом втолковал отец, будто Поттер родился на метле, не иначе! Да, у него очень странное гнездо на голове, да глаза какие-то странные, холодные, как луч Авады, но при этом столь же яркими становятся только при испытании сильных эмоций. Или хоть каких-нибудь эмоций. И сейчас, смотря на какого-то по-настоящему живого парня, в голове Драко появилась шальная мысль.

- А теперь подпрыгни, - говорит он, показательно слегка прыгнув, но не сильно сжимая ногами метлу, чтоб та не подняла его в воздух. Гарри смотрит с холодной отчуждённостью, явно не понимая, ослышался он или нет. Но Драко смотрит серьёзно и он, слегка нахмурился, подпрыгнул, не догадавшись ослабить хватку ногами на метле, и та смирённо поднялась в воздух. Несколько слизеринцев, смотря на него, даже улыбнулись, в то время на лице самого Избранного так и сияло «Error». Не долго, правда.

Гарри лишь слегка оттолкнулся от земли, чтоб исполнить просьбу Драко, как, сам того не ожидая, завис в воздухе, при чём уже над головой Малфоя. Его переполняли самые различные эмоции, которые он не испытывал слишком долго, чтоб хоть как-то их описать. В висках громко стучало, руки начинали потеть, но не отпускали деревце, зажатое в них. Ноги сами зацепились за подставки среди прутьев соломы, а он слегка ближе наклонился к метле и та, о великий Мерлин(!), поддалась, и вот он уже делает круг над головами учеников, а уже вовсе не робкая улыбка расползается по лицу. Драко усмехается, довольный результатом своей идеи, в то же время сбоку от него в воздух поднимается метла Невила Лонгботома, ошибки природы, как считало не мало учеников Слизерина, но в то же время он был чистокровным волшебником и его уважали куда больше, чем тех же Уизли. Его метла стала странно дёргаться, крутиться, мотаться вверх и вниз, и вот он уже летит в стены Хогвартса, бьётся одним боком, другим, спиной. Падает с метлы и повисает лишь благодаря своей удаче на выступе, однако одежда его рвётся и вот уже он вновь падает, а Трюк не особо спеша бежит к нему, приказывая всем слезть с мётел и не подниматься в воздух, пока она отводит мистера Лонгботома в медпункт.

Гарри со страхом наблюдает за ними, осторожно спускаясь на землю, держа метлу около себя. Драко неожиданно чувствует жуткую необходимость отвлечь Гарри и, стоит только Трюк скрыться с его вида, берёт свою метлу, отрываясь от земли, по пути прихватывая с земли напоминалку, выпавшую из кармана грифиндорца во время полёта.

- Эй, Потти, сможешь поймать её? – спрашивает он, но, заметив непонимающий взгляд, вздыхает. – Взлетай! Попробуй поймать её, когда я кину! – на лице его одноклассника появляется непонимание происходящего, а в голове быстро всплывают слова учителя о запрете взлетать. Он уже иногда попадал в похожие ситуации, но здесь численное превосходство слизеринцев явно не даёт ему отступить, послушаться того, кого он считает более высокопоставленным. В какой-то мере это кажется ему ударом под дых. Малфой же явно считал их в какой-то мере друзьями, но то, что происходит сейчас, никак не укладывается в его голове.

- Эй, Малфой! Верни напоминалку! – в это время грифиндорцы ожили и рыжий мальчик – «Я Рон Уизли» - выступает вперёд, здраво требуя вернуть ему то, что принадлежит мальчику с их факультета. Однако Малфой не обращает на него ровным счётом никакого внимания и продолжает прямо смотреть на Поттера. Его кожа незаметно бледнеет, а глаза наполняются не видными ему красными пятнышками, но он берёт в руки метлу и зажимает меж ног, взлетая напротив однокурсника. Не замечая изменений в его поведении, в отличии от наблюдавшего за этим Ноттом, Малфой растягивает губы в ухмылке и замахивается, кидая со всех сил и с каплей магии шарик прямо в сторону школы, и тут же с места срывается Гарри, пролетая мимо него на расстоянии считанных сантиметров, и мчится за шариком, поражая всех, кто наблюдал за Героем, и в нескольких определённых умах закрепляя за собой образ воспитанника Дамблдора, которого воспитывали прямо как его отца, Джеймса Поттера, отличного летуна. В это время напоминалка почти встретилась со стеной, как Гарри ловит её, тормозя на скорости и поворачиваясь к окну спиной, не замечая там МакКошки, которая, в прочем, посмотрев на него, лишь вернулась глазами к проверке эссе за четвёртый год обучения. Не в её правах сейчас отрывать от урока слизеринцев (откуда ей знать о запрете мадам Трюк), но будь Поттер на её факультете, то она обязательно попросила бы его вступить в команду по квиддичу. Но, в то же время, не только Макгонагалл смотрела в окно. Капитан команды по квиддичу у Слизеринцев, Маркус Флинт (наследие горного тролля, потому внешностью он, как и умом, не отличился, но был превосходным спортсменом), как раз проходил мимо окон во время окна меж уроками, и заметил превосходный полёт их маленькой куколки факультета.

Кто додумался назвать Поттера куколкой было не ясно, но приписывалось всё Кэсси, которая была первой из девушек их факультета, которая встретила Поттера ещё в день поездки в Хогвартс. Медовая нимфа любила детей и как-то по-семейному отзывалась о Поттере. Это не было странно, все на их факультете в каком-то смысле сестра. И, видимо вспоминая что-то своё, она назвала его куколкой, марионеткой со спутанными ниточками, вот тот и выполнял любой, даже косвенный, приказ.

В любом случае, забыв о своих делах, Флинт уже спешил на поле, когда Гарри отдавал напоминалку девочке Гермионе, что дружила с Невилом ещё с поездки в поезде.

- Поттер! – громко зовёт он и дети вздрагивают, все вместе оборачиваясь на него. Маркус довольно подхрюкивает, подходя к ним и возвышаясь над детьми одной горой мускул. – За мной! Мы идём к декану.

Драко теряет лицо, принимая метлу у однокурсника и думая, какие же беды на него нагнал. Остаётся надеться лишь на то, что его не исключат из школы. Это, пожалуй, была самая главная его мысль в тот момент.

Гарри слегка понурил голову, не смотря на человека перед собой, но почему-то чувствуя где-то глубоко в себе опустошение. Скорее всего, чего-то подобного он и ожидал, взлетая по приказу Малфоя. Да, им же сказали – исключение. Никак нет, нельзя, не взлетайте. А он, глупец, неправильно расставил приоритеты. Наверное, стоило немного потерпеть. Драко не выглядел столь же внушительно, как Дадли. Если бы его стали бить, это было бы не очень больно, наверное. Он не знает точно, но сейчас, находясь на грани исключения, такие мысли сами собой посещают его голову.

Они спускаются в подземелья, и Гарри непроизвольно начинает считать ступеньки. Раз-два... Пять-шесть... Десять-пятнадцать... Ровно тридцать три ступеньки при спуске в подземелья, и вот они направляются в кабинет их декана.

- Профессор Снейп, можно? – постучав в дверь и приоткрывая дверь, спрашивает Маркус. Гарри не успевает даже разглядеть, есть ли кто-нибудь в кабинете, но, скорее всего, есть, раз учитель выходит к ним в коридор. Его взгляд как всегда холоден и надменен, кожа как всегда серая, но бровь скользит вверх, стоило только заметить за спиной ученика заметить Гарри Поттера. Видимо, Северус всё же не ошибся. Этот мальчишка, Поттер, не мог иначе. Наверняка уже во что-то впутался, как всегда происходило с его папашей и их командой. Как же они там называли себя? Мародёры...

- Что-то случилось, мистер Флинт? – он слегка вздёргивает бровь, показывая всё своё пренебрежение их диалогом. Однако это наверняка не так. Он очень заботится о своих змейках, неважно даже то, что это не самый любимый им Гарри Поттер.

- Да, сэр, случилось, - кивает капитан команды Слизерина и Гарри уже готов услышать свой приговор, но...

«Можно Гарри Поттер станет ловцом нашей команды?»