3. Гнездо аристократии
Сколько себя помнили ученики Хогвартса, а представляя Мальчика-Который-Выжил, они видели сильного мужчину, принца на белом коне. Вовсе не ребёнка, детское воображение сначала рисовало более идеализированные картины. Высокий юноша с густыми волосами, широкоплечий, с огромной магической силой. Он обладает талантами во всём, манерный, галантный, обходительный. Защищает взрослых и детей, женщин и мужчин, готов отдать всё, чтоб мирный народ жил, ничего не боясь и ни о чём не волнуясь.
Но время шло и идеальный образ его изменился. Это стал ребёнок-аристократ, не менее сильный, но более задорный, весёлый и дружелюбный. Дети хотелили с ним познакомиться, стать другом. Девочки мечтали стать той самой, которого полюбит герой, а парни готовы были встать плечом к плечу с ним против разных злодеев, чёрных колдунов и тёмных лордов.
Определённо, это Гриффиндорец. Да, именно с большой буквы. Его родители были передовыми бойцами совершенно не тайного, но вообще-то секретного Ордена Феникса и до этого учились на факультете львов. Он просто обязан поступить на Гриффиндор, в это уже верили не только дети, но и их родители, и родители их родителей. Об этом думает и Дамблдор, его магический опекун, который не раз и не два выступал перед журналистами, заверяя, что мальчик растёт замечательным человеком и станет отличным волшебником. Светлый, чистый, задорный, дружелюбный, активный, ну ведь истинный...
- Слизерин! - кричит шляпа и на мгновение в зале становится очень тихо. Дамблдор нахмурился, брови его свелись к переносице, глаза прекратили сверкать добротой, не спасали даже очки, которые всегда ему в этом помогали. Губы смыкаются в тонкую полосочку, но не произносят не звука, он лишь глубокомысленно, с видом многовекового старца перебирает свою бородку.
Снейп презрительно сощурился. Волшебник не сразу заметил этого мальчика среди остальных детей. Он казался меньше остальных детей, и это не только в плане роста и худобы. Волосы — наверняка неаккуратные, растрёпанные, но очень густые волосы — были туго перевязаны в два хвоста, оставляя лишь чёлку, которая закрывала лоб. Мальчик определённо выделялся из всей толпы. Дети задирали головы, вертелись из стороны в сторону, тихо переговаривались, смотря на свечи, потолок, учителей и других учеников. Он же шёл вперёд, смотрел прямо, но будто не видел всей этой красоты, что его окружает. Такой отстранённый взгляд, будто каждый вечер видел такое, а может даже лучше.
«Конечно» - напоминает себе Северус, смотря на этого мальчишку. - «Его опекуном был Альбус, а значит иначе и быть не может. Как он вообще попал на мой факультет, воспитанный этим светлым стариком»
Лицо Минервы на мгновение вытянулось в удивлении, но она быстро взяла себя в руки, снимая с него шляпу. Поттер даже не обернулся на профессора, хотя этого и не требовалось, ведь и другие дети не спешили этого делать, предпочитая сразу побежать к столу факультета. Шаг Гарри — хотя, возможно, Макгонагал это только кажется — совершенно не слышно, хотя в зале до сих пор была тишина, лишь за крайним столом стали разноситься хлопки старших курсов Слизерина. Да за Гриффиндорским скоро стали хлопать близнецы Уизли, выводя более-менее остальных из оцепенения.
Это было неожиданно. Минерва много лет работает здесь учительницей и всегда была горда тем, что на её факультете самые сильные. Да, не самые добрые или честные, эти звания всегда носили Хларраплафцы, но смелые и преданные. И когда-нибудь, сейчас, к примеру, на её факультет поступит ребёнок, который однажды спас весь магический мир Британии от тирании Того-Чьё-Имя-Нельзя-Называть.
А в итоге этот мальчик пошёл на факультет, где учился этот самый волшебник.
Вскоре они закончили распределение, под конец даже вновь вернулся привычный шум и гам, что отсутствовало только на факультете Слизерина. Там более не появилось новичков, но так было всегда. Факультет Салазара был самым малочисленным, но волшебники, что заканчивали его, в отличии от остальных, продолжали вести партнёрское общение и после школы.
Встал профессор Дамблдор. Его фигура выглядела до нелепости странно в окружении остальных учителей, но его это, кажется, совершенно не волновало. Этого странного мужчину мало что волновало, и да, его почтенный возраст совсем не мешал называть старца в цветастой мантии мужчиной.
- Прежде, чем мы приступим к ужину, я хотел бы сказать пару слов. Вот эти слова: олух! Пузырь! Остаток! Улов! Спасибо за внимание!
Под смешки или хмыканье старших курсов он сел на своё место, и только маглорождённые задались вопросом, что же именно им есть, как на столах появилась еда прямо за золотистых тарелках, которые до этого одиноко стояли перед учениками.
Гарри в какой-то степени удивлённо посмотрел на происходящее, но приняв за факт то, что находится сейчас в самом настоящем волшебном мире, просто положил себе на тарелку немного картошки и салата. У Дурслей ему было положено есть после всех и только то, что останется. Так он оставался без завтрака, когда приходилось жарить порции на каждого, но обед и ужин ему перепадал и лишали его еды хоть и часто, но не надолго. Здесь же, раз это школа, да ещё и он своего рода знаменитость, никому его еда будет не нужна, да и то, сколько именно он положил, никого не волновало. Кроме этого особо-разговорчивого блондина.
- Это всё, что ты собираешься есть? - то ли с удивлением, то ли с омерзением сказал он. Вопрос явно был риторическим, потому отвечать на него не торопились, хотя из-за него другим тоже стало просто необходимо хоть мельком заглянуть в тарелку Избранного.
Малфою, кажется, вопрос риторическим не казался, а молчание на него явно оскорбляло. Что с Поттером не так? Неужели он не понимает, что лишь то, что Драко счёл его достойным разговора, не заставляет Гарри трепетать перед ним? Или же он считает себя выше того, чтоб ответить на вопрос чистокровного аристократа?
- Я задал вопрос! Ответь, - потребовал он и, кажется, в этот раз Гарри отреагировал. Он отложил вилку и поднял на собеседника глаза, сосредоточив взгляд, однако, на его носу, от чего Драко подумал, что в чём-то его испачкал и незамедлительно взял салфетку. Надеялся услышать вопрос или же высокомерный сарказм, которому учил самого блондина крёстный, но и тут парень отличился.
- Да, это всё. Можно мне поужинать? - и он не отворачивался, а ждал, из-за чего Драко сначала расстерялся, но после кивнул, убирая салфетку от носа и сам отворачиваясь к тарелке. Поттер кивнул, только после этого возвращаясь к трапезе и вновь не замечая ничего вокруг, хотя ясно было, что он слышал всё и был готов, в случае необходимости ответить, как уже ответил Малфою.
Первокурсники Слизерина, кроме разве что Гарри, были знакомы друг с другом с раннего детства, потому за столом не было вопросов по типу «как тебя зовут?», «что ты любишь?» и «как провёл лето?». Звучали только стук и писк приборов, когда ножи касались тарелки или встречались с вилками. Гам в большом зале не смолкал и этой тишины никто не замечал, да и большинству она была привычна. Слизеринцы — не такая уж говорливая группа, да и поездка до замка была выматывающей и дети просто мечтали поспать. Тем более, что уже завтра начинаются уроки.
Ужин окончился и со своего места поднялся Дамблдор, стуча тупой стороной ножа по хрупкому стакану. Тут же начинают смолкать все разговоры и директору дают слово.
- Теперь, когда все мы сыты, я хотел бы сказать, а некоторым напомнить, что в Запретный лес ходить строго запрещено, - в этот момент он выразительно посмотрел на близнецов за столом Гриффиндора, которые только очень довольно улыбались. - Так же нас завхоз, мистер Филч, попросил меня добавить несколько пунктов в список запрещённых в Хогвартсе вещей, с которым все вы можете ознакомиться в гостиных своих факультетов. Так же в восточное крыло третьего этажа вам лучше не ходить, если вы не желаете погибнуть мучительной смертью. На этом всё, можете расходиться, старосты проводят вас до гостиных факультетов.
Гарри не понял, говорит ли он это серьёзно или шутит, но раз нет — значит нет. Из-за стола поднялась девушка лет шестнадцати. Необычная, как казалось Поттеру, у неё были белые длинные волосы, прямыми струями спадающие с её плеч, мягко лежащие на мантии сзади. Уши были заострёнными на концах, совсем как в японской анимации на компьютере Дадли. Избранный видел это только из-за того, что его отправили убираться у него в спальне.
Но больше всего его удивила, как ни странно, кожа. Гарри видел чёрных людей (к которым тётя Петуния относилась очень посредственно и запрещала сыну и племяннику с такими общаться, хотя причины и не называла), видел людей с белыми пятнами на загорелой коже, видел даже альбиноса, но ни разу не встречал серой, как грифель карандаша. Она казалась шёлковой, как ткань, и хорошо сочеталась с зелёным обрамлением на одежде. Поистине необычная внешность.
- Она дроу, - заметив его интерес, сообщил Малфой, всё ещё не теряющий интереса к его персоне, что ни капли не раздражало. Как бы по-детски навязчив не был этот мальчишка, он казался по-настоящему интересным, а так же жил в этом мире всю свою сознательную жизнь, потому представлял собой ценность. Но это слово — дроу — совсем ничего не дало Гарри. Он слышал его впервые. - И она староста. Пошли.
Они оказались в конце колонны, сзади них никого не было, остальные курсы просто продолжили сидеть в зале. Это, однако, вовсе никого не волновало, ребята рассматривали коридоры и старались всё запомнить, включая правила передвижения на лестницах и запутанный, похожий на лабиринт путь до гостиной. Однако староста, видимо, тоже заблудилась, ведь они остановились около каменной стены и она тут же повернулась к ним, в свете зелёных факелов позволяя увидеть свои серые, как кожа, глаза.
- Сейчас я назову пароль от нашей гостиной. Никто с других факультетов знать его не должен. Он меняется каждые две недели и новый пароль вы сможете увидеть на доске объявлений в утро воскресенья. Начинает он работать уже утром понедельника, - быстро, но поставленным чётким тоном сказала она, после вновь повернувшись к стене и с чёткостью произнесла: - Чистота крови.
Каменная стена тут же отъехала в сторону, открывая гостиную, ту самую, о которой говорят все, но что это и где это понятно только в виде «ну возможно, я так думаю...». Теперь же Гарри видел её своими глазами и, если честно, вид этот захватывал дух даже у такого, как он. При чём объяснить, что именно его так заворожило, было довольно сложно.
Обстановка была со вкусом, а на гобеленах вышиты подвиги бывших Слизеринцев. Гарри заметил даже прекрасную работу с убийством единорога, а стиль всех подвигов показывал средние века. У стен стоят старинные буфеты из тёмного дерева. Не смотря на присутствие каминов, здесь было холодно и неуютно, одиноко. Видно, что никого здесь не было всё лето, но Поттер привык к такой обстановке и лично ему здесь было в самый раз. Освещение тоже было под стать — волшебные светильники, на цепях свисающие с потолка, освещают пространство холодным болотным светом. У каждого камина находилось по два больших кресла, было множество небольших столиков с мягкими стульями вокруг, несколько диванов. На стене около выхода находилась та самая доска объявлений, а по бокам от основного камина находились два коридора, насколько мог судить Гарри, со спальнями студентов.
Дроу встала перед ними, заставив первокурсников столпиться около одного из диванчиков и, внимательно осмотрев их, начала свою речь:
— Моё имя Джемма Фарли, и я рада приветствовать вас на факультете Слизерина. Наш герб — змея, мудрейшая из существ. Наши цвета — изумрудно-зелёный и серебряный. Наша гостиная спрятана в подземельях Хогвартса, и как вы видите, её окна выходят на подземные озёра замка. Мы часто видим, как мимо окон проплывает огромный кальмар, а иногда и более интересные существа. Нам нравится думать, что наше пристанище окутано атмосферой таинственности и подводных кораблекрушений. Вот некоторые вещи, которые вам следует знать о Слизерине, и ещё некоторые — забыть.
— Во-первых, давайте развеем некоторые мифы. Возможно, до вас доходили слухи о факультете Слизерина — будто все мы тёмные маги и будем общаться с вами, только если ваш прадед был великим волшебником, и всё в таком духе. Я не отрицаю, что мы выпустили свою долю Тёмных магов, но их так же выпускали и другие три факультета — они просто не хотят в этом признаваться. И да, у нас традиция принимать студентов, вышедших из многочисленных поколений волшебников и волшебниц, но на настоящее время на Слизерине можно найти большое количество учеников, у которых хотя бы один из родителей магл.
— Вот малоизвестный факт, который другие факультеты не очень-то и учитывают: Мерлин учился на Слизерине. Да, сам Мерлин, самый известный в мире волшебник! Он научился всему, что знал, на нашем факультете! Вы хотите следовать по стопам Мерлина? Или вы лучше будете сидеть за старым столом прославленной выпускницы Хлаффлпаффа, Эглантайн Паффетт, изобретательницы самонамыливающейся тряпки для мытья посуды? Я так не думаю. Но довольно о том, что не имеет к нам отношения.
— Давайте поговорим о том, кем мы являемся. Наш факультет самый классный и дерзкий в школе. Мы играем на победу, потому что мы заботимся о славе и чести Слизерина. Мы так же пользуемся уважением нашего брата-студента. Да, это уважение может иметь некоторый оттенок страха из-за нашей Тёмной репутации, но знаете, что? Это может быть забавным — иметь репутацию приверженца тёмной стороны. Оброните несколько намёков на то, что вы имеете доступ к целой библиотеке проклятий, и посмотрите, захочет ли кто-то стащить ваш пенал. Но мы неплохие люди.
— Мы, как наш герб: гладкие, сильные и зачастую неправильно понимаемые. Например, мы, слизеринцы, приглядываем друг за другом, чего нельзя сказать о Равенкло. Не говоря уже о том, что равенкловцы являются самым большим стадом зубрил, какое вы когда-либо видели, - в этот момент в толпе раздалось несколько смешков, даже Малфой не сдержался. Джемма явно была довольна такой реакцией, но продолжила. - Они идут друг у друга по головам, чтобы получить хорошие оценки, в то время как мы, слизеринцы — братья. Коридоры Хогвартса могут подкидывать сюрпризы неподготовленным, и вы будете рады, что змейки на вашей стороне, пока вы передвигаетесь по школе. По нашему убеждению, став однажды змейкой, вы становитесь одним из нас — одним из элиты.
— Вы знаете, что Салазар Слизерин искал в своих учениках? Семена величия, - Гарри показалось, что все дети вокруг него расправили плечи, задрали носы, да и глаза их стали более гордыми. Ему нравилась речь старосты. Видно, что Джемма старалась. - Вы были выбраны на этот факультет, потому что у вас есть потенциал стать великим в прямом смысле этого слова. Хорошо, вы можете увидеть пару человек, слонявшихся по общей гостиной, о которых вы не могли бы подумать, что им уготовлено нечто особенное. Если Распределяющая Шляпа направила их сюда, значит, в них есть что-то выдающееся, и не забывайте об этом. И, говоря о людях, которым не предназначено быть великими, я не упомянула гриффиндорцев. Многие говорят, что слизеринцы и гриффиндорцы представляют собой две стороны одной медали. Лично я думаю, что гриффиндорцы не более, чем подражатели слизеринцев. Заметьте, некоторые люди говорят, что Салазар Слизерин и Годрик Гриффиндор ценили одни и те же качества у студентов, так что, возможно, мы похожи в большей степени, чем нам хотелось бы думать. Но это не означает, что мы дружны с гриффиндорцами. Они любят побеждать нас лишь немногим меньше, чем мы любим побеждать их. Ещё некоторые вещи, которые может быть вам понадобится знать: штатное приведение нашего факультета — Кровавый Барон. Если вы с ним поладите, он иногда согласиться запугивать людей по вашей просьбе. Только не спрашивайте его, откуда у него кровавые пятна, он этого не любит. Никто посторонний не заходил к нам в гостиную на протяжении последних семи веков. Что ж, я думаю, это пока всё. Я уверена, вам понравятся наши спальни.
Она замолчала, чтоб перевести дыхание, хотя говорила всё это размеренно и в принципе не очень запыхалась. После, хитро блестя глазами, которые в отсвете ламп выглядели грязно-болотными, улыбнулась, оголяя белоснежные зубы. У многих на Слизерине белые зубы и безупречная внешность. Хоть Гарри и привык, что не может позволить себе выглядеть отлично, но только сейчас он ощущает неприятное ощущение где-то глубоко внутри за то, что будет грязным пятном на гобелене блестящих слизеринцев. И никакая популярность его от этого не спасёт.
- Мы спим в древних кроватях под балдахином с зелёной шёлковой драпировкой и под покрывалами, вышитыми серебряной нитью. Средневековые гобелены, изображающие приключения известных слизеринцев, покрывают стены, и серебряные светильники свисают с потолка. Вы будете хорошо спать. Плеск воды в озере, доносящийся из окна, успокаивает.
На том её речь была полностью закончена и дроу указала в разные стороны, разъясняя, какой коридор имеет спальни для девочек, а какой для мальчиков. Вещи, как оказалось, уже в комнатах, а так как время позднее и все устали после поездки, то более их сегодня не держат.
Не медля, Драко схватил чуть выше руки Поттера и Нотта, совсем не аристократично потянув их в сторону спален. Открыл самую ближнюю дверь и там уже оказались их вещи.
- Малфой, Мерлин тебя дери, ты что творишь? - слова Нотта. Если бы он уже не шёл к кровати со своими вещами, можно было бы подумать, что он по-настоящему недоволен данной ситуацией. Однако и улыбка, играющая на слегка загорелом лице, и лёгкость походки, всё выдавало, что он доволен сложившейся ситуацией. Драко так же пошёл к своим вещам, что стояли около кровати, ближайшей к двери на выход. Гарри остался стоять, потому заметил, как оставшиеся дети — Крэбб, Гойл и Забини — заселяются в соседней спальне. - Ну что замер, Поттер? Заходи уже.
Он повинуется, заходя в просторную спальню с тремя кроватями. Букля, сова, что на самом деле ему нравилась, находилась на тумбочке около ближайшей к окну кровати, около которой лежали и его сумки. На кровати лежал лист с расписанием на всю неделю.
- У нас завтра зельеварение, - в это время вслух рассуждал Драко, тоже найдя листок и уже читая его. - Хэй, Потти, тебя директор обучал зельеварению? Я уверен, что нет, хотя он прекрасный зельевар, придумал более 20 способов использования драконьей кожи. Учитель зельеварения и наш декан по совместительству — Северус Снейп, мой крёстный, так что лучше прочти учебник. Он не любит невежества в своём предмете, так что не посмотрит на то, что ты со Слизерина.
Парни уже стянули и повесили около входа в спальню свои мантии. Следуя их примеру, Гарри так же заметил вход в ванную комнату, хотя ожидал немного иного. Общего душа? Да, как это было в лагере, о котором так много верещал Дадли. А так же того что в комнате будет спать больше человек. Пять или даже семь, наверное. Но так даже лучше. Скорее всего он сможет ужиться со своими соседями. Их не так много.
Драко первый занял ванную, а Теодор — так представился этот второй мальчик — стал переодеваться в красивую шёлковую пижаму постельного голубого цвета. Он быстро собрал сумку для уроков на первый учебный день и теперь ждал своей очереди в душ. Вновь следуя примеру, Гарри надел футболку Дадли. Старая, застиранная до серого цвета, некогда чёрная она была даже большая для его кузена, но ненадолго. Стоило её начать обтягивать его живот, как Петуния кинула её в племянника, которому эта футболка была как платье девушке, потому её отложили для сна. Игнорируя явно удивлённый взгляд однокурсника на одежде, он взял учебник по зельеварению и сел поверх покрывала своей кровати, начиная читать.
Драко тоже не сдержал удивлённого вида, осмотрев героя всей магической Британии, да и язык тоже за зубами не скрылся.
- Что это такое, Поттер? У какой грязнокровки ты отобрал одежду? - это прозвучало так брезгливо, что Гарри даже на мгновение оторвался от книги, но отвечать не стал, вновь возвращаясь к первой главе.
В их комнате было пять светильников: три над каждой из кровати, один около шкафа для зимней одежды и один над столом. Каждый светил холодным белым светом и тух по желанию владельцев. Через десять минут погас свет над кроватью Драко, он задёрнул полог и более ни звука слышно не было. Двадцать минут и застилает пологом кровать Нотт, а ещё через пять вырубает лампу.
Гарри сидел над учебником до поздней ночи, но даже так дошёл лишь до половины. Жертвовать сном из-за приказаний тёти или дяди ему было не впервой, потому он сходил умыться, поправил полог так, чтоб не скрывал вида на окно, и продолжил чтение, время от времени поправляя очки, которые при таком наклоне головы то и дело сползали с носа, оставляя перед ним лишь размытое пятно. Ужасное зрение преследовало его с младенчества, но заметили это только когда няня в детском саду обеспокоилась его поведением. Лишь из-за этого ему купили очки. Дешёвые, они были с ним до 2 класса. Далее зрение ослабло ещё сильней и до сих пор он ходит с перевязанными скотчем на носу очками к веселью Дадли, который не раз и не два ломал их, избивая своего кузена. А тем временем учебник казался ему всё более интересной книгой...