45. Подпольная война
Шахматы — довольно интересная, требующая концентрации игра, в которой игрок обязан продумывать не только свои действия, но и возможные действия со стороны своего противника. Ты можешь придумать сотни вариаций собственной победы, можешь учесть абсолютно все ходы того или иного коня, ферзя или же короля, но проиграть, выпустив из вида одну маленькую пешку, которая, казалось бы, просто не могла так сильно вмешаться в чужие планы. А иногда пешки — единственные, кого ты будешь использовать, чтобы получить в свои руки столь ценную победу.
Когда-то давно Альбусу Персивалю Вулфрику Дамблдору, главе Визенгамота и директору Хогвартса, пришлось пожертвовать двумя близкими сердцу, но не столь важными на поле боя пешками. Пришлось отдать жизнь одной королю чёрной партии, чтобы вторая, наступив на последнюю клетку вражеского поля, превратилась в новую королеву света. Джеймс Поттер однажды храбро бросился защищать свою жену и сына, отдав свою жизнь с надеждами на то, что Дамблдор, тот самый, которому он и доверил свою жизнь когда-то давно, приведёт их семью к миру. Лили Поттер однажды пожертвовала собой, непреднамеренно став жертвой тёмного ритуала, который стал единственным, что спасло жизнь её маленькому сыну.
Чета Поттеров была очень дорога Дамблдору. Он не мог не воспринимать этих храбрых, гордых львят никак иначе, кроме как собственными внуками. Он долго оплакивал их смерти, однако не мог поступить как-либо иначе с их сыном, кроме как отдать его на воспитание сестре Лили. Он надеялся, что женщина, так любившая свою младшую сестрёнку, воспитает мальчика таким же боевым, таким же активным и дружелюбным, какой когда-то была девушка с ярко-алыми волосами, что прыгала с качели, чтобы немного полетать.
Что же... Это была его первая ошибка. Наверное, стоило отдать его на воспитание Северусу. Тот ненавидел Джеймса, но души не чаял в своей дорогой Лили, и со временем смог бы принять мальчика, отданного ему на попечительство, как частицу своей старой любви, а не школьного задиры. По крайней мере, сейчас он заботился о маленьком Поттере, как и о всех остальных своих змейках.
Ему, наверное, стоило убрать Гарри Поттера с шахматной доски сразу, как тот попал на Слизерин. Не из-за того, что с этого факультета якобы выпускаются лишь тёмные маги, нет, это было не так, но из-за состояния мальчика. Наверное, Дамблдору стоило бы убрать с поля боя абсолютно всех детей, но тогда белая сторона шахматной партии лишилась бы абсолютно всех своих пешек. Ему и так пришлось долго думать над тем, верно ли будет заменить мистера Уизли на Малфоя-младшего. Он так и не решил этот вопрос, и, качая головой, убрал с поля Гарри Поттера. Скоро на его сторону ушла пешка с Драко Малфоем, после — Сириус Блэк и Римус Люпин перешли туда же. Наблюдая за Северусом, он переставил так же и его пешку. Гарри Поттер был очень необычным ребёнком, даже сейчас, будучи совсем не таким, каким его желал видеть Дамблдор, он собирал вокруг себя людей. Если тот присоединится к Тёмному Лорду, что же, Дамблдору придётся переставить все эти пешки на сторону юного Реддла. Если же он решит встать на одну баррикаду с Альбусом, в чём, к сожалению, тот сомневается, то светлая сторона пополнится не одним сильным волшебником.
Он вздохнул, качая головой. Пару лет назад, в 1991, он совершил ужаснейшую ошибку, заставив мальчика сражаться с голумом одержимого Квирелла. Ему уже было доложено о том, что произошло на уроке Защиты от Тёмных Искусств, и это заставило вину на плечах директора увеличится в десятикратном размере. Он не думал, что мальчик так испугается, но, вспоминая о том, что именно тогда было, он стал понимать, что это единственное, чего следовало ожидать.
Но он не остановился тогда. Когда стало известно, что тайная комната была открыта вновь, он посчитал, что это идеальная возможность для очередной попытки вырастить из Поттера героя.
И тот превратился в камень.
Альбусу до сих пор неизвестно точно, как в итоге ученики усмирили Тома и куда его в итоге спрятали, но Локхарта пришлось уволить. Тот не помнил ни часа из того дня, и его состояние в общем оставляло желать лучшего, но решающим фактором стали жалобы родителей на то, что профессор Хогвартса не может нормально обучать их детей.
В начале этого учебного года Альбус твёрдо решил прекратить издевательства над ребёнком, но всё вновь пошло не по плану. Он не знал, для чего в Хогвартс были посланы дементоры, не знал он точно и того, когда их прогонят. В Министерстве что-то происходило, тучи начинали сгущаться над магической Британией. Его пугала неизвестность происходящего.
Если Волан-де-Морт воскрес, то он явно разумен, иначе Дамблдор уже знал об этом. Однако Северус не рассказывает ни о чём подобном, а в его верности Альбус не сомневается. Возможно ли, что и Снейп не знает о том, что происходит на тёмной стороне?
Он покачал головой, тяжело оседая в кресло и прикрывая морщинистой ладонью глаза. Фоукс, жалобно курлыкнув, приземлился около него, слегка клюнув в ладонь и после потираясь о неё. Его яркие перья переливались всеми оттенками красного, туловище постепенно переходило в более оранжевый цвет, а пёрышки на голове, как и небольшой клюв, были ярко-жёлтыми.
- Тише, мой маленький друг, - погладив его и стараясь не касаться нежных, чувствительных перьев хвоста, прохрипел не своим, совсем уж старческим голосом Альбус. - Всё хорошо. Я здоров, и не покину тебя в ближайшее десятилетие. Твои птенцы ещё посидят на моих плечах, - пообещал он, по-доброму посмеявшись, когда тот зачирикал. - Да, мой дорогой пернатый друг. Мы с тобой со всем справимся, - пообещал он, вздохнув и откидываясь назад.
Он не знал, как следует поступить. Оставалось лишь отступить, наблюдать за ситуацией и написать всем членам Ордена Феникса стать более внимательными. Если случится что-нибудь ненормальное, необычное, они расскажут об этом. После войны они все старались особо не пересекаться, слишком тяжёлые воспоминания пробуждали давно знакомые лица. Однако сейчас...
Пора было готовиться.
Война близко.
***
Он опускается на одно колено перед своим господином, приложив одну руку к груди и склоняя голову в поклоне. Сальные из-за специальных кремов волосы закрывают ему обзор, однако это не мешает Северусу понять, что сбоку от него точно так же склонился Люциус. Его друг как всегда трепетал перед их Лордом, а он не знал, как помочь отцу дорогого крестника придти в себя. Он знал, нет, скорее всего они оба прекрасно знали, что Лорд просто гипнотизирует его, подчиняет себе без всякого империуса, но Люциус даже не думал о том, чтобы сопротивляться этому. Бесспорно, он был бы так же предан Господину и без лишней магии, но их Лорд этого не понимает, а Малфой не спешит говорить. Почему? Северус никогда этого не поймёт.
- Можете встать, - лениво приказывает им Лорд, и, не мешкая, они оба поднимаются. Северус поправляет волосы, чтобы те не мешали смотреть прямо на Лорда, открывая свой разум на тот случай, если Лорд решит просмотреть его воспоминания. Тот уже давно не делает этого, уверившись в верности своих подданных сразу, как возродился, но Северус не хотел бы, чтобы тот рассердился на него за один лишь факт того, что Снейп скрывает свой разум.
Бросив взгляд на рядом стоящего эльфа, он едва сдержал желание тяжело вздохнуть. Тот смотрел на Господина с неприкрытым очарованием, даже не думая прикрыть свои чувства хотя бы от него, Северуса. Это в очередной раз доказывало, что его друг не в себе. Никогда ещё Малфои не показывали свои эмоции так ярко на публике. Редкими исключениями можно назвать гнев или раздражение, но не более того.
- Северус, мой клыкастый друг, - протянул Лорд, с явным наслаждением наблюдая за тем, как сдерживается от фырканья мужчина. Сразу вспоминалась реакция пожирателей на «Скользкий друг», а ведь когда-то Том стал так обращаться к своим сторонникам лишь из-за того, как всем надоел Дамблдор с его «Мальчик мой» и «Друг мой». Некоторые вещи имеют свойство приедаться. - У меня есть для тебя небольшое задание. Надеюсь, ты не разочаруешь меня.
- Конечно, милорд, - слегка склонив голову, он неосознанно облизнул свои клыки, понимая, что задание будет как-то связано с его сущностью. Иначе бы господин не делал на этом такой акцент.
- Недавно мне стало известно о клане, образовавшемся на окраине Британии в течение прошлых пары месяцев. Они не афишируют свои силы, однако я хотел бы, чтобы ты заключил с ними договор о сотрудничестве. Мы можем предложить им защиту, а после — обеспечение нужным количеством крови ежемесячно. Думаю, тебе лучше знать, как трудно получить разрешение на получение крови в Министерстве, - его губы исказил оскал, а Снейп едва вздрогнул, замечая куда более острые, нежели у него, клыки. Нагам не нужна кровь для поддержания собственных сил, однако они являются хищниками, теми, с которыми необходимо считаться. И их Лорд был одним из тех, что вырвет чужое сердце, не моргнув и глазом, а жертва просто не успеет понять, что произошло.
- Да, мой Лорд, - он поклонился, придерживая мантию на груди, понимая, что в этот раз смог отделаться довольно простым заданием.
- Ты можешь быть свободен, Северус, - не обращая на него внимания, сообщил Лорд, и Северус не осмелился спорить, пусть и желал оставаться рядом с эльфом подольше. Он не желал, чтобы его старого друга использовали, но это было неминуемо.
- Мой Лорд? - стоило лишь двери закрыться за мрачным зельеваром, Люциус сделал осторожный шаг навстречу возлюбленному, не зная, как тот может отреагировать. В последнее время Господин уделял ему не так много внимания, как ему хотелось бы, но Люциус просто не мог сказать что-то против этого, сам стараясь облегчить ношу Лорда, принимаясь за задания с видимым энтузиазмом.
- Не сейчас, Люциус, - даже не смотря на него, скорее сверля пустым взглядом стену за эльфом, ответил ему Лорд. - У меня есть задание для тебя. Думаю, этим ты сможешь загладить свою вину за то, что рассказал Сириусу Блэку.
- Я слушаю, мой Лорд, - тут же ответил он, послушно склоняя голову, не давая отчаянию проскользнуть в своём взгляде. Сердце уже тосковало по его Лорду, но тот обращал на него внимание лишь по вечерам, позволяя себя раздеть и облегчить желания тела. Наги очень любвеобильные существа, но зачастую у его любимого нет сил или желания на то, чтобы как следует удовлетворить эльфа в ответ.
- Мне нужен Римус Люпин.
***
После их последнего разговора, прошедшего почти три месяца назад, Сириус никак не ожидал получить сову от Люциуса Малфоя, который просил встречи с ним и Римусом Люпином. Как и в прошлый раз, было понятно, что Сириус тут скорее как обязательный фактор, от которого просто нельзя избавиться. Вот только что этому слизеринцу может понадобиться от его друга? Ответа на этот вопрос Блэк не знал, и вряд ли узнает, если откажется от встречи, потому в тот же день отправил сову Люпину. Стоило встретиться с другом раньше и рассказать ему о том, что происходит в мире.
Люпин прибыл тем же вечером, слегка бледный и растрёпанный.
- Вчера было полнолуние? - с понимающей лёгкой улыбкой спросил Сириус, передавая пальто друга Критчеру. Тот, недовольно ворча, унёс одежду в прихожую, повесив около подставки под зонты в виде трольей ноги.
- Да... Я рад, что никто из детей не нарушает запрет на прогулки по лесу, хотя, знаешь ли, от Гарри сильно пахнет дикой кирицей.
- Сохатик нарушает правила? - он не смог сдержать смеха, только представив это. - Что, даже без блондинистого Малфоя?
- Не поверишь, но да, - Люпин слабо улыбнулся в ответ, кивая и тяжело опускаясь на диван. - Что случилось? Ты хотел мне что-то рассказать?
- Да, и не только я. Лорд Малфой просит встречи с тобой, у него есть какие-то новости, но, мне кажется, я знаю, с чем они связаны. Потому, я думаю, будет лучше, если первый введу тебя в курс дела, - он опустился на кофейный столик напротив Люпина, попутно вынимая из маленькой чеплашки на нём конфету в яркой обёртке, забрасывая её себе в рот. Тут же на его голове выскочили собачьи уши, а в штанах неудобно оказался поджат хвост.
Он тихо заругался, подскакивая и стараясь вытащить пушистого дружка. На столе находились две чеплашки — с маггловскими и волшебными конфетами. Он думал, что ел маггловскую, но оказалось, что нет, и ему досталась конфета-сюрприз. Такие могут отрастить съевшему человеку уши крысы или хобот, может заставить рычать, подобно льву, или испускать пар из ушей. Ему попалась та, что высвобождала внутреннюю суть.
Римус прикрыл лицо ладонью, сдерживая рвущийся смех, после чего поднял руки в жесте смирения, когда мужчина посмотрел на него таким недовольным-недовольным взглядом.
- Это что-то серьёзное, да?
- Да, - он слегка кивнул, успокаиваясь и садясь рядом с другом. - Тебе, Лунатик, придётся дать мне неполный непреложный обет.
- Неужели? - горькая усмешка на лице оборотня заставила Сириуса чувствовать себя последней скотиной.
- Я дал Малфою такой же, чтобы получить эту информацию. Поделиться ей я могу лишь с тем, кто связан со мной каким-либо ритуалом, так что давай, - он протянул руку с ободряющей улыбкой и, вздохнув, Римус принял её. - Клянёшься ли ты, Римус Люпин, выслушать меня внимательно?
- Клянусь.
- Клянёшься ли ты после внимательно обдумать полученную информацию?
- Клянусь.
- Клянёшься ли, что об этом не узнает никто, кроме связанных с тобой каким-либо ритуалом?
- Клянусь, - сказал он, и три нити, связующие их запястья между собой, ярко засветились, после чего исчезли.
- Ну, слушай...
К тому моменту, как Люциус Малфой появился в камине на Гриммо 12 на следующий вечер, Люпин был полностью введён в курс дела и старательно переваривал информацию. Так как он не особо любил алкоголь, переваривать её пришлось с чашкой чая под рукой. Десятой, или же двадцатой чашкой чая.
- Я так полагаю, нам опять придётся давать тебе обет о неразглашении? - с немного недовольной усмешкой поинтересовался Сириус. Ему не нравился вид друга после рассказа всех тех фактов, что когда-то вывалил на него Малфой.
- Я полагаю, что это так, - кивнул Люциус, слегка поглаживая голову змеи на своей трости. Сириус мог точно предположить, что он не из красоты носит эту вещь, и, скорее всего, где-то в ней спрятан отсек для палочки.
- Тогда, я думаю, нам стоит поторопиться и покончить с этим, - кивнул Люпин, двигаясь немного дёргано, когда вставал со своего места, протягивая блондину руку. - Мне интересно, что вы хотели бы предложить, Лорд Малфой.
«Клянётесь ли вы, что всё, что будет обсуждено сегодня между нами, не станет известно никому более? Клянётесь ли выслушать всё спокойно? Клянётесь ли, что всерьёз обдумаете мои слова и ответите на холодную голову?»
Они дали идентичные клятвы, после чего Люциус опустился на диван, где лишь вечер назад Люпин выслушивал поистине шокирующую информацию. Он был готов к тому, что Тёмный Лорд воскрес, недаром ранее они с Сириусом уже обсуждали, что при необходимости они встанут на сторону крестника, что бы тот не выбрал. Однако предполагать, что они сделают, и знать точно, что это ждёт их в будущем, казалось немного иными вещами.
- Итак, - вздохнув и немного приходя в себя, протянул Люпин. - Информация, которую вы нам принесли, напрямую касается Того, Кого Нельзя Называть, верно?
- На самом деле, она в равной степени касается Альбуса Дамблдора, - немного задумчиво протянул Люциус, словно даже после клятвы фильтровал каждое произнесённое слово.
- Тогда, полагаю, вам стоит начать, - отрывисто кивнул он, вздыхая и готовясь слушать.
Малфой промычал себе под нос, после чего кивнул, неосознанно облизнув губы и покрепче взявшись за трость.
- Как, я думаю, вам известно, Дамблдор желает победить в войне с Лордом, - получив утвердительные кивки, он продолжил. - Скорее всего, победу он засчитает лишь в случае смерти Тёмного Лорда.
- Ну, мне не кажется, что в ином случае Лорд согласится отдать власть, - с усмешкой ответил Сириус, сверля его недовольным взглядом. - Ближе к сути, Лорд Малфой.
- Для того, чтобы убить Тёмного Лорда, ему необходимо будет убить Гарри Поттера, - он хотел сказать это более мягко, но Блэк сам попросил его ускориться, и кто он такой, чтобы отказывать?
Мужчины на мгновение замерли, смотря с явным непониманием ситуации на Малфоя, после чего Блэк подскочил, явно едва сдерживая себя, чтобы не начать кричать на посланного к ним от Лорда Малфоя.
- Что ты хочешь этим сказать? - прошипел он сквозь зубы, до побеления костяшек сжимая свои кулаки, после чего тяжело, словно деревянный солдатик, сел назад в кресло.
- Чтобы убить Лорда необходимо уничтожить несколько вещей, и так получилось, что в памятную ночь 1981-ого Гарри Поттер стал такой вещью, - стараясь говорить так, чтобы точно не спровоцировать мужчину, ответил он. - Рано или поздно это станет известно Альбусу, и, как мне кажется, он с радостью убьёт одного мальчика, если это позволит ему в итоге одержать мир во всём мире, - закончил он с явным сарказмом, так как, как и любой другой аристократ чистых кровей, ненавидел тех, кто не ценил детей. Они являются продолжением рода, теми, кто не по собственной воле будет исправлять ошибки взрослых, но убивать их, рисковать их жизнями... Это было не в духе Люциуса, и тут с ним согласится любой чистокровный волшебник.
- Это не всё, что ты хотел сказать, - сжимая в руках подлокотник кресла, который начинал поджариваться от силы его магии, сказал Сириус. - Ты хотел встретиться с Ремусом, значит, ты чего-то не договариваешь.
- Я ещё не закончил, - он слегка кивнул, почти незаметно, но оба его собеседника были достаточно зоркими, чтобы это видеть. - Как вы понимаете, Лорду будет просто не выгодно убивать Поттера, и он не хотел бы, чтобы это сделал кто-то ещё. Поэтому Лорд хотел передать вам, что уже озаботился безопасностью Гарри Поттера.
Сириус слегка кивнул, отлично понимая, о чём тот говорит. Не понять этого было слишком сложно, когда он сам отлично видел эту «защиту». И почему-то ему кажется, что всё куда более сложно, чем ему позволили увидеть.
- Основываясь на этом, Лорд хотел бы предложить вам...
- Перейти на его сторону, - перебивая Лорда Малфоя, довольно тихо сказал он. - Мы поняли.
- Не совсем, хотя, как мне кажется, и это тоже, - слегка кивнул ему Люциус. - Мистер Люпин, Лорда очень интересуют ваши... способности, - старательно подбирая слова, сообщил он, однако, судя по побледневшему больше обычного Люпину, удалось ему это не очень. - Думаю, вы и сами понимаете, что, имея в своих рядах Северуса Снейпа, Лорд легко получил информацию о вашей сущности. Должен сказать, это впечатляет, и эти силы нужны Лорду для одного дела. Он не принуждает вас принять тёмную метку или что-либо в этом роде. Нам просто нужно, чтобы вы... посетили стаю Фенрира Гейбека.
Он замолчал, услышав тихое рычание со стороны оборотня и готовясь в случае надобности атаковать его или обездвижить, но, к его удивлению, Римус оказался достаточно разумен, чтобы приструнить тварь внутри себя.
- С чего бы мне это делать? - спросил он, даже не стараясь скрыть рычащих ноток в своём голосе. Люциус тяжело вздохнул. Что же, он ожидал, что всё будет не так просто, как ему хотелось бы.
- С того, мистер Люпин, что вам дорог Гарри Поттер, а значит выгодно, если победит Тёмный Лорд, не так ли? И чем больше у Лорда сторонников, тем могущественней он и сильнее его армия.
Оборотень явно собирался как-то ответить, сжимая руки в кулаки, и почти вскочил, как ему преградила путь рука Сириуса, который неотрывно смотрел на эльфа.
- Мы дали клятву, что обдумаем ваши слова, мистер Малфой, на трезвую голову. Потому, если вы сказали всё, что хотели, я советую вам покинуть этот дом. Мы напишем вам в ближайшие дни.
Он сдержанно кивнул, поднимаясь со своего места и слегка зачерпнув летучего пороха из кувшина около камина.
- Я буду ждать ответа, Лорд Блэк.
- И вы его получите, Лорд Малфой.
Зелёное пламя взметнулось ввысь, скрывая за своими всполохами аристократичную фигуру волшебника, оставляя двух друзей в тишине небольшой гостиной.
***
Уже через день доложив своему господину о согласии оборотня помогать им лишь в недели каникул, Люциус ожидал получить хоть небольшую похвалу, хотя бы один взгляд, обращённый в его сторону, потому был более чем рад, когда Лорд подозвал его к себе.
Лёгкая улыбка сошла с его лица, когда он встретился с алыми глазами и чёрными узкими зрачками господина. Лорд освободил его от своего гипноза.
- Ты можешь идти, Люциус, - холодный взгляд, обращённый, казалось бы, в самую душу, заставляет тяжело сглотнуть вставший поперёк горла ком.
- Да, мой Лорд, - он сдержанно кланяется, придерживая мантию на груди.
Двери закрываются, скрывая за собой прямую фигуру аристократа.
Он прислоняется к дверям с обратной стороны, сжимая ладони в кулаки.
Он больше не нужен своему Господину.
Сердце переполняет боль, разрывает его на куски и сбрасывает куда-то в пятки.
Холодная пустота поселяется в груди брошенного возлюбленным эльфа.