52. Вместе с ним

Драко недовольно фыркнул, смотря со своего места на Гарри, которого окружила целая стайка девушек и, что не удивительно, парней. На мантии каждого из них был значок «За Гарри Поттера», который раздавали сейчас каждому, кто хотел войти в фан-клуб Гарри Поттера. Драко уже давно знал об этом обществе, но только в этом году данная компания стала так открыто себя проявлять, утягивая в свои сети всё больше и больше новых членов. Как понял недавно Малфой, в этом клубе находились абсолютно все пуффендуйцы ещё с момента открытия этого клуба около двух лет назад.

Так почему же Драко наблюдал со стороны? О, всё на удивление просто. Нотт, будь он проклят, занял место рядом с Гарри. А так как уроки у них троих практически одинаковые, то и успевает этот змей бесхвостый занять парту в каждом кабинете, какой бы урок не был. Один раз, правда, Драко его опередил за эту неделю. Так как Гарри всегда садится за первую парту, сделать это было не сложно. Он хотел, жаждал увидеть на лице Нотта раздражение или злость, но Теодор только опустил сумку Гарри на место около Драко и сам сел на следующей парте.

Однако не только это выводило Драко из себя. Их с Гарри отношения до невозможности бесили. Теодор внезапно стал обаятельным, кокетливым, вежливым, внимательным. Как и все слизеринцы, он пользовался зельем из фурункулов, потому и кожа его была идеальна, не имея ни единого прыщика или чёрной точки. Ну просто идеал. Но чем он, Драко, хуже?! Высокий, красивый, из благороднейшего рода. И ему очень важен Гарри! Так почему же Потти не скажет Нотту перестать мешать им двоим?!

Но - мгновенно старался успокоить себя Драко - это нормально. Гарри не может сказать и слова против не потому, что он не хочет, а потому, что не умеет. Да, не умеет, а возможно даже боится. Да и Драко так некрасиво поступил с ним в прошлом году... Гарри имел право злиться и искать новых друзей.

Однако - в мыслях добавлял Драко, формируя на кончике указательного пальца небольшой шарик света - это не означает, что Нотт имеет право воровать у него друзей! Гарри всегда был рядом с Драко, пока его не захватил тот проклятый Василиск. А как всё могло быть хорошо! Они бы не познакомились так близко с Грейнджер, он бы не принял Джинни, как новую младшую сестричку, и был бы он сейчас на месте этой хвостатой Морганы.

- Драко! - помяни лучик, выглянет солнце, не так ли? Малфой обернулся к двери в класс, убирая огонёк магии с руки, и кивнул в приветствии Джинни. В руках та держала учебник по трансфигурации, который быстро положила на парту брата, получив его скупую благодарность, и поспешила к самому Драко.

- Неужели он забыл учебник? - Драко приподнял бровь, но уже без той задиристости, с которой относился к Рональду раньше. Теперь, став другом его младшей сестры, Драко привык время от времени замечать различных Уизли на периферии, будь то Перси, близнецы или Рон. Те стали просто привычным белым шумом.

- Да. Но я бы не стала приносить его ему, просто хотела посмотреть... - Драко ожидал, что девушка продолжит чем-то вроде «на то, что ты делаешь», но вместо этого гриффиндорка скосила глаза в сторону Гарри, тут же заливаясь портящей её лицо краской смущения. Быстро пробежавшись по мантии Уизли взглядом, он ожидаемо нашёл зелёно-серебряный значок «За Гарри Поттера». Чего-то подобного можно было ожидать. Драко заметил, что Джинни испытывает симпатию к Гарри ещё с первого курса (первого курса самой девушки, конечно же). Однако, к его величайшему удивлению, сейчас эта мысль заставила его лишь сильней напрячься, сжав зубы. Ну прекрасно, теперь ещё одна его подруга примкнёт к Золотому Мальчику! Не хватает ему Нотта, так ещё и Джинни!

Он покачал головы, силой выталкивая из головы эти мысли, и вновь посмотрел на неё. Идея зрела в голове очень быстро, а при необходимости можно будет прикрыться тем, что он хотел исполнить желание своей подруги. Не хотелось пользоваться Джинни, но она явно поймёт его. Поняла бы, если бы знала всё.

- Как насчёт прогулки, Джинни? Я могу позвать Гарри, ты Гермиону. Нас будет много, и тебе будет не так неудобно общаться с ним, - предложил он, не замечая, как слегка дёрнулся впереди него Нотт.

- Может, для начала стоит спросить у Гарри, хочет ли он гулять с гриффиндорцами? - повернувшись за партой, спросил он, прищурившись. Его зрачки сузились, заставляя Драко скривиться. Гарри так же заинтересованно обернулся, отвлекаясь от щебета какой-то пуфендуйки, которая благодарила его за спасение от Тёмного Лорда. От его пронзительного, читающего и видящего всех насквозь взгляда становилось неуютно.

- Я бы спросил у Гарри. Мы сейчас только планируем прогулку, - ответил он, смотря только на Теодора. Он знал, что друг ему не откажет, а уже сам Драко постарается сделать всё, чтобы Гарри понравилась эта прогулка.

- Раз так, то и я пойду. Вы же только планируете, так? Думаю, будет лучше, если хоть один из нас будет уделять внимание своим друзьям, - протянул он настороженным шёпотом. Дёрнув рукой, он слегка почесал ладонь, на которой Малфой разглядел появившиеся чешуйки. Нотт явно терял контроль над своей сущностью из-за эмоций.

- Конечно, - словно не замечая напряжения между слизеринцами, улыбнулась Джинни. Глаза её сверкали от радости, когда она смотрела на Гарри, сейчас находящегося так близко и даже смотрящего на неё. Не просто мазнул пару раз глазами, как по пустоте, что было раньше, а смотрел, слушал и иногда переводил взгляд на Драко. - Мы с Гермионой подготовим закуски, можно будет прогуляться около хижины Хагрида.

- Хорошо, - Гарри, к удивлению своих друзей, слегка улыбнулся - тускло, но с блеском в глазах. Он смотрел на Джинни, отвечая только ей. - Мы можем погулять около хижины Хагрида. Надеюсь, мы сможем поладить.

Нотт следил за тем, как взгляд Гарри бросился к Драко прежде, чем он вновь отвернулся к своему столу. Совсем скоро должен был прозвенеть звонок, потому пуффендуйцы ушли, а Джинни поспешила в коридор, радостно посвистывая.

Он нахмурился, отворачиваясь от Драко, смотря на стол. Несколько толстых книг приземлились на стул, на который позже стал взбираться Флитвик. Он заметно прихорошился за лето, так что в первые дни ученики даже не понимали, что это он. Однако теперь, спустя почти неделю занятий, все привыкли, тем более, что он собрал новый хор в Хогвартсе, и некоторые Слизеринцы вступили в него, открывая в себе новые таланты.

- Рад вас видеть, дорогие мои! - как всегда оптимистично поздоровался профессор, улыбаясь, что выглядело странно из-за его усов, которые прикрывали его рот. - Сегодня мы с вами попытаемся поднять в воздух несколько тяжёлых вещей, потому для начала я предлагаю вернуться к нашим перьям и вновь заставить их парить.

Белые гусиные и лебединые перья приземлились перед учениками. Тео лишь устало вздохнул, смотря на своё, и, слабо взмахнув палочкой, шепнул заклинание. Теперь, управляясь магией куда лучше, он вовсе не должен был повторять все движения палочкой. Разве что в особо сложных заклинаниях.

Он посмотрел на Гарри, который внимательно смотрел на перо. Глаза его загорелись ярким зелёным огнём, и медленно на радужке стала проступать рябь символов. Только Тео хотел ему сообщить об этом, как Гарри поднял руку над пером. Он слегка дёрнул указательным пальцем, и перо взлетело. Слегка опустил безымянный, и перо сделало колесо в воздухе. Поджал большой палец - и оно стало сворачиваться, пока в конце упругий кончик не треснул, не имея возможности так сворачиваться.

Теодор совершенно не контролировал себя, когда его глаза раскрылись от удивления, а рот приоткрылся, неаристократично выпуская поражённый вздох. Он знал, что артефакторы могут взаимодействовать с чем угодно, подхватывая их магией, придавая любую форму без проводника-палочки. Однако... Перо? Оно было самым обычным, даже не какого-то волшебного существа. Почему же тогда Гарри решил опробовать свои силы на нём, и, что ещё важнее, зачем?

Однако на его глазах перо стало раскручиваться. Поттер поднял вторую руку, провёл ей по воздуху около пера, словно зацепившись за что-то, и стал медленно переплетать нечто невидимое, как паук соединяет тонкие нити паутины, и треснувшее перо стало исцеляться, покрывалось серебром, принимало изящную форму, и скоро походило на необычное перо для письма. Интуитивно можно было понять, что в него вливаются чернила, однако Гарри не стал этого делать сразу. Перо мягко упало ему в руку, после чего Гарри протянул его Теодору. Не до конца осознавая, что происходит, Тео его принял, всё ещё шокированно смотря на друга.

- О, мистер Поттер, чудесно! Рад видеть, что вы так хорошо владеете своими способностями! Однако давайте не будем отвлекаться, вам стоит просто поднять его в воздух, и сделать это стоит с помощью палочки, - из мыслей Нотта вырвал тонкий голос профессора Флитвика, который уже опустил новое перо около Гарри. Тот кивнул, взяв палочку. Глаза его вновь потускнели, а заклинание левитации легко слетело с губ, поднимая перо, но уже не меняя его.

Тео удивлённо проморгался, после чего опустил взгляд на подарок. Это и правда оказалось серебро, и, подумав, он хотел влить чернила, однако специального отверстия для этого не оказалось на месте.

- Не нужны чернила, - тихо сказал ему Гарри. Тео кивнул, взяв пергамент, и стал выводить дату, с каким-то благоговением наблюдая за синими чернилами, что появлялись из пера.

- Спасибо, - шепнул он, чуть сильнее сжимая перо. Это было просто чудесно, и явственно облегчит его учёбу. Более не придётся носить по несколько перьев, беспокоиться о чернилах. Пожалуй, он ещё отблагодарит Гарри за это.

Драко сложил свои вещи в сумку сразу, как прозвенел звонок, и подошёл к Гарри почти тут же. Тот как раз закончил свои сборы, а Тео почти сразу забрал его сумку.

- Я думаю, ты всё слышал, Потти, - начал он, заставляя Теодора недовольно нахмуриться. Драко явно нервничал, но вёл себя слишком самоуверенно, слишком... По-Малфоевски. - И, пусть я и уверен в твоём ответе, но всё же хотел убедиться: присоединишься ли ты к нам на прогулке?

Тео бы отказался. Без сомнений, отказался. Драко был его другом, давним другом, но он вёл себя слишком высокомерно, и от того точно не заслуживал дружбы кого-то вроде Гарри. Однако он знал, что Гарри согласится. Всегда соглашался, тем более, уже ответил Джинни согласием. Так зачем Драко спрашивает его об этом во второй раз?

- Да, - ответил герой, и Тео покачал головой. Он недовольно посмотрел на Драко, который, улыбнувшись, кивнул.

- Рад это слышать, Потти. Пойдём, нам ещё подниматься в башню, - и, развернувшись, он направился к выходу из кабинета.

Уже в коридоре Теодор заметил, как Гарри поджимает губы. Заподозрив что-то неладное, он слегка замедлил шаг, вынуждая Гарри поступить так же, пока Драко и Панси шли впереди, обсуждая дурость профессора Трелони.

Поттер поджимал губы, не отрывая взгляда от своих ног, слегка сжимал в кулаках мантию на самых краях рукавов, и почти не замечал того, что происходит вокруг. Он едва ли не автоматически стал замедляться вместе с Тео, и вздрогнул, когда рука одноклассника легла на его плечо.

- Что-то не так, Гарри? - говоря тише, чтобы другие не услышали, Нотт свернул ближе к стене, чтобы люди не так сильно обращали на них внимания. Это было куда легче, когда на Гарри была шляпа, но в этот раз им не так повезло. Уроки были только в здании, потому шляпа была лишь у Панси, которая тем самым старалась прикрыть свои уши.

- Я не хочу идти с ними.

Нотт не сразу понял, что значат слова Гарри. Не хочет идти? Куда? Почему? И, главное, что сделали эти «они», что даже Гарри не хочет с ними общаться?

А после понимание накрыло его с головой, и Тео не готов был признать того, что губы его едва не дёрнулись в облегчении. Злорадстве. Он готов был упиваться тем, что в самом деле Гарри вовсе не был рад приглашению Драко и прогулке с какими-то львицами.

Но Гарри выглядел совсем худо. Глаза его, казалось, слезились, а руки всё сильней сжимались в кулаки, и Нотт готов поклясться, что услышал тихий хруст его ладоней. Где-то далеко, словно в другой вселенной, прозвенел колокол, ученики разошлись по своим кабинетам, а Нотт, слегка дёрганным движением взял чужие руки в свои, поднимая их внутренней стороной кверху, поглаживая лёгкие трещины, покрывшие его пальцы.

- Если ты чего-то не хочешь, тебе вовсе не обязательно туда идти, - сказал он, слегка путаясь в собственных словах, заглядывая в блестящие, полные отчаяния и замешательства глаза цвета свежей зелени. Тот смотрел на него, словно не веря, что кому-то вроде него можно отказываться, можно думать о собственных желаниях. И от этого собственное сердце в груди нага замирало, заставляя его притянуть к себе Гарри, осторожно его обнимая, ощущая, как зажившие на его глазах пальцы вцепились в мантию на его спине.

За него цеплялись в чуждом Гарри отчаянии, горячно сжимали руки, делая объятия непривычно-крепкими, в которых Нотт ещё никогда не бывал, но они грели душу так как не грел никто. И он желал так же согреть Золотого Мальчика, хотел заменить собой того, кто причинял его другу только боль.

Он хотел...

Он хотел...

Он хотел быть вместе с Гарри Поттером. Хотел быть для него всем, хотел значить для него так же много, как для самого Тео стал значить Гарри Поттер.

Он немного отстраняется, заглядывая в чужое лицо. Рука, покрытая небольшими чешуйками, ложится на щёку героя, смахивая несколько капель слёз, и тонкие губы оставляют смазанный поцелуй на его лбу.

- Пожалуйста, не волнуйся об этом. Я что-нибудь придумаю. Обещаю, - обнадеживающая улыбка расцветает на его губах, и Гарри не может не поверить в неё, кивая и отвечая ему похожей, тонкой, искривлённой улыбкой. Он доверял Теодору, и хотел верить в то, что ему не нужно чего-то решать. Он просто не мог самостоятельно принимать важные решения.

Тео осторожно отнял его руку от своей мантии, взяв его ладонь, переплетая их пальцы и потянув Гарри в сторону мужских туалетов. Негоже великому герою ходить по школе с красным от слёз лицом.

Вечером того же дня директор попросил учеников не расходиться. Поднявшись со своего места в конце ужина, когда еда исчезла со столов, оставив за собой только кубки с чаем и небольшие закуски для желающих, Альбус Дамблдор начал свою речь, которая, наверняка, не сулит им ничего хорошего - так уж повелось, что в начале года его слова всегда приносили проблемы. Что на первом году обучения, когда тот запретил посещать правое крыло третьего этажа, так и на третьем курсе, когда он рассказал о приказе Министерства касаемо дементоров.

- Добрый вечер, дорогие друзья. Извиняюсь за то, что пришлось задерживать вас всех, но у меня есть для вас радостные новости, - начал директор, и Нотт услышал усталый вздох кого-то из старшекурсников. И он был полностью согласен с тем, кто позволил себе такое проявление эмоций в общем зале. - Кубок квиддича в этом году переносится!

Послышались удивлённые вздохи, а после, стоило только информации дойти до умов сытых и уставших за день детей, как любители этого прекрасного спорта подскочили со своих мест, возмущённо рыча - буквально и просто раздражённо - и что-то выкрикивая. Однако Альбус, взяв бокал и ложку, постучал последней по стеклу, привлекая всеобщее внимание.

- Я понимаю, что вы можете быть против, но позвольте рассказать вам причину...

***

- Это же невероятно! - восхищённо шепчет Драко на следующий день, рассматривая сияющий кубок со всех сторон. Будь у него возможность, Малфой наверняка заглянул бы ещё и внутрь, однако для многих это было просто невозможно: заклинание Дамблдора не подпускало к кубку детей, не достигших семнадцати лет.

- Если бы мы могли участвовать... Хоть кто-нибудь из нас... – бормотал Драко, изредка дёргаясь, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что кроме своих тут никого нет. Наступил отбой, когда Драко потащил Гарри и Тео (потому что последний сам навязался, чем нескончаемо бесил Драко) к кубку огня. После вчерашнего выступления Дамблдора вся школа буквально на ушах стояла, и в дневное время к кубку было просто не пробиться. Нотт искренне удивлялся, как так вышло, что ночью около кубка тёрлись только они. - Готов поспорить, что ты, Гарри, всех бы уделал! Ты знаешь так много заклинаний! Семикурсники или нет, а ты бы их точно победил!

«Но я рад, что ты в этом не участвуешь» - в то же время крутилось в голове Драко, пока он продолжал рассматривать интересующий его артефакт. - «Я не хочу, чтобы ты пострадал из-за такой глупости».

- Ты так в этом уверен? - скептически поинтересовался Тео, попутно зевая в кулак. Гарри едва не посапывал, сидя около него. С того первого курса, когда Гарри почти не спал из-за любого неосторожного слова, прошло достаточно много времени, и теперь сон нужен был ему не меньше, чем всем остальным подросткам. Нотт был возмущён тем, что ради такой глупости Драко притащил их себя, и совершенно не разделал уверенности Малфоя в бесподобности Гарри. Тот мог быть сильным волшебником, владеть необычным потенциалом, играть не малую роль в истории Британии, но это не значит, что тот непобедим. Семикурсники Хогвартса, несмотря на кажущиеся ужасными уроки и преподавателей, были одними из сильнейших волшебников в мире. Великобритания в этом смысле могла соперничать даже с Россией. Хотя Нотт в этом всё же не уверен - его до сих пор передёргивает от мысли, что в этой странной стране в квиддич играют на целых деревьях, а не тонких мётлах.

- Конечно уверен! - тут же с каким-то возмущением ответил Драко, бросив на Теодора полный раздражения взгляд, на что получил почти идентичный в ответ. - Я бы очень хотел посмотреть на Гарри в бою!

Он же не раз показывал, что может совершать что-то необычайное!

- Чем конкретно? - нахмурившись, спросил Нотт, попутно стягивая со своих плеч мантию и накидывая её на Гарри. Поттер и без того был в тёплой пижаме и своей уплотнённой мантии, однако заметно кутался, укрываясь от мороза.

- Как чем? То есть, это разве не он на первом курсе смог противостоять Квиреллу?! - полный праведного возмущения голос Драко эхом разнёсся по сводам зала, и эльф тут же прикрыл свой рот, оглядываясь по сторонам, а после взгляд его широко раскрытых глаз метнулся к Гарри, стоило только осознанию того, что он сболтнул, появиться в его голове. - То есть, мне очень жаль, что тебе пришлось это пережить, но всё же...

- Всё в порядке, - заверил на это Гарри, но от чего-то все трое понимали, что всё не в порядке. Однако, не в силах признать этого вслух, они сохранили напряжённое молчание между собой, когда Драко вновь отвернулся, рассматривая кубок и мечтательно вздохнул.

- И всё же, я бы очень хотел, чтобы кто-нибудь из нас поучаствовал в этом турнире.

***

Тонкие переплетения голубых и светло-лиловых оттенков скользили меж бледные пальцы, едва отливая зелёными бликами между струн. Узелок за узелком, сцепление за сцеплением распадались под велением ловких, неторопливых движений, что ласково откладывали освободившиеся нити в сторону, дабы не забыть их после вплести обратно. Стоит только первому слою послушно раскрыть свои створы перед волшебником, как бледную кожу осветил ярко-зелёный, с чёрными переливами свет. Узлы казались тугими, непослушными, крепкими, однако и они распадались под терпеливыми движениями колдуна, приоткрывая полог своих тайн и позволяя небольшому листочку опуститься на самое дно заклинания.

Синие чернила на мгновение вспыхнули ярким, кислотно-голубым сиянием, и потухли навсегда, оставив на месте лишь пустой пергамент, где ещё мгновение назад можно было прочесть самое известное в волшебной Британии имя.

«Гарри Поттер»