Спасибо

Этот месяц стал для них затянувшимся медовым месяцем до свадьбы. Джейн официально всё еще жила у мамы, но её комната в старой квартире видела её всё реже. Джек забирал её после своих изматывающих совещаний у отца, и они исчезали в его доме. Там, за закрытыми дверями, он открывал ей мир, о котором она не смела и мечтать — мир блаженства, где он учил её каждой грани удовольствия, а она... она училась властвовать над ним самим.

Джейн проснулась от знакомого запаха — смеси дорогого парфюма Джека и чего-то подозрительно напоминающего гарь. Она улыбнулась, не открывая глаз. За этот месяц она научилась различать степени «кулинарного фиаско» Джека по запаху.

Дверь спальни тихо скрипнула. Джек вошёл, стараясь не шуметь, но поднос в его руках предательски звякнул.

— Проснулась, принцесса? — его голос, хриплый после бессонной ночи, окутал её как одеяло.

Он поставил поднос на край кровати. На этот раз тосты были не угольно-черными, а приятно-коричневыми, хотя один край всё же пал жертвой его энтузиазма.

— Знаю, детка, опять немного передержал, — Джек присел рядом, потирая переносицу. — Но я научусь, обязательно. В Лондоне ты будешь есть самые вкусные завтраки перед парами, обещаю. Ты заслуживаешь того, чтобы твой день начинался идеально.

Джейн приподнялась, кутаясь в его простыню, и взяла один тост.

— Джек, честно... этот подгорелый тост — самое вкусное, что я ела. Потому что его приготовил ты, а не шеф-повар из ресторана.

— Вообще-то, по задумке это клаб-сэндвич, — Джек с серьёзным видом указал на одинокий ломтик помидора, который выглядывал из-под хлеба. — Видишь? Там есть помидор. Витамины, все дела.

Джейн не выдержала и громко рассмеялась, откидываясь на подушки. Джек замер, глядя на неё. За этот месяц она немного расцвела: бледность сменилась здоровым румянцем, а в глазах пропал тот вечный страх отличницы перед ошибкой.

— Я обожаю твой смех, мой ангелочек, — он притянул её к себе, вдыхая запах её волос. — Ради него я готов сжечь ещё сотню тостов.

Когда пришло время собираться, Джейн сама подошла к его гардеробу. Это стало их маленькой традицией за этот месяц — она выбирала, каким он выйдет в мир сегодня.

— Надень эту рубашку, — она достала темно-синюю, идеально отглаженную сорочку. — Мне нравится, как она на тебе сидит.

Джек послушно замер, позволяя ей самой заводить его руки в рукава. Его взгляд потемнел, когда её пальцы коснулись его кожи.

— И как же, моя госпожа?

— Очень сексуально, — выдохнула она, медленно застегивая пуговицы снизу вверх, намеренно задерживаясь на каждой.

— Да-а-а? — Джек перехватил её запястья, притягивая к себе так близко, что она почувствовала жар его тела. — Насколько же? Может, покажешь? У нас есть еще минут пятнадцать...

— Дже-е-ек, — она шутливо отстранилась, хотя её глаза блестели от вызова. — Ты опоздаешь. К тому же, я не ради этого её полчаса гладила. Твой отец не оценит твой «помятый» вид.

— Моя маленькая... — Джек выдохнул ей в шею, обнимая так крепко, словно хотел врасти в неё. — Это чертовски... мне очень нравится, что ты это делаешь. Что ты гладишь мои вещи, что ты здесь...

Он впился в её губы долгим поцелуем, от которого у Джейн подкосились колени.

— А после работы? — прошептал он, нехотя отстраняясь. — Ты снимешь её с меня?

— Обязательно, — пообещала Джейн, поправляя его воротник.

— Люблю тебя, — бросил он уже на пороге, уходя в тот холодный мир бизнеса.

Джейн днем обычно виделась с подругами,чтобы просто болтать ни о чем.

Подруги устроились в уютном кафе, наслаждаясь моментом, который случается раз в жизни: когда школа уже позади, а взрослая жизнь в разных городах — Манчестере, Лондоне и Брайтоне — еще не успела разлучить их.

Сидни, как и планировала с самого детства, зачислилась на медицинский. Её мечта обрела конкретные очертания в виде учебников по анатомии и забронированной квартиры в Манчестере.

— Сид, я всё еще в шоке. Ты реально будешь жить вместе с Эриком? — Кэсси прищурилась, помешивая трубочкой свой коктейль.

Сидни спокойно подняла взгляд на подругу, ожидая продолжения.

— Ну признайся, у вас хоть что-то было? В плане постели? — не унималась Кэсси. — Просто ты такая суровая, правильная... У меня в голове не укладывается образ тебя и Эрика в одной... ну, ты поняла.

— Кэсс, прекрати, — вмешалась Джейн, почувствовав легкую неловкость. — Если ты забыла, он вообще-то мой брат.

— Вот именно, что брат, а не сестра! — парировала Кэсси, лукаво улыбаясь. — И тем более двоюродный, так что не строй из себя святошу, ангелочек. Нам всем интересно!

Сидни вдруг негромко рассмеялась, отставляя чашку.

— Неужели, Кэсси, Лиам настолько сбавил обороты после твоей «мнимой беременности», что ты решила залезть в постель к нам?

— С этим у нас всё просто шикарно, не переживай, — Кэсси самодовольно откинулась на спинку стула. — Знаешь, после того случая он стал каким-то... повернутым. Постоянно придумывает имена нашим будущим детям. Представляешь? Лиам — и имена для младенцев!

— Поверить не могу... — Сидни покачала головой. — Вы определенно должны были встретиться. Оба ветреные и слишком легкие для этой жизни. Идеальный союз хаоса.

— Это же, наоборот, хорошо, — мягко заметила Джейн. — Я никогда не думала, что Лиам может быть таким... домашним. Он всегда только шутил, а тут такая серьезность.

— Да-а-а, можете завидовать, я разрешаю, — Кэсси картинно поправила волосы, но тут же вернулась к своей цели. — Так что, Сид, ты спала с Эриком или нет? Давай честно: он уже на втором курсе, ты — первокурсница. Наверняка у него на факультете менеджмента полно поклонниц, которые раньше грели ему постель. Не боишься конкуренции?

Сидни посмотрела на подруг с той самой уверенностью, которая всегда выделяла её среди остальных.

— Вот именно, Кэсс, что «раньше». Сейчас он в их услугах не нуждается. Единственное, в чем нам понадобится помощь — это вовремя просыпаться, чтобы не проспать утренние пары. А со всем остальным, поверь, мы разберемся без зрителей.

Кэсси заливисто рассмеялась, откидывая голову назад, и в её глазах заплясали чертята.

— Джен, а ты разве не знала? Твой братец Эрик, оказывается, обожает, когда девушка берет инициативу на себя. Прямо-таки фанат доминирования!

— Кэсс, хватит! — Джейн вспыхнула, чувствуя, как краска заливает шею. Обсуждать предпочтения брата в присутствии его девушки было выше её сил.

— Ладно, ладно, меняем вектор, — Кэсси подалась вперед, понизив голос до заговорщического шепота. — Тогда вопрос к тебе, ангелочек. А ты с Джеком? Ну, вы... спите?

Джейн мгновенно превратилась в пунцовый мак, уставившись в свою чашку так интенсивно, будто надеялась в ней раствориться.

— Кэсс, да что ты лезешь не в свою постель! — осадила её Сидни, хотя в её взгляде тоже промелькнуло мимолетное любопытство.

— Да интересно же! — воскликнула Кэсси, всплеснув руками. — Сама подумай, Сид. Он три месяца за ней хвостом ходил. Нашего бедного Адама чуть до заикания не довел, чтобы тот даже не дышал в сторону Джен.А когда они начали встречаться... Ну, это же была чистая ваниль! Он так с тобой нянчился, Джен. Помнишь, как в горах он тебя с ложечки кормил? Сам Джек Блэквелл!

Кэсси хихикнула, явно наслаждаясь произведенным эффектом.

— Вот умора... У меня, если честно, вообще в голове не укладывается общая картина. Для всей школы он — ледяной принц, злой, серьезный, одно его слово — и люди в обморок падают. Но стоит появиться тебе, «принцесса», и он превращается в другого человека. Вот мне и жутко интересно: этот его защитный инстинкт в спальне тоже превращается во что-то... особенное?

Сидни прищурилась, отставляя чашку, и в её взгляде промелькнуло воспоминание.

— Кстати, Джен, — протянула она, — помнится, ты жаловалась раньше, что Джек никогда не позволяет себе лишнего. Помнишь, Кэсси тогда еще раздавала свои «экспертные» советы? Мол, ты ему неинтересна как девушка, потому что вы ведете себя как супруги, прожившие вместе лет двадцать, а у таких пар секса не бывает по определению.

Кэсси подхватила мысль, хитро прищурившись:

— Да-да! Типа, сплошная платоническая любовь,нежности и бытовуха.Вы что, до сих пор только за ручки держитесь, как в первом классе?

Джейн, которая в этот момент делала глоток воды, поперхнулась . Она просто молча затрясла головой, отчаянно пытаясь вернуть себе дар речи.

— Да ладно?! — Кэсси едва не подскочила на месте, а её глаза округлились. — Серьезно? Когда это случилось?!

Сидни тоже замерла, и в её обычно спокойном лице отразился неподдельный шок.

— Где-то в середине мая... — едва слышно пробормотала Джейн, рассматривая салфетку.

— Когда-когда? — Кэсси лихорадочно перебирала в памяти события месяца. — Я помню ту вечеринку у Тейлора... Это было там? В той душной гостевой?

— Нет! — Джейн испуганно вскинула глаза. — Это было в день рождения Филиппа.

Сидни на мгновение лишилась дара речи, а потом медленно выдохнула:

— Вы что... переспали прямо у него в доме? Боже, Джен, это же садизм в чистом виде для эго этого придурка. Представь, если бы он узнал, что происходило под его крышей, пока он праздновал.

— Нет-нет-нет! — Джейн замахала руками, окончательно смутившись. — Не у него. Мы уехали оттуда... поехали к Джеку домой. И вот... тогда всё и произошло.

Сидни откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди, и в её взгляде смешались удивление и легкая обида.

— Джен, это же было почти два месяца назад! Почему ты молчала всё это время? Мы же подруги, в конце концов.

— А ты? — Джейн подняла на неё взгляд, в котором всё еще читалось смущение. — Или Кэсси... разве вы бежите докладывать о каждом своем шаге? Просто... это же личное. Я имею в виду... я сама от себя такого не ожидала. Как я могла просто прийти к вам и выложить всё это? Я до сих пор иногда поверить не могу, что это была я.

Кэсси задумчиво прикусила соломинку, глядя куда-то сквозь пространство, а затем медленно покачала головой.

— М-да-а-а... Удивительно, что Джек после этого вообще выпустил тебя из своей спальни. Он и раньше-то от тебя ни на шаг не отходил, вечно караулил. А уж после того, как ты... ну, доверила ему себя... Я была уверена, что он запрет тебя в своей квартире, обнесет его колючей проволокой и будет лично кормить с рук, чтобы никто даже не посмотрел в твою сторону.

Сидни усмехнулась, в её глазах промелькнула искра иронии.

— Знаешь, Кэсс, мне кажется, нам стоит поблагодарить Ричарда. Его отец так нещадно гоняет Джека по офисам и встречам, что у того, бедного, просто не остается времени на постройку золотой клетки. Наверное, он настолько выматывается в бизнесе, что забывает включить режим тотального контроля над своей принцессой.

Джейн искренне рассмеялась, чувствуя, как напряжение последних минут окончательно спадает.

— Спасибо, девочки, очень смешно. Прямо-таки комедийный клуб открыли за мой счет.

Сидни улыбнулась, но тут же перевела взгляд на Кэсси, и её тон стал более серьезным.

— Кстати, Кэсс, а как вы планируете выживать с Лиамом? Он же в Оксфорд поступил, а твой универ — в Брайтоне. Между вами приличное расстояние. Ты же не собираешься там, на побережье, заводить знакомства с местными серферами?

Кэсси картинно возмутилась, всплеснув руками.

— Да почему все вокруг так думают?! Лиам уже успел мне устроить целую лекцию на эту тему. Сказал прямо: «Даже не вздумай давать свой номер всяким любителям волн, иначе я примчусь быстрее, чем они успеют выговорить слово "привет"».

Джейн и Сидни дружно рассмеялись, представляя эту сцену.

— Ну, зная, как он водит свою машину, — заметила Сидни, — мне кажется, он побьет все рекорды и окажется у твоего порога максимум через сорок пять минут.

— Знаете... я никогда не думала, что буду так всерьез волноваться из-за расстояния, — Кэсси вдруг притихла, и в её глазах промелькнула непривычная нежность. — Но Лиам клянется, что будет постоянно приезжать. Сказал, что это жизненно необходимо, потому что мы до сих пор не придумали имя нашему пятому ребенку.

Джейн чуть не выронила чашку от неожиданности.

— Подожди... ты реально рассказала ему о своей пьяной мечте иметь пятерых детей?!

— Да... — Кэсси вздохнула, помешивая коктейль. — Но, честно говоря, он не особо разделил мой энтузиазм.

— Ну, еще бы, — хмыкнула Сидни. — Любой нормальный парень на его месте как минимум бы задумался.

— Вот именно! — Кэсси победно улыбнулась. — Он сказал, что пятеро — это слишком мало. Он хочет шестерых.

Сидни страдальчески закатила глаза, переводя взгляд с одной подруги на другую.

— Вы оба абсолютно больные. Джен, ну скажи ей хоть ты! Или... — она запнулась, подозрительно прищурившись. — У вас с Блэквеллом в планах ещё больше? Целая футбольная команда наследников?

— Нет! — воскликнула Джейн, чувствуя, как щёки снова обжигает жаром. — Вы что... я... мы никогда не заходили так далеко в разговорах о будущем. Сейчас наша единственная цель — Лондон. Это всё, о чём мы думаем. Надеюсь, там нам обоим станет хоть немного легче.

— Легче? — Кэсси скептически выгнула бровь, явно сомневаясь в этом определении.

— Ну... давление Академии, вечные интриги Филиппа, косые взгляды учителей... — Джейн вздохнула, помешивая остывший чай. — Всё это приносило только бесконечную головную боль. Хотя, если честно, мне кажется, что в Лондоне нам будет не слаще. Там другие правила игры.

Сидни кивнула, её тон стал профессионально-рассудительным.

— Логично. LSE — это высочайший уровень, там не расслабишься. Но пойми, Джен, ты поступила туда сама. Твои три «звезды» — это нечто немыслимое, эталон. UCL просто повезло заполучить тебя. А у Джека... у него связи, имя, капитал. Конечно, он далеко не дурак, и мыслит он опасно — как настоящий хищник. Но раз ты смогла его «приручить» до такой степени, что он теперь только и делает, что виляет хвостом за тобой... это значит только одно. Твой интеллект гораздо опаснее всей его хищной натуры.

— Точно, — подхватила Кэсси с азартным блеском в глазах. — Её интеллект, идеальные манеры принцессы и личико ангела... под которым скрываются очень острые зубки. Ты — самая тихая угроза в этой компании, Стоун.

Джейн лишь едва заметно усмехнулась, не став спорить.

Сидни задумчиво вертела в руках пустую чашку, её взгляд стал неестественно проницательным.

— А что насчет Филиппа? — спросила она, понизив голос. — Он больше не достает тебя? После того шоу на выпускном он словно испарился.

— После той ночи я его не видела, — Джейн качнула головой, глядя в окно на проплывающие облака. — И, честно говоря, спрашивать у Джека совсем не хочется. Стоит произнести это имя, и он мгновенно «заводится». Но однажды... когда я случайно столкнулась с Мией и Софи, они обмолвились, что Филипп сейчас во Франции. Говорили,пустился во все тяжкие: закрытые вечеринки, сомнительные компании... Я не стала расспрашивать подробности.

— Может, всё-таки сдался? — предположила Кэсси, пожав плечами. — Понял, что против вашего тандема с Блэквеллом у него нет шансов?

— Дело не в этом... — Джейн замолчала, подбирая слова. — Я никогда до конца не понимала его... интерес ко мне. Раньше думала, ему просто нравится играть с моими чувствами, как кот с мышкой. Потом казалось, что это чистая ревность к Джеку — попытка отобрать то, что принадлежит другу. Иногда я вообще была уверена, что он ненавидит меня просто за факт моего существования. Но были моменты... когда я ловила себя на странном чувстве. Сочувствие. Не жалость, нет... Просто казалось, что внутри него есть что-то еще, кроме этой желчи. Будто он не такой уж и безнадежный, просто... вырос полным придурком.

Кэсси фыркнула, выразительно закатив глаза.

— Джен, ты просто неисправимый эмпат. Ты умудряешься принимать близко к сердцу даже таких отбитых персонажей. Искать душу в человеке, который пытался разрушить твою жизнь — это так в твоем стиле.

Сидни, до этого хранившая молчание, вдруг посмотрела Джейн прямо в глаза.

— А мне кажется, ты сочувствовала ему по другой причине. В чем-то Филипп чертовски похож на Джека... Та же порода, та же пустота внутри, которую нужно чем-то заполнять. Только Филипп опаснее тем, что он чаще использует интеллект и интриги, а не кулаки. Может, тебе просто страшно? Может, глядя на него, ты видишь, что стало бы с Джеком, если бы вы не встретились?

Вопрос Сидни в кафе занозой засел в голове Джейн. Она не могла перестать прокручивать его. Неужели? Неужели, Если бы тем утром в начале учебного года их пути не пересеклись...

Джек превратился бы в подобие Филиппа — холодную машину для манипуляций, выжигающую всё живое вокруг ради минутного торжества?

А какой была бы она сама? Что бы с ней стало? Поступила бы она в UCL, имея в арсенале только сухие знания из учебников, но не имея той стальной выдержки, которую воспитала в ней борьба с Блэквеллом и Сент-Клером? Или она так и осталась бы «серой мышкой», прячущейся за книгами от пугающего будущего?

Джейн повернулась на бок, вглядываясь в спящего Джека. Она вспоминала их первую встречу... Его ледяной, сканирующий взгляд. То, как он упивался своим превосходством, когда ей не удавалось скрыть злость. Он ведь тогда буквально питался её эмоциями. А потом... те первые поцелуи. Тот момент, когда его взгляд из хищного вдруг стал... благоговейным. Словно он нашел самое драгоценное сокровище там, где другие видели лишь пыль.

— Принцесса... — голос Джека, низкий и хриплый, разрезал тишину. Он не открывал глаз, но она почувствовала, как он улыбнулся уголком губ. — Неужели я так красив, когда сплю, что ты не сводишь с меня глаз?

Джейн невольно улыбнулась, кончиками пальцев очерчивая линию его челюсти.

— Ты всегда красив, Джек. Наверное, поэтому я и полюбила тебя. Против такой внешности у меня не было шансов.

Джек открыл глаза. В них не было привычного холода — только мягкое, сонное тепло.

— Только из-за внешности? — он перехватил её руку, целуя ладонь. — Тебе потребовалось три месяца, чтобы разглядеть мои скулы? Помнится, ты бежала от меня при каждой возможности, Стоун.

— Твоя душа... — Джейн замолчала, подбирая слова, чувствуя, как сердце замирает. — Она оказалась гораздо глубже и... прекраснее, чем ты пытался показать. Мне потребовалось столько времени, чтобы просто позволить себе увидеть её за всеми этими твоими защитными барьерами.

Джек резко притянул её к себе, заставляя уткнуться носом в его плечо. Его объятия были крепкими, почти отчаянными.

— А я увидел твою душу сразу, — прошептал он ей в макушку. — В ту самую секунду, когда ты впервые посмотрела на меня с этой своей тихой яростью. Но... чтобы просто осознать масштаб ответственности за такую девушку, как ты, мне пришлось научиться соответствовать тебе.

Он приподнял её за подбородок и нежно, почти невесомо коснулся губами её шеи, оставляя там обжигающий след.

— Моя маленькая спасительница... Я люблю тебя. И я чертовски благодарен, что ты не дала мне стать тем, кем я был до тебя.