... и допрос

Джек ждал её у входа в кафе, прислонившись к капоту. Он выглядел уставшим — узел галстука ослаблен, верхняя пуговица рубашки расстегнута. Увидев Джейн, он попытался улыбнуться, но улыбка вышла какой-то виноватой.

— Прости, детка, — он притянул её к себе, вдыхая запах кофейных зерен и лаванды, который теперь казался ему самым родным на свете. — Не смог забрать после школы и отвезти на работу... Отец срочно вызвал, начал понемногу давать дела в компании. Пришлось сидеть над отчетами.

— Ничего, всё хорошо, — тихо ответила Джейн, прижимаясь к его плечу. Она чувствовала, как его сердце колотится под тонкой тканью рубашки.

Они сели в машину. Джек плавно вырулил на дорогу, но в салоне повисло странное напряжение.

— Ты не опоздала? — как бы между прочим спросил он, глядя в зеркало заднего вида. — Слышал о какой-то аварии, с транспортом сегодня были проблемы, автобусы стояли в пробке по всему району.

Джейн сжала пальцами лямку рюкзака. Она могла промолчать. Но Джейн никогда не любила ложь.

— Нет... Чуть не опоздала, — она сделала глубокий вдох. — Сент-Клер подвез меня.

Машина на мгновение дернулась, когда нога Джека слишком резко нажала на газ. Он не повернул головы, но челюсть его заметно сжалась.

— Сент-Клер? — переспросил он, и в его голосе прорезался холодный металл. — С чего вдруг?

— Я просто уснула в библиотеке над проектом, — продолжала она, стараясь говорить спокойно, чтобы не спровоцировать взрыв. — А когда проснулась, поняла, что автобуса не будет. Он выходил следом и предложил довезти. Я не хотела опаздывать и получать штраф, Джек. Ты же знаешь, как мне нужна эта работа.

— Где ты уснула, Джейн? — он наконец повернулся к ней на светофоре. Его глаза потемнели, превратившись в две глубокие воронки. — В библиотеке? Наедине с ним?

— Мы работали над историей, — Джейн почувствовала, как внутри начинает закипать раздражение от его тона. — Я вырубилась на полчаса прямо за столом. Светофор сменился на зеленый, и Джек рванул с места, вцепившись в руль.

— Вы писали конспекты, и ты... и ты просто уснула? — голос Джека дрожал от едва сдерживаемого бешенства. — Я не понял, Джейн. Ты серьезно сейчас это говоришь? Ты хочешь, чтобы я сожрал это дерьмо и не подавился? Ты спала рядом с парнем, который мечтает залезть тебе под юбку с первого дня!

Джейн прикрыла глаза, чувствуя, как внутри всё сжимается от его тона.

— Я устала, Джек. С самого утра на ногах, голова разболелась так, что в глазах темнело...

— Тогда почему ты не ушла?! — рявкнул он, когда они уже въезжали в её квартал.

— Что мешало тебе встать и уйти? Ты решила устроить шоу? Типа: «Ой, извини, Филипп, дай я посплю, а ты пока полюбуйся на меня!» Так это было?!

Джейн распахнула глаза, глядя на него с нарастающим возмущением.

— Я не думала, что усну! Я закрыла глаза на одну минуту! — она сорвалась на крик, и её голос эхом отозвался в тесном салоне. — Я не робот, Джек! Почему ты орешь на меня из-за того, что я просто человек?

— Ты хоть понимаешь, как это выглядит со стороны?! — Джек сорвался, и его голос ударил по барабанным перепонкам. — Моя девушка спит в пустой библиотеке с парнем, который спит и видит, как меня уничтожить, а потом как ни в чем не бывало прыгает к нему в тачку! Ты вообще соображаешь, что ты делаешь?!

— Я соображаю, что я не хочу терять работу, Джек! — выкрикнула Джейн в ответ. — Ты орешь на меня так, будто я сделала это специально. Я просто хотела успеть!

— Успеть ценой чего?! — он резко затормозил, так что ремни безопасности больно впились в плечи. — Ценой моего спокойствия? Ты знала, что я блять взбешусь, но тебе было плевать. Тебе было проще сесть к нему, чем дождаться меня или вызвать такси. Ты просто выбрала самый легкий путь, даже не подумав, каково будет мне!

Машина с визгом шин остановилась у её подъезда. Джек не глушил мотор. Он с силой закрыл лицо ладонями, шумно выдыхая сквозь зубы. Секунда тишины была наэлектризована до предела.

— Джейн, ты же не... ты же не глупая! — он отнял руки от лица, и в его взгляде была дикая смесь ярости и боли. — Зачем ты это делаешь? Почему ты ведешься на все его манипуляции? Неужели ты не видишь, что он делает?

Джейн замерла на мгновение, а затем горько усмехнулась, качая головой.

— Ты сейчас меня обвиняешь? — прошептала она, и в её голосе зазвенела сталь. — То есть, по-твоему, я должна была дойти пешком до работы, опоздать и вылететь оттуда, лишь бы не задеть твое эго? Ты хоть понимаешь, что ты сейчас несешь, Джек? Ты вообще слышишь себя?!

— Мое эго?! — Джек подался вперед, сокращая расстояние между ними до минимума. — Ты думаешь, я здесь в гордость играю, пока ты катаешься в машине с подонком, который спит и видит, как тебя растоптать? Он подвез тебя, потому что за эти пятнадцать минут в салоне он прочитал тебя как открытую книгу! Он залез к тебе в голову, пока ты спала у него под носом!

— Он просто помог мне! — выкрикнула Джейн, чувствуя, как по щекам катятся жгучие слезы. — Я не пойму... я ведь... я не сделала ничего плохого или постыдного! Но почему ты взрываешься на меня так, будто я совершила преступление?!

— Джейн! Это не из-за тебя! — Джек ударил кулаком по сиденью, отчего машина качнулась. — Это из-за него! Это он переходит все границы дозволенного, каждый,СУКА,чертов раз!!!

Тишина в машине стала плотной, почти осязаемой. Джейн видела, как тяжело вздымается грудь Джека, как он до белизны в костяшках сжимает руль. Она чувствовала, что если останется здесь еще хоть на минуту, этот воздух просто задушит её.

Она потянулась к ручке и с силой дернула её, но раздался лишь сухой, металлический щелчок — центральный замок был заблокирован.

— Джек, открой дверь, — тихо, но твердо произнесла она, не глядя на него. — Мне нужно домой. Мама ждет.

— Мы с тобой не договорили, — отрезал он. Его голос вибрировал от сдерживаемого напряжения.

Джейн наконец повернулась к нему. В её глазах, обычно спокойных и глубоких, сейчас плескалась неприкрытая ярость вперемешку с разочарованием.

— О чем, Джек? — почти шепотом спросила она. — О чем нам еще говорить? О том, как ты не доверяешь мне? О том, что ты считаешь меня слишком глупой, чтобы я могла сама распоряжаться своей жизнью? Или о том, что ты готов превратить мой день в ад только потому, что Сент-Клер оказался рядом, когда тебя не было?

— О том!!! — Джек резко развернулся к ней, и его крик заполнил все тесное пространство салона. — О том, что ты для него — трофей! О том, что пока ты закрываешь глаза, он расставляет силки! Ты думаешь, это просто поездка в машине? Это его способ показать мне, что он может коснуться тебя в любой момент! А ты сидишь здесь и защищаешь его «доброту»!

— Я не защищаю его, Джек! — выкрикнула она в ответ, и слезы снова обожгли глаза. — Я защищаю себя! Свое право не быть виноватой за то, что я просто... устала! Ты орешь на меня так!Ты не слышишь меня! Ты слышишь только свою ненависть к нему!

Она снова с силой дернула ручку, так что та жалобно скрипнула.

— Открой. Эту. Чертову. Дверь.

— Ты ведешь себя так, будто я — надзиратель, Джейн! — Джек ударил по рулю, и сигнал машины коротко и зло рявкнул в тишине улицы. — Но я блять, не надзиратель, я твой парень! И я имею право знать, почему ты позволяешь Сент-Клеру крутиться вокруг тебя.

— Позволяю?! — Джейн задохнулась от возмущения. — Мы напарники по проекту, Джек! Нас поставили вместе! Что я должна была сделать — выколоть ему глаза, чтобы он на меня не смотрел?!

— Ты должна была держать дистанцию!

Джейн на мгновение замолчала, её грудь высоко вздымалась, она шумно и рвано задышала, пытаясь протолкнуть воздух в легкие.

— Дистанцию? — её голос сорвался на шепот, полный боли. — Я никогда не позволяла себе лишнего, Джек. Ни разу. Вся моя жизнь — это гребаная учеба, работа и дом. Но ты сейчас орешь на меня с таким видом, будто бы застал меня в его пост...

Джек резко, почти грубо дернул её за руку, прерывая на полуслове. Его пальцы сомкнулись на её запястье как стальной капкан.

— Только посмей закончить эту фразу, Джейн, — прорычал он, подаваясь к самому её лицу. Его глаза горели диким, неконтролируемым пламенем. — Только попробуй произнести это вслух.

Джейн замерла, глядя на его пальцы, сжимающие её руку. — Отпусти, — выдохнула она, и её голос задрожал— Джек, мне больно!

Слова о боли подействовали на него как ледяной душ. Он резко, почти испуганно отпустил её руку, словно обжегся. В салоне воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая лишь тихим тиканьем приборной панели и тяжелым дыханием Джека. Он с силой потер лицо ладонями, пытаясь прийти в себя.

— Джейн... — заговорил он тише, но в его голосе всё ещё вибрировало подавленное напряжение. — Ты не знаешь Филиппа. Такие, как он... они не делают ничего просто так.

— Открой машину, — твердо произнесла она, глядя прямо перед собой в лобовое стекло. — Я хочу домой.

Джек смотрел на её дрожащие губы, на то, как она съежилась на сиденье, отчаянно пытаясь дистанцироваться от него в этом тесном пространстве. С громким, коротким щелчком замки открылись.

— Иди, — глухо бросил он, отворачиваясь к лобовому стеклу и вцепляясь пальцами в руль. — Иди, Джейн. Раз тебе так не терпится сбежать от «допроса».

Джейн не стала ждать второго приглашения. Она выскочила из машины, и холодный ночной ветер тут же ударил ей в лицо, принося странное, горькое чувство . Она не обернулась. Она знала, что если посмотрит назад, то увидит его лицо — полное боли и ярости, — и это заставит её вернуться. А возвращаться сейчас было нельзя.

Дверь подъезда закрылась, отрезая её от рева мотора, который через секунду разорвал тишину улицы.

Джейн зашла домой, едва попадая ключом в замочную скважину. Её трясло — не от холода, а от его обвинений, которые всё еще звенели в ушах, как пощечины. Она бросила сумку на пол и бессильно опустилась на кровать, сжимая в руках телефон.

Пальцы замерли над клавиатурой. Она хотела написать ему... объяснить, закричать, извиниться — но все слова затерялись в этой оглушительной тишине квартиры. Джейн не знала, как вести себя в такой ситуации. Она не понимала, в чем на самом деле провинилась, и в то же время проклинала свою слабость.

«Вот зачем я уснула? Идиотка... просто идиотка», — пульсировало в голове. Каждая секунда молчания Джека казалась вечностью.

Вдруг телефон в руке завибрировал. Сердце Джейн подпрыгнуло к самому горлу. Она, едва дыша от надежды, посмотрела на экран, ожидая увидеть его имя, услышать его голос, пусть даже сердитый, но свой...

На экране высветился номер Филиппа.

Надежда сменилась горьким разочарованием. Она не взяла трубку. Ей было слишком больно, слишком душно от всего, что произошло. Телефон затих, но лишь на мгновение. Последовал второй звонок. Потом третий. Настойчивость Филиппа начинала пугать.

На четвертый раз она резко провела пальцем по экрану.

— Да, Сент-Клер! — почти выкрикнула она, не скрывая раздражения.

— Оу, Джени... — голос Филиппа в трубке был непривычно мягким, обволакивающим. — Я не вовремя?

— Нет... нет, — она попыталась выровнять дыхание, прижав свободную руку к лицу. — Что-то случилось?

— Я звонил узнать о проекте... мы сегодня не дописали его, — спокойно продолжал он, словно не замечая её состояния. — Хотел узнать, ты завтра свободна? Нужно поставить точку в этой истории.

— Нет! — отрезала она, а потом, спохватившись, добавила: — Точнее... давай ты сделаешь пометки у себя, а я сейчас сяду и допишу свою часть. А утром просто сдадим его. Я не хочу больше затягивать.

— Ты звучишь так, будто готова объявить войну всему миру, — в голосе Филиппа послышалась легкая, едва уловимая усмешка. — Или только одному конкретному человеку?

— Не начинай, Филипп. Я пришлю всё на почту.

Она сбросила вызов, не дожидаясь ответа. В комнате снова стало тихо.

Она села за стол, открыла ноутбук, но перед глазами всё еще стояло лицо Джека — искаженное яростью, перекошенное от боли. Она снова и снова прокручивала его слова: «Ты для него — трофей!».

— Идиот, — прошептала она, закрывая лицо руками. — Какой же ты ревнивый идиот, Джек.

Прошел час, потом два. Джейн честно пыталась писать про Гражданскую войну, но мысли путались. Телефон молчал. Джек не позвонил. Не прислал даже короткого «Прости». Тишина в квартире была такой густой, что Джейн физически чувствовала, как между ними растет пропасть.

Как вам? Жду ваших комментариев 💞