Полководец

Она шла домой, и ритм её шагов не совпадал с бешеным ритмом сердца. Джейн злилась на себя. Она чувствовала себя предательницей собственного спокойствия.
«Зачем ты это сделала?» - спрашивал внутренний голос. - «Зачем ты позволила этой тишине стать уютной?»
Она боялась не Джека. Она боялась ту версию себя, которая только что сидела в кафе - мягкую, открытую, готовую доверять. Эту Джейн она не знала. Эта Джейн была беззащитной.
Она понимала: что-то уже началось. Какой-то механизм внутри неё пришел в движение, и его нельзя было остановить простым приказом «хватит». Она привыкла контролировать формулы и расписания, но сейчас она столкнулась с чем-то, что не подчинялось логике.
Уходя в ту ночь, Джейн знала: она больше никогда не сможет смотреть на него так, как раньше. И этот фисташковый пирог, и этот чай в кафе - всё это были нити, которыми он, сам того не зная, привязал её к себе. И теперь её самый большой страх заключался в том, что однажды она может захотеть, чтобы эти нити никогда не обрывались.

Школа привыкла к этой затянувшейся охоте. Для золотых мальчиков в коридорах это было зрелищем, для подруг - темой для сплетен: все ждали, когда Джеку надоест играть с «умницей-стипендианткой». Но в тот понедельник правила игры рассыпались.
Джейн, просидевшая всё утро в классе как в осажденной крепости, вышла в коридор, ожидая удара и злых взглядов ее одноклассниц. Но там она увидела его
Джек просто поднял руку в легком приветствии.
- Ну, привет, великий полководец, - негромко произнес он.
- Это наш секрет, - прошептала она. - Даже Кэсси и Сидни не знают. Только ты.
В этот момент Джек замер.- Я умею хранить секреты, - ответил он, и его голос стал непривычно серьезным. - Давай я провожу тебя?
Она не стала спорить. Они шли по коридору вместе, и для школы это выглядело как обычная сцена, но для них двоих воздух стал плотным от несказанного. У дверей класса Джек замялся. Он не хотел её отпускать, не хотел разрушать этот кокон, в котором они оказались.
- Увидимся в столовой? - спросил он с надеждой, которую раньше никогда не позволял себе показывать.
Джейн снова улыбнулась ему и зашла в кабинет. А Джек остался стоять в шумном коридоре, глядя на закрытую дверь. Он вдохнул её едва уловимый аромат, задержавшийся в воздухе, и на его лице проступила абсолютно глупая, искренняя радость. Он шел на уроки, не замечая никого вокруг.

Гул школьной столовой в этот раз казался Джейн оглушительным, словно кто-то выкрутил громкость на максимум. Она стояла с подносом в руках, и её взгляд, вопреки всем приказам рассудка, метался по залу. Она искала его. И это признание самой себе жалило сильнее, чем любая насмешка одноклассников.
Когда она уже была готова сдаться и спрятаться за привычным угловым столиком, за спиной раздался голос, от которого позвоночник превратился в натянутую струну.
- Осторожно. Ты всегда так хмуришься, когда злишься на меня - в его интонации не было прежнего самодовольства, только мягкая, почти интимная ирония.
Джейн обернулась, чувствуя, как щеки предательски вспыхивают.

Когда они сели друг напротив друга, мир вокруг них начал схлопываться. Шум голосов отошел на задний план, оставив их в вакууме этой новой, плотной тишины. Джейн поправляла рукав своего недорогого свитера, Джек следил за каждым её движением. Они оба зависли на краю пропасти, не зная, какое слово первым сорвется с губ.
И тут реальность ворвалась к ним с грохотом пластикового подноса.
- Ну вот вы где! - Лиам, вечно жизнерадостный и совершенно не чувствующий тонких материй, плюхнулся между ними.
Для Джейн это было одновременно и спасением, и катастрофой. Лиам заполнил собой всё пространство: он трещал о Кэсси

Лиам не унимался. Его интерес к Кэсси был настолько очевидным и ярким, что столовая, казалось, начинала светиться от его энтузиазма. Он всё еще стоял перед глазами тот образ: босые ноги, рыжие волосы, разлетающиеся огненным вихрем, и та невероятная, почти неземная легкость, с которой она двигалась. Она была не про оценки и не про статус - она была про саму жизнь, доверчивую и ветреную.
- Слушай, Джейн, - Лиам подался вперед, понизив голос до заговорщицкого. - Ну скажи честно, какие цветы ей нравятся? Я не хочу облажаться. Она такая... нежная. Кажется, если подарю что-нибудь не то, она просто расстроится.
- Она любит полевые, - тихо ответила Джейн. - Что-то простое и живое.
Лиам просиял и, явно решив ковать железо, пока горячо, выдал свой главный козырь:
- И кстати! Я тут подумал... Если ты вдруг захочешь навестить свою старую школу, ну, просто потянуло на ностальгию - ты только скажи. Я мог бы тебя подбросить. Мне всё равно по пути, да и машина у меня поудобнее автобуса.
Джейн замерла. Она прекрасно понимала: Лиаму не нужна её старая школа. Ему нужна была Кэсси, которая наверняка будет там крутиться рядом с подругой. Это был идеальный предлог, чтобы втереться в доверие и провести лишний час в компании рыжеволосого «огня».
Джек, который до этого момента сохранял видимость спокойствия, резко выдохнул. Идея того, что Лиам будет везти Джейн куда-то, пусть даже ради Кэсси, отозвалась в нем глухим раздражением.
- Подбросить? - Джек вскинул бровь, и в его голосе снова прорезалась та самая фирменная, острая как бритва колкость. - Лиам, с твоими навыками вождения «по пути» обычно заканчивается в ближайшем кювете. Не пугай девушку, она и так полдня в химии по локоть. Оставь логистику тем, кто хотя бы знает, где у машины тормоз.
Лиам откинулся на спинку стула и громко рассмеялся, ничуть не обидевшись на выпад друга. Его смех, открытый и искренний, на мгновение разбил то густое напряжение, которое Джек старательно нагнетал своим собственническим тоном.
- Ну спасибо, бро! - Лиам шутливо пихнул Джека в плечо. - Удружил так удружил. Теперь Джейн расскажет всё Кэсси, и та вообще в мою сторону не посмотрит. Скажет: «Ой, нет, Лиам, я слишком дорожу своими рыжими волосами, чтобы доверять их твоему кювету!».
Он снова повернулся к Джейн, комично всплеснув руками:
- Видишь, какой он? Стоит предложить даме комфорт, как этот тип включает режим «главного эксперта по безопасности». Не слушай его, у меня всего пара штрафов за парковку!
Джейн не выдержала и искренне рассмеялась.

Лиам, воодушевленный её улыбкой, продолжал свой «допрос» с азартом детектива.
- Так, ладно, с безопасностью проехали. Давай о важном: чай или кофе? - он подался вперед, заглядывая Джейн в глаза. - И сладкое?

- Нет, Лиам, всё мимо, - улыбнулась она, и эта улыбка была такой открытой, что Джек на секунду перестал дышать, просто любуясь ею. - Кэсси не про пончики и не про изысканные десерты. Она любит крепкий чай. Знаешь, такой черный, терпкий и обязательно без сахара.
Лиам замер с открытым ртом, а потом весело расхохотался, притягивая внимание соседних столиков.
- Серьезно? Эта воздушная нимфа с огненными волосами пьет чай, от которого у меня сводит челюсть? - он покачал головой, но в глазах зажегся еще больший азарт. - Из-за тебя, Джек, она теперь точно не сядет ко мне в машину, решит, что я опасный водитель. Но за чай - спасибо, Джейн. Это... это меняет дело. Это характер!

Лиам едва не подавился своим напитком, когда Джейн, посмеиваясь над его попытками представить Кэсси с арфой в руках, выдала правду.
- Рэп? - Лиам округлил глаза так, что они стали похожи на два блюдца. - Ты хочешь сказать, что эта нежная нимфа с огненными волосами, которая пьет суровый чай без сахара, слушает тяжелые биты?
Джейн не выдержала и прыснула в кулак, вспоминая их посиделки.
- Она не просто слушает, Лиам. Однажды она даже пыталась писать сама. И... она нам это зачитала, - Джейн со смехом покачала головой, вспоминая тот эпический провал. - Скажем так: таланта к рифмам у неё столько же, сколько у меня к фигурному катанию. Но страсти было на целый стадион!
- О боже, я обязан это услышать! - сквозь смех выдавил он. - Рыжая Кэсси, читающая рэп... Джек, ты слышал? У этой девчонки характер покруче, чем у половины наших парней из футбольной сборной.
- Только не проси её спеть, - добавила Джейн, вытирая выступившие от смеха слезинки. - Слуха у неё нет совсем, она поет как раненая чайка, но делает это с таким упоением, что ты не сможешь не улыбнуться.
Они сидели втроем, и столовая элитной школы внезапно перестала казаться Джейн полем битвы. Лиам продолжал засыпать её вопросами, Джек изредка вставлял свои фирменные, теперь уже беззлобные подколки в адрес Лиама, а Джейн чувствовала странное, пугающее тепло.

Она впервые за долгое время не контролировала каждое слово. Она просто была собой. И когда Джек, воспользовавшись тем, что Лиам отвлекся на свой телефон, на секунду накрыл её ладонь своей - быстро, почти невесомо - она не отдернула руку.