Шоппинг

Последующие дни прошли для Джейн как под гипнозом. Она сдавала все экзамены на отлично, отвечая учителям на автопилоте, пока мысли были совсем в другом месте. Ричард словно специально решил проверить сына на прочность: сразу после уроков Джек уезжал в компанию отца. Ричард заваливал его кипами документов, требуя полного изучения каждой бумаги, и Джек освобождался только около часа ночи, выжатый как лимон.

Эта внезапная занятость, как ни странно, даже помогла им. Им не приходилось прикладывать усилий, чтобы убедительно играть роль «бывших» перед школой и Филиппом — они и так почти не виделись, разделенные стенами и учебных классов.

Проснувшись в субботнее утро, Джейн невольно застонала, осознавая, через что им с девочками сегодня предстоит пройти.

Дорога в другой город казалась бесконечной, а стерильная тишина частной клиники давила на уши. Пока они сидели в ожидании результатов, телефон в сумке Джейн ожил.

— Алло? — тихо ответила она, отойдя чуть в сторону от Кэсси и Сидни.

— Принцесса... — голос Джека в трубке был низким, чуть сонным и бесконечно родным. — Я так соскучился по твоему голосу...

Джейн невольно улыбнулась, прислонившись лбом к прохладному стеклу окна клиники.

— Детка, я специально эти дни пахал за двоих, взял всю работу отца на себя, чтобы полностью освободить выходные, — в его голосе слышалось облегчение. — Я только проснулся. Давай я сейчас быстренько приму душ и приеду к тебе? Сходим в кино... или что ты хочешь? Я весь твой, принцесса.

— Джек, я так рада... — голос Джейн дрогнул, она невольно сжала край своей сумки, оглядываясь на белые стены клиники. — Но дело в том, что я сейчас не дома.

На том конце провода воцарилась секундная пауза. Джейн почти физически почувствовала, как Джек на другом конце города замер, отстраняясь от подушки.

— Не дома? — его голос мгновенно утратил сонную мягкость, став опасно внимательным. — А где ты, принцесса?

— Я в соседнем городе... Кэсси очень хотела присмотреть себе платье на выпускной, и мы решили поехать пораньше, пока нет толп.

— В соседнем городе? — медленно повторил Джек, и в его тоне прорезалось глухое раздражение. — А почему... почему я узнаю об этом только сейчас? Почему ты не сказала мне вчера?

— Джек, ну ты же был так завален делами... — Джейн старалась говорить мягко, подбирая каждое слово, чтобы не спровоцировать его вспыльчивость.

— Да, я был занят, Джейн, я чертовски был занят эти дни, — отрезал он, и она услышала, как он резко сел на кровати. — Но написать одно короткое сообщение о своих планах... это ведь не так уж сложно, верно? Ты уехала в чужой город, не предупредив меня.

— Прости, пожалуйста, — выдохнула она, чувствуя, как внутри всё сжимается от вины. — Я честно хотела сказать, но побоялась, что ты начнешь волноваться, дергаться из-за нас... К тому же, я была уверена, что Ричард и сегодня нагрузит тебя работой по завязку. Я не думала, что ты освободишься.

Джек замолчал на несколько секунд. Джейн слышала его мерное дыхание и почти видела, как он трет лицо рукой, пытаясь отогнать остатки сна и раздражения.

— Ладно, — наконец произнес он, и его голос заметно смягчился. — Проехали. Раз уж вы там... В каком торговом центре вы планируете быть? Я сейчас приму душ, перекушу и выеду к вам. Дорога займет часа полтора-два, так что я как раз успею к тому моменту, когда вы закончите свои девичьи дела. Заберу тебя, и поедем перекусить . Идет?

Джейн невольно улыбнулась.

Джек отложил телефон после разговора с Джейн, чувствуя, как внутри разливается приятное тепло. Он уже направился к ванной, когда комната снова взорвалась резким рингтоном.

На экране бешено мигало: «Лиам».

Джек вздохнул. Он знал, в каком состоянии его лучший друг последние дни.

— Живой? — коротко бросил Джек.

— Джек, это край, — голос Лиама в трубке был на грани срыва. — Со среды! Она не берет трубки со среды, чувак. Я приехал к ней домой — мать говорит, она умотала с утра пораньше. Кэсси снова включает эту свою «бестию»? Решила, что раз я удалил инсту и сменил номер, то теперь можно вытирать об меня ноги? Я не для того два месяца пороги её дома обивал, чтобы она сейчас просто испарилась!

Джек замер у двери в душ, нахмурившись.

— Лиам, остынь. Никуда она не испарилась, они в соседнем городе.

— В соседнем городе? — Лиам на мгновение замолчал, и Джек почти услышал, как у того в голове со скрипом проворачиваются шестеренки. — Со среды молчать, а в субботу утром свалить из города? И что они там делают?

— Платье на выпускной, — Джек постарался выдать это максимально обыденно. — Ты же знаешь Кэсси. Танцы, шмотки, вечеринки — это её стихия. Ей приспичило найти «то самое» платье, а Сидни и Джейн поехали за компанию.

— Платье? — Лиам издал сухой, злой смешок. — Серьезно? Из-за куска тряпки она все эти дни делает вид, что меня не существует? Она могла просто сказать! Я бы отвез её, я бы скупил ей половину этого чертового города!

— Слушай, им нужен был «девичник», — Джек включил воду, проверяя температуру. — Отвяжись от неё на пару часов. Дай ей выпустить пар. С ней Сидни и Джейн, она под присмотром.

— Откуда ты всё это знаешь? — Лиам не унимался. — Она тебе сама написала?

— Нет, я сам набрал Джейн минут пять назад. Она сказала, что они в ТЦ «Атриум». Я сейчас в душ, потом перекушу и выезжаю к ним. Хочу забрать свою отличницу.

— Я еду с тобой, — отрезал Лиам. — Нет, к черту, я не буду ждать, пока ты там накрасишься. Я выезжаю сейчас.

— Лиам, не пори горячку! — крикнул Джек, но в трубке уже раздались гудки.

Джек посмотрел на телефон. Внутри кольнуло недоброе предчувствие. Кэсси, конечно, любила дорогие вещи и веселье, это было в её духе — сорваться за покупками. Но игнорировать Лиама ради платья? Это не походило даже на «рыжую бестию».

«Надеюсь, Джейн, ты не помогаешь ей скрывать что-то, от чего Лиам окончательно слетит с катушек», — подумал Джек, заходя в кабину.

Когда медсестра наконец вынесла результаты, в холле клиники воцарилась такая тишина, что было слышно мерное гудение холодильника с препаратами. Кэсси замерла, её лицо приобрело сероватый оттенок, а рыжие кудри казались неестественно ярким пятном на фоне белых стен.

— Джейн... посмотри ты, — прошептала Кэсси. Её голос надломился, и она спрятала руки в карманы куртки, чтобы никто не видел, как их бьет крупная дрожь.

— Что?! Нет... — Джейн отшатнулась, словно листок в руках медсестры был заряженным пистолетом. — Я всё равно ничего не пойму! Сидни, ты посмотри. Ты же в мед поступаешь, ты должна разбираться!

Сидни, сохраняя свое фирменное ледяное спокойствие, лишь скептически приподняла бровь, хотя её пальцы, сжимавшие сумку, тоже заметно напряглись.

— На хирурга, а не на гинеколога, Джен, — отрезала она, но шаг вперед всё же сделала.

— Да просто откройте эту чертову бумажку и скажите уже! — почти выкрикнула Кэсси, привлекая внимание скучающей регистраторши. — Я больше не вынесу этого!

Джейн, сделав глубокий вдох, дрожащими руками приняла конверт. Бумага противно шуршала, разрезая тишину. Она развернула листок, вглядываясь в ровные колонки цифр и непонятных аббревиатур.

— 0–5... — выдохнула Джейн, её глаза бегали по строчкам. — Тут написано «0–5». Я... я не совсем понимаю, что это значит. Это много или мало?

— Дай сюда, — Сидни почти вырвала лист из её рук.

Она быстро пробежала глазами по результату, задержавшись на референсных значениях внизу страницы. Кэсси в этот момент, казалось, вообще перестала дышать, вцепившись пальцами в локоть Джейн так, что наверняка останутся синяки.

Сидни молчала несколько секунд, которые для остальных растянулись в часы. На её лице не дрогнул ни один мускул. Наконец, она медленно подняла глаза на подруг.

— Нет... не беременна, — четко и сухо произнесла она.

Кэсси издала странный звук — что-то среднее между всхлипом и смешком — и буквально рухнула на ближайший пластиковый стул.

— Боже... — выдохнула Кэсси, закрывая лицо руками. — Боже, я не беременна. Я не беременна!

Джейн почувствовала, как её собственные колени окончательно превратились в вату. Она прислонилась к стене, чувствуя, как внутри всё разжимается. Значит, это был просто стресс. Просто нервы.

— Ну всё, — Сидни аккуратно сложила листок и спрятала его в сумку. — Драма окончена. А теперь нам нужно очень быстро сделать вид, что мы действительно выбираем платья.

— Девочки, — Джейн посмотрела на часы на стене. — Нам пора. Джек сказал, что приедет через два часа, а Лиам... если он узнает от Джека, где мы, он будет здесь раньше.

Субботний день был пропитан липким, удушающим напряжением. Когда в торговый центр ворвался Лиам, на него было больно смотреть: в его глазах застыл первобытный страх человека, который осознал, что мог непоправимо всё испортить. Он не требовал объяснений и не злился — напротив, он сразу начал извиняться, судорожно подбирая слова и моля о прощении, хотя даже толком не понимал, в чем именно его вина.

Наблюдая за его отчаянием, Кэсси не выдержала. Плотина её напускного безразличия рухнула, и она вывалила на него всё: страх, дни ада и те самые цифры из клиники.

Джейн и Сидни стояли в стороне, невольно стараясь слиться с интерьером бутика. Они молча опустили головы, чувствуя себя лишними свидетелями чужой, обнаженной до предела драмы.

— Получается... — Сидни нарушила тишину первой, её голос звучал непривычно тихо. — Покупка платьев отменяется?

— Получается, так, — отозвалась Джейн.

Она мельком взглянула на Джека и похолодела. Он стоял чуть поодаль, и по его каменно застывшему лицу было видно, каких титанических усилий ему стоит сдерживать бушующий внутри гнев.

— С чего это вдруг отменяется? — вдруг звонко перебила их Кэсси. Она резко вытерла слезы и вскинула подбородок, возвращая себе маску.— Тут полно классных вещей! Я никуда не уеду, пока не куплю как минимум пять платьев. Тем более, — она бросила быстрый, дерзкий взгляд на ошарашенного Лиама, — теперь мне точно не придется менять гардероб на одежду для беременных.

— Принцесса, — голос Джека прозвучал неестественно спокойно, перекрывая щебет Кэсси о покупках. — Я видел одно платье на втором этаже. Тебе стоит на него взглянуть. Прямо сейчас.

Сидни, мгновенно почувствовав смену атмосферы, скептически прищурилась:

— Ну, так пойдемте все вместе. Джек, ты же не себе его присматриваешь, верно? Нам тоже интересно.

Джейн перехватила потемневший взгляд Джека. — Девочки, идите, я сейчас... — бросила она подругам, чувствуя, как сердце начинает ускорять бег.

Но Джек повел её вовсе не к эскалаторам. Его рука, жестко лежащая на её талии, направляла её в сторону безлюдного перехода к парковке. Как только автоматические двери отсекли шум торгового центра, он резко остановился, не дойдя до машины, и развернул её к себе.

— Детка... — выдохнул он, и в этом коротком слове было столько горечи, что Джейн невольно сжалась. — Клиника? Серьезно?

— Джек, но мы действительно... мы правда собирались потом посмотреть платья, — начала она, запинаясь, чувствуя, как стены парковки давят на неё.

— Джейн, почему? — Он перебил её, и его голос вибрировал от сдерживаемой обиды. — Почему ты просто не сказала мне? Я бы не полез к Лиаму, я бы не сорвался сюда как сумасшедший. Я бы просто знал, что у тебя на уме.

Он сделал шаг вперед, вторгаясь в её личное пространство.

— Они не дети, Джейн. Они сами разберутся со своими залетами и драмами. Но почему ты... почему ты продолжаешь что-то скрывать от меня?

— Потому что это не мой секрет, Джек! — воскликнула она . — Это секрет Кэсси. Я не имела права раскрывать его, даже тебе. Мы просто хотели убедиться, что... что всё хорошо. Вот и всё. Никаких заговоров.

Джек долго смотрел на неё, и его взгляд медленно оттаивал, сменяясь какой-то болезненной нежностью. Он протянул руку, коснувшись её щеки, и его пальцы чуть дрожали.

— Принцесса... я до безумия ценю твою преданность друзьям. Правда, — прошептал он, склоняясь к её лицу. — Но я хочу, чтобы ты научилась доверять и мне. Не только как парню, а как человеку, который прикроет тебя в любой ситуации.

— Я доверяю тебе, Джек, — Джейн судорожно выдохнула, прижимаясь лбом к его плечу. — Когда мне стало страшно... когда я подумала, что сама могу забеременеть, я сказала об этом именно тебе. Сразу. Но Кэсси... это другое. Это была её тайна.

— Я знаю, принцесса, — его голос стал тихим, почти шелестящим, лишенным недавней стали.

Его большие пальцы медленно и нежно погладили её скулы.— Кэсси — твоя подруга, я уважаю это. Но ты... ты — моя девушка . И когда ты уезжаешь, не сказав мне правду, я чувствую, как земля уходит из-под ног. Я боюсь не того, что ты меня предашь, Джейн. Я боюсь, что ты однажды решишь, что я не смогу тебя защитить. Что я «не пойму».

Джек горько усмехнулся и коснулся губами кончика её носа.

— Просто обещай мне... — он сделал паузу, и в его взгляде вспыхнула почти пугающая серьезность. — Больше никаких «платьев» в качестве прикрытия. Если мир рушится — мы смотрим на это вместе. Договорились? Принцесса?

— Джек... — выдохнула она, и этот звук был похож на надлом.

— Что? Что случилось? — Джек мгновенно смягчился. Его ладони накрыли её лицо, а большие пальцы бережно стерли влажные дорожки со щек. — Ты из-за Кэсси так извелась? Или это я тебя напугал?

Джейн судорожно вдохнула, её пальцы мертвой хваткой вцепились в его запястья, удерживая его руки у своего лица, словно это была её единственная защита.

— Я не хотела говорить... но Филипп пугает меня, Джек. Он сказал, что я не поступлю в UCL. Если он узнает, что мы снова вместе, он всё уничтожит.

Лицо Джека в ту же секунду превратилось в непроницаемую маску. Он перестал гладить её кожу, его ладони застыли, но он не отстранился.

— Что именно он сказал? — голос Джека прозвучал неестественно тихо. Почти шепотом.

— Я и не знала... что их семья спонсирует фонд университета,а его отец в совете— Джейн запнулась, всхлипнув. — Филипп сказал, что один звонок — и мою анкету просто выкинут в мусор. После того разговора он меня вообще не трогал, даже на уроках сидел тихо, и это пугает еще сильнее. В понедельник начнется A-Level. Если он придет прямо перед экзаменом и потребует чего-то... невыполнимого взамен на тишину? Я не знаю, что делать.

Джек медленно убрал руки от её лица. Он выпрямился, и в тусклом свете парковки показался еще выше и холоднее. Он молчал, глядя куда-то поверх её головы, и по тому, как на его скулах отчетливо проступил рельеф.

— Послушай меня, — Джек снова посмотрел на неё и крепко взял за плечи, фиксируя её на месте, заставляя смотреть только на него. — В понедельник ты зайдешь в этот зал и напишешь тесты так, будто от этого зависит твоя жизнь. Потому что так оно и есть. Твои мозги — это то, что он не может у тебя отобрать.

— Но Филипп...

— О Филиппе забудь. С этого мгновения его для тебя не существует, — отрезал Джек, и в его голосе прорезался ледяной металл. — Он не тронет твои работы. Он не подойдет к тебе в коридоре. И он не сделает ни одного звонка в Лондон. Я тебе это обещаю. Завтра воскресенье. Отдыхай и повторяй материал. Я всё улажу.

— Что ты задумал? Джек, если ты полезешь в драку, он воспользуется этим и выставит тебя виноватым...

— Никаких драк, принцесса. Это было бы слишком просто для него, — он едва заметно усмехнулся, но в этой улыбке не было тепла.

— Обещаешь, что будет без драк? — прошептала она.

— Обещаю.