Финишная прямая

Когда уроки закончились, Джейн направилась к кафе, но знакомый рокот мотора заставил её притормозить. Джек перехватил её на полпути, и она, почти не раздумывая, нырнула в прохладную тишину его автомобиля.

— Моя принцесса, — негромко произнес Джек, едва дверь захлопнулась. Он внимательно вглядывался в её лицо, словно искал следы вчерашнего шторма. — Как ты? Как самочувствие?

— Всё хорошо, — отозвалась Джейн, стараясь придать голосу уверенности.

Джек потянулся к ней и запечатлел на её губах мягкий, почти благоговейный поцелуй, который, тем не менее, отдавал собственническим жаром.

— Устала? — прошептал он ей в самые губы.

— Нет, правда, всё в порядке.

Его взгляд медленно скользнул вниз, задерживаясь на её ногах. Увидев на ней строгие брюки вместо привычной юбки, Джек удовлетворенно хмыкнул, и в его глазах вспыхнул опасный, торжествующий огонек.

— Умница, — его голос стал на октаву ниже, приобретая ту самую бархатистую хрипотцу. — Мне чертовски нравится твоя покорность, Джейн.

Джейн почувствовала, как к щекам приливает жар — то ли от его слов, то ли от возмущения. Она медленно повернулась к нему, вскинув подбородок.

— Насчет этого... — начала она, стараясь звучать твердо. — Я, конечно, искренне рада, что мой внешний вид так благотворно влияет на твое эго, Джек. Но диктовать мне гардероб — это уже за гранью. А дальше что? Будешь составлять мне меню и решать, что мне есть на завтрак?

— Я не хочу составлять тебе меню, Джейн, — негромко произнес он. — Я просто хочу, чтобы ты понимала: мир за окном этой машины — дерьмо. Филипп — дерьмо. И если я прошу тебя надеть эти чертовы штаны, это не потому, что я тиран. А потому, что я знаю, как они на тебя смотрят.

— Не называй это покорностью. Это звучит так... холодно. Словно я выполняю приказ. И если ты и так дальше будешь указывать что мне делать и что носить, я всерьез задумаюсь о твоем предложении жить вместе в Лондоне.—Джейн на мгновение замолчала, глядя на свои руки, сцепленные в замок на коленях.

— Вот как? — его голос стал опасно тихим, лишенным той недавней торжествующей хрипотцы. — Значит, ты ставишь наше будущее в Лондоне в зависимость от того, какую одежду я хочу на тебе видеть?

Он подался чуть вперед, сокращая расстояние, пока между их лицами не осталось и нескольких сантиметров.

— Мы поедем туда. Вместе. Но если тебе нужно, чтобы я перестал называть это «покорностью» — хорошо. Пусть это будет твоим милосердием ко мне.

Тишина в салоне давила, прерываясь лишь мерным тиканьем часов на панели.

— Джек, я просто хочу, чтобы всё было как раньше, — тихо произнесла Джейн, и в её голосе проскользнула тоска по тем временам, когда всё казалось проще. — До этих приказов, до этого тотального контроля...

— Детка, — выдохнул он ей прямо в губы, обжигая их своим дыханием. — «Как раньше» — это как? Ты правда думаешь, что я изменился за одну ночь?

Он слабо усмехнулся, и в этой улыбке было столько обожания, что у Джейн закружилась голова. Его большой палец медленно, почти гипнотически очертил её нижнюю губу.

— Я и раньше был таким. Я собственник до мозга костей, принцесса. И я всегда был им по отношению к тебе. Кто возил тебя в школу каждое утро? Кто забирал с работы? У меня был твой пароль от инстаграма... — он сделал паузу, заглядывая ей в самую душу. — Конечно, после того как мы переспали, отношения изменились. И я к этому был готов, я к этому этапу всегда и стремился — быть полностью твоим. А для тебя это в новинку. Ты боишься, я понимаю. Но для меня это не было минутной слабостью. Джек на мгновение прикрыл глаза, словно подбирая самые важные слова.

— Для меня серьезность того, что между нами, так же нова, как и для тебя. И то, что ты доверила мне самое ценное, что у тебя было... это ответственность, которую я теперь с радостью возьму на себя. Всю, до последнего грамма. Тебе больше не нужно вывозить это в одиночку.И если я рычу на каждого, кто смотрит в твою сторону, это не потому, что я считаю тебя слабой. А потому, что я просто не умею иначе любить. Дело не в контроле, Джейн. А в том, что я патологически хочу быть с тобой. Всегда. И это не из-за недоверия к тебе — я просто хочу прорасти в твою жизнь.Джек на мгновение замолчал, вглядываясь в её лицо, словно запечатлевая каждую черточку в памяти.

— Ответственность, о которой я говорю... это не только таблетки или одежда. Это то, что теперь каждый твой вздох — мой. Каждая твоя слеза — моя проблема. И если цена твоего спокойствия — эти чертовы брюки, которые мешают Сент-Клеру пускать слюни, то я буду настаивать на них снова и снова.

— Значит, «прорасти», Джек?.. — она грустно улыбнулась, заглядывая ему в самую душу. — Это звучит красиво. И страшно. Потому что когда одно растение прорастает в другое слишком глубоко, они перестают быть двумя существами. Остается одно. Сильное, но одно.

Джек ничего не ответил. Он лишь крепче сжал её затылок и припал к её губам в поцелуе, который был одновременно и подтверждением её слов, и окончательным захватом территории. Джейн ответила на него с отчаянием, которое пугало её саму.

— Кажется, мы повзрослели намного быстрее других.— выдохнула она, когда он отстранился, и её пальцы судорожно вцепились в его ладонь. —

Она замолчала, пытаясь подобрать слова для того огромного чувства, которое давило на плечи тяжелым грузом.

— Ведь в нашем возрасте... думать о такой ответственности... Обычные пары не заглядывают так далеко. Они живут сегодняшним днем, а у нас... Будто это единственная финишная прямая, и мы уже на ней. Без права на ошибку. Без права на передышку.

Джек долго молчал, вглядываясь в её лицо так, словно пытался выжечь этот момент в своей памяти. Тишина в машине стала плотной, почти осязаемой. Он медленно поднес её руку к губам и прижался к ладони, закрыв глаза.

— Ты права, принцесса, — выдохнул он в её кожу, и его голос вибрировал от сдерживаемой силы. — Мы проскочили все промежуточные остановки. Пока остальные учатся флиртовать и бегают на свидания, мы с тобой сразу вышли на ту дистанцию, где ставки — жизнь.

Он открыл глаза, и в них не было страха — только пугающая, фаталистичная уверенность человека, который уже всё решил.

— Но разве ты хотела бы иначе? — он чуть приподнял её подбородок, заставляя встретиться с ним взглядом. — Хотела бы ты быть «обычной»? Ссориться из-за лайков и расставаться по пятницам? Я — нет. Я не умею любить наполовину, Джейн. И если нам суждено повзрослеть раньше всех — значит, так надо. Потому что я не хочу ждать десять лет, чтобы понять: ты — моя единственная финишная прямая.

Он осторожно коснулся губами её лба, задерживаясь на мгновение, словно давая безмолвную клятву перед лицом самой судьбы.

— Не бойся этой скорости. Я держу руль. И если мы летим к финишу — мы долетим туда вместе.

Джейн закрыла глаза, позволяя его словам окутать её, как кокон. Это было странное чувство: страх никуда не ушел, но он стал... тише. Будто Джек просто забрал большую его часть себе, оставив ей только чистую, обжигающую любовь.

Любовь, которая всё равно причиняла боль. Ведь как бы сильно она ни хотела верить его словам, в глубине души она знала — его отец никогда не позволит этому случиться.