5 глава .чачть 2

- Думаю, причины есть, - взгляд Иствуда скользнул к моим рукам, уловив их движение. - У любого свершившегося факта есть свои... причины, - молодой человек чуть нахмурился и несколько раз напряженно моргнул, будто бы что-то попало ему в глаз.

- И что же насчет причин вашего нахождения здесь? - осторожно - даже мой голос стал чуть выше и тоньше - спросила я.

- Но вы ведь и без меня их знаете, - на этот раз Иствуд зажмурился уже крепче - взгляд его затуманился и потерял четкий фокус. - Я не прав? - тон его голоса чуть спустился, и хрипотца стала отчетливее.

Ох, кажется, три пилюли - все же многовато. Я бросила краткий взгляд на стоящего у решетки охранника, чтобы оценить, сможет ли кто-нибудь помочь мне совладать с последствиями передозировки.

В крайнем случае.

- Да, но мне бы хотелось услышать не что вы сделали, а почему. Причины вашего поступка, а не... Вы точно уверены, что чувствуете себя нормально? - я сжала ладони в кулаки (чтобы не сорваться на раздачу ласковых прикосновений), наблюдая за тем, как Иствуд с силой растирает свои виски.

- Я просто отлично себя чувствую, - прочистив горло, сдавленно отозвался молодой человек и, разлепив веки одного глаза, бросил напряженный взгляд куда-то в область моих рук. - Черт, ты... Ты правда веришь, что новый брак решит все твои проблемы?

Эм... Что?

- Простите? - я чуть подалась вперед: вдруг просто как-то неверно дешифровала все эти его невнятные хрипы. - Я не совсем понимаю...

- Все ты понимаешь, - спокойно ответил Иствуд, продолжая сжимать виски пальцами и кривить все лицевые мускулы, будто бы его мучает жесточайшая мигрень. - Черт меня дери, и почему я не придушил тебя, когда была возможность? Чокнутая сука.

А вот это уже было обидно, между прочим.

Пусть даже я и поняла, что полезший изо рта Иствуда бред - это мусор с самых дальних полок его черепа, к которому я не имею никакого отношения. Просто поймите: еще две минуты назад я думала, что Иствуд абсолютно вменяем и не способен на подобные штучки. Естественно, что все эти милые сожаления о несделанном я почти приняла на свой счет. И даже призадумалась на секунду «а когда это у него была возможность придушить меня?»

- О чем вы, Маркус? - моя рука дрогнула: хотелось коснуться плеча Иствуда, ведь было так очевидно, что его борьба с собственным мозгом дается ему нелегко.

Или он просто хорошо вжился в роль.

- Перестань. Произносить. Мое. Гребаное. Полное. Имя, - сжав двумя пальцами переносицу, процедил молодой человек сквозь зубы.

- Хорошо... эм... Марк? - я вспомнила тот ролик с ютьюба, где мать Иствуда слезно умоляла общественность поверить в невиновность ее сына и называла его именно так. - Марк, вы... вы здесь вообще? - моя ладонь все же мягко опустилась на твердое, горячее плечо.

И это был совершенно опрометчивый и тупой жест.

Иствуд поднял на меня воспаленный, хищный взгляд - капилляры в его глазах налились кровью, создавая поистине жуткий контраст с прозрачно-голубыми радужками.

«Глаза такие... Словно налитые кровью», - непрошенным салютом вспыхнула в моей голове реплика Хью.

Уже через мгновение запястье моей дерзнувшей прикасаться к Его Озлобленности наглой ручонки было зажато в его огромной лапище. Бравый представитель службы безопасности, доселе подпиравший собой решетку, дернулся в сторону нашей небольшой с Иствудом заварушки. Однако я остановила его:

- Все... все в порядке, подождите, - сказала какая-то неадекватная, фанатичная часть меня с отключенным режимом самосохранения. Эта часть находила какой-то особый интерес в том, чтобы посмотреть, что же будет дальше, если не мешать сумасшествию Иствуда разворачиваться полномасштабно.

- В порядке? - переспросил товарищ сумасшедший ласково, будто бы и не он вовсе сейчас выворачивал мою руку под неестественным углом. - Ничего теперь не будет в гребаном «порядке». Благодаря тебе.

И на этом знаменательном моменте второе мое запястье тоже оказалось в плену у иствудовских ручищ. Сам же он не сильно, но резко дернул мои руки на себя - столешница жестоко врезалась в мой живот.
- Господи, - нечто неконтролируемое вырвалось из моего рта с резким выдохом. - Пожалуй, хватит на сегодня, - сипло буркнула я охраннику, намекая оттаскивать от меня это взбесившееся животное - мои инстинкты выживания наконец-то включились.

- «Господи»? - опять глупо передразнил Иствуд, сдавливая мои руки с невероятной жестокостью: неприятный хруст я даже могла слышать. - Неужели вы верите в бога, доктор? - вопросительно приподняв брови, мужчина всмотрелся в мои, я уверена, полные первобытного ужаса глаза. - Вы верите в бога, доктор?! - спросил он уже тверже, и я почти взвыла от той боли, что обволакивала мои запястья свинцовыми кольцами - пальцы моих рук, уже посиневшие, лихорадочно двигались и царапали предплечья слетевшего с катушек заключенного.

Да почему охранник, мать его, такой чертов сгусток киселя? Незнакомый мне дядя в форме пытался отодрать Иствуда от меня или от стола, но, кажется, оторвать Статую Свободы от фундамента будет делом более легким. Только спустя многократные тщетные попытки моего спасения охранник наконец додумался что-то гавкнуть в свою шипящую рацию.

Надеюсь, подкрепление нарисуется быстрее, чем этот гребаный псих убьет меня!

- Нет, я атеистка, - тяжело выдохнула я, поняв, что мне нужно каким-то образом поддерживать «разговор» до того момента как наряд спецназа вырвет мою несчастную тушку из рук этого психопата.

- В самом деле? - все еще сдавливая мои лучевые кости своими стальными клешнями, Иствуд поджал губы и покачал головой. - Это ведь так в твоем стиле: складывать все свои проблемы на кого-то, кто якобы очень рад их решать, - большой палец молодого человека погладил кожу моей руки почти нежно.

А уже через секунду я тихонько заскулила и почувствовала влажность в уголках глаз: казалось, еще одно небольшое усилие со стороны моего мучителя и мои запястья превратятся в мягкий фарш.
Но Иствуду словно было мало того, что мне адски больно. И он решил приправить физические истязания всякими вербальными мерзостями.

- Вы хотите знать, почему я убил свою подружку? - его лицо оказалось совсем близко и расплылось в моих глазах от этой чрезмерной близости. - Я знаю, что хотите! - колючая щека прижалась к моему уху, а горячее дыхание коснулось мочки. Крупные мурашки диким табуном пронеслись по всей поверхности тела.

Иствуд был словно весь вокруг меня; запах его кожи и волос заполнил легкие: запах сигаретного дыма, жженой кожи, перечной мяты и... какого-то горького цитруса.

(И как это ему удается не пахнуть как старая щетка для обуви в таких-то условиях проживания?)
Словом, я не могла пожаловаться на свои обонятельные ощущения. Пока к вполне приятному благоуханию чистого человеческого тела (пусть и недавно покурившего) не примешались столь знакомые медные нотки.

Через мгновение я уже не могла чувствовать ничего, кроме удушливого запаха крови.
«Откуда?.. Откуда кровь?» - лихорадочно метались мысли в моей голове.

- Я снес половину ее тупого черепа, доктор, - прохрипел Иствуд мне на ухо тем временем. - Хотел убедиться, что он не пуст, понимаете? Она была такая идиотка... - звук его дыхания шелестел в моих ушах.

В моем воображении ясно вспыхнула фотография той милой девушки из репортажа. Только теперь в ее голове была огромная дыра.

Столь яркое видение разбудило во мне до сего момента спящую злость. Я вспомнила про то оружие, возможности пользоваться которым (в отличие от рук) Иствуд не лишил меня.

Я укусила этого мудилу. Стиснула зубы на его щеке.

Этого жеста отчаяния вполне хватило, чтобы местный Чарли Мэнсон замешкался на секунду и ослабил железную хватку вокруг моих рук. Этой секундой замешательства, в свою очередь, воспользовались наконец-то прибывшие служители порядка и санитары с целым арсеналом иголок.

Когда мы с Иствудом, наконец, расцепились, мои синие руки уже готовы были отсохнуть от недостатка кровоснабжения. Огромные фиолетовые кольца опоясали запястья.

- Я очень, мать твою, разочаруюсь в твоих умственных способностях, если ты не откажешься «лечить» меня! - раздраженно крикнул мне Иствуд прежде чем толстая игла вошла в вспухшую голубоватую вену на сгибе его локтя.

Я, потирая запястье, подняла глаза на его лицо.

Багровые пятна густой крови цвели на его щеках и подбородке, и последние неловкие капли темной жидкости скользили по потрескавшимся губам.

Я невольно коснулась своей щеки. Естественно, что я уже чертову кучу времени сижу с перепачканной чужой кровью физиономией

Да что за неделька повышенного артериального давления и кровотечений из носа?..