Глушь 72
С утра Чао Фэ собрался и ушёл проверять на целостность цветочные ловушки. Их периодически нужно было перезаряжать духовной энергией - дело утомительное и достаточно скучное, но тем не менее стоящее.
Люди Бездны уже все были на ногах. Дети носились друг за другом, а старики гнали их мётлами за излишний шум. Благодать, что тут скажешь? Это место всегда было чем-то странным: здесь в один день могли устроить и похороны, и свадьбу. Больше половины домов здесь были пустыми и гнилыми, а земля, словно пепел, со временем пожирала их в сезон болот. Бездну многие называют сердцем Гуру, злобной сестры Ефрима. Однако местные жители лишь фыркают на такие заявления, говоря, что они скорее в заднице ящерицы. Что ж, грубовато, но это точно описывало жизнь здесь.
Предвестник бедствий тем временем покончил с цветочками-ловушками и вернулся в хижину. Там его взволнованный друг мерял шагами и без того маленькое помещение. Он обратил на себя внимание:
- Братец Бао, что тут меряешь? И так понятно, что этот домик пятнадцать на тридцать чи•. Пошли, нам пора выдвигаться.
Пятнадцать на тридцать чи• - пять на десять метров.
Мечник вздохнул, сказав:
- Я думал, ты уже ушёл.
- Ну, я вообще-то и ушёл, просто вернулся.
Тигр не оценил юмора и фыркнул.
Мамору показал ему язык, снова спрятавшись в плащ. Тот угрюмо уставился на него.
«Что ж, новый день начался, а старая вражда вернулась», - разочарованно подумал кот.
Сегодня им предстояло отправиться в маленькую деревню под странным названием Треска. Когда-то это место было знаменито своими большими и качественными поставками рыбы, но прошло время, тамошняя река пересохла, а название потеряло всякий смысл. Деревня стала бедной и никому не нужной.
Письмо, поступившее оттуда, было написано криво и косо, но, поскольку он сам не блистал выдающимися навыками каллиграфии, смог разобрать написанное:
«Приветствует тебя, предвестник бедствий, деревня Треска. Нам нужна помощь. Нечисть повадилась проклинать наших детей, и теперь они гибнут ужасной смертью. Просим Вас помочь. Заплатить смочь».
Надев белую маску демона, Чао Фэ с Цан Бао направились в путь. Земля, подобная пеплу, шуршала под ногами. Местные ходили туда-сюда, ветры гуляли между гнилых домов, солнце уже переставало дарить тепло, напоминая, что зима близко.
Мечник, смотря на эти, на ладан дышащие здания, невольно посмотрел в сторону своего друга. Был ли у того вообще дом? А ведь точно. Каждый раз, как они сюда приходят, то ночуют в заброшенных домах и за редким исключением заходят к каннибалам, но великий и ужасный ни разу не заикнулся про собственное жилище... Белая, жуткая маска мешала видеть чужие эмоции. Ему бы хотелось видеть их, чтобы лишний раз не задеть этого необычайно загадочного человека, однако к сожалению это не представлялось возможным. Он решился и спросил:
- А-Чао, а у тебя есть свой дом?
Предвестник бедствий замедлил шаг и остановился. Он был слегка озадачен. К чему этот странный вопрос? Кот вздохнул, посмотрел на лицо тигра. На нём читалась серьёзность с неуверенностью. Он пожал плечами и ответил:
- Нет. Своего нет. Когда-то у меня просто не хватало на него денег...
- А сейчас? - подтолкнул его к продолжению фразы Цан Бао.
- О. А сейчас... Я не хочу свой дом, - голос звучал приглушённо и неопределённо, так словно тот сам не знал, что хотел.
Пазл в голове сложился. Одинокий бродяга, которого отовсюду гонят, спасает людей, но сам нуждается в спасении... Вот он, дьявол... Казалось, что они больше не вернутся к этой теме. Великий и ужасный молчаливо шёл впереди, потёртый плащ развевался на ветру, а маска, холодная и жуткая, не располагала к беседе. Рога, четыре дыры для глаз, острые зубы и странная текстура костей... В голове тигра каждый раз, как он её видел, возникал вопрос: «А-Чао, где ты достал эту дрянь?» Задать его он, естественно, не решался.
Однако Чао Фэ через какое-то время пути решил оправдаться:
- Сам посуди, братец Бао. На кой черт мне дом? Я на Бездне-то бываю нечасто, а если бы у меня было место, куда вернуться, его бы кто-то обязательно растащил или разломал. Нет в этом мире такого места, где меня никто не тронет. Это просто не имеет смысла...
Звучало так, словно он сам себя уговаривал. От этого становилось ещё печальнее на душе. Неужели этому человеку действительно нет места в этом мире? Мечник не знал. Он никогда не был философом, чтобы размышлять об этом вечность.
Солнце закатывалось за горизонт, когда перед их взором предстала густая лесная чаща. Кроны деревьев закрывали небо. Шорохи доносились отовсюду. Приходилось внимательно смотреть под ноги, чтобы не споткнуться и упасть. Было бы нелепо, если бы двое заклинателей случайно навернулись, неудачно упали на камень и умерли.
Ядовито-красные ягоды манили к себе своим цветом зверей и глупеньких людей. Комары напивали отвратительно громкие и писклявые мотивы. Плач женщины слышался вдалеке. Незнающие люди уже бы пали на колени и начали молиться, но знающие просто прокляли дурным словом лисов и пошли дальше.
Бродили они долго. Где-то приходилось пригибаться и протискиваться через густо выросшие деревья, а где-то переходить и через расщелины. Как на зло, начал накрапывать дождь.
Вот и деревня Треска. Сразу видно, что она небогата: многие дома поросли плесенью, а каменные дорожки - мхом. Но, тем не менее, в некоторых окнах горел свет, а кривые подобия талисманов висели на дверях. Что сказать? Глушь, одним словом.
Предвестник бедствий направился к первому попавшемуся на глаза дому, в котором горел свет. Он постучал.
Цан Бао поглядел на тот дом оценивающим взглядом. Какой-то весь косой, сырой, в общем, вообще не пригодный для жизни, особенно в такую погоду. Он стойко решил, что если вдруг им придётся ночевать в этой глуши, то однозначно не в этом доме. Во-первых, холодно; во-вторых, места мало; в-третьих, его друг, хоть и сам это вряд ли когда-нибудь признает, нуждается в нормальном отдыхе, если не собирается обратиться к лекарям; а в-четвёртых, у них что, вообще потерялось всякое достоинство? Почему они вообще шатаются по всяким богом забытым местам?
Пока тигр негодовал, кот смог достучаться до хозяев дома. В дверном проёме показалась худая женщина: синяки под глазами, бледная кожа, одежда, сделанная из разных лоскутов ткани, намекали на её нелёгкую жизнь. Как только она увидела на своём пороге фигуру в чёрном плаще с рогатым белым черепом вместо головы, закрыла дверь обратно. Потом опять открыла, извинившись:
- Ах, предвестник бедствий, это вы? Простите. Я думала, смерть пришла на мой порог. Прошу, проходите. На улице паршивая погода.
Чао Фэ совершенно не удивился такой реакции, успокоив бедолагу:
- Я не в обиде. Я б вошёл, вот только боюсь пол запачкать, всё сапоги в грязи.
Та выдохнула после этих слов, настояв:
- Прошу, входите. Пол и так истоптан.
Он вошёл, а за ним - угрюмый, промокший мечник. Внутри топилась печка, на столе стоял тазик с водой, в помещении неприятно пахло потом, на койке лежали двое детей - очень бледных и больных на вид.
Кот сел на предложенный стул и начал расспрашивать:
- Что с ними случилось? Куда ходили в последний раз? Что ели? Как давно слегли?
Цан Бао тоже опустился на стул, наблюдая за разговором со стороны.
Женщина присела рядом с детьми, поведав:
- Ещё сегодня утром гуляли в лесу, а как только вернулись, стали жаловаться на боль в животе, сознание терять, да рвать. В деревне говорят, что нечистый детей проклинает... Не знаю, правда ли это или нет... Но если можете помочь, прошу, помогите...
- Похоже на симптомы отравления волчьим лыком... Они ели какие-то ягоды? Знают, что волчье лыко ядовито? Пока мы сюда шли, тут этой отравы встречалось навалом.
- Волчье лыко?... Да, они ели какие-то ягоды... Говорили, очень жгучие... - неуверенно сказала та.
- Красненькие, да? - уточнил он.
- Да...
- Что ж, дайте мне кастрюлю какую-нибудь, и я сварю отвар, который поможет. Ингредиенты у меня есть.
Женщина поспешно достала из-под кровати кастрюлю и протянула ему. Предвестник бедствий вытащил из плаща хуанлянь, зелёную фасоль и корни баймао. Повесил на стул пропитавшийся водой плащ и принялся готовить.
Под внимательными взглядами хозяйки дома и тигра он наготовил этого добра целую кастрюлю. Налил в небольшую тарелку и попытался напоить детей отваром, но те даже в изнеможении отскочили в ужасе в уголок и сжались там.
Чао Фэ растерялся и посмотрел на друга, тот еле сдерживал смех. Пришлось отдать отвар женщине, чтобы та напоила им своих детей.
Он раздал указания:
- Поите их большим количеством воды и отваром. И пусть больше никогда не едят ничего в лесу.
- А вы куда? - спросила мать детей, видя, что тот снова надел плащ.
- Остальных лечить. Вам повезло, что откликнулся я, а не другой наёмник. Вас бы уверяли, что нечисть беснуется, денег бы выбили, а помочь не помогли. В следующий раз лучше зовите лекарей, - напутствовал тот, отливая отвар в ещё одну кастрюлю.
Заклинатели покинули этот дом и направились в следующий. На улице разыгрался настоящий ливень с грозой.
Мечник совершенно не понимал дьявола:
- Мы серьёзно будем ходить по всем здешним домам? А-Чао, зачем?
- А что, оставить детей умирать?
Ответ, раздавшийся с грохотом грома... Уже нечего говорить. Осталось только следовать за этим странным человеком.
Они прошли по всем домам. Всех детей опоили и оповестили о волчьем лыке. Казалось бы, маленькая деревня, но для двоих человек обойти её всю оказалось совсем не быстро. Не все люди охотно открывали дверь, да и не все доверяли незнакомцам. Они добрались до последнего дома, где жил местный старейшина, поздней ночью.
Мокрая, холодная одежда липла к коже, продрогшее тело дрожало, как осиновый лист, усталость давила на него. Но если не закончить это дело сегодня, умрут чьи-то дети. Дрожащей рукой предвестник бедствий постучал в очередную дверь. Через некоторое время открыл им старик в одеяниях для сна, он пригласил их в дом:
- О, так это ты, дьявол среди людей? Заходи, детей у меня нет, но комната лишняя найдётся. Спасибо, что пришёл.
Внутри было тепло, сыростью в этом доме не пахло, он был самым крепким из здешних. Стол, заваленный бумагами, кровать, усыпанная подушками... Мужчина открыл перед ними дверь. Там горел камин и лежал матрас с одеялами. Окон почему-то не было, возможно, раньше это была кладовая.
Заклинатели вошли туда, дверь за ними захлопнулась.
Кот снял с себя плащ. Мокрый Мамору выскочил из него и лёг рядом с камином, недовольно издавая странный звук "Кррр". Посмотрев на эту морду, он продолжил снимать с себя мокрую одежду, даже особо не задумываясь, просто хотелось скинуть с себя это всё и завернуться в одеяло.
Цан Бао завопил:
- Какого чёрта ты делаешь?
- Раздеваюсь? Наверное. А на что похоже?
- В тебе есть вообще стыд?
- Нет. Такого я при себе не держу.
- Да ты! Ты...!
- Что я? Холодно... Я устал... Братец Бао, давай без этого.
Тигр замолчал, отвернувшись от него.
Чао Фэ быстро разделся и завернулся в одеяло. Его слабое тело слишком вымоталось за этот день. Свернувшись калачиком, он крепко уснул.
Старик за стенкой храпел так, что дом шатался.
Мечник чуть погодя тоже разделся и лёг рядом под другое одеяло. Всё-таки его одежда была слишком мокрой, чтобы в ней ходить дальше. Сон ему никак не шёл. Было очень неловко вот так вот лежать. А вдруг одеяло сползёт? Так он и лежал, пока не уснул.