Демон просит помощи 32

Утро началось с криков. С ноги открыв дверь, какой-то мужик заорал:

-Там демон! Скорее, заклинатели, вставайте!

Двое подскочили, взяли оружие в руки и последовали за ним.

-Он… он там! - дрожащими руками указал на дом деревенский житель.

Переглянувшись, заклинатели открыли дверь. Демон, напоминающий большого лиса с книгой вместо головы и с верёвкой на шее, на которой висела бутылка с глазом внутри, действительно стоял там. Держа не по-лисьи длинными пальцами зелёную книгу, он повернул голову на них. Длинные уши прижались назад, шерсть вмиг встала дыбом.

Цан Бао провёл рукой по рунам на мече, они тут же загорелись красным светом. Мечник приблизился к демону и Гу Джо воспламенился красным пламенем.

Но демон не собирался нападать. Дёрнувшись, он раскрыл свою книгообразную пасть, положил туда книгу и выпрыгнул в открытое окно.

Тигр раздражённо фыркнул, последовав за ним. Кот последовал за ними обоими.

Кто-то на улице заорал:

-Эта нечисть украла священные писания!

"Нечисть" с грацией лиса перескакивала с крыши на крышу. Цан Бао пытался угнаться за ней, а Чао Фэ наблюдал за этим со стороны.

"Если демон никому не навредил, а лишь украл книжонку, можно было не гнаться за ним. Священными писаниями порчу даже самая могущественная нечисть не наведёт. Если бы она хотела кому-то навредить, то тащила бы кусок деревенщины, а не книгу", - рассудил тот.

Демон скрылся из виду. Запыхавшийся мечник вернулся, задав вполне логичный вопрос:

-Ты почему за ним не погнался? Может, вместе мы бы его поймали…

Братец Бао, напомни-ка, с каких пор заклинатели убивают демонов за чтение?

Заклинатели убивают всех демонов, даже просто читающих, - возразил тигр.

-Что же ты тогда Собайку не убил? - ехидно подметил кот.

-Собайка - собственность твоего клана. Я не имею права её убивать. Не юли, мы вместе должны охотиться на демона, - объяснился Цан Бао.

Раздосадованно цыкнув, Чао Фэ кивнул, хотя не считал, что демонов нужно убивать только потому, что они демоны.

Нечисть никогда не желала быть нечистью. Никто не выбирает свою судьбу. Но если он об этом кому-то скажет, то его посчитают либо сумасшедшим, либо слишком наивным, поэтому приходилось держать рот на замке.

-Сегодня можно наведаться в храм? - спросил мечник у какой-то женщины.

-Нельзя. Тёмные силы оказались слишком сильны, можно завтра.

-Хорошо, спасибо.

Они вернулись обратно в домик. Еда стояла на столе. Поев, заклинатели принялись ждать нового появления демона. Целый день ничего сверхъестественного так и не произошло.

Тигр сидел на циновке, полируя меч. Чао Фэ читал "Сказания богов", чтобы узнать побольше о боге-Ефриме и о его детях. Он хотел не выделяться и, как и все, знать об огромной вымершей ящерице, создавшей всё и вся.

Наступил вечер. Цан Бао от скуки задремал.

Кто-то прошёлся по крыше, спрыгнул. Входная дверь медленно начала открываться.

Котяра взял копьё в руки, осторожно подходя к дверному проёму.

Загадочный незваный гость оказался утренним демоном. Он стоял на двух задних лапах, опираясь на стену. Заметив его, нечисть поклонилась в знак приветствия, а после лапой сделала что-то похожее на жест "следуй за мной".

Чао Фэ удивился. Демон на двух лапах был ростом с небольшой домик, а когтями он легко мог разодрать человека, но, похоже, лису-книге это было неинтересно. Он хотел что-то сказать, но Бездна не одарила его ртом, зато у неё или у него были прекрасные манеры.

Кот готов был последовать за демоном, но на миг он задумался: "Стоит ли позвать братца Бао?" А потом вспомнил, что тот демонов на дух не переносит. Поэтому решил в одиночку проследовать за таинственным книгокрадом.

Вечер хоть и был поздним, но обычно деревенские в это время не спали, но ни во одном домике не горел свет, улицы были пусты. Лунный свет освещал каменистую дорогу, а дома, казавшиеся яркими и красивыми утром, сейчас выглядели мрачными и неуютными.

Лиса-книга сначала пыталась вышагивать на задних лапах, но, споткнувшись раза три, всё же встала на четыре лапы. Чао Фэ это показалось забавным.

Он вместе с нечистью вышел за границу деревни. Демон остановился и сел. Активно жестикулируя, он пытался что-то объяснить, попутно шелестя страницами.

Бывший сектант пытался что-то понять, но всё, что он понял, это то, что его пытаются о чём-то предупредить. Видя, что его не понимают, нечисть начала копать. Обтрусив лапами книги, демон положил их перед Чао Фэ.

Украденные книги: "О сострадании", "Семейное благополучие", "Любовь", "Месть и предательство" и священные писания лежали прямо перед ним, доказывая, что их украла лиса. До кота всё ещё не доходила суть странного поведения нечисти. Он поинтересовался:

– Вы писать умеете? Я, честно, не понимаю…

Демон ударил себя по переплету. Легким движением когтистой лапы он избавил землю от травы, принявшись выводить слова.

У бывшего сектанта мурашки пробежали по коже. Это существо с лёгкостью могло бы содрать с него шкуру.

На земле было написано: "храм". Чао Фэ понял: "Ага, с храмом что-то не так". Лиса указала на храм, потом на книги "О сострадании", "Любовь", "Семейное благополучие" и на священные писания, написав "ложь". Стерев предыдущие слова, написала "правда", указав на книгу "Месть и предательство".

– Почему вы помогаете нам? – с недоверием спросил он.

Нечисть вывела: "Меня убили в храме. Не хочу, чтобы мою семью убили".

Вдруг в демона влетел с огромной скоростью горящий меч. Лиса-книга повалилась на землю, яростное красное пламя охватывало её тело за секунды. Она вертелась и каталась, но огонь не затухал.

Котяра хотел потушить пламя с помощью силы своего копья, но кто-то схватил его сзади мёртвой хваткой. Чао Фэ принялся вырываться, он уже хотел укусить противника, но узнал в нём своего товарища. Бывший сектант не мог не возмутиться:

– Братец Бао, какого чёрта ты творишь?! Она же сгорит!

– Пусть горит! Ты попал под демонический гипноз! Вот придёшь в себя, ещё спасибо мне скажешь!

– Да не под гипнозом я! Демон помочь нам хотел! Отпусти!

– Любой человек под гипнозом так бы и сказал! Успокойся! – воскликнул Цан Бао.

Шерсть нечисти и голова уже сгорели, она перестала дёргаться. Запах крови и сжённого мяса ударил в нос. Ужасное изуродованное тело, местами догоревшее до костей, лежало на траве. Лишь бутылка с глазом осталась целой.

Тигр ослабил хватку. Котяра вырвался и подбежал к изуродованному телу, его проняло дрожью, он упал на колени.

Как можно… Она ни в чём не была виновата… Глупая лиса-книга! Почему ты не забрала свою семью и не свалила из этой чёртовой деревни?! Если бы ты ушла… Какая ужасная смерть… Наверняка, это было ужасно больно… Мысли, терзающие душу, пролетели в голове. Чао Фэ взял бутылку с глазом, приложил её к груди, прошептав:

– Простите, это моя вина… Я не успел вас спасти… Вы ни в чём не виноваты, вам не стоило помогать нам… Не переживайте, я вас похороню…

Цан Бао по принципам клана Феникса поступил правильно, но почему-то чувствовал себя виноватым. А тот человек, что стоял рядом с сгоревшим телом, выглядел так, словно перед ним лежал труп близкого родственника, а не демона. Резко захотелось перед ним извиниться, но за что? Мечник не знал. Может, обнять его?

Пока тигр собирался с духом и начал подходить к коту, тот резко встал и начал доставать какие-то талисманы. Один он положил на тело, второй – на землю, а третий – на камень. Талисманы зажглись белым светом. Бездыханное тело превратилось в пепел, который упал в ямку, а камень превратился в безымянную надгробную плиту.

Чао Фэ копьем зарыл ямку, выравнял землю, нарвал цветов и положил их сверху, спросив:

– Благовоний не найдётся?

Цан Бао впал в ступор. Что? Как? Почему? Зачем? Поискав в рукавах, он всё же их нашёл и отдал ему.

– Спасибо… – принял благовония бывший сектант.

Он зажёг благовония, воткнув их в землю. Сложив руки в молитвенном жесте и вновь встав на колени, Чао Фэ еле слышным шёпотом произносил вьюжные молитвы упокоения (других он не знал).

Мечник стоял неподалёку. Глаза, на которые он не обращал особого внимания, начинали его пугать. До этого момента тигр считал, что его не могут испугать какие-то там глаза, но сейчас, смотря в эти полные пустоты и отчаяния глаза, которые словно омут затягивают тебя на самое дно… Цан Бао, пожалуй, не забудет никогда. Его товарищ действительно жуткий. Но стоило этим мыслям пронестись в голове, как котяра пришёл в себя с былым обыденным энтузиазмом в голосе, сказал:

– Братец Бао, я кое-что узнал, если кратко, нам нужно попасть в храм, не принимая во внимания хотят того местные или нет.

Грустно конечно и обидно за лису-книгу, но я сделал всё, что мог. Что-то я вообще размяк в этом клане Красного Листа. Моей вины нет в том, что она пошла за помощью к собственным палачам. Если я буду думать в таком негативном ключе, то скоро отклонение ци заработаю… Демон уже умер, а мне нужно жить дальше. К тому же, я всё ещё смогу помочь её душе упокоиться с миром, – решил Чао Фэ.

Они вернулись в домик. Уже было совсем темно, луну скрыли чёрные тучи. Кот уже собирался спать, как вдруг тигр спросил:

– А что это были за талисманы? Ну, которые превратили труп в прах, а камень – в надгробие?

Талисманы "быстрое захоронение" знали все безновские жители. Когда мёртвых становилось больше, чем живых, они просили помощи у сектантов. Вьюговцы не были против помочь, ведь много неупокоенных душ – много проблем. Знали о самих талисманах многие, но использовать их могли только татуированные молитвами сектанты. Ему пришлось выкручиваться:

– Это обычные иллюзорные талисманы, просто они держаться дольше обычных. Из моего клана.

Иллюзорные талисманы клана Красного Листа действительно могли продержаться неделю, вот только они были неосязаемы, а сама иллюзия искажалась от прикосновений. Вот только мечник об этом вряд ли узнает, потому что ему эти знания ни к чему. Ведь использование техник и талисманов чужих кланов считалось неуважением к своему клану.

– А. Понятно. А тот демон правда тебя не гипнотизировал? – потерял интерес к талисманам он.

– Нет. Она хотела помочь, веришь ты или нет, но не все демоны – беспросветное зло. Лису-книгу убили в храме, когда она ещё была человеком, и она боялась, что её судьбу повторит родня. Вот и всё, – кот печально вздохнул, словно мудрый старый мастер, объясняющий простые истины непутёвому ученику. – Мир не делится на чёрное и белое, есть лишь оттенки серого…

Цан Бао задумчиво нахмурился. Какое-то время он молчал. Его товарищ уже подумал, что тот ничего не ответит. Тигр, тщательно всё обдумав, изрёк:

– Ты хочешь сказать, что у демонов есть чувства? Они бесчувственные и злобные твари, которые придумывают жалостливые истории, чтобы дурить людей. Если бы у нечисти были чувства, то из страха или сострадания они бы не подходили к людям, а жрать их – так уж тем более.

Бывший сектант был вовсе не согласен с таким мнением. У демонов есть чувства. Ю Ланко боялся смерти. Цыпа искренне радовалась при встрече людей. Заяц был погружён в безумие, переплетённое с яростью. Лиса-книга переживала за судьбу своей семьи. А "жалостливые истории", как выразился братец Бао, были горькой правдой. К людям нечисть подходила потому, что ей попросту некуда было деться, им хотелось мести и ласки одновременно. А ещё у этих несчастных существ была жажда крови, с которой они ничего не могли поделать.

Мечник следил за меняющимся выражением лица Чао Фэ. Свеча висела с его стороны, поэтому фигура товарища практически полностью тонула в ночном мраке. Темнота казалась продолжением его чёрных волос, свободно распластавшихся по плечам. Глаза словно отражали мрак безлунной ночи, бледное лицо вместе с бело-красными одеяниями выделялись среди этой черноты, создавая вместе какую-то сверхъестественную, страшно красивую картину. Было ощущение,что перед ним призрак неприкаянной души, который холодно взирал на смертный мир в последний раз.

Кот вырвал его из этой мрачной игры света и фантазии, всё ещё отстаивая нечисть как существ, которых не стоит судить как злобных тварей:

– У демонов есть чувства. Если бы их не было, они бы жрали всё подряд, не выбирая определённых жертв.

Цан Бао вновь помедлил с ответом. Бывший сектант уже устал ждать, поэтому он завернулся в одеяло, предупредив:

– Я спать. Спокойной ночи.

Тигр хотел ещё поболтать, но увидел, что его товарищ уже спит. Он невольно задался вопросом: "Как ему удаётся так быстро засыпать?".