Нечисть знает 67
Предвестник бедствий смотрел в окно, потеряв счет времени. Он словно и не видел здешние виды - мысли его были покрыты туманной мрачной дымкой. Вдруг кто-то положил ему руку на плечо. Кот аж подпрыгнул от неожиданности. Сердце заколотилось так, будто он не в окно смотрел, а готовил план восстания против власти, и к нему нагрянул генерал.
Огненные глаза обеспокоенно смотрели на него. Цан Бао ничего не говорил, спрашивать, всё ли в порядке, не было смысла. Его друг сидел с ночи до утра на полу, и, судя по синякам под глазами, вообще не ложился.
«Почему он на меня так смотрит? Я что-то не так сделал? Я выгляжу настолько плохо? Уже утро... Только же недавно была ночь... Я... Что со мной такое?» Чао Фэ потихоньку охватывала необъяснимая паника, мысли казалось, осиным роем зашевелились в черепной коробке... Он просто устал.
Мечник успокаивающе похлопал его по плечу.
- Со мной всё нормально... Спасибо, братец Бао, - вздохнув, тихо произнес предвестник бедствий и встал.
Сейчас не было времени на то, чтобы раскиснуть. Люди ещё в опасности. Они нуждаются в защите. На него всё ещё надеяться... Небольшие страдания - ничто, по сравнению с сохранением чьих-то жизней... Ведь так? Он просто больше не может позволить себе быть слабым. Один раз позволил и потерял всё: дом, семью, друзей... Дьявол уже приобрел то, что ему ценно. Эту ответственность он не может переложить на других.
Кот уже собрался с мыслями, но тут осознал, что забыл, куда положил свой пояс, с которым бродил какое-то время по комнате, а потом смотрел в окно уже без него. Тигр наблюдал, как его друг внезапно заметался по комнате. Сначала он решил, что рассудок того на начальной стадии помутнения, однако потом осознал, что великий и ужасный просто напросто ищет свой пояс (ханьфу на нём немного сползло вниз), который лежал на кровати.
Цан Бао привлек на себя внимание, когда Чао Фэ полез в шкаф:
- А-Чао, ты не это ищешь?
Тот неловко улыбнулся, поблагодарив:
- Спасибо, братец Бао.
Предвестник бедствий завязал на себе пояс и решительно произнес:
- Сегодня мы здесь закончим. Ослабленному демону придётся пополнить запасы живой ци, чтобы его шкурка не сгнила.
- А-Чао, может, сначала подремлешь немного?
- Нет, всё нормально. Нужно быть начеку, одержимый может напасть в любой момент. Это его территория, - мрачно пояснил он.
Мечник нахмурился, тяжело вздохнув. Сейчас А-Чао действительно был прав. Однако его состояние стало хуже по сравнению со вчерашним.
Заклинатели покинули уютную комнату. В белоснежном коридоре царила странная тишина. Крик разнесся эхом из приоткрытого помещения. Они не сговариваясь помчались туда. Толпа чиновников и телохранителей загораживала обзор, все о чем-то шептались и переговаривались. Запах различных духов до дурноты заполнял комнату. Было сложно понять, что вообще тут творится. Расталкивая эту кучу и попутно извиняясь, всё же удалось пробраться в первые ряды.
На полу лежал мужчина лет сорока, глаза его были на выкате, грудная клетка отсутствовала. Белоснежные кости с остатками плоти показывали силу и осторожность существа. Было похоже на работу человека - всё аккуратно, без следов зубов и когтей, вот только надпись, написанная кровью изящным почерком на белой стене, была явно адресована им: «Я убью еще одного, если не уберетесь. Я знаю, что вы тут». Это было предупреждение, не угроза. Просто, изящно и красиво, вот только демону не повезло с заклинателем. Обычные бы уже отступили, но дьявол немного другой.
Кот шепнул тигру на ухо:
- Не ввязывайся, братец Бао.
Тот хотел спросить, что друг имеет в виду, но не успел. Чао Фэ начал свое небольшое представление, двери захлопнулись от ледяного ветра. Толпа в испуге ахнула.
Предвестник бедствий встал рядом с трупом. Все боялись туда подходить, потому что могли навлечь на себя обвинения, однако его репутацию уже было трудно испортить, а эта "сцена" - хороший инструмент для выявления одержимого.
- Что это значит?! - заорал кто-то.
Он сменил говорившего мужчину холодным взглядом, ласковым тоном начав "спектакль":
- Приветствую вас, дамы и господа! Сегодня произошло несчастье с одним из чиновников. Среди нас демон, что нагло занял чужое тело, убив его хозяина. - в момент сменив облик на свой обычный, продолжил (знать и телохранители были в ужасе). - Но к счастью, я, великий и ужасный дьявол, с лёгкостью могу определить, кто одержим.
Шепотки поползли по комнате. Вдруг одна старушка стукнула тростью. Перед ней всё разошлись, она внимательно посмотрела на него своими глазами, похожими на бусинки, объявив:
- Что ж, дьявол, наша судьба в твоих руках.
Толпа затихла. Эта сгорбившаяся от старости женщина в изящных фиолетовых одеяниях с морщинками, что придавали ей миловидности, видимо, была уважаема всеми. Именно она пригласила всех этих людей на свой юбилей. Старушка смело подошла к дьяволу и протянула ему свою маленькую морщинистую ручку.
Цан Бао не сводил с него прожигающего взгляда. Он негодовал: как можно было пойти на такой безумный и отчаянный шаг? Объявить перед этими влиятельными людьми, что ты самозванец, - это не просто смело, это настоящее сумасшествие. Здесь, в месте, где вооружённой охраны и телохранителей, специально обученных устранять любую угрозу, огромное количество, даже заклинатель с силой Бога вряд ли бы так сделал. Зачем это было делать? Для какой цели? Ему было никак не понять. Не было никакой техники, чтобы понять, одержим человек или нет. Если бы была, это значительно упростило бы их работу.
Кот осторожно взял запястье протянутой руки и, отпустив, объявил:
- Эта госпожа не одержима!
Женщина чуть кивнула, с укором подгоняя чиновников:
- Что вы там стоите? Подходите, иль вы все демоны?
Толпа тут же оживилась, люди по очереди подходили и проверялись на нечестивость. Отсеялось уже половина. И тут мечник подошел к нему, шепотом, слышным только им двоим, спросив:
- Что ты делаешь, А-Чао?
- Просто подыграй мне. Ты всё поймешь, - убеждал Чао Фэ.
Тигр фыркнул, но послушался, поклявшись самому себе, что если всё пойдет сикось-накось, сначала спасет друга, а потом убьет. Хотя нет. Сначала приведет в чувство, вылечит, а потом уже убьет.
Куча людей постепенно рядела. Один чиновник выглядел напряженно: он вертелся и переминался с ноги на ногу. И вот подошла его очередь. Тьма черных глаз холодно смотрела в карие испуганные глаза. Чиновник рвано дернулся, когда его запястье попытались взять. Он с нечеловеческой силой сиганул на стену, впившись в нее когтями. Это существо не было человеком: за воротом темно-бирюзовых одеяний виднелась тонкая рана на шее, которую не могли бы скрыть никакие пудры и макияжи. Оно облизнулось, показав черный, склизкий язык, похожий на улитку. Всем стало понятно, что это мертвец, управляемый волей нечистого.
Знать заметалась и начала в ужасе разбегаться. Телохранители пытались успокоить своих господ. Это было подобно самогеноциду: кто-то падал, а другие его затаптывали, люди отталкивали друг друга от двери. Кто-то орал, кто-то дрался. Лишь Цан Бао, старушка и ее телохранитель остались стоять на месте.
Демон был явно доволен этой суматохой. Вот только недолго он радовался - голова его с легким стуком упала на пол. Окровавленное копье вернулось к хозяину. Предвестник бедствий ледяным, ровным голосом, с толикой духовной силы для громкости, сказал:
- Демон мертв! Хватит убивать друг друга, дамы и господа!
Толпа в удивлении уставилась на него, но он не терял времени напрасно, а взял за руку мечника и, использовав ци, выбежал с ним вместе из этого поместья. Тигр быстро подстроился под бег. Как только они покинули то место, отдышавшись, пробурчал:
- Это и был твой план? Взворошить осиное гнездо, выявив шершня?
Кот ничего не ответил. Это "представление" его вымотало. Хотелось просто лечь на землю и заснуть... Духовная сила бушевала в груди, болью отдаваясь по всем меридианам и духовным каналам, но сейчас было не время для этого, нужно забрать награду и найти место для отдыха...
Телохранитель Се Цао вышел из угла. Запыхавшийся мужчина низко поклонился в знак благодарности и протянул кошель дьяволу. Тот слабо ему кивнул. Знакомый еще раз поблагодарил его:
- Спасибо, что спасли моего господина и это место. Поместье Львов будет помнить вас.
«Меня и так уже все, кто только можно, запомнили. Лучше забудьте и не вспоминайте, мне хватает своих "поклонников"», - ответил про себя Чао Фэ, кивнул и направился с другом в постоялый двор.
Подошвы сапогов шаркали по земле, на улице вовсю кипела жизнь. Холодная, солнечная погода предвещала наступление зимы. Предвестник бедствий прикрыл лицо рукой, пытаясь остановить головокружение. Кожаная перчатка легла на кожу. Жарко. В груди пылал пожар, перед глазами поплыли черные точки, тело резко начало терять силу. Испуг не дал ему потерять сознание. Он наощупь нашел плечо мечника и навалился на него как на опору.
Тот не ожидал такого, но смог удержать равновесие. Цан Бао посмотрел на друга: бледный, как полотно, с туманными глазами человек, дрожащей рукой вцепился в его плечо. Тигр быстрым движением взял дьявола на руки и побежал к постоялому двору. Там точно должны быть лекари.
Кот смотрел на размытые черты друга, улыбаясь - да, эгоистично, ему нравилось, что о нём переживают и тащат на руках. Он ненавидел свою отвратительную, сектанскую натуру: корысть, эгоизм и желание что-нибудь себе прикарманить - это всё оттуда, из секты, но ничего с этим поделать уже нельзя. Выращенный шакалами, не станет волком.
Чао Фэ слышал чужое колотящееся сердце, чувствовал, как вздымается от дыхания мускулистая грудь под слоями одежды, и потихоньку засыпал. Почему-то было спокойно, хотя боль вместе со слабостью мучительно расползалась по телу. Была какая-то странная уверенность, что всё будет хорошо.
Мечник, заметив, что друг на его руках совсем затих, испугался не на шутку. Он встряхнул его, однако тот не очнулся. Он побежал так быстро, как только мог. Отчего-то сразу вспомнилось, что люди при большой потери крови засыпают навсегда... Странно. Этот человек не истекает кровью. Всё нормально будет, - убеждал себя Цан Бао.
С ноги ворвавшись в постоялый двор, он позвал лекаря, кинул монеты на стол, даже не считая, и ушёл в снятую комнату. Интерьер с какими-то серыми стенами, койкой, почему-то застеленной черным постельным, маленьким окном с видом на стену, шкафом темного цвета и плетеным, опять же серым, ковром нагонял какую-то беспросветную безысходность. Казалось, будто сюда приходили исключительно помирать.
Тигр уложил предвестника бедствий в постель, сел на край, помянув, что не так давно причина плохого самочувствия крылась в нестабильной ци. Он расправил чужое одеяние и дотронулся до груди, и тут же одернул руку. Сначала ему показалось, что кожа ледяная, а потом обжёгся от ее жара. На руке ни осталось ни следа, но ощущение ожога осталось.
Мамору недовольно вылез из одеяний кота, сонно зевнул, повернулся к хозяину и издал что-то похожее на лай щенка. Тот, ожидаемо, не реагировал. Мышь заволновался, закрутился и спрыгнул на пол. Увеличившись в размере, зубами открыл дверь, у которой стоял лекарь. Под впечатлением от зверя тот упал в беспамятство. Демон лишь пошипел в его сторону и куда-то умчался.
Мечник раздосадованно цыкнул: лекарь лежит на пороге, когда его друг изнывает от жара, вызванного бушующей ци. Мамору прискакал с миской, внутри которой были вода и тряпица. Цан Бао уже думал, что придется драться за эту миску, но мышь его удивил: он сам отдал ее, молящим взглядом глядя на него. Демон закрыл дверь, а тигр принялся оттирать лежащего в беспамятстве кота, чтобы хоть как-то помочь не сгореть ему.
Чао Фэ начал дергаться и пытаться перехватить чужую руку в бреду. Мечник лег рядом с ним, прижал к себе, чтобы тот не мог вырваться, и продолжил. Предвестник бедствий весь сжался, дрожа от холодных прикосновений. Он уже перестал предпринимать попытки "побега", просто пытался снова согреться. Температура постепенно спадала. Тигр погладил великого и ужасного, который жался поближе к нему. Наверное, для этого человека он сейчас как печка.
Мышь, словно ласковый кот, улёгся в ногах, посапывая и подмурлыкивая. Цан Бао хотел ещё найти где-нибудь жаропонижающий отвар, но заснул, даже сам не понимая, как так получилось...