Последняя весна...52

Наконец растаял снег. Холод ушёл, оставляя место всеми желанному теплу. Вода волшебных красных вод оттаяла, а холм приобрёл свои привычные зелёные травы. На краснолистных деревьях распустились нежные цветы.

Кот с восторгом смотрел на цветущие деревья. Он полной грудью вдыхал аромат груши...

Послышались чьи-то тяжёлые шаги. Старейшина Вольф пришёл, с недоумением наблюдая за своим подопечным. Он хрипло спросил:

- Неужели цветочки настолько впечатляют?

Бывший сектант смущённо улыбнулся.

Старый волк сложил руки на груди, серьёзно сказав:

- Я к тебе по делу пришёл. Думал, я не замечу мелкую тварь?

Чао Фэ испуганно посмотрел на него. Целая половина лица с серым глазом осуждающе смотрела прямо в душу, а разодранная оставалась немым надзирателем, ждущим ответа. Между бровей с проскакивающей сединой пролегла складка.

Тю Шитьë вздохнул, прохрипев:

- Я ещё давно заметил. Не бойся, я не буду трогать твою зверушку. Вот только зачем она тебе?

Кот без колебаний ответил:

- Мамору мой друг.

Старейшина Вольф закатил глаз, приказав:

- Показывай своего "друга".

Бывший сектант принёс свой чёрный, мышелетучеподобный комочек шерсти.

Тю Шитьë саркастично сказал:

- Ну и зверь. Морда лисья, крылья летучей мыши, а хвост льва? На Дудло Ховэя пойдёшь с этим?

Зверь уязвлённо клацнул зубами.

Чао Фэ прижал к себе своё пухнатое существо, успокаивающе погладив его, он ответил:

- Не.

- А зачем он тебе тогда? Купился на пушистую морду?

Кот глупо улыбнулся, слова старого волка попали прямо в цель. Он действительно сначала купился на пушистую морду, а потом уже увидел в нём друга и опору.

Старейшина Вольф покачал головой, шутливо произнеся:

- Ладно, пусть живёт. Будет тебя эмоционально поддерживать, когда тебе башку откусят.

Бывший сектант смиренно промолчал. Спорить с ворчливым мастером не имело смысла, да и, в общем-то, он был прав. Пока Мамору в таком облике от него мало проку...

Старый волк перевёл тему:

- Я слышал про твою странную смену лика... - лицо подопечного сразу потемнело. - Я придумал, как это использовать. Встретимся у водопада.

Чао Фэ занёс Мамору в комнату и ушёл к водопаду. Там стоял не только старейшина Вольф, но и старейшина Многоликий, от чего ему стало не по себе.

Вуди Шен бодро объяснил:

- Ягуары - очень сильные животные, и раз уж ты немного можешь в него превратиться, стоит использовать это в бою! Мы с Сяо Шитьë будем нападать на тебя без ограничений, а ты можешь использовать только смену лика!

Кот не проникся его радостью. Он не хотел использовать это в бою. Это глупо. Однако возразить не имел права.

И вот, семь шагов - и в него уже летит поток ветра от веера, а с другой стороны - Тю Шитьë, ожидающий, пока добыча сама пролетит ему в руки.

Они использовали свою духовную силу. Да, он тоже, но только чтобы поддерживать личину полуягуара. Думать об этом не было времени.

Бывший сектант встал на четвереньки, вцепившись новоприобретенными когтями в землю, чтобы не улететь, и быстрыми рывками, используя всю имевшуюся в слабом теле силу рук и ног, добирался до своей цели - учителя. Именно он направлял поток ветра веером, чтобы у него не было возможности напасть, обезвредив его, он получит шанс атаковать.

Старейшина Многоликий мог с лёгкостью откинуть его более сильным потоком ветра, однако ему явно было интересно, что ученик будет делать дальше.

Чао Фэ резко встал на ноги, выбив из рук своего учителя веер. Это далось ему совсем нелегко: мышцы дрожали от перенапряжения, пот пропитал одежду, а из-за пыли, влетившей в рот и нос, он расчихался и закашлялся. Потеря ци болью отдавалась в груди, но ещё не была на пределе.

Несмотря на неудобства, кот набросился на опешившего Вуди Шена, свалив его на землю.

Старейшина Вольф, захваченный азартом, произнёс:

- Лао Шен выбыл. Теряешь хватку, старик? Ну что, малый, покажи мне, на что способен!

Бывший сектант спрыгнул со старейшины Многоликого и с тихим рыком бросился на старого волка.

Тот играючи увернулся от когтей и ударил сам, однако кот не успел увернуться. Удар по спине был такой силы, что выбил весь воздух из лёгких, личина ягуара слетела, он растерял последние силы - и физические, и духовные. Боль в груди от истощения ядра заполоняла разум. Чао Фэ прикрыл глаза. Он не мог ни пошевелиться, ни кричать, всё, что он мог сейчас, - это только тихонько лежать в зелёной траве.

Тю Шитьë взял его на руки. Тёплая ци могущественного воина успокаивала боль.

Вуди Шен удивлённо спросил:

- Что это с ним?

Старейшина Вольф вздохнул, хрипло ответив:

- У него такое бывает. Истощение ци для него иногда становится болезненным. Это необычно, однако я не думаю, что это какая-то болезнь, скорее особенность. Думаю, для людей, которые живут в столь ужасных условиях, это нормально...

Вуди Шен ничего не ответил.

Бывший сектант заснул, как только боль ушла.

...

Проснулся кот утром следующего дня в своей комнате.

Мамору лежал у него на груди. Он погладил его и осторожно перенёс зверька с себя на кровать. Тот недовольно буркнул что-то и продолжил спать.

Мышцы ещё ныли.

Чао Фэ привёл себя в порядок и пошёл на кухню. Он приготовил рис с рыбой и, поев, ушёл обратно в свою комнату.

Старейшина Вольф его никуда не будил и не звал, это значит, что у него выходной...

Внезапно к нему постучали, кот открыл.

Вэньë Шенсин сказала:

- Доброе утро, старший шисюн! Сегодня в клан прибудет мой старший брат... И это, конечно, меня радует, но это плохо для клана...

Бывший сектант напряжённо спросил:

- Шимей, что это значит? Кто твой брат?

Волчица замялась, но ответила:

- Он глава императорского войска стервятников...

Сказать, что Чао Фэ испугался, - это ничего не сказать.

У каждого императора были свои личные войска - его глаза и руки. Их называли в честь символов, характеризующих их характер, например: нынешний император - лев, а его войска - стервятники. Такие войска разбирались с сектантами, с проверками кланов и городов, да и вообще практически со всеми делами, связанными с наказаниями и проверками народа. Естественно, их боялись. Боялись даже заклинатели, потому что стервятники тоже обладали духовной силой и техниками, что были известны только им самим.

Кот впал в ступор. Он всё это время жил с сестрой очень влиятельного и очень ОЧЕНЬ опасного человека... А вдруг его за это убьют? Так надо подумать, что я наговорил на судимость за месяцы соученичества? Да... Много чего... Мне конец.

Девушка смотрела на его стремительно побледневшее лицо и резко опустевший взгляд с грустью. Она вздохнула, произнеся:

- Ну почему вы все так реагируете?! Мой старший брат не зверь! Он просто выполняет свою работу! Вот Бифан понял меня...

Кот отрицательно замахал руками, спеша объяснить:

- Шимей, я... не из особо благополучного места... И если вдруг... эм... скажем так, у твоего брата есть резоны меня убить...

Вэньë Шенсин вопросительно посмотрела на него. Её старший шисюн редко говорил о себе, даже за месяцы, проведённые вместе, они с Ялко Бифаном узнали о нём совсем немного. Его жизнь казалась загадкой.

Чао Фэ с тяжестью на сердце признался:

- Я с Бездны...

Волчица удивилась, но не испугалась, она с улыбкой заверила:

- Не бойся, старший шисюн! Мой брат проверит работу клана, а не адептов. К тому же тебя не убьют за то, что ты там родился. Не беспокойся! Я тебя защищу! Также, как ты нас всё время защищаешь!

Бывший сектант не поверил её наивным словам, но на душе стало теплее.

...

Зазвучали бронзовые колокола, предупреждая о визите важных господ.

Войско из ста человек взошло на зелёный холм.

Их одежды были чёрны как тьма, лишь белоснежные силуэты стервятников на их спинах разбавляли эту черноту.

Во главе стоял юноша лет двадцати. Его кожа была аристократически белой, а волосы напротив - черны как вороново крыло. Брови словно мечи, а взгляд серых глаз льдом впивался в собеседника. Этот человек был похож на изящного чёрного волка, чей путь был построен на чужой крови.

Невезучим собеседником оказался глава клана. Они о чём-то беседовали.

И тут Вэньë Шенсин с криками «Старший брат!» прибежала к нему.

Войско тут же достало оружие.

Молодой волк поднял вверх ладонь, веля зачихлить его. Леденящий взгляд душу пропал, на лице грозного главы стервятников появилась лёгкая улыбка.

Волчица обняла его, он её в ответ.

Девушка радостно произнесла:

- Я так скучала, гэгэ•!

Гэгэ •- обращение к старшему брату.

- Я тоже, меймей•! Ты так выросла за этот год!

Меймей •- обращение к младшей сестре.

Лонли Мин неловко кашлянул, спросив:

- Мне вас оставить, Вэньë Фэнсин•?

Вэньë Фэнсин •- нежный, спокойный.

Тот в ответ лишь кинул на него тяжёлый взгляд и отказался:

- Нет. Мы просто поздоровались. Прежде всего поручение императора, а потом всё остальное. Меймей, встретимся позже.

Жуткие чёрные фигуры удалились в большое белое здание с красной крышей.

Вэньë Шенсин обратилась к сидящим на дереве соученикам:

- Вот видите!

Кот, слезая, проворчал:

- Да, твой старший брат просто "душка".

Ялко Бифан неуверенно спросил:

- Шимей... Как ты думаешь, твой брат... Он одобрит наши отношения? Всё-таки он из высшей знати...

Волчица уверенно произнесла:

- Конечно, одобрит!

Чао Фэ покачал головой. Вряд ли её брат будет в восторге от таких новостей. Осталось только пожалеть шиди и молиться за его душу...

...

Занятия отменили. Оставалось только в напряжении ждать, что же решат стервятники насчёт клана...

Вечером они сидели на кухне, попивая чай.

Вдруг раздался странный хлопок где-то на улице.

Раздались взволнованные возгласы адептов:

- Смотрите! Что это? Фейерверк?

Бывший сектант быстро взял копьё и Мамору в охапку, выбежал на улицу.

В ночном синем небе появился красный силуэт серпа Луны, который насквозь пробивала стрела. Это сигнальный огонь. Однако не клановский. Кто его запустил? Зачем? Для кого этот сигнал?

Младшие соученики выбежали за ним.

Раздался крик какой-то птицы. В звёздном небосводе показалась чёрная тень. Она приближалась к земле.

На горизонте холма появился огромный зверь.

Все старейшины и войско стервятников приготовились к атаке. Некоторые ученики тоже выстроились в ряд.

Собайка навострила уши.

Демон с пустыми глазами уставился на них. Его морда была длинной, а в пасти, прорезающей щеки, были как острые, так и человеческие зубы. Рога косули и тигриный окрас не так впечатляли, как грудь существа с ребрами, сжимающими согнутый под скелет меч из сияющей белым светом стали, где было выгравировано «Чисо Хуйай•». Заклинательское оружие, дарившее свет вместе со своим хозяином, стало единым с оскверненной душой благороднейшего воина.

Чисо Хуйай•- рассеивающий мрак.

Огромная демоническая чёрная птица резко снизилась и схватила двух воинов войска стервятников когтями, а затем, возвысившись, скинула их вниз. Это произошло буквально за секунду.

Дудло Ховэй низко зарычал. Мелкие демоны разных видов и уровней опасности выскочили из темноты, с кровожадностью накинувшись на заклинателей и войско.

Началась битва. Все отбивались, как могли. Старейшины Вольфы рубили нечисть чёрными копьями. Вуди Шен веером отбивал атаки. Старейшина Сом посохом отбивал демонов. Старейшина Сокол вдруг разорвал на себе одежду, показав огромные крылья, и взмыл вверх за птицей.

Глава клана рубил тварей, как капусту, а его супруга прикрывала его со спины.

Собайка яростно разрывала сородичей когтями и зубами.

Стервятники тоже бились.

Запах крови, крики, звон оружия и страх заполонили прежде спокойный зелёный холм.

«Они не справятся...» - подумал кот и крепче сжал копьё. Количество демонов превосходило количество людей. А это еще Дудло Ховэй не вступил в битву... Нужно помочь. Это мой дом. Я обязан его защитить.

И тут одно из существ пробило грудную клетку Вэньë Фэнсина, пока он защищался от двух других. Могучий глава стервятников рухнул на землю.

Вэньë Шенсин чуть не рванула туда, но её сдерживал Ялко Бифан. Та вопила:

- Отпусти! Он не мог умереть вот так!

Сзади вдруг кто-то дотронулся до плеч Чао Фэ. Тот вздрогнул и собирался уже всадить в неприятеля копьё, но увидел старейшину Вольфа. Прежде чем он успел что-то спросить, тот сказал:

- Чао Фэ. Бери своих младших соучеников и уходи. Это моё последнее тебе поручение.

- Но...

- Наш клан падёт. Ты сохранишь его наследие, как мы и договаривались. А теперь иди.

Бывший сектант посмотрел на его лицо с тяжёлым сердцем, кивнул, схватил за руку уже принявшую судьбу волчицу, стоящую рядом с кроликом, и повёл их подальше от этого места. Он взглянул на Тю Шитьë, поблагодарив:

- Спасибо за всё, наставник. Я никогда вас не забуду.

Старый волк исчез во мраке битвы.

Кот увёл своих соучеников к постоялому двору города Оленей, который находился уже очень далеко от клана Красного Листа.

Мамору сидел у него между верхними и нижними одеяниями на груди, недовольно пыхтя.

Он снял две комнаты: одну для себя, другую для соучеников, чтобы те не скисли поодиночке и следили друг за другом.

В принципе, Чао Фэ мог снять одну комнату на троих, однако сейчас он не хотел никого видеть, потому что был уверен, что если кто-то спросит о его самочувствии, эмоции возьмут верх. Бывший сектант был на грани.

Он не рассматривал интерьер комнаты, а просто запер дверь и скатился по ней вниз. Слёзы полились по щекам.

«Почему? Почему всё так? Я проклят? Почему этот клан? Да лучше уж умереть от лап демона, чем знать, что они умрут! Все умрут...»

Чёрный зверёк сочувственно смотрел на своего хозяина и тыкался мордой в его руку.

Кот обнял его, хрипло прошептав:

- Прости... Прости... За то, что я такой слабый... Я даже не могу защитить то, что люблю...

Демон не понимал, извиняется ли он перед ним, или вообще перед всем заклинательским кланом...