Глава 65

Я проснулась от того, что кто-то смотрел на меня.

Открыла глаза - Маркус. Он лежал на боку, подперев голову рукой, и смотрел. Не отводил взгляд. Глаза его были спокойными - впервые за долгое время. Не было в них ни страха, ни боли, ни той пустоты, которая появилась перед его исчезновением.

- Ты не спишь? - спросила я.

- Сплю.

- А глаза открыты.

- Сплю с открытыми глазами.

- Врёшь.

- Не умею.

Он провёл пальцем по моей щеке. Кожа его была тёплой - вчера ещё была ледяной. Сегодня - тёплой.

- Ты красивая, когда спишь, - сказал он.

- Я красивая всегда.

- Скромная.

- Я учусь.

Он улыбнулся.

Я потянулась, села. Одеяло сползло - я поправила.

- Который час?

- Не знаю, - он покачал головой. - Часы остановились.

- Когда?

- Когда ты уехала в Гамбург.

- А сейчас?

- Сейчас они пошли снова.

Он взял меня за руку.

- Я боялся, что ты не найдёшь меня, - сказал он.

- Нашла.

- А если бы не нашла?

- Искала бы до сих пор.

- Всегда?

- Всегда.

Он прижал мою руку к своей груди. Я чувствовала его сердцебиение - ровное, спокойное.

Я сварила кофе.

Чёрный, крепкий, без сахара - для него. Зелёный чай, с жасмином - для себя. Поставила чашки на стол, села напротив.

Маркус сидел за столом, смотрел в окно. За окном был серый Берлин - октябрьский, холодный, но живой. Люди шли по своим делам, машины ехали, кто-то выгуливал собаку. Обычная жизнь.

- О чём ты думаешь? - спросила я.

- О том, как хорошо дома, - сказал он.

- Это всё?

- И о том, что я не заслуживаю этого.

- Чего?

- Тебя. Дома. Счастья.

- Ты заслуживаешь.

- Нет.

- Да.

- Нора...

- Ты заслуживаешь, - повторила я. - Перестань.

Он замолчал. Взял чашку, сделал глоток.

- Ты не злишься на меня? - спросил он.

- За что?

- За то, что я ушёл. За то, что не сказал. За то, что заставил тебя искать меня по всему городу.

- Злюсь, - сказала я.

- Правда?

- Да. Но не на тебя.

- На кого?

- На болезнь. На депрессию. На то, что она забрала тебя у меня.

- Она не забрала.

- Нет. Я вернула.

Он поставил чашку. Протянул руку через стол. Я взяла.

- Спасибо, - сказал он.

- Не за что.

Входная дверь, звонок

Кто-то позвонил в дверь.

Маркус вздрогнул - я видела, как его плечи напряглись, как застыла спина. Он ещё не привык к звукам, к людям, к миру.

- Я открою, - сказала я.

- Кто это?

- Не знаю.

Я подошла к двери, посмотрела в глазок. Искажённое лицо, знакомое.

Юрген.

Я открыла.

- Привет, - сказал он.

- Привет.

- Ты нашла его?

- Да.

- Он жив?

- Да.

- Можно войти?

- Да.

Он вошёл. Снял куртку - старую, кожаную, с потёртыми локтями. Повесил на крючок. Снял ботинки - поставил рядом с нашими.

Маркус стоял в дверях кухни, бледный, напряжённый.

- Привет, - сказал Юрген.

- Привет, - ответил Маркус.

- Как ты?

- Жив.

- Это главное.

- Знаю.

Юрген прошёл в гостиную, сел на диван. Маркус сел в кресло, я - рядом с ним.

- Что случилось? - спросил Юрген.

Маркус молчал.

- Он устал, - сказала я. - Не спрашивай сейчас.

- Я спрошу потом.

- Потом.

Юрген кивнул.

- Я принёс новости, - сказал он.

- Какие? - спросила я.

- Этический комитет начал расследование. Официально.

- Я знаю.

- Они вызывают тебя на допрос.

- Когда?

- Через неделю.

- Хорошо.

- Ты не боишься?

- Боюсь, - я покачала головой. - Но я не отступлю.

Маркус взял меня за руку.

- Я пойду с тобой, - сказал он.

- Не надо.

- Я пойду.

- Маркус...

- Это из-за меня. Я должен быть рядом.

Юрген посмотрел на нас.

- Вы справитесь, - сказал он.

- Спасибо, - сказала я.

Юрген ушёл.

Я сидела на кухне, смотрела в окно. Маркус сидел рядом, держал меня за руку.

- Это из-за меня, - сказал он.

- Что?

- Расследование. Ты можешь потерять лицензию. Всю карьеру. Всю жизнь.

- Знаю.

- Из-за меня.

- Из-за нас.

- Нора...

- Я сделала выбор, - сказала я. - Я выбрала тебя.

- А если ты пожалеешь?

- Не пожалею.

- Откуда ты знаешь?

- Потому что я уже жалела. - Я повернулась к нему. - Я жалела, что не спросила Феликса. Я жалела, что не сказала маме, что люблю её. Я жалела, что боялась. - Я взяла его за руку. - Но я не жалею о тебе. Ни о дне, когда ты вошёл в мой кабинет. Ни о ночи, когда мы стали близки. Ни о минуте, когда я решила, что ты - моё.

Он обнял меня.

Мы лежали в темноте.

За окном шумел Берлин - машины, голоса, жизнь. Где-то играла музыка - джаз, саксофон. Где-то смеялись - близко, далеко. Город не спал.

Я смотрела в потолок. Маркус смотрел на меня.

- Что теперь будет? - спросил он.

- Не знаю, - я покачала головой. - Но мы будем вместе.

- Этого достаточно?

- Этого более чем достаточно.

Он поцеловал меня. Долго. Нежно.

- Спи, - сказала я.

- Не хочу.

- Ты устал.

- Я устал бояться.

- Тогда не бойся.

Он закрыл глаза.

Я лежала, смотрела на него. Слушала его дыхание.

Через десять минут он заснул.