Глава 45

Алина

Артем нажал на «плей», и над нами повис тихий, вкрадчивый шум, от которого у меня внутри всё заледенело. Сначала была тишина, прерываемая лишь тяжелым, хриплым дыханием. А потом раздалось приглушенное мычание. Сквозь кляп, сквозь боль, сквозь ужас.

Это был Дима.

Телефон в руке Артема дрогнул. Я видела, как побелели его костяшки, как лицо из воскового стало землисто-серым. Секунду он стоял неподвижно, словно в него попал разряд тока, а потом телефон едва не выскользнул из его пальцев на мраморный пол.

— Дима... — выдохнула я, закрывая рот рукой.

Артем не ответил. Он сорвался с места так резко, что я даже не успела ничего сообразить. Хромота? Боль в спине? Забудьте. Он летел по коридору, сметая всё на своем пути.

— Тёма! Стой! — закричала я, бросаясь следом.

Он ворвался в кабинет, рванул ящик стола и выхватил кобуру с пистолетом. Ловким, заученным движением закрепил ее на поясе, на ходу натягивая куртку.

— Артем, что ты делаешь?! Куда ты один?! — я вцепилась в его рукав уже в гараже.

— Дома останься! — рявкнул он, оборачиваясь. Глаза были абсолютно безумными. — Слышишь меня? Запрись и не выходи!

— Я никуда не уйду! Ты едва ходишь, у тебя руки трясутся! — я не отпускала его, почти повиснув на руке. — Ты собрался один против них всех?

— Алина, отпусти! — он сорвался на крик, пытаясь оттолкнуть меня. — Это мой брат! Его вычислили из-за меня! Из-за того, что он помогал мне!

— Я знаю! Поэтому я еду с тобой! Если он ранен, если ты... — я сорвалась на ответный крик, вкладывая в него всю свою злость и страх. — Ты меня не бросишь здесь сходить с ума!

— Это не обсуждение! Остаешься в комнате, быстро! — он замахнулся, будто хотел указать на дверь, но замер.

— Не ори на меня! — я шагнула к нему вплотную, упираясь ладонями в его грудь. — Либо мы едем вместе, либо я выбегу за ворота и побреду пешком! Выбирай!

Секунду мы сверлили друг друга взглядами. Потом оба сорвались с места и пошли в гараж. Артем грязно выругался, ударил кулаком по крыше своей БМВ и дернул на себя водительскую дверь.

— Садись! Быстро! — бросил он через плечо.

Я запрыгнула на пассажирское сиденье, едва успев пристегнуться. Мотор взревел так, что заложило уши. Машина сорвалась с места, вылетая из гаража и проносясь через открывающиеся ворота на предельной скорости. Глеб и Миша что-то кричали вслед, но Артем уже ничего не слышал.

— Дай послушать еще раз, — тихо сказала я, когда мы вылетели на трассу. — Я должна понять, что с ним.

Артем, не отрывая взгляда от дороги, швырнул мне телефон. Я нажала на воспроизведение. Тот же шум. Хрип. И это надрывное мычание.

— Это Беркут-младший, — процедил Артем, лавируя между машинами. — Он прислал это с закрытого номера. Думает, я буду сидеть и ждать условий.

— Дима жив, — я старалась говорить профессионально, чтобы не сойти с ума от ужаса. — Дыхание частое, но ритмичное. Значит, сознание есть. Тёма, они его вычислили по тем самым счетам?

— Скорее всего, — он резко свернул на обочину и затормозил. — Тихо.

Он выхватил у меня телефон и быстро вошел в какое-то приложение, которое я раньше видела у Димы. Экран заполнился картами, кодами и бегущими строчками.

— Что ты делаешь?

— Дима... этот мелкий засранец... он вшил мне в телефон маяк на случай, — пальцы Артема летали по экрану. — Но он не знал, что я зеркально привязал его устройство к своему. Если его телефон включен... если они не успели его выбросить...

На карте замигала красная точка. Глубоко в промзоне, за чертой города. Старые склады, заброшенные ангары.

— Есть, — голос Артема стал пугающе спокойным. Тем самым «тихим» голосом, который предвещал бойню. — Попался, ублюдок.

— Это далеко? — я посмотрела на карту.

— Пятнадцать минут, если я выжму из этой машины всё, — он снова нажал на газ. — Алина, слушай меня. Когда приедем, ты сидишь в машине ниже уровня окон. Если услышишь выстрелы — перебирайся на водительское сиденье и гони оттуда.

— Ты с ума сошел? Я тебя не брошу!

— Алина! — он бросил на меня короткий, обжигающий взгляд. — Там не больница. Там война. Если с тобой что-то случится, мне незачем будет возвращаться. Поняла?

Я сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони.

— Поняла. Но я пойду за тобой, если ты не выйдешь через десять минут.

Артем ничего не ответил.

Мы ехали по шоссе. Стрелка достигала почти 200 км/ч. Затем уже начали виднеться разные склады, а за ними были частные дома. Машина резко затормозила, подняв столб пыли. Впереди, среди сухих зарослей и бетонного крошева, стоял двухэтажный дом. Без ворот, без забора — просто голая коробка с темными провалами окон, брошенная посреди пустоши.

— Оставайся здесь, Алина. Это приказ! — Артем выскочил из машины, выхватывая пистолет.

— Плевать я хотела на твои приказы, Волков! — я вылетела следом, захлопнув дверь. — Там Дима! Ты один его не вынесешь!

Он обернулся, хотел что-то крикнуть, но из открытого окна первого этажа снова донеслось то самое хриплое мычание. Артем только зубами скрипнул и рванул к крыльцу.

Мы ворвались внутрь. В нос ударил запах сырости и гнилого дерева. В доме было неестественно тихо, если не считать звука, идущего из глубины коридора.

— Дима! — Артем выбил плечом дверь в маленькую комнату в конце коридора. — Я здесь!

Я вбежала следом, готовая оказывать первую помощь, но замерла на пороге. Посреди пустой комнаты, на старой табуретке, стоял маленький черный плеер и телефон Димы. Из его динамиков на полную громкость неслось цикличная запись: мычание, тяжелый вздох, снова мычание.

Димы здесь не было.

— Это ловушка... — прошептала я, чувствуя, как холодеют пальцы.

Артем подошел к плееру, взяв его в руки он кинул его на пол и одним ударом раздавил его подошвой. Тишина, наступившая после этого, была страшнее любого крика.

— Назад! К машине! — Артем схватил меня за руку и потащил к выходу. Живот резко скрутило, но нам нужно было выбраться отсюда...

Мы выскочили в коридор, но дорогу преградил тяжелый, глухой звук. Входная дверь захлопнулась. Артем навалился на нее плечом, дернул ручку — бесполезно.

— Заперто! Снаружи заблокировали! — он ударил кулаком по дереву.

— Окна! Тёма, окна! — я бросилась к ближайшему проему, но тут же отшатнулась.

Снаружи, прямо за стеклом, двое мужчин в масках быстро забивали дверь толстыми досками. Стук молотка по дереву звучал как гвозди, вбиваемые в гроб.

— Эй! Открывайте, уроды! — Артем выстрелил в замок, но дверь даже не шелохнулась. Видимо, снаружи подперли чем-то тяжелым.

Я подбежала к другому окну. Трое мужчин в камуфляже и черных масках молча и методично обходили дом. В руках у них были канистры.

— Что они делают? — я прильнула к щели, стараясь разглядеть их лица. — Артем, они что-то льют...

Запах бензина просочился сквозь щели мгновенно. Он был везде — резкий, удушливый, заполняющий легкие. Мужчины заливали стены дома бензином, окна, двери, а также сухую траву.

— Уходи от окна Алина!— Артем оттолкнул меня вглубь коридора.

Один из мужчин остановился прямо напротив нашего окна. Он не торопился. Спокойно достал из кармана зажигалку, щелкнул ею. Маленький огонек на мгновение осветил его холодные глаза под маской. Он посмотрел прямо на нас и просто разжал пальцы.

— Нет... — выдохнул Артем.

Зажигалка упала в лужу бензина. Вспышка была такой яркой, что я на секунду ослепла. Огонь с гулом, похожим на рык зверя, побежал по периметру дома. Сухое дерево вспыхнуло мгновенно.

— Тёма, мы заперты! — я схватила его за куртку, чувствуя, как начинает подниматься жар. — Окна заколочены, дверь не поддается!

— Спокойно, Алина. Смотри на меня! — он взял мое лицо в ладони. Его глаза были стальными, в них не было паники. — Мы выберемся. Слышишь?

— Здесь всё деревянное, он сложится как карточный домик за десять минут! — я чувствовала, как начинает щипать глаза от первого дыма.

Артем огляделся. Дым уже начал просачиваться под дверьми и сквозь щели в полу. Треск пламени становился всё громче, заглушая все остальные звуки.

— На второй этаж! — скомандовал он. — Там перекрытия могут быть крепче. Ищи что-то тяжелое, нам нужно пробить эти доски на окнах!

Мы бросились к лестнице, которая уже начала подозрительно поскрипывать. Внизу, в холле, уже вовсю плясали рыжие языки пламени, жадно слизывая старые обои.

— Артем, твоя спина! — крикнула я, когда он начал кашлять от дыма.

— Забудь о спине! — он почти затащил меня на вторую площадку. — Если мы не выберемся через пять минут, лечить меня будет уже некому!

Мы оказались в коридоре второго этажа. Жар поднимался снизу, пол под ногами становился горячим. Беркуты продумали всё — этот дом был идеальной печью.

— Дима... если они использовали его голос... — я едва переводила дыхание. — Тёма, где он на самом деле?

— Если мы сгорим здесь, мы никогда этого не узнаем! — Артем нашел в углу старый пожарный лом, чудом оставшийся здесь с советских времен. — Давай быстрее вниз! Там есть окно с задней стороны дома, которое еще не объято пламенем!

Мы быстро побежали вниз. Артем немного прихрамывал, но не боялся. Жизнь была у нас на волоске, а у него ни капли страха. Пробежав по коридору, которое уже начало потихоньку гореть, мы забежали в кухню.

Подойдя к окну и оценив масштаб, Артем сжал в руках металл. Окно было заколочено, но его можно было поддеть. Он замахнулся, вкладывая в удар всю силу, и обрушил лом на заколоченное окно. Доски затрещали, но устояли. Снаружи кто-то засмеялся.

— Давай еще раз! Вместе! — я вцепилась в лом рядом с его руками.

Мы были заперты в ловушке, а огонь уже лизал ступени лестницы, отрезая нам путь назад. Мычание Димы из плеера всё еще стояло у меня в ушах, смешиваясь с гулом пожара. Не было бы счастья, да несчастье помогло — эта фраза пронеслась в голове горькой насмешкой.

Окно не поддавалось, хотя на вид могло. Тогда Артем швырнул орудие и посмотрел на меня.

— Алина, в другую комнату! Быстро! — Артем дернул меня за руку так сильно, что я едва не проехалась носом по горячему паркету.

Дым валил из коридора черными, жирными клубами. Дышать становилось нечем, горло обжигало при каждом вдохе. Мы ворвались в соседнюю комнату, похожую на столовую, где огонь еще не успел добраться до стен.

— Окно! — я бросилась к стеклу, но тут же затормозила. — Тёма, здесь решетка.

Стальная, грубая решетка, намертво вваренная в стену. Снаружи было слышно, как гудит пламя на переднем фасаде. Выходить через парадный вход было самоубийством.

— Отойди, — Артем сорвал москитную сетку и ударил кулаком по раме. Стекло со звоном вылетело наружу. — Нам нужно сорвать ее, иначе сгорим заживо.

Он схватился за прутья обеими руками. Я видела, как вздулись вены на его шее, как лицо покраснело от нечеловеческого напряжения.

— Тёма, спина! Остановись, ты себе всё порвешь! — я вцепилась в его плечо. — Мы три месяца восстанавливали тебя не для того, чтобы ты сейчас всё угробил!

— У нас нет такого времени, Алина! У нас нет даже трех минут! — он рычал, дергая металл. — Давай, сука, поддавайся!

Решетка даже не шелохнулась. Огонь уже лизал дверь в комнату, старая краска на ней начала пузыриться. Жар был такой, что кожа на щеках горела.

— На подоконник! — скомандовал Артем.

Он запрыгнул на узкий выступ, уперся спиной в раму, а обеими ногами — в центр решетки.

— Артем, нет! Швы! Рана может открыться! — я почти кричала, перекрывая гул пожара. — Ты же только встал!

— Смотри на дверь, Алина! Если она прогорит — всё кончено!

Он начал бить. Раз, другой, третий. Тяжелые удары кроссовками по металлу отдавались звоном в ушах. Я видела, как он морщится от дикой боли в пояснице, как задыхается от дыма, но он не останавливался. На пятом ударе послышался скрежет — верхнее крепление вылетело из прогнившего кирпича.

— Еще немного... — прохрипел он, снова нанося удар обеими ногами.

С оглушительным скрежетом решетка вывалилась наружу, увлекая за собой куски старой кладки. Артем едва не улетел следом, вовремя ухватившись за раму.

— Прыгай! — он протянул мне руку. — Я подстрахую!

— А ты?!

— Прыгай, я сказал!

Я перелезла через подоконник, зажмурилась от боли в животе и спрыгнула вниз, на пожухлую осеннюю траву. Приземление было жестким, я больно ударилась плечом, но тут же вскочила. Сверху уже спускался Артем. Он спрыгнул и тут же согнулся пополам, хватаясь за спину.

— Тёма! — я подбежала к нему, пытаясь заглянуть под куртку. — Показывай, что там! Кровь есть?

— Нет времени, — он выпрямился, превозмогая боль, и достал пистолет. Его взгляд метался по кустам. — К машине нельзя. Если они там, нас расстреляют как мишени в тире. Садиться в нее сейчас — риск взлететь на воздух вместе с баком. Бежим к шоссе!

— Но до него далеко!

— Бегом! Алина, не оборачивайся!

Дом позади нас превратился в гигантский факел. Треск лопающихся бревен звучал как автоматные очереди. Мы неслись через высокую траву, через колючие кусты. Артем прихрамывал, но не отставал, постоянно оглядываясь назад и держа палец на спусковом крючке.

— Стой... — я задыхалась. — Тёма, подожди...

— Быстрее! — он подхватил меня за локоть, буквально таща за собой. — Шоссе уже близко, я слышу шум машин!

Мы выскочили на открытое пространство перед трассой. В паре сотен метров за нашими спинами полыхало то, что должно было стать нашей могилой.

— Дима... — я остановилась, глядя на Артема. — Тёма, если они заманили нас сюда этим голосовым, значит, он у них. Значит, они его не убили.

Артем стоял, тяжело дыша, его пистолет был направлен в сторону леса. — Они хотели выкурить нас. Хотели, чтобы я погиб в этом огне на твоих глазах. Но Беркут просчитался.

— Почему?

— Потому что он забыл, что я уже один раз восстал из мертвых, — Артем посмотрел на свои руки, испачканные в саже и крови. — Пойдем. Нужно поймать попутку или связаться с Глебом. Война только начинается, Алина. И на этот раз я не буду ждать, пока они ударят первыми.

— Ты весь в крови, — я коснулась его руки, замечая порезы от стекла. — И спина...

— Только после того, как я найду брата, — отрезал он. — Иди за мной и не отставай.

Мы вышли к краю шоссе. Машины проносились мимо, обдавая нас холодным ветром. Я оглянулась на столб черного дыма, поднимающийся к осеннему небу.

Мы стояли на обочине, грязные, пахнущие гарью и смертью. Никто не останавливался — вид мужчины с пистолетом в руках и женщины в испачканном сажей пальто мало кого вдохновлял на подвиги.

Артем, прижимая телефон к уху, едва сдерживал рык. Его лицо было бледным, а челюсти сжаты так, что желваки ходили ходуном.

— Глеб, слушай меня! — сорвался он на хрип. — Нас зажали в старом доме на отшибе. Пожар. Мы вышли, но машины нет. Координаты скинул. Живо! Половину парней к особняку, вторую — за мной!

Он сбросил вызов и тяжело оперся на мое плечо. Я чувствовала, как его бьет крупная дрожь — то ли от холода, то ли от дикого выброса адреналина.

— Тёма, присядь, — я попыталась увлечь его на траву. — У тебя спина горит, я вижу по твоим глазам.

— Какая к черту спина, Алина?! — он резко обернулся ко мне, и в его взгляде я увидела того самого человека, которого боялась вся Москва. — Они забрали Диму. Моего брата. Я их зубами грызть буду.

***

Спустя бесконечные тридцать минут к обочине, взвизгнув тормозами, вылетели три черных внедорожника. Глеб выскочил первым, на ходу выхватывая оружие.

— Артем! Алина Игоревна! Живы? — он быстро окинул нас взглядом, оценивая повреждения.

— В машину, быстро! — Артем проигнорировал вопрос, буквально заталкивая меня в салон «Гелендвагена». — Глеб, домой. Мне нужно снаряжение. И пробейте номер, с которого пришло голосовое. Живо!

— Будет сделано! — сказал Глеб и быстро начал бить пальцами по экрану. — Беркут Никита Кириллович.

— Твою мать...Все таки я знал, что это он! Он просто так не отступит. Гони домой!

Дорога до особняка превратилась в сплошное размытое пятно. Артем молчал, глядя в окно мертвым взглядом. Как только ворота нашего дома открылись, он выскочил из машины еще до того, как она окончательно замерла.

В холле нас встретила испуганная Мария. Степа, почувствовав мой запах, радостно затявкал и бросился под ноги, виляя всем своим маленьким тельцем.

— Мария, заберите его! — я подхватила Степку на руки и передала его домработнице. — Пожалуйста, закройтесь в дальней комнате и не выходите, что бы ни услышали.

— Господи, Алина Игоревна, что случилось? Вы вся в саже... — Мария прижала собаку к себе, ее руки дрожали.

— Просто сделайте, как я сказала! — я погладила Степку по голове в последний раз. — Всё будет хорошо, малыш. Просто патрулируй внутри, ладно?

Я рванула вслед за Артемом в его кабинет. Дверь была распахнута настежь. Изнутри доносился лязг металла и тяжелое, прерывистое дыхание.

Когда я вбежала, Артем стоял у открытого сейфа. Он доставал дополнительные магазины для пистолета, проверял их и резко вгонял в подсумки на разгрузочном жилете. На столе лежали две гранаты — черные, хищные, похожие на предвестников апокалипсиса.

— Тёма, остановись на секунду! — я подошла к нему, пытаясь перехватить его руку. — Тебе нужно обработать раны. Швы могли разойтись после того, как ты выбивал решетку!

— Плевать на швы! — он с размаху ударил кулаком по столу. — Слышишь этот звук? Это время Димы уходит! Они его не просто так похитили. Они хотят выманить меня. Ну так я иду!

— Ты идешь на бойню! — я закричала, пытаясь пробиться сквозь его ярость. — Посмотри на себя! Ты едва дышишь!

Артем замер, медленно повернул ко мне голову. Тот самый «Пахан», о котором ходили легенды. Взгляд тяжелый, давящий, лишенный всяких эмоций, кроме жажды мести. Я привыкла к нему разному — нежному, слабому в больничной палате, смеющемуся над Степкой... Но этот Артем был другим. Настоящим. Тем, кто строил эту империю на крови и страхе. Тот самый, которая я боялась в самом начале нашего пути.

— Алина, — его голос стал тихим и пугающе ровным. — Выйди из кабинета. Сейчас я не тот человек, с которым тебе стоит спорить.

— Я никуда не уйду! — я упрямо встала перед дверью. — Я твоя жена. И я не дам тебе сдохнуть там только потому, что ты решил поиграть в героя-одиночку.

— Глеб! — крикнул Артем, не сводя с меня глаз.

В дверях тут же вырос Глеб, уже полностью экипированный.

— Машины готовы? — коротко бросил Артем.

— Да. Пять экипажей. Координаты номера подтверждены, это заброшенный завод на севере.

— Гранаты забрал? — Артем кивнул на стол.

— Взял.

— Тогда, план такой: Я захожу сам, чтобы отвезти подозрения. И если вы понадобитесь, то влетайте сразу , как только услышите какие-либо звуки.

— Понял.

Артем подошел ко мне. Он на секунду прижал меня к себе, и я почувствовала холод металла его кобуры. Это было не ласковое объятие — это было прощание воина.

— Сиди дома, Алина. Запри двери. Если через два часа я не выйду на связь... звони отцу. Он знает, что делать.

— Артем! — я вцепилась в его куртку.

Он мягко, но решительно отцепил мои пальцы, развернулся и вышел из кабинета, на ходу проверяя затвор пистолета. Глеб молча последовал за ним.

Я осталась одна в пустом кабинете. На столе осталась лишь одна забытая гильза. Сердце колотилось так, что казалось, оно сейчас сломает ребра. В сумке всё еще лежал тот самый тест, но сейчас это казалось чем-то из другой, параллельной жизни, где нет взрывов, похищений и горящих домов.

Я подошла к окну и увидела, как колонна черных машин на огромной скорости вылетает за ворота. Осень опускалась на город, и небо затягивало тяжелыми, свинцовыми тучами.

— Ну уж нет, — прошептала я, прижимаясь лбом к холодному стеклу. — Я не хочу оставаться одна, тем более если мы возможно будем родителями. Я не собираюсь быть матерью-одиночкой, — сказала я глядя на тест и на серую машину Артема.

Мой тгк: Руна Нуар и ее истории 🖤📚