Глава 30

Алина

Я в последний раз мазнула по губам помадой цвета спелой вишни, бросила в сумочку телефон и пудреницу. Шпильки туфель звонко цокнули по паркету, когда я решительно направилась к выходу из спальни. Внутри всё дрожало от дикой смеси страха и предвкушения.

— Ну, Артем, держись, — прошептала я, хватая ключи. — Сегодня твоя «докторша» выходит на охоту.

Я спустилась по лестнице, стараясь держаться в тени. В холле было подозрительно пусто. Охрана, видимо, передислоцировалась во двор после недавнего инцидента. Я проскользнула к боковому выходу и на цыпочках, буквально затаив дыхание, перебежала через дорожку к дальнему боксу гаража.

Тяжелая створка открылась бесшумно. Вот она. Моя изумрудная красавица, мой Бентли, купленный на его миллионы. Я провела рукой по прохладному капоту, и это прикосновение придало мне сил. Вставила ключ в зажигание. Салон окутал меня ароматом дорогой кожи — белой, чистой, еще не испорченной аурой этого дома.

Я бросила сумку на соседнее сиденье и нажала кнопку пуска. Мотор отозвался низким, хищным рыком. В этот момент я почувствовала себя живой.

Нажала на пульт дистанционного управления воротами гаража. Створки поползли в стороны, впуская вечерний воздух. Я выкатилась во двор и тут же увидела Мишу и Славу. Они стояли у джипа, о чем-то переговариваясь, но при звуке моего двигателя оба замерли.

Миша, увидев меня за рулем, в буквальном смысле пошатнулся. Его лицо вытянулось, а челюсть поползла вниз.

— Алина Игоревна? — Слава первым обрел дар речи и бросился наперерез машине. — Вам нельзя выезжать за территорию! Это приказ Артема Викторовича!

Я притормозила на секунду, опустив стекло. Холодный ветер ударил в лицо, растрепав уложенные локоны.

— Кстати, Миша, — я перевела взгляд на охранника, который всё еще выглядел так, будто увидел привидение. — Как твоя кошка? Покормлена?

Миша сглотнул, судорожно вцепившись в рацию на плече.

— Да... покормлена... Спасибо, что не убили меня тогда, Алина Игоревна. Но сейчас... пожалуйста, заглушите мотор. Он нас живьем закопает.

— Не сегодня, мальчики, — я дерзко усмехнулась и выжала педаль газа.

В этот момент главные ворота поместья были открыты — какая-то машина охраны как раз выезжала наружу. Шанс один на миллион.

— Глеб! — заорал Слава в рацию, размахивая руками. — Глеб, мать твою! Алина Игоревна выезжает одна! На Бентли!

Голос Глеба из динамика прозвучал как гром среди ясного неба:
— Закрыть ворота! Быстро! Перекрыть выезд!

Я видела, как массивные створки начали медленно сходиться. Секунды решали всё. Плевать, умею водить или нет. Я вдавила педаль в пол до упора. Бентли взревел, стрелка спидометра прыгнула вверх, и я промчалась в узкую щель за мгновение до того, как сталь сомкнулась за моей спиной.

— Есть! — я ударила ладонью по рулю, чувствуя невероятный прилив адреналина.

В зеркале заднего вида остались суетящиеся фигурки охраны и огни особняка. Всё, я на свободе. Ночная Москва расстелилась передо мной сияющим ковром.

Я протянула руку к сумке, выудила телефон и вбила в поисковик: «Самый дорогой и престижный клуб Москвы».

Первая же ссылка ослепила золотом на черном фоне.

— «Олимп», — прочитала я вслух. — Ну что ж, «Олимп», готовься. Богиня едет развлекаться.

Я откинула крышу кабриолета. Ветер мгновенно выдул из головы остатки сомнений. Я ехала по проспекту, ловя на себе взгляды других водителей. Изумрудная машина, красивая женщина с красной помадой и бешеная скорость — сегодня я была именно тем кошмаром, который Артем Волков заслужил.

Телефон в сумке начал вибрировать. Я глянула на экран: «Артем». Один раз. Второй. Третий.

— Звони-звони, милый, — я улыбнулась, сбрасывая вызов. — Поговорим, когда я допью свои коктейли.

Я прибавила громкость музыки. Басы били в грудь, сливаясь с ритмом сердца. Мимо пролетали витрины бутиков, огни фонарей и серые тени обычных машин. Я чувствовала себя так, будто сорвала чеку с гранаты и теперь просто жду взрыва. И этот взрыв обещал быть феерическим.

Когда впереди показались неоновые огни «Олимпа», я плавно перестроилась к входу, где уже выстроилась очередь из дорогих авто. Парковщик в ливрее бросился ко мне, едва я затормозила у красной дорожки.

— Добрый вечер, мадам. Желаете припарковать?

— Да, — я вышла из машины, поправляя короткое платье. — И постарайся не поцарапать. Мой муж очень... вспыльчивый человек.

Я кинула ему ключи и, не оборачиваясь, направилась к входу. Очередь расступилась сама собой. Охрана на фейс-контроле мазнула взглядом по моему платью, по шпилькам и по уверенному лицу.

— Проходите, — коротко бросил здоровяк, открывая передо мной золоченую дверь.

Я шагнула внутрь, в царство громкой музыки, полумрака и запаха роскоши. Война началась, и я собиралась выиграть это сражение на своей территории.

«Олимп» встретил меня оглушительным ударом басов в самую грудь. Внутри пахло дорогим табаком, элитным парфюмом и чем-то порочным. Идеальное место, чтобы утопить ненависть в бокале.

Я направилась прямиком к барной стойке, высокая шпилька уверенно входила в мягкий ковер. Бармен — подтянутый парень с татуировкой на шее — мазнул по мне оценивающим взглядом и тут же расплылся в улыбке.

— Что желает такая красивая девушка в гордом одиночестве? — спросил он, перекрикивая музыку.

— Желает забыть, как её зовут, — я бросила на стойку черную безлимитную карту Волкова. — Давай самый дорогой лонг-айленд. И повтори его трижды.

— Смело, — он кивнул. — Лед, лимон?

— Побольше алкоголя, — отрезала я. — И не тяни.

Через пару минут передо мной стоял запотевший бокал. Первый глоток обжег горло, второй — заставил голову приятно закружиться. Я пила быстро, чувствуя, как лед внутри меня начинает таять, сменяясь огнем.

— Еще один! — я стукнула бокалом по стойке.

— Может, сделаем паузу? — парень за стойкой приподнял бровь.

— Я плачу не за советы, — я придвинула к нему карту. — Наливай.

Алкоголь ударил в голову мягкой волной. Когда заиграл какой-то ритмичный трек, я соскочила с высокого стула и пошла на танцпол. Мне было плевать, как я выгляжу. Хотелось двигаться, чувствовать ритм, а не тупую боль в груди.

Вокруг сразу образовалось кольцо из мужчин. Один, в расстегнутой рубашке, попытался прижаться сзади.

— Эй, детка, отлично двигаешься, — прошептал он мне в ухо.

— Руки убери, — я резко развернулась, продолжая танцевать. — А то пальцы сломаю.

— Ого, с характером, — он усмехнулся и поднял ладони. — Как зовут?

— Алина. Но для тебя — «даже не мечтай».

Я кружилась, закидывая голову назад. Свет прожекторов слепил, музыка выбивала из мыслей образ Артема и этой шлюхи Кристины. Я танцевала с одним, потом с другим, смеялась над их плоскими шутками и пила прямо из чужих бокалов, если предлагали.

— Ты слишком хороша для этого сброда, — раздался рядом уверенный мужской голос.

Я остановилась, тяжело дыша. Передо мной стоял парень — лет двадцать семь, спортивный, в дорогом пиджаке поверх футболки. Симпатичный, но взгляд у него был слишком цепкий, оценивающий.

— А ты у нас из «высшего общества»? — я прищурилась, пытаясь сфокусировать взгляд. Голова уже заметно плыла.

— Вроде того. Я Денис. Давай отойдем, здесь слишком шумно.

— Мне нравится шум, — я попыталась вернуться к танцу, но он мягко перехватил мою руку.

— Пойдем, у меня там столик в VIP-зоне. Тишина, коньяк за миллион и отличный вид. Познакомимся поближе?

— Нет, спасибо. Я здесь, чтобы пить и танцевать, а не «знакомиться поближе», — я попыталась выдернуть руку, но он держал крепко.

— Да ладно тебе, Алина. Вижу же, что ты на взводе. Поссорилась с парнем?

— С мужем, — буркнула я, чувствуя, как алкоголь делает ноги ватными.

— Тем более. Назло мужу надо отдыхать по-полной. Пойдем. Просто посидим.

Он начал потихоньку уводить меня с танцпола. Я шла, спотыкаясь на шпильках, и в какой-то момент поняла, что мы идем не к столикам, а в сторону закрытых комнат.

— Куда мы? — я остановилась, упираясь ладонью в стену. — Я хочу к бару.

— Сейчас, сейчас. Тут короче путь, — Денис улыбнулся, но улыбка уже не казалась дружелюбной. — В VIP-комнате уютнее. Там никто не мешает.

— Я сказала — нет, — я попыталась оттолкнуть его, но он обхватил меня за талию, практически таща на себе.

— Не ломайся, малышка. Ты же сама этого хотела, когда приехала сюда в таком платье.

Мы оказались в узком коридоре, где музыка стала тише, а свет — тусклее. Он толкнул одну из дверей. Внутри была небольшая комната: кожаный диван, низкий стол и тяжелые шторы.

— Входи, располагайся, — Денис завел меня внутрь и прикрыл дверь.

— Я ухожу, — я развернулась, но он преградил мне путь.

— Куда так спешишь? Мы еще даже не начали развлекаться.

— Пусти меня, придурок, — я попыталась ударить его, но он легко перехватил мой замах.

— Остынь, крошка. Сейчас выпьешь, расслабишься, и тебе понравится. Ты же хочешь отомстить мужу, верно? Так давай сделаем это красиво.

Он прижал меня к двери, его лицо оказалось слишком близко. Запах сигарет и парфюма стал удушающим. Я поняла, что влипла. Алкоголь мешал соображать, а стены комнаты внезапно начали вращаться.

— Не трогай меня... — прохрипела я, чувствуя, как его рука скользит по моему бедру, задирая и без того короткое платье.

— Тебе понравится, обещаю, — прошептал он, вжимаясь в меня всем телом.

Я пыталась оттолкнуться, но силы покидали меня. В голове пульсировала только одна мысль: «Где я? Зачем я здесь?» Но Денис уже не слушал. Он был уверен, что эта «добыча» сегодня принадлежит ему.

— Отпусти... — я попробовала крикнуть, но получился лишь слабый хрип.

— Тише, тише, — Денис усмехнулся, его ладонь грубо накрыла мой рот. — Ты же сама искала приключений. Вот они.

Я дернулась, шпилька туфли скользнула по гладкому полу. В голове вспыхнула ярость. «Неужели я прошла через ад с Волковым, чтобы меня зажал в каморке какой-то клубный подонок?»

— М-м-м! — я со всей силы укусила его за ладонь. — Тварь! — он отдернул руку и замахнулся для удара. — Ты что творишь?!

Я успела пригнуться, и его кулак с глухим стуком врезался в обивку двери.

— Пошел к черту! — я попыталась нащупать ручку двери за спиной.

— Теперь ты точно никуда не уйдешь, — прорычал он, хватая меня за волосы.

Резкая боль прошила голову. Я закричала, но музыка в клубе была настолько громкой, что мой голос просто растворился в басах. Денис швырнул меня на кожаный диван. Я упала, больно ударившись локтем.

— Пожалуйста... не надо... — я сжалась в комок, глядя, как он начинает расстегивать ремень.

— Надо, малыш. Очень надо. Ты сегодня будешь очень послушной девочкой.

Он навис над столом, преграждая путь к выходу. Его глаза блестели от азарта и похоти. Я лихорадочно озиралась по сторонам, ища хоть что-то, чем можно защититься, но комната была пуста. Только я, он и тиканье часов, отсчитывающих секунды до моего окончательного краха.

— Знаешь, — он оскалился, медленно приближаясь, — я люблю таких строптивых. С вами интереснее.

Он схватил меня за лодыжку и потянул на себя по скользкой коже дивана. Я забилась, пытаясь достать его второй ногой, но он навалился сверху, придавливая меня своим весом к подушкам.

— Ну же, не брыкайся, — его дыхание обжигало шею. — Сделай нам обоим приятно.

Я закрыла глаза, чувствуя, как слезы ярости и бессилия катятся по щекам. Это был конец. Мой бунт закончился в грязной VIP-комнате, и Артем Волков даже не узнает, где искать мое тело.

— Отвали от меня! — я из последних сил уперлась ладонями в его грудь, но он был намного сильнее.

— Поздно, детка. Теперь ты моя.

Он потянулся к молнии моего платья, и я замерла, понимая, что сопротивление бесполезно. Алкоголь окончательно сковал тело, превращая меня в безвольную куклу.

Басы «Олимпа» продолжали сотрясать стены, но в этой душной каморке время для меня застыло. Денис уже практически праздновал победу, его потные ладони вцепились в мои плечи, а на лице играла торжествующая ухмылка подонка, дорвавшегося до бесплатного десерта.

— Ну всё, крошка, — выдохнул он мне в губы. — Расслабься. Твой муж далеко, а я...

Договорить он не успел. Дверь VIP-комнаты не просто открылась — она влетела внутрь вместе с петлями, издав звук, похожий на взрыв гранаты. Пыль еще не успела осесть, как в проеме возник силуэт, от которого у меня мгновенно протрезвело в левом глазу.

Артем.

Он стоял там, затянув галстук так туго, что, казалось, у него сейчас лопнут вены на шее. Рубашка помята, на щеке — свежая царапина, а взгляд... взгляд мог бы замораживать океаны.

Денис вздрогнул и замер, так и не отпустив мою ногу.

— Эй! Ты кто такой?! — пискнул он. — Здесь занято! Пошел вон!

Артем молча, не меняя выражения лица, сделал один широкий шаг. В следующую секунду он схватил Дениса за шиворот пиджака, как нашкодившего кота, и одним рывком поднял в воздух. Ноги парня смешно заболтались в десяти сантиметрах от пола.

— А это кто? — прорычал Артем, глядя на меня. В его голосе было столько яда, что можно было отравить целый батальон.

Я икнула, поправила сползшее платье и, криво улыбнувшись, указала пальцем на своего «героя-любовника».

— А это... — я сделала паузу, наслаждаясь моментом. — А это мой муж, Дениска. Познакомься. Он у меня очень ревнивый. И, кажется, сегодня он забыл принять успокоительное.

Денис побледнел до синевы. Его глаза стали размером с блюдца, когда он перевел взгляд на каменное лицо Волкова.

— М-м-муж?.. — пролепетал он. — Я не знал... она сама... мы просто...

— Просто что? — Артем встряхнул его так, что у того клацнули зубы. — Просто решили проверить на прочность мою нервную систему?

Волков повернулся ко мне, всё еще удерживая Дениса на весу, как какую-то тряпку.

— Алина, я просил тебя сидеть дома. Одну ночь. Всего одну чертову ночь!

— А я просила тебя не спать со шлюхами! — я сложила руки на груди, стараясь не свалиться с дивана. — Так что мы квиты. Кстати, у него коньяк за миллион. Будешь?

Артем посмотрел на Дениса, потом на меня, и его ноздри хищно раздулись.

— Коньяк? — он снова встряхнул парня. — Слышишь, миллионер? Если ты сейчас же не исчезнешь из этой комнаты через закрытое окно, я заставлю тебя выпить этот коньяк вместе с бутылкой. Горлышком вперед.

— Я ухожу! Я уже ушел! — запричитал Денис.

Артем разжал пальцы, и парень мешком рухнул на пол. Не дожидаясь приглашения, он рванул к выходу, едва не сбив с ног Громова, который маячил в дверях с таким видом, будто пришел на похороны.

Мы остались одни. Артем тяжело дышал, его кулаки были сжаты до белизны. Я сидела на диване, одна туфля слетела, макияж наверняка был как у панды, но я чувствовала себя победительницей.

— Ты хоть понимаешь, что ты натворила? — он сделал шаг ко мне, нависая как грозовая туча. — Глеб чуть инфаркт не получил. Весь «Сити» на ушах. Твой Бентли стоит на тротуаре, заблокировав выезд трем машинам депутатов!

— Зато цвет красивый, — я снова икнула. — Изумрудный. Под цвет твоих глаз, когда ты злишься.

— Домой. Живо, — он схватил меня за руку и буквально выдернул с дивана.

— Не пойду! Я еще не натанцевалась! — я попыталась вырваться, но он просто перекинул меня через плечо, как мешок с картошкой. — Эй! Поставь меня на место! Это похищение!

— Это эвакуация имущества, — отрезал Артем, выходя в коридор.

Я болталась у него на спине, созерцая его безупречный зад и слыша, как музыка в клубе затихает за нашими спинами.

— Волков, ты зануда! — крикнула я, колотя его кулачками по спине. — И пахнешь ты всё еще той шлюхой!

— А ты пахнешь алкоголем и неприятностями, — рыкнул он в ответ. — Но ничего. Дома я найду способ тебя отмыть.

— Попробуй только! Я укушу! — я попыталась извернуться.

— Кусай, — Артем на секунду замер у выхода, и я почувствовала, как он сильнее сжал мои бедра. — Тебе всё равно никто не поверит, что ты сопротивлялась.

— Стой! А мои вещи? Сумка, телефон..., — он проигнорировал мои вопросы и просто шел дальше.

Мы вышли на улицу под вспышки телефонов зевак. Моя изумрудная Бентли сияла в свете неонов, а я, вися на плече у самого опасного человека Москвы, вдруг поняла: вечер действительно удался.

Артем буквально зашвырнул меня на пассажирское сиденье своего черного БМВ, как мешок с надоевшим балластом. Хлопнул дверью так, что у меня зубы лязгнули.

— Сиди здесь и не дыши, Алина! — рявкнул он через стекло, тыча в меня пальцем. — Я сейчас разберусь с твоим изумрудным недоразумением и мы поедем домой. И молись, чтобы я по дороге не решил тебя придушить!

Он развернулся на каблуках и направился к моему Бентли, который сиротливо перегородил выезд половине московской элиты. Его спина так и транслировала желание кого-нибудь пристрелить.

— Ой, испугалась, — пробормотала я, потирая задницу, которая до сих пор помнила его жесткое плечо.

В голове еще приятно шумел коктейль, а в крови бурлил азарт. Я посмотрела на приборную панель. Ключ в замке. Артем, в порыве благородной ярости, даже не подумал его забрать. Большая ошибка, Волков. Огромная.

Я быстро перелезла на водительское сиденье, путаясь в подоле своего черного платья.

— Так, детка, не подведи, — прошептала я, нажимая кнопку пуска.

БМВ взревела, как раненый зверь. Я тут же ударила по кнопке блокировки дверей. Клац! Артем, который уже почти дошел до Бентли, резко обернулся. Его лицо в свете неонов клуба стало просто багровым.

Он бросился назад, дернул ручку двери, но она не поддалась.

— Алина! А ну открыла быстро! — он забарабанил кулаком по стеклу. — Ты что творишь, ненормальная?!

Я опустила стекло ровно на три сантиметра, чтобы он слышал мой смех.

— Извини, милый, но твой БМВ мне нравится больше! Лови меня, если сможешь!

Я посмотрела ему прямо в бешеные глаза, широко улыбнулась и медленно, с чувством, показала ему средний палец. Прямо перед его носом.

— Ты труп, Волкова! — заорал он.

Я вжала педаль газа в пол. Машина сорвалась с места, обдав Артема запахом жженой резины и дымом. В зеркало заднего вида я увидела, как он в два прыжка долетает до моего изумрудного Бентли, запрыгивает в салон и срывается в погоню.

— Ну давай, пахан! Посмотрим, как ты водишь дамские машины! — я хохотала, виляя между рядами.

Погоня по ночной Москве была похожа на безумный фильм. Я неслась на черном танке, а за мной, сверкая изумрудом, летел Артем. Он пытался меня подрезать, мигал фарами, но я только прибавляла ходу.

— Эй, Громов, — я включила громкую связь, когда зазвонил телефон, встроенный в панель.

— Алина Игоревна, остановитесь! Артем Викторович сейчас выпрыгнет из машины на ходу!

— Передай ему, что он в женском кабриолете выглядит просто очаровательно! Ему идет этот цвет!

И тут, как по заказу, из темноты вынырнули красно-синие огни. ГАИшник с палочкой выскочил на дорогу так резво, будто всю жизнь ждал именно этот БМВ.

Я со вздохом притормозила. Сбегать от полиции на его машине было бы уже слишком даже для меня. Стекло опустилось, и ко мне подошел молодой лейтенант, явно ослепленный блеском салона.

— Доброй ночи. Документы на транспортное средство и... — он осекся, разглядывая мой макияж панды и вызывающее платье. — Девушка, вы в порядке?

— Офицер, я в полном восторге! — я лучезарно улыбнулась. — Но мой муж сзади... он немного расстроен.

В этот момент за мной с визгом тормозов замер изумрудный Бентли. Артем выскочил из него, даже не заглушив мотор. Лицо лейтенанта надо было снимать на камеру: из женского кабриолета цвета морской волны вышел двухметровый шкаф с лицом убийцы и в рубашке, залитой (надеюсь) вином.

— Офицер, какие-то проблемы? — голос Артема прозвучал как скрежет металла по камню.

— Э-э-э... превышение, — лейтенант попятился, инстинктивно хватаясь за кобуру. — И машина... она на вас числится?

Артем подошел вплотную, загораживая собой фонарь.

— Машина моя. Жена тоже моя. У тебя есть еще вопросы, или ты хочешь провести остаток смены, оформляя протокол на самого себя?

Он что-то быстро сунул лейтенанту в руку. Тот взглянул, сглотнул и тут же вытянулся во фрунт.

— Никак нет! Счастливого пути! Будьте осторожны, дорога скользкая!

Артем повернулся ко мне, опершись руками о дверцу БМВ.

— Вылезай. Сейчас же.

— Ой, смотри, там еще один патруль! — я ткнула пальцем куда-то вдаль.

Артем на секунду обернулся, и этого мне хватило. Я снова вдавила газ.

— Спасибо, что разобрался, дорогой! Увидимся дома!

— АЛИНА!!! — его крик утонул в реве мотора.

Я улетала вперед, глядя в зеркало, как изумрудный Бентли снова пускается в погоню. Мне было так весело, что даже страх перед грядущей расправой казался чем-то второстепенным.

— Ну что, Волков, — прошептала я, переключая передачу. — Попробуй догони свою «скучную» жену.

Я летела по ночному шоссе, вцепившись в руль этого кожаного монстра, и хохотала так, что тушь окончательно размазалась по щекам. В зеркале заднего вида мой изумрудный Бентли метался из стороны в сторону, пытаясь обойти попутки. Боже, как же нелепо он смотрелся в этом маленьком кабриолете! Его широкие плечи едва помещались между дверцами, а голова торчала над лобовым стеклом, как у переростка на детской карусели.

— Ну что, Артемка, цвет к лицу? — проорала я в пустоту салона, прибавляя газу.

Внезапно ожила рация на приборной панели. Голос Артема звучал так, будто он жевал битое стекло вперемешку с серой.

— Алина, клянусь, если ты поцарапаешь мою машину, я заставлю тебя пересдавать на права у самого злобного инструктора в аду! Остановись, женщина, ты едешь по встречке!

— Если ты не забыл, у меня нет прав!!! Это не встречка, это путь к самопознанию! — я нажала на кнопку связи. — Как тебе мой салон, милый? Белая кожа не слишком маркая для твоих кровавых рук?

— Алина! У этой машины триста лошадей под капотом, ты в них запутаешься!

— Пока что я запуталась только в твоем вранье, Волков! Догоняй, если сможешь!

Я резко крутанула руль, уходя на боковую развязку. Бентли сзади вильнул, едва не зацепив ограждение. Я видела, как Артем бешено крутит руль, его лицо в свете фонарей было белее моей кожи.

Тут впереди снова замаячили синие огни. Целый блокпост. Гаишники, видимо, решили, что в городе начался стритрейсерский фестиваль для олигархов.

— Внимание, водитель черного БМВ, прижмитесь к обочине! — раздалось из мегафона.

Я со вздохом ударила по тормозам. Ну сколько можно? Только я вошла во вкус! Остановилась, картинно выставив ногу в шпильке из открывшейся двери. Ко мне подбежали сразу трое.

— Девушка, вы куда так летите? Вы же полгорода на уши подняли! Ваши документы!

Я только открыла рот, чтобы что-то соврать про рожающую кошку, как сзади, с визгом резины и запахом паленых колодок, вылетел изумрудный Бентли. Он затормозил так резко, что его чуть не развернуло поперек дороги.

Артем выскочил из машины. Его галстук съехал на бок, волосы стояли дыбом от ветра — крыша-то была откинута. Вид у него был такой, будто он только что сбежал из психиатрической лечебницы для очень богатых людей.

— Офицер! — Артем шел к нам, на ходу доставая пачку купюр и какое-то удостоверение. — Простите мою жену, у неё... э-э... острый приступ шопоголизма в терминальной стадии!

Гаишники замерли. Один из них медленно перевел взгляд с огромного, злого Артема на его маленькую, гламурную зеленую машину.

— Это... ваше авто? — лейтенант едва сдерживал смешок.

— Да, моё! — рявкнул Артем, багровея. — Подарок! Сам езжу, вопросы есть?

— Нет-нет, — лейтенант прикрыл рот рукой. — Очень... смелый выбор цвета. И комплекция у вас как раз для кабриолета.

Артем подошел ко мне, буквально кипя от ярости.

— Вылезай. Сейчас же. Я не шучу, Алина.

— Ой, смотри, Артем, у тебя на пиджаке страза! — я указала ему на плечо. — Наверное, от Кристины осталась.

Он инстинктивно глянул на плечо, и я, не теряя ни секунды, рванула дверь БМВ на себя, запрыгнула внутрь и нажала «старт».

— Офицеры, он меня преследует! — крикнула я гаишникам. — Задержите его, он маньяк!

Я рванула с места, оставив Артема в облаке пыли. В зеркале я видела, как он пытается что-то объяснить полицейским, размахивая руками, а те просто стоят и ржут, глядя на его изумрудный Бентли.

— Прости, любимый! — я посигналила в такт музыке. — Увидимся на парковке!

Я ехала дальше, чувствуя себя абсолютно безнаказанной. Смех душил меня. Самый опасный человек города, будущий «пахан», стоит на трассе рядом с дамской машинкой и оправдывается перед лейтенантом. Это была лучшая ночь в моей жизни.

Панель снова пискнула.

— Алина... я тебя не убью. Я тебя защекочу до смерти, когда поймаю. Ты хоть знаешь, что в этой БМВ датчик топлива на нуле?

Я глянула на панель. Горючего оставалось на пять километров.

— Ой.

— Вот тебе и «ой», — голос Артема в рации стал подозрительно спокойным. — Стой, где стоишь. Изумрудный мститель уже в пути.

— Мечтай! — я выжала последние капли мощности из мотора. — Я дотяну до заправки!

Погоня продолжалась, и теперь это было уже не просто бегство, а настоящий цирк на колесах. Я, в вечернем платье и с размазанной тушью, и Артем, в изумрудном кабриолете, летели сквозь ночь, оставляя за собой шлейф из хохота и разбитых мужских амбиций.

Машина заглохла с каким-то издевательским всхлипом, оставив меня в полной тишине ночного шоссе. Я откинула голову на кожаный подголовник, чувствуя, как мир вокруг плавно покачивается. Алкоголь, который до этого бодрил и толкал на безумства, теперь превратился в тяжелое, тягучее марево, туманившее рассудок.

— Ну приплыли, — выдохнула я, стукнув лбом по рулю. — Предательница немецкая.

Через минуту сзади взвизгнули шины. Изумрудное пятно осветило мой затылок. Артем выскочил из Бентли, не закрывая дверь, и широкими шагами направился к моему окну. Лицо у него было такое, будто он собирается не просто меня убить, а еще и развеять прах над МКАДом.

— Выходи! — он дернул ручку заблокированной двери. — Алина, клянусь, я сейчас выбью это стекло!

Я вышла, пошатываясь, и тут же врезалась в его грудь. От него пахло адреналином, холодным ветром и тем самым мужским парфюмом, который я ненавидела и обожала одновременно. В голове пульсировало: «Завтра ты будешь ненавидеть себя за это. Завтра ты вспомнишь фотографии. Завтра будет ад». Но «завтра» казалось чем-то призрачным, а горячее тело мужа здесь, в паре сантиметров — слишком реальным.

— Бензин... — я запнулась, глупо улыбаясь и глядя на его расстегнутый ворот. — Кончился. Как и твое терпение, да?

— Ты хоть понимаешь, что ты со мной делаешь? — Артем впечатал меня спиной в холодный металл своей машины, перехватывая мои запястья и задирая их над моей головой. — Ты издеваешься надо мной весь день. Ты сбегаешь, ты провоцируешь, ты заставляешь меня гнаться за тобой в этой нелепой зеленой жестянке!

Я подняла глаза, затуманенные алкоголем и внезапно вспыхнувшим желанием. Ненависть никуда не ушла, она просто трансформировалась в какой-то извращенный азарт. Я хотела его ударить и поцеловать одновременно.

— Тебе идет этот цвет, Волков, — я лениво провела пальцем по его подбородку, чувствуя, как от него исходит почти физический жар. — Такой... весенний. Освежает твой имидж убийцы. И кстати, как ты так быстро оказался в клубе?

— Издеваешься? — прорычал он, перехватывая мою руку. — Ты из меня клоуна сделала перед всеми моими людьми. И забыл тебе сказать, клуб принадлежит мне. Я как раз решал дела и собирался ехать домой, когда мне сообщили где ты находишься.

Твою мать — пронеслось у меня в голове. Я знала, что он владел каким-то клубом, но вроде никогда не слышала его названия...

— А ты приди ко мне, как к жене, а не как к мебели, — я дернулась, прижимаясь к нему вплотную. — Так что 1:1. И знаешь что? Мне понравилось. Видеть тебя в женской тачке — это лучший секс в моей жизни.

Артем замолчал. Его взгляд упал на мои губы, накрашенные винной помадой, которая теперь была размазана. Злость в его глазах начала стремительно превращаться в нечто другое — темное, густое и бесконечно опасное.

— Секс, говоришь? — выдохнул он, сокращая расстояние до миллиметра. — Ты понятия не имеешь, что такое настоящий секс со мной, когда я в ярости.

Он впился в мои губы с такой первобытной яростью, что я почувствовала вкус собственной крови. Это не было нежностью. Это была попытка подчинить, сломать, забрать свое. И, боже, как же сильно я этого хотела в тот момент. Алкоголь выжег стыд, оставив только голые инстинкты.

Я высвободила руки и вцепилась в его шею, притягивая ближе, отвечая на поцелуй с той же дикостью. Артем подхватил меня за бедра, рывком подтягивая меня к себе. Короткое платье задралось до талии, обнажая чулки, и когда его горячие ладони коснулись моей кожи, я едва не вскрикнула.

— Прямо здесь? — прохрипела я, чувствуя, как он лихорадочно расстегивает ремень брюк.

— Прямо здесь, — его голос был похож на рычание. — Чтобы ты помнила эту ночь каждый раз, когда решишь снова сесть за руль без моего разрешения.

— Стой! У меня никогда не было...

Он тут же посмотрел на меня и я заметила какой-то испуг смешанный с восхищением.

— То есть, ты хочешь сказать, что за все двадцать пять лет, у тебя не было секса?

— Я тебе скажу больше, ты украл мой первый поцелуй!

Глаза Артема еще больше блеснули. Он вошел в меня резко, без прелюдий, выбивая воздух из легких. Я откинула голову назад, впиваясь ногтями в его плечи, чувствуя каждый сантиметр его тела. Холодный металл под спиной и обжигающий жар внутри — этот контраст сводил с ума.

— Твой... — я задыхалась, подстраиваясь под его бешеный ритм. — Ты... чудовище...

— Твое чудовище, — он зарылся лицом в мою шею, оставляя там багровые отметины. — Только твое.

Мир вокруг перестал существовать. Не было шоссе, не было «Олимпа», не было изумрудного Бентли. Были только его тяжелые толчки, мои надрывные стоны и ритмичный скрип подвески дорогого автомобиля. Я ненавидела его за Кристину, за плен, за его жестокость, но сейчас, под действием виски и страсти, я желала его больше жизни.

Я выгибалась под ним, обхватывая его талию ногами, заставляя его стонать мне в плечо. Каждое движение было как выстрел — громко, больно и чертовски правильно. Когда финал накрыл нас обоих, я просто уткнулась лбом в его ключицу, пытаясь осознать, как мы до этого дошли.

Артем еще несколько минут не отпускал меня, прижимая к себе так сильно, будто боялся, что я снова испарюсь в ночи. Его сердце колотилось о мои ребра в унисон с моим.

— Завтра ты будешь злиться, — тихо произнес он, поправляя на мне одежду и целуя в висок.

— Завтра я тебя убью, — я закрыла глаза, чувствуя, как алкогольное оцепенение берет свое. — Но сегодня... сегодня просто отвези меня домой, Волков.

Он молча подхватил меня на руки, как хрупкую драгоценность, и понес к моей машине, оставляя свой БМВ стоять на обочине как памятник нашему безумию. Я засыпала у него на плече, точно зная, что утром пожалею о каждой секунде этой ночи, но сейчас мне было всё равно.

Мой тгк: Руна Нуар и ее истории 🖤📚