Глава 74.

- Отец такой потрясающий, - Цзун Цзы Сяо шел и пинал мелкие камушки. Вот один камушек с шуршанием, скача по ступенькам, полетел по длинной лестнице. В тихой ночи это был единственный шум, что слышал Цзун Цзы Хэн, кроме своего сердцебиения.

Он прислушался к биению своего сердца, которое бешено колотилось с того момента, как Цзун Мин Хэ объявил о своем достижении восьмого уровня.

- Отец... он настолько силен? - удивленно спросил Цзун Цзы Сяо, остановился и посмотрел на своего старшего брата, который всю дорогу молчал.

Цзун Цзы Хэн остановился и поднял голову – над его головой, словно смертоносное оружие, завис полумесяц. Лунный свет подсвечивал сверкающее снежное полотно, делая мир еще более жутким и холодным.

- Все говорят, что нужно обладать необыкновенным талантом, чтобы прорваться на восьмой уровень. Я не знал, что мой отец настолько одарен. Вот дядя... - Цзун Цзы Сяо был озадачен. - Брат, дядя ведь самый сильный культиватор в нашем клане. Если отец прорвался на восьмой уровень, то дядя может выйти из уединения.

Цзун Цзы Хэн опустил голову, его припорошенные снегом волосы развевались на ветру, скрывая эмоции в его глазах.

- Брат?

- Дяде пора выйти, - приглушенно пробормотал Цзун Цзы Хэн.

- Дядя должен был опередить нашего отца. Это так странно.

- Ты скучаешь по дяде?

- Да, - Цзун Цзы Сяо на мгновение задумался. – Я даже не помню, как выглядит дядя. Когда он ушел в уединение, мне было всего восемь или девять лет.

- Я тоже... у меня даже не осталось портрета дяди, - голос Цзун Цзы Хэна звучал печально.

В этот момент у него не было ни одного оправдания для Цзун Мин Хэ. Мир был удивлен тем, что император с его посредственными навыками смог добиться такого достижения. Клан Цзун после долгого затишья наконец-то возродился. Великое событие для клана. Он и Лу Чжао Фэн, вероятно, единственные, кто знал грязную и кровавую правду.

Почему такой подлый и жестокий человек стал моим отцом?

Лу Чжао Фэн собирается уничтожить клан Цзун с помощью этой тайны?

Цзун Мин Хэ, который так прославил свой клан, и не знал, что Янь Шу, который верно служил ему и знал о нем все, на самом деле фальшивка и до глубины души ненавидит его, собирается свергнуть его и захватить его королевство.

Цзун Цзы Хэн не знал, как ему все это пережить, не знал, как смотреть в лицо своему отцу. Его сердце сжималось от сочувствия к дяде и другим, напрасно погибшим. Он не мог избавиться от чувства вины перед ними, но он должен был защитить своего брата и честь клана Цзун. Что ему делать?

- Брат, ты чем-то обеспокоен? - Цзун Цзы Сяо запахнул плащ на груди Цзун Цзы Хэна, чтобы холодный ветер не задувал ему. - Ты не рад, что отец достиг Дао?

- ... - после долгой паузы Цзун Цзы Хэн прошептал. - Я удивлен так же, как и ты.

- Это же хорошо? Дядя сможет выйти из уединения, - Цзун Цзы Сяо задумался. – Слухи оказались неверными. Отец не собирался назначать наследного принца, так что старший брат может быть спокоен.

- Возможно, он объявит об этом позже.

Цзун Цзы Хэн подумал, что эти слухи, возможно, были запущены намеренно, чтобы проверить реакцию всех заинтересованных сторон? А объявление о его прорыве было своего рода демонстрацией миру своей силы.

- На самом деле, я не хочу быть императором, - Цзун Цзы Сяо замер перед своим братом, глядя в его теплые прекрасные глаза. - Я просто не хочу видеть, как старшего брата обижают.

- Старший брат не чувствует себя обиженным.

- Лжец, - пробормотал Цзун Цзы Сяо. - Старший брат всегда присматривает за нами и защищает нас, но никто не заботиться о брате и не защищает его.

Цзун Цзы Хэн обнял брата за плечи:

- Я же ваш старший брат, естественно, я отвечаю за вас. Кроме того, разве ты не заботишься о своем старшем брате?

- Этого недостаточно, - Цзун Цзы Сяо поджал губы. - Подожди немного, я вырасту и стану очень сильным. Отец достиг восьмого уровня, я достигну девятого. Никто во всем Цзючжоу не сможет обидеть тебя.

Цзун Цзы Хэн улыбнулся:

- Хорошо, старший брат подождет.

Они медленно спускались по каменным ступеням, как вдруг услышали громкий звон колокола. Обернулись и посмотрели в сторону колокольни, лица их исказились.

Звук колокола означал, что во дворце Уцзи что-то произошло. Вокруг дворца моментально выстроился защитный барьер. Вход-выход из дворца в такие моменты запрещался.

Первая мысль, которая появилась у всех во дворце, - с императором что-то случилось. Так подумали и они и тут же бросились к покоям Цзун Мин Хэ.

На полпути они обнаружили, что много дворцовых служек мчались в противоположном направлении.

- Ваше Высочество, девятый принц! – с ужасом в голосе закричал один из евнухов. - Что-то случилось со вторым принцем!

Казалось, взмах мощного меча Цзун Мин Хэ активировал драматические перемены – как говорится, увядшая трава и гнилые деревья должны быть срезаны.

Когда Цзун Цзы Хэн увидел Цзун Цзы Мо, тело последнего уже окоченело.

Крики горя и вопли отчаяния, плач и стоны били по его барабанным перепонкам, смешиваясь в булькающее месиво. Суетливо мечущиеся человеческие фигурки сплетались, превращаясь в неразборчивую свистопляску.

Все смешалось.

Но паниковать было некогда. Он тут же получил приказ от Цзун Мин Хэ - арестовать всех гостей, пришедших на его день рождения.

В ту ночь город Дамин не спал. Не успело рассвести, а весть об отравлении законного сына императора разлетелась по всей стране.

Первый день снятия военного положения в Дамине после Цзяолуна стал, вероятно, и последним.

Цзун Цзы Хэн и Цзун Цзы Сяо с группой заклинателей окружили две гостевые резиденции в Дамине и отправили всех проживающих там в тюрьму для строгого допроса.

Дворец Уцзи превратился в неприступную крепость, откуда даже птица не могла вылететь. Кто бы ни был отравителем, он, несомненно, все еще находился в городе.

На следующий день в Дамин прибыли глава клана Улян и старший брат Ли Сян Тун.

Цзун Цзы Хэн и Цзун Цзы Сяо допрашивали задержанных гостей три дня и две ночи, но ничего подозрительного так и не выяснили.

Вернувшись во дворец, они столкнулись с Хуан Хуном и Хуан У.

- Есть какой-нибудь прогресс? – обеспокоенно поинтересовался Цзун Цзы Хэн.

Ответил Хуан Хун:

- Пропал один из евнухов второго принца, его тело несколько часов назад было найдено в пруду с лотосами.

- Как он умер? - глаза Цзун Цзы Сяо округлились.

- Его заставили замолчать, - пояснил Хуан У. – Неясно только, заставили его замолчать после того, как он отравил принца, или когда стало известно об отравлении.

- А что насчет яда?

- Это редкий яд, немного похож на черный яд из медицинской долины, но смешаны ингредиенты в неправильной пропорции. Как сказал приглашенный императором аптекарь, не похоже, что его готовил специалист. Скорее всего, кто-то смешал ингредиенты на глазок, не следуя точно рецепту.

- Руководство для приготовления этого яда медицинская долина когда-нибудь обнародовала? Есть подсказки?

- Медицинская долина никогда не публикует рецепты ядов, но слухи о них иногда просачиваются в мир. Есть кое-что, за что можно уцепиться, - Хуан Хун нахмурился. – Для приготовления этого яда требуется большое количество красной охры, которую можно найти только в красной почве Южно-Китайского моря. Ее очень трудно очищать, поэтому используют ее редко. Купить ее можно только у нескольких торговцев. Если мы отследим источник, мы обязательно что-нибудь найдем.

- Красная охра? - размышлял Цзун Цзы Сяо. - Кажется, она входит в состав женских румян?

- Да, в некоторые их добавляют, но красная охра дорого стоит. В большинстве румян используется киноварь. Если в румяна и добавляют красную охру, то совсем немного, только для цвета. Для приготовления порошка черного яда требуется большое количество красной охры.

- Насколько большое?

- По крайней мере, сотня таких румян. Но вычленить красную охру из румян почти невозможно, намного сложнее, чем из красной почвы.

Цзун Цзы Хэн вздохнул:

- Мы допросили гостей и ничего не нашли.

- Ваши Высочества, спасибо за ваш труд.

- Брат, пойдем к отцу.

- Хорошо.

- Ваши Высочества... – остановил их Хуан Хун. - Пока лучше не ходите туда.

- Почему?

- Император и императрица совещаются с главой клана Улян. Сейчас неуместно их беспокоить.

Цзун Цзы Хэн кивнул:

- Сяо Цзю, возвращайся и отдохни.

- А ты?

- Я хочу посмотреть на тело евнуха.

- Нет, ты тоже должен отдохнуть, - Цзун Цзы Сяо нахмурился. - Мы пойдем вместе, когда выспимся.

- Да, Ваше Высочество, вы устали. Три дня без сна. Вам следует пойти к себе и поспать. Торопливость ни к чему.

Цзун Цзы Хэн потер больной лоб:

- Хорошо.

И отправился в павильон Цинхуэй, там его уже ждала Шэнь Ши Яо.

- Хэн-Эр, - Шэнь Ши Яо подошла к нему и обеспокоенно коснулась его лица. - Ты что, не спал эти дни?

- Сын идет отдыхать. Маме не о чем беспокоиться.

- Ах, как я могу не волноваться? Ты так похудел от усталости.

- Все в порядке.

- Есть какой-нибудь прогресс в расследовании?

- Еще нет.

- Я слышала, что сегодня из пруда с лотосами выловили тело евнуха, - Шэнь Ши Яо поправила шпильку в своих волосах и небрежно бросила. – Может, это он отравил второго принца?

Цзун Цзы Хэн не ответил.

- Может, это Янь Шу вернулся, чтобы отомстить?

Цзун Цзы Хэн устало заметил:

- Какая обида может быть у Янь Шу на второго брата? Если он хотел отомстить, ему следовало искать меня.

Шэнь Ши Яо вспыхнула:

- Не говори ерунды. Цзун Цзы Мо много набедокурил и во дворце, и за его пределами. Может, это и стало причиной.

- Мама, не выдумывай. Делать выводы еще рано.

Шэнь Ши Яо фыркнула:

- Я не верю, что это не приходило в голову Ли Сян Тун. Если она не может контролировать собственного сына, это сделает кто-то другой.

Цзун Цзы Хэн почувствовал надвигающуюся головную боль:

- Мама, тело второго брата еще не остыло. О чем ты говоришь?

Шэнь Ши Яо прищурилась:

- О чем я говорю? Как ты разговариваешь с матерью? Ты должен быть рад, что Цзун Цзы Мо мертв.

Цзун Цзы Хэн смотрел на нее, не отводя глаз.

- Сяо Цзю еще молод, а все остальные братья бесполезное отребье. Поэтому его смерть - твой величайший шанс.

- Мама! - рявкнул Цзун Цзы Хэн. - Мы - братья, как ты можешь... как ты...

Шэнь Ши Яо холодно посмотрела на сына:

- Какой ты мягкосердечный! Как я могла родить такого слабого и мягкотелого сына?

Цзун Цзы Хэн сжал кулаки, его глаза покраснели:

- Ваш сын не слабак. Это мама такая жадная и бессердечная. Это так разочаровывает.

Шэнь Ши Яо вздернула свои ивовые брови и замахнулась рукой.

Цзун Цзы Хэн строго посмотрел на мать.

Рука Шэнь Ши Яо замерла в воздухе, затем медленно опустилась. Она презрительно усмехнулась:

- Однажды ты поймешь добрые намерения матери.