Глава 68.
Они долго плутали и, когда уже потеряли всякую надежду, услышали какие-то крики впереди, будто кто-то звал на помощь.
Они побежали на звук и обнаружили раненого мужчину. Он был одет в бледно-золотые одежды секты Чуньян.
Хуа Юйсинь наклонилась, чтобы помочь ему:
- Брат, где ты ранен?
Увидев, что человек весь в крови, Цзун Цзы Хэн испугался, что он в серьезной опасности, достал из сумки Цянькунь таблетку, останавливающую кровь, и наклонился к нему.
Тут же его острое обоняние уловило знакомый слабый аромат, приправленный запахом крови.
Он вздрогнул, резко поднял глаза и встретился с парой злобных глаз, словно у голодного зверя, в засаде поджидающего свою добычу. Он оттолкнул Хуа Юйсинь и сам тоже отступил назад.
Но было поздно. Живот пронзила резкая боль. Цзун Цзы Хэн посмотрел вниз - серебряный клинок пронзил его плоть, кровь мгновенно окрасила его белые одеяния.
- Ваше Высочество! – закричала Хуа Юйсинь, схватившись за покачнувшегося Цзун Цзы Хэна, и с ужасом посмотрела на его рану.
Цзун Цзы Хэн закинул таблетку, что только что достал из своего Цянькуня, себе в рот, схватил кинжал, прикусил нижнюю губу и резко выдернул его.
Кровь брызнула во все стороны.
Глаза Хуа Юйсинь налились слезами. Она выхватила меч и гневно крикнула напавшему исподтишка:
- Ты смерти ищешь?!
Цзун Цзы Хэн оттащил ее назад и, сдерживая боль, прохрипел:
- Не надо.
Нападавший вскочил с земли, по-видимому, все раны его были фальшивыми.
Хуа Юйсинь строго вопросила:
- Ты посмел напасть на Его Высочество? Где мастер Сюй? Кто приказал тебе это сделать?
Подлый гад холодно улыбнулся:
- Вы можете сами у него спросить, когда встретитесь с ним.
- Нет нужды, - Цзун Цзы Хэн уставился на ухмыляющегося подонка, его взгляд был как заточенный нож. – Этот человек никакого отношения к мастеру Сюю не имеет, верно, Янь Шу?
Хуа Юйсинь потрясенно застыла. Даже «фальшивый брат» был ошеломлен.
«Фальшивый брат» был молод, высок и красив – прямо вылитый ученик секты Чуньян. Никто бы не принял его за пятидесятилетнего Янь Шу.
- Ваше Высочество, о чем вы? - Хуа Юйсинь в замешательстве посмотрела на Цзун Цзы Хэна.
«Фальшивый брат» кровожадно улыбнулся:
- Я думал, ты просто глупец. Кажется, я тебя недооценил. Как ты узнал?
- Сам угадай, что тебя выдало, - Цзун Цзы Хэну требовалось время, чтобы таблетка, останавливающая кровь, начала действовать и силы восстановились.
Но его трюк быстро раскрыли. В руке «фальшивого брата» сверкнул меч:
- Хочешь потянуть время? Неважно. Можешь забрать этот секрет с собой в могилу.
Хуа Юйсинь посмотрела на его меч:
- Ты, ты действительно Янь Шу.
Янь Шу направил меч на Цзун Цзы Хэна:
- Я дам тебе ещё один шанс. Как ты узнал?
Цзун Цзы Хэн неторопливо произнес:
- Прошлой ночью я был в павильоне Байлу.
- Ха-ха-ха, - рассмеялся Янь Шу. – Всегда что-нибудь да упустишь.
- Ты и супруга Чу... - Цзун Цзы Хэн с отвращением посмотрел на него. – Вы такие бесстыжие.
Глаза Хуа Юйсинь округлились.
Эти слова мгновенно разозлили Янь Шу, он сердито посмотрел на Цзун Цзы Хэна:
- Бесстыжие? Разве вор, который крадет и насилует чужую возлюбленную, не более бестыжий!
Мысли Цзун Цзы Хэна лихорадочно заметались, он, казалось, вдруг что-то понял:
- Неужели ты...
- Да, я жених Чу Ин Руо. Мы с детства любили друг друга, а этот ублюдок Цзун Мин Хэ, увидев на соревнованиях Цзяолун, возжелал ее. Он забрал у меня не только мою жену, - его глаза светились ненавистью, - но и приказал этому ублюдку Янь Шу убить всю мою семью.
Цзун Цзы Хэн был в шоке. Этот человек сказал, что его отец...
Хуа Юйсинь бросила на Цзун Цзы Хэна быстрый взгляд и попыталась сменить тему:
- Вы использовали кисть У Шэн, чтобы замаскироваться под Янь Шу?
Неудивительно, что у Янь Шу всегда было деревянное безэмоциональное лицо. Лицо, нарисованное кистью У Шэн, в сравнение не шло с техникой секты Чуньян, с помощью которой можно было изменить не только черты лица, но и лицевые мышцы.
- Ваше поколение вообще ничего не знает, - фальшивый Янь Шу крепко сжал свой меч, его красивые черты лица были искажены ненавистью:
- Прошло больше десяти лет. Время все стерло, стерло события тех дней, стерло меня. Сейчас мало кто помнит, что самая красивая женщина в мире Чу Ин Руо когда-то была помолвлена с другим человеком. И уже никто не помнит, что я, Лу Чжао Фэн, когда-то был учеником Янь Шу.
Лицо Цзун Цзы Хэна было бледным, и не только из-за потери крови. Когда он был ребенком, то слышал слухи, что до вхождения в императорский гарем Чу Ин Руо была помолвлена с другим человеком. Да, ее похитил император. Но, в конце концов, он был самым могущественным человеком в Цзючжоу. Кто бы смог его остановить?
- Янь Шу жаждал славы и богатства и был готов лебезить перед Цзун Мин Хэ и исполнять любые его желания. К счастью, я выжил, в мои руки случайно попала кисть У Шэн. Эта свинья убила мою семью, тридцать семь человек, обвинив моего отца в том, что он крал чужие ядра!
Цзун Цзы Хэн вспомнил подобный случай, о котором ему рассказали Хуан Хун и Хуан У, когда они были в Гуто:
- Вы... потомок семьи Лу из Яньчжоу?
Лу Чжао Фэн сверкнул налитыми кровью глазами:
- Янь Шу и мой отец дружили с юных лет. Мой отец даже помог ему как-то, когда у того были трудные времена. Наша секта была маленькой. Ради моего будущего отец отправил меня в секту Уюнь, чтобы я учился у Янь Шу и почитал его как отца. Янь Шу сказал, что будет относиться ко мне как к собственному сыну. Кто знал, что он так оплатит за доброту моего отца!
Хуа Юйсинь закричала:
- Ты тоже зверь, вы все звери. Янь Шу причинил тебе боль, ты причинил боль другим неповинным людям. В чем между вами разница, скажи?
- Ха-ха-ха, - Лу Чжао Фэн дико рассмеялся, его лицо перекосилось. - Да, ну и что? Я получил власть, я отомстил, я заставил Цзун Мин Хэ воспитать моего сына. Ха-ха-ха...
- Не неси чушь! - Цзун Цзы Хэн был в ярости, он хотел зашить рот Лу Чжао Фэну. - Ты сумасшедший. Ты несешь чушь. Ты смеешь клеветать на моего отца. Ты смеешь клеветать на моего младшего брата!
Его раны так болели, словно кто-то клинком терзал его плоть. Но это ни шло ни в какое сравнение с тем, как ранили его слова Лу Чжао Фэна, словно кто-то прокручивал острый клинок в его сердце.
- Чушь это или нет, неважно, - Лу Чжао Фэн стал шаг за шагом приближаться к Цзун Цзы Хэну. - Я хотел оставить эту барышню в живых, обвинив в твоей смерти Сюй Чжи Наня. Теперь же вам обоим придется умереть.
Цзун Цзы Хэн выставил свой меч Цзюнь Лань, загородив своим телом Хуа Юйсинь:
- Ты такой смелый, старший. Нападаешь на младшего. Тебе нужно мое ядро?
- У меня нет времени с тобой возиться. Мне нужно только твое ядро. Любой, кто встанет у меня на пути, умрет, - усмехнулся Лу Чжао Фэн. - Хочешь узнать, что случилось с Янь Шу? Я не только у него на глазах съел его ядро, но и с живого содрал кожу. Я снял с него кожу и разрисовывал ее, раз за разом, пока эту маску стало не отличить от лица этого ублюдка. Знаешь, сколько аморальных поступков я совершил для твоего великого отца, притворяясь Янь Шу?
- Заткнись! - взревел Цзун Цзы Хэн и бросился на Лу Чжао Фэна, целясь ему в сердце.
Он боялся услышать из уст этого человека еще более душераздирающие слова. Он не верил в это! Он не верил, что его отец был в сговоре с похитителем ядер! Он не верил, что его любимый брат был сыном этого зверя! Он не хотел в это верить.
Хуа Юйсинь присоединилась к его атаке. Они атаковали с двух сторон, каждое их движение было смертоносным.
Но Лу Чжао Фэн был сильнее их и превосходно владел мечом. Цзун Цзы Хэн же был ранен. Вскоре их наступление было полностью подавлено.
Чтобы быстро выиграть бой, Лу Чжао Фэн намеренно сосредоточился на Хуа Юйсинь, заставив Цзун Цзы Хэна отказаться от атаки и защищать Хуа Юйсинь. От напряжения раны Цзун Цзы Хэна снова открылись.
Хуа Юйсинь скрежетала зубами от ненависти. Вспыхнул синий свет, и на ее запястье появился браслет с семью маленькими колокольчиками. Она тряхнула запястьем, колокольчики звенькнули, и она с новой силой атаковала Лу Чжао Фэна.
Выражение лица Лу Чжао Фэна мгновенно изменилось. Он еле увернулся от резкого и острого, как меч, порыва ветра, что породили волшебные колокольчики.
Цзун Цзы Хэн не упустил возможность и заблокировал отступление Лу Чжао Фэна. Один удар следовал за другим, духовное давление бушевало, зажимая злодея в тиски. Искусство меча Цзунсюань было жестоким и агрессивным по своей природе. Цзун Цзы Хэн предпочитал традиционную технику секты Улян, элегантную и текучую, как вода. Но с Лу Чжао Фэном Цзун Цзы Хэн не хотел тянуть, хотел порубить того на мелкие кусочки.
Видя, что ее магическое оружие, колокольчики ветра, эффективны, Хуа Юйсинь бросилась к Лу Чжао Фэну и потрясла запястьем. Меч Цзун Цзы Хэна был подобен дракону, сужающему круги вокруг Лу Чжао Фэна. Ситуация наконец изменилась.
У Лу Чжао Фэна от звона ветряных колокольчиков закружилась голова. Атаки на него становились все яростнее. Он начал выдыхаться.
Но Хуа Юйсинь тоже переживала нелегкие времена. Колокольчики ветра были сделаны из клыков крылатого льва Пиксиу и были наиболее эффективны против злых духов. Браслеты подарил ей отец, чтобы она могла защитить себя. Чтобы не навредить своему напарнику, ей приходилось тратить много духовной энергии, чтобы контролировать направление звука колокольчиков.
Из ран Цзун Цзы Хэна текла кровь, щедро поливая землю. Его скорость стала замедляться. Хуа Юйсинь тоже проявляла признаки усталости.
После долгой схватки оба мужчины получили множетсво травм. Цзун Цзы Хэн сражался из последних сил, все яростней и яростней, но и он начал сдавать. Каждый удар мечом был как последний всполох заходящего солнца. Чем яростнее горение свечи, тем быстрее она погаснет.
Лу Чжао Фэн заметил это и стал тянуть время, насмешливо приговаривая:
- А я ведь хотел подарить тебе быструю смерть. Ты так хорошо заботился о моем сыне.
- Закрой свою собачью пасть! – глаза Цзун Цзы Хэна налились кровью, вены на лбу вздулись. Он хотел самолично сожрать этого Лу Чжао Фэна.
Лу Чжао Фэн ухмыльнулся:
- Знаешь, сколько чужих золотых ядер съел твой достопочтенный отец?
Тело Цзун Цзы Хэна задрожало. Он потерял концентрацию и был ранен мечом Лу Чжао Фэна.
- Ваше Высочество! - с тревогой воскликнула Хуа Юйсинь. - Не слушайте его. Он специально провоцирует вас!
- Ха-ха-ха, - Лу Чжао Фэн с издевкой посмотрел на Хуа Юйсинь. - Разве ты не хочешь узнать, кто получил ядро твоего дядюшки?
Теперь задрожала уже Хуа Юйсинь.
- Верно, это всемогущий император Нинхуа.
- Ублюдок! - Цзун Цзы Хэн бросился к Лу Чжао Фэну, их мечи со звоном столкнулись. Звон сталкивающихся клинков эхом разнесся по каменному лабиринту. Рот Лу Чжао Фэна продолжил извергать ядовитые словеса.
- И ядро младшего брата мастера Сюя получил тоже он, - Лу Чжао Фэн рассмеялся. - Император Нинхуа овладел техникой Юаньян, не приложив ни толики усилий. Его совершенствование сразу взлетело на высокий уровень. Он так стремится возродить клан Цзун, но не может похвастаться корнями, он может полагаться только на чужие ядра.
Цзун Цзы Хэна переполнял гнев. Он отчаянно пытался сохранять спокойствие, не слушать, не верить, не поддаваться на уловки врага. Но как он мог оставаться равнодушным, слыша такое о своем отце? Что, если это правда? Как ему справиться с такой правдой?!
Хуа Юйсинь закричала:
- Я не верю, я не верю! – иступленно затрясла запястьем и ринулась на Лу Чжао Фэна.
Каменный закуток был невелик. У Лу Чжао Фэна не было возможности увернуться. Звук колокольчиков бил по голове, словно молот. Казалось, голова вот-вот расколется. В гневе он рванул из-за пояса Кнут Сдвигающий Горы.
- Юйсинь, отступай! - Цзун Цзы Хэн влил в свой меч неимоверное количество энергии, Цзюнь Лань ярко засветился и ведомый рукой владельца нарисовал в воздухе серебристый цветок. Цзун Цзы Хэн переключился на седьмой уровень техники меча Цзунсюань.
Лу Чжао Фэн держал длинный кнут и яростно брызгал ядовитой слюной:
- Ты еще не все знаешь, Цзун Цзы Хэн! Тот, кто хочет получить твое золотое ядро, - это твой отец!
Цзун Цзы Хэн почувствовал, как кровь в его венах остановила свой бег, а потом потекла вспять. Короткий миг он не мог ни вздохнуть ни выдыхнуть. Потом выплюнул полный рот крови. Только благодаря поддержке меча Цзюнь Лань он не рухнул наземь перед своим врагом.
Нет, он не верит, не верит, не верит!
- Но зачем мне отдавать ему такую ценную вещь? - Лу Чжао Фэн злобно рассмеялся. - Ты даже не представляешь, насколько драгоценно твое ядро. Оно станет ступенькой для моего, Лу Чжао Фэна, сына на пути к бессмертию!
Кнут Сдвигающий Горы сверкнул золотым светом. Подхваченные смерчем камни полетели в их сторону. Эта «гора Тай» способна была превратить их тела в кровавое месиво. Цзун Цзы Хэн взревел и нарисовал мечом слепящую глаза дугу. Две силы столкнулись.
Бум!
Каменная пещера затрясалась, словно в чреве земли проснулся свирепый зверь, пещера превратилась в пасть этого зверя, а они – во вкусную закуску. Зверь был готов в любой момент сожрать их.
Цзун Цзы Хэн увидел Хуа Юйсинь, стоящую среди падающих камней. Техника секты Хуаин сочетает силу и мягкость. Когда Хуа Юйсинь танцевала со своим мечом, она была грациозна и тверда, как крепкий нефрит. Юноши были опьянены и ослеплены ею. Теперь же этот нефрит попал в круговерть разыгравшейся бури. Она уворачивалась то влево, то вправо, но не могла противостоять ветру и дождю, рвущим ее тело на части.
Цзун Цзы Хэн бросился к ней. Огромный камень врезался в ее хрупкое тело. Время, казалось, замерло в тот момент. Нет, время продолжало течь как бескрайные реки и необъятные моря, люди для него были что муравьи. Это что-то в его теле застыло.
Цзун Цзы Хэн опустился на землю и молча посмотрел на Хуа Юйсинь, лежащую в луже крови. Он открыл рот и беззвучно завыл.
Лу Чжао Фэн подошел к Цзун Цзы Хэну и поднял меч:
- Если не веришь мне, отправляйся в Подземный мир и сам спроси у своего дяди.
Внезапный порыв холодного ветра налетел на Лу Чжао Фэна. Он стремительно отскочил. В стену со свистом вонзилась ледяная стрела. Лед с острия стрелы быстро распространился по всей стене.
Представьте, что случилось бы с человеком, попади эта стрела в него.
В каменную западню ворвались Ци Мэн Шэн и Сюй Чжи Нань.
Лу Чжао Фэн стиснул зубы и взмахнул своим волшебным кнутом, пытаясь повторить свой хитрый трюк. Часть камней полетела в пришедших, другая часть дружно выстроилась в каменную стену и двинулась, пытаясь перекрыть им вход.
Ци Мэн Шэн бежала и стреляла из своего ледяного лука. Каждый раз, когда она натягивала лук, вылетала ледяная стрела. Камни, которых касалась она, тут же превращались в лед и вдребезги разбивались.
Сюй Чжи Нань с невероятной скоростью подбежал к надвигающейся на него каменной стене и уперся в нее рукой.
Лу Чжао Фэн отступил на шаг назад.
Сюй Чжи Нань холодно объявил:
- Использовать такие отвратительные трюки, чтобы обыграть детей, так бесстыдно.
Лу Чжао Фэн поморщился и отступил еще на шаг. Он собирался сбежать. Сюй Чжи Нань и Ци Мэн Шэн тут же бросились к нему.
Лу Чжао Фэн продолжал размахивать Кнутом Сдвигающим Горы, с треском смещая каменные стены, не нужные измельчая в щебенку. Стены двигались, образуя барьеры. Лу Чжао Фэн вынырнул из каменной ловушки и скрылся из виду.
Беспокоясь о раненых, они не стали его преследовать и вернулись к Цзун Цзы Хэну. Он сидел на замле и обнимал умирающую Хуа Юйсинь. Они проверили ее состояние и опустили головы.
Цзун Цзы Хэн бережно вытер с лица девушки кровь. Он изо всех сил вглядывался в лицо Хуа Юйсинь, но его зрение было размыто, глаза застилал кровавый туман.
Хуа Юйсинь открыла рот, кровь хлынула из ее рта. Она закашлялась и слабым голосом прошептала:
- Той ночью супруга Шэнь... спросила меня... хочу ли я... стать вашей... женой...
- Юйсинь...
Хуа Юйсинь попыталась приподнять уголки рта, ее глаза, полные слез, вглядывались в Цзун Цзы Хэна:
- Я... хочу...
В следующий миг свет в ее глазах погас. Она ушла.
- Аааа... - Цзун Цзы Хэн разрыдался.
Его мир рухнул. Рухнул, словно гора Тай. Рухнул, придавив его своей неподъемной тяжестью. Цзун Мин Хэ, Цзун Цзы Сяо, Хуа Юйсинь, каждый из них дробил его сердце, превращая эту нежную плоть в кровавое месиво. Его сердце уже никогда не будет целым.
В одно мгновение его отец превратился в дьявола, который ел чужие золотые ядра и хотел добраться и до его даньтаня. Его любимый брат оказался ему не братом и даже, напротив, сыном врага. Чтобы скрыть грязные делишки своей матери, он лгал и использовал невинную девушку, подвергнув ее жизнь опасности, – и вот она умерла.
Невыносимая боль и раскаяние почти раздавили его.
Сюй Чжи Нань тяжело вздохнул:
- Цзы Хэн, сейчас не время горевать. Нам нужно найти девятого принца и схватить Лу Чжао Фэна, - когда он упоминул девятого принца, его голос слегка дрогнул.
- Цзы Сяо, Цзы Сяо, - это имя словно звон колокольчиков разбудило Цзун Цзы Хэна. Он заметил сбой в речи Сюй Чжи Наня. – Вы все слышали?
Ци Мэн Шэн бесстрастно ответила:
- Мы шли на звук колокольчиков, так и нашли вас.
Сюй Чжи Нань добавил:
- У колокольчиков ветра звук негромкий, но его можно услышать издалека. У него есть и дополнительная функция – он передает и окружающие звуки. Когда мы услышали звон колокольчиков, мы услышали и ваш разговор.
Цзун Цзы Хэн ахнул, в его глазах появился страх:
- Неужели все в подземном дворце слышали это?
- Нет, нет, - успокаивающе махнул рукой Сюй Чжи Нань. - Барышня Хуа использовала свою духовную силу, чтобы приглушить звук колокольчика. Когда мы шли по следу звука колокольчиков, мы по пути никого не встретили. Мы были единственными, кто слышали ваш разговор, так что будьте спокойны.
Цзун Цзы Хэн потянул Сюй Чжи Нань за воротник и умоляюще прошептал:
- Не говори никому, никому, не говори...
Если станет известно о тайне матери Цзун Цзы Сяо, жизнь его младшего брата будет испорчена. Даже если то, что сказал Лу Чжао Фэн, было ложью.
Сюй Чжи Нань опустил глаза:
- Я никому не скажу, но когда ты оправишься от ран, я хочу, чтобы ты рассказал, что случилось с моим младшим братом.
Цзун Цзы Хэн сдержанно кивнул.
- Пошли, - Ци Мэн Шэн подняла Хуа Юйсинь, в ее глазах мелькнула нотка сочувствия.
Сюй Чжи Нань помог раненому Цзун Цзы Хэну подняться:
- Мы разобрались с этим лабиринтом, кого нашли, собрали в одном месте. Покинуть подземелье несложно, но мы должны убедиться, что здесь никого не осталось.
- Где Сяо Цзю? Его, наверное, схватил Лу Чжао Фэн.
- Если то, что сказал Лу Чжао Фэн, правда, то он... - Сюй Чжи Нань поднял глаза. - Лу Чжао Фэн не причинит ему вреда. Скорей всего, он запер его где-то, чтобы защитить, поэтому, думаю, он в безопасности.
- Как вы нашли выход из лабиринта?
- Все очень просто. Я замораживала стены, мимо которых мы проходили, - пояснила Ци Мэн Шэн и ткнула в стену, покрытую льдом. - Подземный дворец не очень большой. Если бы он был слишком большой, Лу Чжао Фэн не смог бы его поддерживать. Он постоянно менял положение каменных стен. Многие просто ходили по кругу. Думаю, он израсходовал много духовной энергии. После заморозки стен он уже не мог двигать их, так мы проложили себе путь.
- Сначала я отведу тебя в безопасное место, затем мы с Мэн Шэн отправимся на поиски девятого принца.
- Я хочу пойти с вами.
- С твоими травмами ты только замедлишь нас, - прямо заявила Ци Мэн Шэн.
Цзун Цзы Хэн молчал.
Вдруг неподалёку послышался шорох.
- Кто ты? – громко спросила Ци Мэн Шэн.
К ним приблизилась высокая худощавая фигура:
- Это вы, как здорово!
Это был Ли Бу Юй.
Ли Бу Юй был потрясен:
- Ваше Высочество, что с вами случилось?
Цзун Цзы Хэн покачал головой.
Все отправились к месту сбора, где собралось уже много заклинателей, которые выстраивали защитный барьер, который должен был удержать своды, если вдруг подземный дворец рухнет.
- Ваше Высочество!
- Его Высочество ранен.
- О Боже, это... барышня Хуа?
Цзун Цзы Хэн в оцепенении сидел рядом с телом Хуа Юйсинь, жизни в его потухших глазах не было.
Ли Бу Юй осторожно поднес к губам Цзун Цзы Хэна лечебную пилюлю:
- Ваше Высочество, это нефритовая пилюля секты Улян. С ней ваши раны заживут гораздо быстрее.
Цзун Цзы Хэн оттолкнул руку Ли Бу Юя:
- Большое спасибо, но эта таблетка слишком бесценна. Я обойдусь.
- Ваше Высочество, пожалуйста, возьмите ее, - Ли Бу Юй чуть не рыдал. - Тогда вы спасли мою жизнь, позвольте мне тоже помочь вам.
Цзун Цзы Хэн опустил глаза, смирившись. Он не хотел больше разговаривать.
Ли Бу Юй осторожно открыл ему рот и забросил в него волшебную пилюлю.
Примерно через час Сюй Чжи Нань и Ци Мэн Шэн вернулись с Цзун Цзы Сяо. Но Лу Чжао Фэна они найти не смогли. Это и понятно - с помощью Кнута Сдвигающего Горы тому несложно было сбежать.
- Брат! - Цзун Цзы Сяо бросился к Цзун Цзы Хэну, увидел раны на его теле и испуганно закричал. - Брат, ты в порядке?
Цзун Цзы Хэн медленно поднял руку и погладил лицо Цзун Цзы Сяо:
- Сяо Цзю, ты в порядке?
Цзун Цзы Сяо кивнул и сморгнул стоящие в глазах слезы:
- Как ты мог так пострадать? Янь Шу, этот ублюдок, я разрублю его на куски и скормлю собакам!
Цзун Цзы Хэн с трудом поднял руку и обнял Цзун Цзы Сяо. Тот был так опечален, что чуть не плакал.
- ...Брат, что случилось? - Цзун Цзы Сяо почувствовал невыразимую печаль, окутывающую брата, и эта печаль передалась и ему.
- Пока с тобой все в порядке, все хорошо.
Что ему делать со своим Сяо Цзю? Пока Лу Чжао Фэн жив, есть опасность, что тайна Сяо Цзю может быть раскрыта. Если такой день настанет, что ему делать? Как он мог позволить этому гордому и высокомерному ребенку страдать от такого унижения?