Глава 3.

- Откуда ты? Где твой дом? У тебя есть братья или сестры? У тебя был учитель до моего учителя? - Се Би Ань поселил Фань У Шэ в соседнем дворе, и сейчас помогал ему с уборкой, перестановкой и болтал при этом, не переставая.

Фань У Шэ отвечал скупо, уклончиво обходя стороной вопросы, на которые не хотел отвечать. Казалось, он был настороже и не проявлял никакого интереса к разговору.

Се Би Ань застелил кровать бельем, что принес из своей комнаты, и улыбнулся:

- Не сердитесь на меня за то, что задаю так много вопросов. Я рос здесь с юных лет, и друзей моего возраста у меня нет, тем более живых друзей. На самом деле, я всегда хотел иметь младшего брата. Я... старший брат будет хорошо заботиться о тебе, - ему неловко было называть себя «старшим братом», но при этом и радостно, как будто он занял какую-то необычайно важную должность. Наконец-то он стал чьим-то старшим братом. Наконец-то у него появился младший брат.

Он с самого детства заботился о своем учителе. Ему всегда нравилось заботиться о других. Теперь, если мастера не будет рядом, у него всегда будет кто-то, с кем он разделит приготовленную им вкусную еду и сваренное им вино.

Фань У Шэ посмотрел на Се Би Аня, сморщил нос и громко шмыгнул.

Се Би Ань тут же отреагировал:

- Это от одеяла, да? Оно лежало в шкафу с саше, - схватил одеяло и понюхал его. - Тебе не нравится его запах?

Фань У Шэ взял уголок одеяла и поднес его к лицу, но вдохнуть так и не осмелился. Просто позволил запаху самому проникнуть в его нос. Сердце его мгновенно затрепетало.

Этот запах...

Воспоминания, которые он так отчаянно подавлял, хлынули на него океанским валом. Он вспомнил тот год, дальнюю комнату в великолепном дворце, мерцающую свечу в виде пятилепесткового лотоса, опрокинутые золотые чаши и нефритовые кубки, брошенную на пол императорскую мантию и драконью корону, ложе из агарового дерева, яростно трясущиеся легкие занавески, колышащиеся в такт скрипу кровати, пуская многозначительную рябь. За занавесками царила теплая весенняя ночь, красное одеяло дрожало и извивалось волной. Словно безумный, он вдалбливался в этого человека, и с каждым столкновением их тел, в его нос проникал запах, чарующий, особенный... этот запах...

- Младший брат?

Очнувшись от накатившего видения, Фань У Шэ, словно обжегся, резко отбросил одеяло и глухо пробормотал:

- Слишком сильный аромат.

- Слишком сильный? - Се Би Ань снова понюхал одеяло. - Там гвоздика, пачули, атрактилодес, белый аконит, зеленый османтус и мандариновая цедра. Эта смесь успокаивает нервы и улучшает сон. Я добавил еще лепестки орхидей. Я переборщил с ними? Наверное, да. Но я столько посадил их во дворе, жаль было не воспользоваться ими.

Благородный господин как орхидея, благородный господин как орхидея. Этот человек все еще любит выращивать орхидеи.

Глаза Фань У Шэ потемнели. Обида вспыхнула с прежней силой.

Почему, почему он все забыл? Он забыл всё - грехи, что совершил, и людей, которым причинил зло. Он переродился невинным младенцем и беззаботно жил под сенью своего могущественного мастера.

Он свободен, невинен и совесть его чище родниковой воды, как будто ничего и не произошло.

Почему я всё помню, а он так легко забыл?!

- Младший брат, ты появился так неожиданно, я не успею найти тебе новое постельное белье. Сегодня тебе придется спать на нем, завтра я отведу тебя в город, и мы купим новое, хорошо?

Фань У Шэ ничего не ответил, взял ведро с грязной водой и вышел из комнаты.

Се Би Ань посмотрел ему вслед и пробормотал:

- У него немного странный характер, - и снова улыбнулся. - Может, он просто стесняется?

Помещение, в котором ранее никто не жил, после уборки стало выглядеть как новое. Се Би Ань даже украсил его цветами из сада, чтобы придать дому обжитой вид.

Вернувшись с водой, Фань У Шэ даже не взглянул на Се Би Аня. Такую грубость со стороны младшего брата в благородной семье так просто не спустили бы, его бы обязательно строго наказали. Се Би Ань хоть и был немного расстроен, не стал принимать это близко к сердцу, решив, что редко кто легко примет такие резкие перемены в своей судьбе. Если Фань У Шэ был таким с юных лет, то он, должно быть, прожил трудную жизнь, и Се Би Аню не следует особо беспокоиться.

Дав указание Фань У Шэ не покидать в одиночку дворец Небесного Мастера, Се Би Ань попрощался и решил навестить своего хозяина.

Чжун Куй был любителем выпить, поэтому все помещения в его дворце были названы в честь вина. Например, главный зал назывался Цзююнь (Девятилетняя выдержка), спальня Чжун Куя - Чжуэцин (Зеленый лист бамбука), временная резиденция Фань У Шэ - Хантансян (Аромат холодного пруда), а дом Се Би Аня - Сяояонян (Винокурня).

У дворца Чжуэцин Се Би Ань столкнулся с Бо Чжу, который выходил оттуда.

- Где мастер?

- Небесный Мастер искупался и снова уснул, - беспомощно сообщил Бо Чжу. - Я не знаю, где он бродил. С него сошло столько грязи.

- Снова заснул? Он ничего не поел, лег с пустым желудком?

- Только выпил похмельный суп. Сказал, чтобы его разбудили, когда Белый Мастер потушит свиные ребрышки.

Се Би Ань улыбнулся:

- Я тоже проголодался. Пойду, приготовлю что-нибудь. Думаю, младший брат тоже голоден.

- Неужели Небесный Мастер действительно принял этого человека в качестве своего ученика?

- Да, хотя учитель слегка и эксцентричен, он всегда держит свое слово.

- Но чем он так приглянулся Небесному Мастеру? Выглядит он, конечно, неплохо, но пригодно ли его тело для совершенствования и есть ли у него таланты - неизвестно ведь.

Чтобы сохранить лицо Чжун Куя, Се Би Ань не стал открывать Бо Чжу правду:

- Человек, которого выбрал учитель, не может быть плохим, вот только...

- Что?

Се Би Ань горько улыбнулся:

- Кажется, я ему не нравлюсь. Он не разговаривает со мной и все время игнорирует меня. Я хотел расспросить его о его жизни, но он ничего мне не рассказал.

Глаза Бо Чжу превратились в плошки:

- Что он за человек? Разве может Белый Мастер не нравиться? Небесный Мастер - его учитель, а Белый Мастер - старший брат. Он должен ценить и уважать вас.

- Не говори так. Может... может, он еще не пришел в себя, - Се Би Ань погладил Бо Чжу по голове. - К счастью, ты вовремя сообщил мне о его прибытии, и я успел прийти раньше господина Цуя, иначе у меня могло и не появиться младшего брата.

Бо Чжу забеспокоился:

- Господин...

- У господина Цуя острый язык, но мягкое сердце. Завтра я передам ему хорошего чая и извинюсь от имени своего учителя, - на лице Се Би Аня расцвела яркая улыбка. Хорошее настроение вновь вернулось.

Бо Чжу с завистью посетовал:

- Белый Мастер, вы выглядите таким счастливым. Если бы это была младшая сестричка, я бы порадовался за вас, да даже если бы это был умный и благовоспитанный братик, тоже... Но этот парень... он какой-то странный.

- Не суди книгу по обложке. Может, он холодный снаружи, но теплый внутри. Думаю, он просто осторожен. Все будет хорошо, когда мы познакомимся с ним поближе, - и Се Би Ань попросил маленького служку. - Бо Чжу, У Шэ еще не очень хорошо знает правила. Присматривай за ним. Не позволяй ему бегать повсюду.

Се Би Ань вырос здесь, теперь у него есть официальная должность, поэтому он может свободно перемещаться по Подземному миру. Но когда был ребенком, Чжун Куй не позволял ему выходить за пределы дворца Небесного Мастера. Жизненная сила живых существ притягательна для призраков. И хотя в Подземном мире служили призраки, не имеющие обид в своей прежней жизни, не было никакой гарантии, что кто-то не устоит перед таким искушением. Дворец Небесного Мастера огражден барьером. И Фань У Шэ, если он будет оставаться за ним, ничего не грозит. Выйти он сможет, только когда разовьет в себе необходимую для защиты силу.

- Хорошо.

- Кстати, поможешь мне? Узнай, куда поместили душу, что я сегодня привел.

- О, а что с ней случилось?

- Этот человек...

Се Би Ань знал, что ему не следует вмешиваться в дела человеческого мира. Люди и призраки живут в разных мирах и не должны влезать в дела друг друга. К тому же, он - человек служивый, у него свои обязанности. Он не должен лезть в дела мира смертных. Однако кража ядра - не рядовое дело. В конце концов, именно демонический культиватор, ворующий ядра ​​у заклинателей, и сжег в свое время Подземный мир. Если бы учитель знал о произошедшем, он не сидел бы сложа руки.

Бо Чжу кивнул и перестал задавать вопросы:

- Я понял, Белый Мастер. Я пойду.

Се Би Ань зашел к Чжун Кую. Увидел, что тот крепко спит, успокоился и отправился на кухню готовить ужин.

Он прекрасно знал вкусы своего учителя, а вот что любит есть его младший брат? Он забыл спросить. Се Би Ань решил приготовить несколько обычных домашних блюд, не острых и не сладких, таких, что любой съест.

Приготовив, Се Би Ань накрыл стол - тушеные с таро свиные ребрышки, хрустящий тофу, тушеные яйца со спаржей, приготовленная на пару рыба-мандаринка, подрумяненная куриная грудка, резанные овощи и суп из измельченной свинины и грибов. Обычно он выставлял на стол пару маленьких кувшинов вина для Чжун Куя, но сегодня решил, что с того уже достаточно.

И пошел будить Чжун Куя.

После двухчасового сна Чжун Куй проснулся отдохнувшим. Он освежился и выглядел уже совсем другим человеком, не похожим на того вонючего неряху, которым вернулся в свой дворец. Он был высок и могуч, с густыми бровями и красивой гривой. Большинство совершенствующихся выглядели изысканно и элегантно, таких не спутаешь с простым людом. Но Чжун Куй был другим, благородным, но веселого нрава, с рыцарской жилкой, но при этом не скрывающим своей тяги к независимости. Настоящий изгой в мире заклинателей.

Но Се Би Аню нравился его учитель. Он был продвинутым культиватором. Он не избегал мира смертных и следовал своему сердцу.

Путь Дао и мир не разделены. Если человек практикует Дао и при этом дистанцируется от людей, это уже не Дао. Если ты игнорируешь людские страдания и сосредотачиваешься исключительно на своем совершенствовании - не противоречит ли это изначальному духу даосизма?

Чжун Куй сел за стол, глаза его мгновенно заблестели:

- Я так скучал по твоей еде.

Се Би Ань налил ему супа:

- Учитель, ешь, я пойду, позову младшего брата.

- Подожди, - Чжун Куй не поднимая глаз, грыз ребра. - Как ты поранился?

- Случайно ударили мечом, когда я собирал души. Уже все в порядке.

- У тебя же есть посох усмирения душ. Кто смог бы навредить тебе? Что случилось?

- Я как раз собирался вам рассказать, - Се Би Ань кратко описал, как умер Мэн Кэ Фэй.

Чжун Куй не перестал жевать, но брови его хмуро сошлись на переносице.

- Я чувствую, что это дело не из простых, поэтому попросил Бо Чжу выяснить, куда его отправили. Потом... я еще не придумал, что делать.

- Предоставь это мне.

- Хорошо.

- Старейшина секты Улян осмелился бросить вызов закону. Как дерзко!

- Учитель, мастер Сян Цюй потерял рассудок и хотел отомстить за своего ученика. Он и другие заклинатели уже усвоили свой урок и не посмеют больше так поступать. Я так думаю...

Тогда он просто хотел напугать Сян Цюя и заставить его закрыть формацию. Если бы он действительно подал жалобу господину Цую и рассказал ему о применении запрещенной техники призыва души, то старейшине не поздоровилось бы, списали бы ему сразу лет десять жизни. Се Би Ань не хотел, чтобы Сян Цюя так наказывали.

- Ммм, решать тебе.

Се Би Ань вздохнул с облегчением:

- Тогда я пойду и позову младшего брата.

Свет в резиденции Фань У Шэ не горел. Се Би Ань помедлил, потом тихо постучал в дверь и позвал:

- Младший брат, младший брат?

Он же не лег спать так рано? Может... он до сих пор сердится, что одеяло слишком пахнет?

Се Би Ань постоял, потом вернулся, сложил в бамбуковую корзинку рис, овощи и суп для Фань У Шэ.

Чжун Куй недовольно проворчал:

- Пусть голодает, если не хочет есть. Как старший брат может относить еду младшему брату?

Се Би Ань улыбнулся:

- Он такой юный и вдруг внезапно попал в мир призраков. Возможно, он напуган и нервничает. Мне несложно позаботиться о нем.

Он отнес бамбуковую корзинку к двери Фань У Шэ и снова постучал:

- У Шэ, я оставлю еду за дверью. Проснешься, поешь, пока все горячее.

Се Би Ань долго ждал ответа, не дождавшись, тяжело вздохнул и ушел, чувствуя себя немного разочарованным.

Фань У Шэ в это время лежал, завернувшись в одеяло Се Би Аня, как младенец, свернувшийся калачиком в утробе матери. Он слушал, как шаги Се Би Аня постепенно затихают, потом открыл рот и прикусил мягкое одеяло, источающее аромат орхидей.

В темноте его глаза ярко вспыхнули, и тут же их свет скрыла водяная завеса. Густой туман наполнил темную комнату, затруднив дыхание. Слабый голос позвал:

- Старший брат...