Глава 31.

- Учитель, вы не должны этого сделать! - Бо Чжу подбежал к Цуй Цзюэ и обнял его за ногу, глядя на него жалостливыми глазами, из которых тут же потекли слезы.

Се Би Ань тоже взмолился:

- Мастер Цуй, не сердитесь на учителя. Наставник немного непослушный, но у него нет злых намерений. Пожалуйста, простите его.

Чжун Куй был потрясен:

- Цзы Юй, не поступай так! Я же признал свою ошибку. Мы же с тобой уже столько лет дружим. Ты же не хочешь, чтобы я умер раньше времени?

Ночной патруль присоединилась к общей просьбе:

- Господин чиновник, пожалуйста, подумайте дважды.

Цуй Цзюэ холодно улыбнулся:

- Ты игнорировал законы Подземного мира и неоднократно нарушал заведенные правила. Я никогда не наказывал тебя, потому что Император доверял тебе. Видимо, я был слишком снисходителен к тебе, потому ты и стал таким необузданным, - и он, слегка приоткрыв губы, дунул на книгу, книга раскрылась, страницы зашелестели, переворачиваясь. - Сегодня ты на своей шкуре познаешь законы Подземного мира... - опустил глаза, посмотрел на открытую страницу и ошеломленно замер.

Все заметили, как изменилось выражение лица Цуй Цзюэ. Во дворце Цзююнь повисла гробовая тишина.

Первым нарушил тишину Фань У Шэ:

- Что случилось?

Цуй Цзюэ уставился на Чжун Куя, его глаза налились кровью, грудь тяжело вздымалась, он резко набросился на своего «друга»:

- Ты всегда все делал по-своему и никогда не слушал ничьих советов. Думаешь, что ты такой исключительный и можешь творить, что тебе заблагорассудится? Ты же военный судья, должен знать, что твое наказание будет в разы строже, чем у других!

Се Би Ань никогда раньше не видел Цуй Цзюэ в таком состоянии, у него возникло плохое предчувствие:

- Господин, что... что не так?

Чжун Куй убрал с лица игривую улыбку и задумался:

- Моя жизнь сильно сократилась?

Се Би Ань замер. Чжун Куй с его совершенствованием без проблем мог прожить сто лет. Если бы его жизнь урезали лет на десять, Цуй Цзюэ не отреагировал бы так. Если только...

Цуй Цзюэ закрыл Книгу Жизни и Смерти и плотно сжал губы, не ответив.

- Сколько осталось? - спросил Чжун Куй и сам себе ответил. - А, ты же не можешь сказать. Кажется, осталось не так уж много.

Се Би Ань не на шутку встревожился:

- Господин, вы не ошиблись? Посмотрите еще раз, как оно могло так резко уменьшиться без всякой причины?

- В этом мире ничего не бывает «без причины», - тихо прошептал Цуй Цзюэ. - Что посеешь, то и пожнешь. Частое вмешательство в человеческие дела ведет к расплате.

Чжун Куй улыбнулся:

- Я живой человек, как я могу игнорировать проблемы мира смертных? Если я спрячусь в Подземном мире, отринув земную жизнь, разве это будет соответствовать пути Дао? Жизнь и смерть предопределены. Умру - значит умру. Стану официальным жителем призрачного мира.

Бо Чжу крепче сжал ногу Цуй Цзюэ и взмолился:

- Господин, можете прибавить жизни Небесному Мастеру? Он столько добрых дел сделал, он же настоящее благословение.

- Бо Чжу, не говори ерунды, - пожурил его Чжун Куй. - Чиновник Цуй беспристрастен и неподкупен.

- Продлить жизнь можно, только имея много заслуг. Ты с помощью колокола Дунхуан восстановил барьер Фэнду, это увеличило твою жизнь на двадцать лет. А сейчас... - Цуй Цзюэ сердито закричал. - Во что ты, черт возьми, вляпался на этот раз?!

Мастер и двое его учеников молчали. Это из-за конфликта Чжун Куя с лидером Бессмертного Альянса? В этом причина урезания срока жизни Чжун Куя?

- Ночной патруль сказала, что вы пробыли на горе Шу несколько дней. В одну из ночей на пике Дяньцан был зафиксирован необычно высокий всплеск призрачной энергии. Что там произошло? Вы как-то с этим связаны?

Се Би Ань с беспокойством посмотрел на Чжун Куя, его глаза переполняла тревога.

Фань У Шэ прошептал:

- Старший брат, не волнуйся, карму можно изменить.

Чжун Куй спокойно пояснил:

- Мы случайно на пике Дяньцан наткнулись на запретную формацию, в которой был запечатан дикий призрак. Вполне вероятно, что это сделал Ли Бу Юй.

Ночной Патруль озадаченно поинтересовался:

- На горе Шу сильна энергия Ян. Я даже приблизиться к ней не могу. Почему этого призрака не обнаружили раньше?

- Той ночью на горе Шу произошло небольшое землетрясение, которое разрушило эту формацию. Призрак вырвался на свободу.

Ночной Патруль задумчиво нахмурилась.

Цуй Цзюэ торжественно объявил:

- Карму действительно можно обратить вспять. Судьба зависит от выбора в будущем. Но, будучи вовлеченным в это дело, можно делать только один шаг за раз.

- Неважно, я докопаюсь до сути, - Чжун Куй рассмеялся. - Эй, не будьте такими серьезными. Думаете, на свете есть человек, способный убить меня?

- Учитель, не говорите ерунды, - лицо Се Би Аня кривилось от испытываемых эмоций. - Мы не можем допустить, чтобы это случилось.

Чжун Куй похлопал Се Би Аня по плечу:

- Дорогой мой ученик, все в порядке. Все предопределено. Не беспокойся об этом.

После того, как Цуй Цзюэ ушел, Се Би Ань продолжал хмуриться, его разум был в смятении.

Фань У Шэ не мог спокойно смотреть на своего растерянного брата и беспомощно позвал его:

- Старший брат, старший брат?

- А? - Се Би Ань посмотрел на Фань У Шэ.

- Пора менять мне повязки.

- А, да, - Се Би Ань взял аптечку и осторожно обработал раны Фань У Шэ. - Раны быстро заживают. Еще немного, и ты сможешь двигать своей рукой.

- Брат, не думай слишком много. Каждый выбор, который делает человек, влияет на его будущее. Еще всё окончательно не решено.

- Я знаю. Стать Буддой или демоном можно за мгновение. Карма кроется в каждом поступке и в каждом слове, - торжественно объявил Се Би Ань. - Просто со своим уровнем совершенствования мастеру не грозит смерть ни от болезней, ни от старости. Смерть ему грозит только от несчастного случая или...

Или от чужих рук. В мире людей и мире призраков не так много способных справиться с Чжун Куем. Чжун Куй уже оскорбил одного такого, как можно не беспокоиться?

- Учитель знает о такой опасности. Он не сдастся без боя, не волнуйся. Теперь мы знаем о такой опасности - и это хорошо. Будем осторожнее с Ли Бу Юем.

Се Би Ань кивнул и вздохнул:

- Ты прав. Я просто... учитель вырастил меня. Он мне как отец. Он - самый важный для меня человек. Я не могу допустить, чтобы с ним что-то случилось.

Фань У Шэ после недолгой паузы:

- Если самый важный для тебя человек умрет, ты сможешь встретиться с ним в Подземном мире.

Как я с тобой...

- Если учителю повезет вознестись, это будет здорово, но тогда я его больше никогда не увижу. Если не сможет и продолжит быть судьей, он никогда не сможет путешествовать по миру и пить вино, он будет очень опечален. Если он перевоплотится, я никогда его не увижу, и тогда печалиться буду я, - Се Би Ань потер пульсирующие виски. - Учитель не может умереть. Он не должен умереть.

- Он не умрёт, - голос Фань У Шэ перестал звучать по-детски, в голосе послышалась твердая уверенность. - Мы узнаем правду и не позволим Ли Бу Юю навредить нашему учителю.

Се Би Ань сжал кулаки:

- У Шэ, научи меня технике меча Цзунсюань.

- Ты действительно хочешь этому научиться?

- Да, - взгляд Се Би Аня был твердым. - Я недостаточно силён. Если я буду сильным, то и ты не пострадаешь, и мастеру смогу помочь. Техника меча Цинфэн учителя сильная, но мне почему-то кажется, что техника меча Цзунсюань мне подходит больше. Я хочу освоить ее.

- Ты говорил, что мог угадывать движения моего меча.

- Да, разве это не значит, что меня с этой техникой меча связывает судьба? Я не буду ее демонстрировать перед другими, так что учитель не узнает. Может, мы сможем объединить эти две техники, Цинфэн и Цзунсюань, это должно значительно увеличить силу меча, так ведь?

Фань У Шэ кивнул:

- Хорошо, я научу тебя.

В предыдущей жизни Цзун Цзы Хэн достиг восьмого уровня меча Цзунсюань. Этот талант впечатан в его судьбу, даже реинкарнация этого не изменит.

Фань У Шэ смотрел на восторженного Се Би Аня и чувствовал странное стеснение в груди. Необычайный талант - это одновременно и дар, и проклятие. Он вспомнил, что сказала ему Шэнь Ши Яо - солнце и луна не могут светить одновременно.

В этом и корень всех трагедий.

К счастью, в этой жизни у них нет конфликта интересов, поэтому у Се Би Аня нет возможности стать Цзун Цзы Хэном.

***

Пока Фань У Шэ восстанавливался от ран, Чжун Куй обменялся с сектой Чуньян письмами. Он пытался убедить Чжао Вэня потревожить Сюй Чжи Наня, чтобы тот вышел из уединения.

Сначала он хотел отправиться к ним сам, но его остановил Се Би Ань. Тот очень нервничал из-за изменений в Книге Жизни и Смерти, потому твердо заявил учителю, что не пустит его туда. В конце концов, они пришли к консенсусу. Они дождутся, когда Фань У Шэ оправится от ран, и если Чжао Вэнь к этому времени так ни на что и не решится, то они отправятся в секту Чуньян втроем.

В итоге, Чжун Куй скучал, сидя в своем дворце, Се Би Ань вырывался из Подземного мира только, чтобы собрать души и сделать необходимые покупки. Все остальное время он отдавал тренировкам с мечом. Фань У Шэ наставлял его в постижении техники меча Цзунсюань. Как Се Би Ань и думал, у него, похоже, была врожденная совместимость с этой техникой меча. Он быстро учился и вскоре уже достиг значительных успехов.

Наблюдая за Чжун Куем и Се Би Анем, Фань У Шэ заметил, что учитель хоть и значился хозяином, функцию главы семьи исполнял его ученик. Все заботы, большие и маленькие, Се Би Ань взвалил на свои плечи, словно обязанность быть «старшим сыном» была у него врожденной. Впрочем, также вел себя и Цзун Цзы Хэн.

Например, чтобы поскорее вылечить Фань У Шэ, Се Би Ань прописал ему лечебный суп. В погоне за эффективностью пришлось пожертвовать вкусом. Чжун Куй и Бо Чжу кривились и жаловались, поедая его. Фань У Шэ тоже не нравился суп с горьким привкусом, но он не жаловался. Во-первых, ему нравилась забота Се Би Аня, а во-вторых, он знал, что жаловаться бесполезно. Последнее слово в вопросе еды всегда оставался за Се Би Анем.

Скоро его раны зажили. Потеря крови была восполнена. Лечебный суп перенаправил свое воздействие на иные органы, в итоге у Фань У Шэ появились некие неконтролируемые реакции.

Сегодня ночью раны у него зудели. Днем Фань У Шэ еще держался, но засыпая, ночью, порой расчесывал кожу до крови. Чтобы помешать этому, Се Би Ань спал с ним. Фань У Шэ уснул, его окутал освежающий аромат орхидей, кровь в его венах закипела и разнесла огонь по всему телу. Сознание было затуманено. Какая-то до дрожи соблазнительная сладость манила и искушала его. Хотелось слиться с ней, впечатать ее в свои кости...