Глава 70.

После наступления темноты.

Цзун Цзы Хэн тихо встал с кровати и переоделся в темное одеяние.

Раны его не волновали. Он с нетерпением ждал возможности убедиться, что с его дядей все в порядке.

Дворец Уцзи был выстроен рядом с горой. В пещере на этой горе и уединялись для самосовершенствования заклинатели клана Цзун. Эта пещера сформировалась в давние времена. В человеческом мире духовная энергия с каждым годом истощалась, в этой пещере она оставалась такой же концентрированной, как и в прежние времена. Таких пещер в мире было немного. Каждая уважаемая секта искала такие места, чтобы иметь возможность ускорить совершенствование своих членов. Только имея такую пещеру, свою технику и магическое оружие, можно было взлететь на вершину мира совершенствования.

Драгоценная пещера клана Цзун тщательно охранялась и была защищена барьером. Согласно родовым правилам, войти туда могли только те, в ком текла кровь клана Цзун. Помимо этого без разрешения главы семьи Цзун вход туда был запрещен. Цзун Цзы Хэн был там несколько раз, но впервые собирался войти туда тайно. В нем течет кровь клана Цзун, барьер его не остановит.

Цзун Цзы Хэн, обойдя охрану, вошел в пещеру.

Место уединения Цзун Мин Фу было защищено дополнительным барьером, который не позволял никому беспокоить мастера, ушедшего в уединение. Цзун Цзы Хэн снял печать, не повредив барьера. Он стоял перед входом и долго колебался.

Уйдя в уединение, заклинатели отказывались от еды и запирались на долгие годы. Что происходило внутри, никто снаружи не знал. Если Лу Чжао Фэн солгал, он помешал бы дяде в его культивировании, если бы его поймали, он даже не смог бы объяснить свое вторжение.

Цзун Цзы Хэн подпрыгнул и бесшумно взлетел на крышу пещерного строения, осторожно приподнял несколько черепиц и посмотрел вниз.

Внутри никого не было.

Цзун Цзы Хэн почувствовал, что сердце его пропустило удар, раны на теле отозвались резкой болью.

Он спрыгнул с крыши, открыл дверь и ворвался внутрь.

В отличие от экстравагантной роскоши и великолепия дворца Уцзи, эта комната была оформлена очень просто – никаких лишних вещей, чтобы нично не отвлекало от медитаций. Уединение всегда сопровождал аскетизм, совершенствовать нужно было не только тело, но и разум.

Спрятаться здесь было негде.

Здесь никого нет. Где Цзун Мин Фу?

Все в мире знали, что Цзун Мин Фу был в уединении уже пять лет. Уединение – это не развлечение, покинуть его без причины невозможно. Так почему здесь никого нет?

Цзун Цзы Хэн вздохнул и беспомощно заметался по маленькой комнате, не зная, что делать.

Могут ли слова Лу Чжао Фэна быть правдой, и его дядя...

Тут Цзун Цзы Хэн заметил, что соломенные циновки, разложенные на полу, лежат неровно – одна из них заходила на другую.

Его дядя имел несколько эксцентричный характер, любил порядок – все должно лежать на своих местах и в определенном порядке. Он никогда бы не смирился, чтобы циновки, на которых он сидел, лежали неровно. Здесь кто-то побывал?

Цзун Цзы Хэн подошел и приподнял одну из циновок. И увидел под ней засохшие темно-коричневые разводы. Его сердце упало, он отодвинул циновку. Высохшие разводы на полу – это были пятна крови!

Ноги Цзун Цзы Хэна обмякли, он сполз на пол.

- Дядя... - Цзун Цзы Хэн дрожащими пальцами провел по пятнам крови на полу. Беспредельный холод свирепо пронзил его меридианы, заморозив бегущую по венам кровь.

Его дядя был его учителем и с трехлетнего возраста обучал его боевым искусствам, это он подарил ему первый в его жизни меч...

Он вспомнил, как пять лет назад его дядя сжал его плечо и сказал ему:

- Хэн-Эр, ты вырос. Теперь учить Цзун Цзы Сяо будешь ты. Дядя может спокойно отправиться в уединение. Когда я достигну восьмого уровня и выйду из уединения, я обязательно восстановлю престиж нашего клана.

Цзун Цзы Хэн опустился на колени и поклонился впитавшейся в половицы крови, прижавшись лбом к холодному полу. Сердце пронзила страшная боль, из глаз хлынули слезы.

Лу Чжао Фэн не мог войти в пещеру клана Цзун. Он никак не мог знать, что здесь произошло, если бы ему кто-то не рассказал. Значит, то, что он сказал... было правдой?

Отец, ты... убил своего родного брата?

Цзун Цзы Хэн в панике вернулся в свою спальню и увидел Цзун Цзы Сяо, со скрещенными на груди руками сидящего на его кровати.

- Почему ты...

- Где ты был?

Они заговорили одновременно.

- Твои раны еще не зажили. Где ты, черт побери, шлялся в таком наряде? - Цзун Цзы Сяо встал с кровати и подошел к нему. - Что ты скрываешь от меня? Между нами, братьями, никогда не было никаких секретов. Почему после того, как ты связался с Сюй Чжи Нанем, ты всегда что-то скрываешь от меня?

Цзун Цзы Хэн еще не оправился от своего горя. Он был настолько физически и морально истощен в этот момент, что не хотел ни о чем говорить. Он покачал головой:

- Ты еще молод. Не спрашивай меня ни о чем.

Цзун Цзы Сяо еще больше разгневался:

- Ты никогда раньше не обращался со мной так. Что ты скрываешь от меня?

Цзун Цзы Хэн без сил рухнул на кровать, словно пережив сражение не на жизнь, а на смерть, и его тело покрыто смертельными ранами.

- Что с тобой? - забеспокоился Цзун Цзы Сяо. – Почему ты бегаешь, когда твои раны еще не зажили! Отец запретил тебе выходить из своей резиденции. Что, если тебя поймают? - он пощупал пульс Цзун Цзы Хэна, проверил раны и гневно воскликнул. - Посмотри на себя, твои раны снова открылись.

Цзун Цзы Хэн никак не отреагировал, предоставив младшему брату суетиться вокруг него, промывая и перевязывая его раны.

Закончив с ранами брата, Цзун Цзы Сяо сел на край кровати и некоторое время пристально смотрел на Цзун Цзы Хэна, затем протянул руку и погладил уголок его покрасневших глаз:

- Брат, ты плакал?

Пустой взгляд Цзун Цзы Хэна, наконец, прояснился. Вместо привычной мягкости в его темных глазах теперь стояла бесконечная печаль.

Цзун Цзы Сяо стиснул зубы:

- Из-за Хуа Юйсинь?

Цзун Цзы Хэн не стал отрицать.

- Она тебе действительно нравилась? – в словах Цзун Цзы Сяо звучала неприкрытая ревность.

Цзун Цзы Хэн мягко кивнул:

- Сяо Цзю, знаешь, перед тем как уйти, она сказала мне, что готова выйти за меня замуж.

Цзун Цзы Сяо отвернулся, его челюсть, которая уже потеряла плавные очертания и заострилась, как у взрослого мужчины, была напряжена до предела.

- Она мертва и уже не выйдет за тебя замуж.

Цзун Цзы Хэн опустил глаза, его бледные губы задрожали. Но он ничего не сказал.

Цзун Цзы Сяо посмотрел на его дрожашие губы и пожалел, что так резко выразился:

- Брат, если ты хочешь жениться, то подожди, пока я вырасту, и я выйду за тебя замуж.

Цзун Цзы Хэн воспринял это как неумелое утешение:

- Глупый мальчишка.

- А что такого? Мама говорила, что выйти замуж за человека, которого любишь больше всего на свете, - величайшее счастье на свете, - Цзун Цзы Сяо посмотрел на него, его глаза были яркими, как звезды на ночном небе. – Я люблю старшего брата больше всех, а старший брат больше всех любит меня, так ведь?

Цзун Цзы Хэн не заметил необычайной серьезности Цзун Цзы Сяо. Он содрогнулся при мысли о том, что втайне творила Чу Ин Руо, сказавшая эти слова.

- Брат? - Цзун Цзы Сяо толкнул его, ожидая ответа. – Так ведь?

Цзун Цзы Хэн отмахнулся от него:

- Опять несешь чушь. Братья не женятся.

- Если так не было раньше, не значит, что так не может быть. Мы можем быть первыми.

Цзун Цзы Хэн медленно лёг на кровать:

- Я устал, иди к себе.

Цзун Цзы Сяо посмотрел на своего старшего брата и пробормотал:

- Я говорю серьезно.

- Хм, - Цзун Цзы Хэн даже не стал раздумывать над словами брата. Его младший брат вырос высокомерным и тщеславным, и это был не первый раз, когда он говорил что-то странное.

Цзун Цзы Сяо надулся и недовольно проворчал:

- Ты мне так и не ответил. Куда ты ходил?

- Я хотел покинуть дворец, но понял, что это невозможно, и вернулся.

- Чтобы увидеть Сюй Чжи Наня?

- Мм.

- Пфф.

В комнате наступила тишина.

Спустя долгое время Цзун Цзы Сяо заговорил, его голос звучал подавленно:

- Брат, почему ты отстранился от меня?

Услышав обиду в его голосе, Цзун Цзы Хэн смягчился, посмотрел на брата, сидевшего на кровати спиной к нему, и вспомнил, как этот ребенок, бывало, дулся на него, пряча от него свое лицо. Его тоненькая спина уже не такая хрупкая, скорее по-юношески крепка. Через несколько лет он вырастет и еще больше возмужает, возможно, станет даже выше него, и больше не будет младшим братом, который во всем полагается на него.

Почему время летит так быстро? Жизнь, как падающая звезда, промчится, и не заметишь.

Цзун Цзы Хэн успокаивающе прошептал:

- Я вовсе не отталкиваю тебя. Старший брат просто расстроен, ему нужно время.

- Я знаю, что тебе тяжело, поэтому я здесь с тобой, - Цзун Цзы Сяо обернулся и грустно проговорил. - Я так сожалею, что мы тогда с тобой пошли через город Гуто. Если бы это не случилось, мы бы не вляпались во все эти неприятности.

Эти слова в очередной раз потревожили израненное сердце Цзун Цзы Хэна. Вспоминая все, что произошло за последние четыре года, если бы он мог начать все заново, что бы он сделал? Он бы принял участие в состязаниях Цзяолун, победил бы, получил бы признание отца, исполнил бы желание матери. И что, тогда ничего бы этого не произошло?

Правда? Действительно?

Нет. Чэнь Синъюн и Лу Чжао Фэн все равно убивали бы заклинателей и вырезали их ядра, его дядя все равно был бы мертв, а его отец продолжил бы гоняться за его золотым ядром. Ничего бы не изменилось. Кроме одного – он бы ничего об этом не знал. Нет, он предпочитает знать.

Цзун Цзы Хэн закрыл глаза, не в силах сдержать страх, пронизывающий каждую его клеточку.

Даже в этот момент он все еще не хотел в это верить. Он придумывал всевозможные оправдания. Он просто не мог принять, что его отец хочет украсть его золотое ядро.

Даже если у него не было поддержки со стороны семьи матери, даже если его не любили, они все равно были отцом и сыном.

Цзун Цзы Сяо посмотрел на своего старшего брата, который снова погрузился в свои тяжелые раздумья, и в очередной раз пожалел о своих словах:

- Брат, тебе нужно отдохнуть. Я приду к тебе завтра утром, - неохотно встал и направился к двери.

- Сяо Цзю.

Цзун Цзы Сяо повернул голову.

Цзун Цзы Хэн мягко, но твердо произнес:

- Что бы ни случилось, ты всегда останешься моим младшим братом и тем, кого старший брат любит больше всех.

Цзун Цзы Сяо широко улыбнулся:

- Мм, я знаю.

Что бы ни случилось, старший брат защитит тебя.