51. Ох, Чэньмо...
Старейшиной Ди Цин оказался седой подслеповатый старик, живущий недалеко от пристани. Он сидел у маленького каменного домика, перебирая в руках потрёпанную временем рыболовную сеть, кажется, пытаясь латать дыры в середине с помощью кусков, отрезанных с края. Его морщинистое обветренное лицо, показавшееся Сашке смутно знакомым, словно замороженное, замерло в суровом выражении. Когда Система добросовестно начислила очередные пятьдесят баллов, молодой человек отбросил попытки вспомнить, видел ли старика прежде, и с лёгким кивком обратился к нему:
- Доброго здравия, старейшина!
- А, господин заклинатель... - неприветливо отозвался тот, даже не поднимая глаз, - Чем обязан?
Чувствуя себя тем ещё нахалом, Сашка решил не юлить и выложил всё, как есть:
- Пришёл просить Вас выделить корабль, чтобы вывезти детей на материк.
- Детей на материк? Это ещё зачем? Не уж-то Дунго и детей теперь у нас отнимет? - удивился старик, наконец, обратив внимание на гостя, хотя в голосе его слышался скорее скепсис, чем настоящее удивление.
- Вы неверно меня поняли, старейшина. Я не посланец Дунго.
- Тогда кому же понадобились наши дети?
- В сущности никому, - слегка растерялся Сашка, - Разве что их собственному будущему...
- Будущему... - хмыкнул старейшина, возвращаясь к своему делу, - Скажите, господин заклинатель, и какое будущее ждёт их на материке?
- Я не знаю. Но то, что ожидает их здесь, - не лучший выбор.
- Здесь у них есть наша забота и защита Губернатора Му.
- Но Губернатора больше нет, - Объявил Сашка, - Он пропал. Возможно мёртв.
Эта новость моментально изменила поведение старейшины. Его руки замерли, забыв о деле. Заметно помрачнев, он некоторое время помолчал, обдумывая ситуацию, и строго спросил:
- Что намерена делать Госпожа Фань?
- Она возвращается в Дунго. Но у меня есть ещё два дня, чтобы закончить дела здесь. И я хочу вывести хотя бы детей.
- Дунго позволило?
- Я не спрашивал, - признался Сашка, наблюдая, как с каждым его ответом старик становится всё серьёзнее.
- Куда Вы отправитель?
- Я думал, в Куанчэн. Но эта идея уже не кажется такой хорошей...
Ведь спасать детей от фактически рабского будущего на территории Дунго просто глупо. А куда ещё, Сашка не представлял. Часть суши, принадлежащая Ван Лэю, необитаема. Чтобы добраться до территорий остальных орденов, двух дней будет точно недостаточно.
Вообще с каждой минутой эта затея казалась Сашке всё более и более бредовой. Вывозить детей с насиженных мест неизвестно куда. Он ведь не сможет остаться с ними, чтобы помочь и защитить, так и оставит детишек в совершенно незнакомом для них мире. И ладно бы - лето. Но близится зима. Уже выпал первый снег, и температура с каждым днём падает. Здесь у них действительно есть крыша над головой и хоть какая-то пища, но что будет ожидать их на материке?
Старик, задумчиво кивая головой, возможно, размышлял о том же, но неожиданно легко согласился:
- Да будет так.
Он поднялся, отложил свою сеть и, теперь более внимательно оглядев собеседника, учтиво сложил перед собой руки и низко поклонился, прежде, чем Сашка успел остановить его.
- Прошу Вас, господин заклинатель, позаботьтесь о нашей молодёжи! - как-то излишне церемонно протянул старейшина, словно успел отрепетировать эту сцену множество раз, - Не позвольте Дунго и Мятежным Островам забрать их жизни!
Сашка опешил поначалу, смущённый столь внезапной переменой, но подняв старика за локти, объяснил:
- Я смогу перевести их, но не смогу остаться с ними, чтобы позаботиться.
- О, не беспокойтесь! - взмахнул рукой старик, - Переправьте их через Море Скорби к берегу справа от реки ЦзэЦзин. А на той стороне их встретят. Больше мы не станем Вас утруждать. Но прошу Вас, возьмите с собой всех молодых... Пойдёмте, я покажу корабли.
Не теряя времени и не дожидаясь ответа, старик направился к выходу со двора, и Сашка, последовав за ним, обнаружил, что за низенькими каменными стеночками уже собралась целая толпа пожилых людей. Все они, очевидно оторванные от своих повседневных трудов, затаив дыхание слушали разговор старейшины с заклинателем, а стоило тем выйти, бросились к Сашке кланяться и просить позаботиться об их детях и внуках.
От всего этого Сашке было не по себе, но он принимал поклоны, чувствуя, что старикам это нужно. И это наводило на мысль, почему?
- Почему молодежь не покинула острова раньше, если есть кому встретить их на той стороне? - Спросил Сашка, когда толпа отступила.
Старейшина несколько замялся с ответом на этот раз. Глянув на заклинателя исподлобья, он пояснил:
- Пересечь Море Скорби слишком сложно для нас, простых смертных. Многие уже пытались, но немногим это удалось. Заклинатели Дунго не поскупились на создание преград. Дунго боится, что мы можем начать вывозить руду для Альянса. Прошу Вас, будьте осторожны...
- Разумеется, старейшина. Однако мне понадобится помощь с навигацией.
- Конечно-конечно. С вами отправится Юн Шу. Он уже не раз ходил до Куанчэна, когда блокада ещё не была столь суровой, и хорошо знает путь... А вот и он.
Выходя к пристани, старейшина указал на жилистого невысокого мужчину лет тридцати, осматривающего борт небольшой двухмачтовой джонки. Завидев старейшину с заклинателем, он выпрямился и тут же коротко поклонился, бросив хмурый и недоверчивый взгляд на Сашку.
- Старейшина, - обратился мужчина зычным голосом, очевидно привыкшим перекрикивать шум волн, - Так это правда? Мы отправляемся на ту сторону?
Сашка хмыкнул, пораженный тем, как быстро на острове распространяются новости. Видимо та хромая старушка на самом деле обладает завидной прытью. А может быть все уже давно готовились к чему-то подобному?
Старейшина впервые улыбнулся и с радостью подтвердил слухи:
- Да, Сяо Юн. Господин Заклинатель предложил переправить детей, и я взял на себя наглость навязать ему и вас, молодых.
Юн Шу снова взглянул на заклинателя, теперь со смесью недоверия и удивления.
- А как же Вы? Что будет со старшими?
- Не беспокойся о нас, Сяо Юн, - ответил старейшина, похлопав мужчину по плечу, - Отправляйся, укажи господину заклинателю путь к реке Цзэцзин. Старый Ди Лю встретит вас там. А мы уж как-нибудь справимся. Подготовь судно, возьми, всё, что нужно. Я принесу зерно. Теперь позвольте откланяться, господин заклинатель...
Старик ушёл, оставив Сашку наедине с Юн Шу, и чтобы не терять время на налаживание контакта с очевидно не стремящимся к этому моряку, молодой человек сразу перешёл к делу.
- Какой корабль мы можем взять? - спросил он. А получив в ответ кивок, указывающий на ближайшую джонку, заметил: - Выглядит не слишком надёжно... Может, Вам помочь с ним?
- А чем Вы сможете помочь? - с вызовом и презрением отозвался Юн Шу, - Может, у Вас в платье припрятана пара досок и запасная мачта?
- Ну, мачт не припрятано, - усмехнулся Сашка, благоразумно придержав шутку про "ствол", - Но если Вы скажете, какие есть проблемы, я мог бы предпринять что-то посильное...
Юн Шу умерил своё раздражение и обернулся к джонке.
- Неплохо было бы укрепить дно, - сказал он, - Прилив ещё невысок, мы можем столкнуться с рифами.
- Я подумаю, как это можно решить. А зачем мачта?
Вместо ответа мужчина странно усмехнулся, снова взглянув на заклинателя с лёгким презрением, и молча пошёл осматривать другие суда. Сашка невольно заподозрил, что с шуткой про "ствол" его опередили...
Пока поблизости никого не было, молодой человек забрался на борт джонки и, устроившись на палубе спиной к мачте, раскинул своё поле сознания, охватив всё судно целиком. Перебрав несколько бредовых идей по укреплению дна, он остановился на том, что идти куда-то и искать подходящие материалы ему просто лень, и решил использовать тот ресурс, что был вокруг в избытке. А именно - воду.
Вернувшийся через некоторое время назад Юн Шу принёс целую стопку простых циновок, которые снял с других кораблей, чтобы заменить истрепавшиеся паруса, и застал заклинателя спящим. Сбросив ношу на мостки, он был готов разразиться руганью, однако вовремя обратил внимание на то и дело выглядывающий из-под воды и поблескивающий сизый налёт на бортах судна. Опустившись на колено и прикоснувшись к этому налёту, Юн Шу отдёрнул руку, словно обжёгся о тонкую искрящуюся корку льда. Он вскочил на ноги и в смятении ринулся к спящему на палубе заклинателю, чтобы выяснить, что тот сотворил с его джонкой, но чья-то рука, опустившаяся на плечо, остановила его.
- Не буди его... - прозвучал тихий, но ясный женский голос.
Юн Шу презрительно скинул с плеча руку и, развернувшись к женщине злобно прорычал:
- Ты мне не указ, Ци Жэнь! Займись своими делами!
Женщина посторонилась, но не ушла, отведя взгляд на Защитника.
- Что, пришла поглазеть на заклинателя? - недобро улыбнулся Юн Шу, проследив за её взглядом, - Думаешь, он заберёт тебя с собой? Для него ты ничем не лучше калеки! Лучше бы старейшина прирезал тебя из жалости...
Сплюнув женщине под ноги, Юн Шу ушёл.
Услышав рядом лёгкий шорох шагов, Сашка открыл глаза и обернулся. Ди Жэнь стояла на пристани и явно смотрела на него ещё мгновение назад, а теперь поспешно отвела взгляд в растерянности.
- Вы не спите... - прошептала она.
- Сложно уснуть, когда рядом кто-то обижает женщину, - вздохнул Сашка, - Зачем Вы это терпите, Ди Жэнь?
- Ерунда, - неискренне отмахнулась сестрица Жэнь, - У этих людей есть все права ненавидеть меня. Юн Шу потерял всю семью пять лет назад. Многие потеряли своих близких... Но всё же позволили мне жить среди них. Дали кров и пищу. Это уже хорошо.
- Кажется, Вы не знаете значения слова "хорошо"... Человеческое отношение - это хорошо. Уважение и равенство - это хорошо. А кров и пища - это норма. В конце концов, Вы их заслужили.
- Кажется, Вы живёте в другом мире, господин Защитник, - покачала головой женщина.
Уняв тревогу ёкнувшего сердца, Сашка постарался улыбнуться в ответ, понимая, что это выражение не стоит воспринимать буквально.
- Вы правы, я идеалист, - кивнул молодой человек, завершая опасную тему, - Юн Шу назвал Вас Ци Жэнь. Могу я узнать, почему?
- Люди убеждены, что Дунго бросило меня здесь за ненадобностью...
- А это не так? - удивился Сашка. Но, сообразив, что его слова звучат, как насмешка, поспешил извиниться: - Простите...
- Нет, всё верно, - перебила его Ди Жэнь, - Никто не пришёл за мной за эти годы. Нет сомнений, Дунго отвернулось от меня... Но я отвернулась от Дунго первая.
Она улыбнулась с таким искренним удовлетворением, с каким улыбается человек, осознающий, что сделал правильный выбор, несмотря на то, куда это его привело, и Сашка не сдержал ответную улыбку, поддавшись её заразительной лёгкости. В этот момент ему показалось, будто солнце осветило ласковым лучом унылую серость островов и снова скрылось... Хотя с самого утра и так стояла ясная погода.
С той же легкостью Сашка отметил, что общение с Ди Жэнь снова не вызывает в нём никакого отторжения, а напротив, теплоту и сочувствие, и постарался найти достойный повод, чтобы его продолжить.
- Вы ведь не просто так пришли, Ди Жэнь? - спросил он с надеждой, - Возможно, Вам нужна какая-то помощь?
- Действительно, - спохватилась женщина, - Если Вас не затруднит...
- Нисколько! - заверил Сашка, шустро спрыгнув с джонки и выражая полную готовность к действиям, - Что я могу сделать для Вас?
И это рвение не осталось незамеченным, несколько смутив сестрицу Жэнь. Она даже сделала короткий шаг назад, возвращая приличествующую дистанцию, и заговорила сбивчиво, пряча глаза и улыбку.
- Это Чэньмо... Похоже, он не хочет покидать остров... Я подумала, может Вы могли бы поговорить с ним?
- Ну что ж, давайте попробуем.
Сашка не представлял, как ему говорить с аутичным мальчиком, но не хотел показаться слабее хрупкой, но такой стойкой девушки. Или разочаровать её... К тому же он питал некоторую надежду на то, что Силы Души смогут помочь подправить психическое состояние ребёнка, ведь с госпожой Юань это уже удалось.
По пути к приюту Ди Жэнь не торопилась, задав скорее прогулочный темп шага, и даже сама завела беседу. Правда её тема была не самой приятной.
- Господин Защитник, что всё-таки произошло в рудниках? - осторожно спросила Ди Жэнь, - Как Вы оказались в таком состоянии?
- Вы смогли связаться с Губернатором Му? - вместо ответа спросил Сашка. Ди Жэнь отрицательно покачала головой, и молодой человек, легко поверив ей, рассказал то, что знал о случившемся: - Губернатор нашёл меня в руднике и вывел наружу. По некоторым обстоятельствам я заподозрил его в дурных намерениях. А когда высказал свои подозрения, он ударил меня по голове, и я... Потерял сознание. Что было дальше, я не знаю. Надеялся, Вы мне расскажете, как я оказался в шахтах.
- Простите... Я не знаю. Но Губернатор... На него это не похоже. Возможно, Вы неверно расценили его действия?
- Он проломил мне череп! Что тут можно неверно расценить? - моментально вскипятился Сашка.
- Когда я нашла Вас, на Вашем теле было множество ранений, господин Защитник. Были следы порезов и ударов.
Услышав это, Сашка остановился. Ему на ум пришла картина, как второй Ван Лэй в припадке гнева снова истязает тело своего возлюбленного Ян Лу. Но эту мысль он отверг сразу. Просто потому, что она ужасала больше, чем в первый раз, ведь теперь, когда вторая личность безумца обрела сознание, списать на безумие его жестокие действия было бы уже невозможно. А ещё, те странные следы порезов, которые он обнаружил на своей одежде после падения в колодец, и так напоминающие следы на одежде Ван Лэя после схватки с Линьфэн, говорили о том, что нанёсший их не собирался наносить телу смертельных ран. Да и если верить Сяохэ, второму Вану нужна душа Сашки, а не его смерть.
"А Губернатору - что вообще нужно было ему? - потирая виски думал молодой человек, - Он упоминал, что имел какие-то договоренности с Первым Защитником. Вряд ли ему есть польза от моей смерти... Возможно, Ди Жэнь права, и я что-то не так понял... Но кто-то же нанёс все эти повреждения, затащил тело в рудник, протащил его через узкое место, приложив к этому уйму сил, физических и духовных! Кто? И зачем? Ничего не понимаю..."
- Сестрица Жэнь! - выдернув Сашку из задумчивости, прозвучал звонкий голос бегущего навстречу приютского мальчишки, - Чэньмо забрался на крышу и боится слезать!
Сашка взглянул в сторону приюта, крыша которого уже виднелась над камнями, и действительно увидел там маленькую фигурку ребёнка. Поспешив к дому, он влетел во двор и, используя потенциал тела заклинателя, тут же взвился по стене на крышу. Чэньмо сидел там, поджав ноги, и обнимал печную трубу. Его трясло от страха, глаза бесцельно бегали по сторонам, а рядом с ним, на расстоянии чуть больше вытянутой руки лежала маленькая деревянная лошадка. Что она там делала - не сложно было догадаться.
Бросив суровый и пристальный взгляд на столпившихся внизу детей, Сашка строго спросил:
- Зачем вы это сделали?
Ребята виновато потупились, шмыгая носами, и начали невпопад объяснять случившееся:
- Мы хотели заставить его выйти из дома. Взяли его игрушку, чтобы он пошёл за ней, а он совсем озверел... Полез драться. Ди Чэну нос разбил... Ну, мы и закинули её на крышу.
Сашка не стал дослушивать объяснения. Подойдя к Чэньмо, он сел рядом и положил руку мальчику на плечо. Ребёнок вздрогнул и вцепился в трубу ещё крепче, больше никак не реагируя на присутствие взрослого. И даже когда Сашка протянул ему его игрушку, мальчик не обратил на неё внимание.
- Не бойся, Чэньмо, - поглаживая мальчика по спине, утешал его Сашка, - Смотри, лошадка твоя здесь. Она не боится, и ты не бойся.
Ребёнок не менялся, зацикленный на каких-то своих внутренних переживаниях. А когда Сашка попытался отцепить его руки от трубы, тот стиснул зубы и начал рычать. Конечно, применить силу и спустить мальчика с крыши не составило бы труда для Сашки, но оставило бы ещё одну травму в хрупкой, искалеченной психике ребёнка. Поэтому молодой человек решил использовать этот момент частичного уединения, чтобы попытаться исправить его недуг.
Душа охотно пришла на помощь, распускаясь золотистым цветком из солнечного сплетения Сашки и устремляя свои лепестки к нуждающемуся в исцелении живому существу.
Не отводя внимания от ребёнка, Сашка наблюдал, как он сперва постепенно успокоился, перестал трястись и даже закрыл глаза, а затем заплакал. В конце концов мальчик разревелся не на шутку, пуская целые ручейки слёз по розовеющим щекам, и, отцепившись от трубы, вцепился уже в Сашку.
Через пол часа, проревевшись, Чэньмо открыл глаза и посмотрел на обнимающего его Защитника уже немного другим взглядом. Таким же упёртым, но уже более осознанным, готовым воспринимать. Это была трогательная картина преображения, и Сашка не сдержал улыбку.
- Ты как? Больше не боишься? - спросил он, сворачивая работу души, но не дождался ответа, - Чэньмо... Ничего, что ты боишься. Смотри, сестрица Жэнь и ребята внизу тоже очень испугались. За тебя. Они все за тебя переживают. Потому что вы - семья. Вместе вы сильнее. А стоит одному потеряться, и все ослабнут... Понимаешь?
Мальчик продолжал молчать, лишь внимательно смотря на сидящего рядом заклинателя. По-видимому, исцеление было недостаточным, но по крайней мере не бесполезным. Вручив ребёнку игрушку и взяв его за руку, Сашка спустил его вниз.
Дети обступили их со всех сторон, извиняясь и выражая своё сожаление, и Чэньмо уже вёл себя не столь отчужденно, как обычно, хотя по-прежнему молчал.
Когда ребята разошлись, исполняя указания Ди Жэнь по подготовке к переезду, Чэньмо всё ещё держал Сашку за руку и не желал отпускать. В присутствии ребёнка заметное напряжение повисло между молодыми людьми, и мальчик, чувствительный к переменам, заметив это, с большим интересом уставился на Сашку, окончательно смутив Ди Жэнь.
- Я помогу детям... - сказала она и убежала в дом, уже даже не пряча улыбку.
- Ох, Чэньмо... - тяжко вздохнул Сашка, - Ты... Ты когда-нибудь плавал на джонке?
___________________________
Ци Жэнь: Ци - 弃 [qi] - гл. бросить; в сочетаниях как в слове 弃婴 [qìyīng] - брошенный ребёнок; или как в слове 弃妇 [qìfù] - брошенная жена. Здесь фактически сестрицу Жэнь называют "брошенкой Жэнь". И кстати, само имя Жэнь означает - 仁 [rén] - гуманность, человеколюбие. Брошенное Дунго на островах человеколюбие...
Дорогие читатели! Простите, что так долго не писала. Тяжко идёт, устала от этих проклятых Мятежных Островов... Но ничего! Следующая глава раскроет почти все тайны и мы распрощаемся с этой унылой локацией)))