24. Лес огней.
Выскользнув из портала вслед за Ван Лэем, первым, что встретил Сашка, был шершавый, покрытый снежными наростами ствол дерева, в которое он влетел, лишь благодаря рефлексам тела Ян Лу успев выставить перед собой руку, чтобы смягчить удар. Судя по тонкому аромату смолы, исходящему от ствола, это было какое-то хвойное дерево. По сторонам от него простирался частокол укрытого снегом леса, теряющийся в необычайно густой, мутной мгле. Призывать свой свет Сашка не смел, понимая, что это не лучшая идея для того, кто хочет остаться незамеченным.
Ван Лэй всё ещё держал Защитника за руку, в спешке рисуя в воздухе новую печать, очень бледного голубого цвета, очевидно используя минимум личной энергии. Закончив и оттолкнув её, заклинатель стал наблюдать, как печать удаляется в гущу леса, и впервые заговорил глухим, еле различимым шёпотом:
- Веди себя тихо и не пользуйся силой. Постарайся скрыть её. Здесь могут быть охранные печати и обереги. Ничего не трогай и не отставай от меня. Всё понял?
- Да, - деловито кивнул Сашка, чувствуя, как сердце начинает ускорять свой бег в предвкушении опасностей и возможной погони.
Мужчины начали движение вслед за успевшей скрыться из вида печатью, и Сашка очень старался не отставать и ступать по скрипучему на морозе снегу как можно тише, след в след.
Он, наконец, начинал чувствовать себя самым настоящим героем какого-нибудь фэнтезийного экшена, а не просто второстепенным калекой или узником чёрного подземелья, и был готов выложиться на все триста процентов, чтобы проявить лучшие качества искусного беглеца и подельника. Как вдруг в темноте метрах в двадцати чуть в стороне от них прямо на стволе дерева вспыхнул тусклый жёлтый огонёк.
Ван Лэй резко остановился и сжал плечо защитника, быстро шепнув:
- Замри!
Огонёк оторвался от дерева, оставив на нём чёрную обугленную каверну, и поплыл по воздуху, подобно Сашкиным головастикам, изящно маневрируя между стволами, прямо в сторону мужчин. И тогда стало ясно, что он вовсе не тусклый, а просто кажется таковым из-за окутавшей весь лес плотной ледяной взвеси, которую теперь живописно пронзали лучи мягко-жёлтого света. Сашка даже подумал, может ли это быть шаровой молнией?
Ван Лэй всё не шевелился, и Сашка то ли от волнения, то ли от восторга затаил дыхание, ожидая, что же будет дальше. Когда огонёк преодолел чуть больше половины расстояния до людей, позади него пронеслась еле заметная чёрная тень, напоминающая птицу, и, словно пойманный завихрением воздуха, огонёк был увлечён вслед за ней. С удивительной скоростью тень и свет умчались в противоположном направлении и вскоре затерялись за стеной леса.
Ван Лэй медленно, словно во сне повернул голову и взглянул на Защитника с неразличимым в темноте, и оттого весьма интригующим выражением лица. Сашка понял: это было чертовски опасно! Он сдержал своё любопытство и не стал спрашивать, с чем им только что довелось столкнуться, и заклинатель в полном молчании повёл его дальше, на сей раз двигаясь заметно медленнее и более осмотрительно.
Мужчины продолжали идти без остановки несколько часов, и в какой-то момент Сашка вдруг осознал, что в лесу уже заметно светлее, и даже можно разглядеть коричневый оттенок коры на ближайших деревьях и зелень хвои, проглядывающей сквозь снег над головами. Постепенно мрак ночи отступал, преследуемый тусклым розовым рассветом, но ледяной туман всё ещё затруднял видимость, хотя и придавал зимнему пейзажу особый шарм. Шаги заклинателя становились всё увереннее, пока впереди в тёмной стене стволов не замаячили узкие полосы просветов.
Ван Лэй остановился, снова быстро начертил в воздухе ту же таинственную бледную печать, и, отослав её, наблюдал, как она удаляется в сторону просветов.
Пока заклинатель не тронулся с места, Сашка имел возможность оглядеться по сторонам, и цепкий взгляд быстро вычленил из нормального окружения несколько странных деталей. Во-первых, на некоторых стволах в поле его видимости чуть прикрытые снежными наростами зияли чёрные полукруглые провалы, которые при беглом взгляде можно было бы принять за дупла. А во-вторых, причудливую чёрную корягу, торчащую из-под снега прямо у его ног, при внимательном рассмотрении Сашка определил, как... обугленный труп какого-то мелкого животного, типа белки или некрупного зайца, застывший в неестественной пугающей позе. Присмотревшись к другим "корягам", молодой человек нашёл и пару птиц, полностью лишившихся оперения и похожих на горелых цыплят. Сопоставив эти детали с увиденным ранее огоньком, преследующим птицу, и угольным следом, оставшимся от него на дереве, Сашка почувствовал, как волосы на затылке встают дыбом, и в очередной раз порадовался своей невероятной удаче.
В этот момент впереди раздался звук небольшого приглушённого взрыва, словно кто-то взорвал петарду в глубоком сугробе, и оттуда, где только что пролетала печать Ван Лэя, взметнулся сноп шипящих, быстро гаснущих искр. А вместо самой печати в воздухе завис ровно горящий жёлтый огонёк. Через мгновение из-за него показалось ещё два таких же плавно плывущих по воздуху огонька.
- Огненные обереги, - с мрачным видом прошептал Ван Лэй.
Сашка чуть ни присвистнул, услышав знакомое название. В период войны заклинателей огненные обереги использовались Альянсом Праведных Орденов для защиты важнейших стратегических объектов, а в последние месяцы и для осады Ордена Серебряного Змея. Сами огоньки в новелле никогда не описывались, зато неоднократно всплывали реплики свидетелей их работы, полные ужаса и проклятий, даже от лица сторонников праведного пути. А особенность этих огненных оберегов была в том, что они могли длительное время спать в полном покое, не теряя силы, пока их не разбудит творящаяся поблизости магия, резкий звук или даже движение. Поглощая чью-то жизнь, будь то человек или животное, эти огоньки раздваивались. И уже пробудившийся оберег способна уничтожить лишь магия, которая в свою очередь по цепной реакции может пробудить и другие огни, таящиеся поблизости.
Конечно, для Великого Заклинателя, коим прослыл Ван Лэй, не составит большого труда разобраться с несколькими огоньками, но количество меток на деревьях и трупов животных на нескольких квадратных метрах вокруг говорило о том, что огненных оберегов здесь определённо гораздо больше. Теперь этот живописный заснеженный лес больше напоминал настоящее минное поле.
Сашка снова обратил внимание на бедных животных, не сумевших избежать встречи с огненными оберегами, и задумался, сколько нужно огоньков, чтобы до смерти поджарить взрослого мужчину.
Проследив за взглядом Защитника, Ван Лэй склонил голову на бок и задумчиво прищурился. Видя, как тёмный заклинатель заинтересовался трупами, Сашка в свою очередь повторил этот жест, быстро уловив ход мыслей безумца.
Молодой человек весь обратился во внимание, пристально глядя на заклинателя, и не сумел сдержать улыбку, предвкушая предстоящее зрелище, редкое даже для этого мира. Ведь чтобы поднять труп человека, большинство тёмных заклинателей потратили бы добрых полчаса и чёртову прорву сил, а уж за трупы животных никто бы и браться не стал, не сочтя это вложение рентабельным. Но только не Ван Цяньли.
Ещё с раннего детства любимой забавой главного героя было поднятие трупов мелких животных и организация чего-то вроде домашнего цирка, впрочем, от представлений которого в панике бежали все домочадцы и слуги. Своё мастерство на животных Ван Лэй оттачивал до тех пор, пока не сумел поднять птицу щелчком пальцев. Правда, та птица была уже приготовлена и выставлена на праздничный стол...
Этот нездоровый с точки зрения любого нормального человека интерес молодого господина Ван и вынудил его сходящую с ума от ужаса мать поддаться на уговоры старейшин тёмного ордена и отдать мальчика в школу праведных заклинателей.
В защиту тогда ещё совсем юного Ван Лэя надо сказать, что при всех его странных и, порой, пугающих наклонностях он лишь поднимал мёртвых животных и никогда наоборот. В отличие от некоторых его праведных соучеников, не видящих жестокости в том, чтобы подбить камнем неловкую пичугу или зазевавшегося мышонка.
В памяти Сашки всплыла сцена из новеллы, в которой главный герой, будучи подростком, решил как-то проучить своих жестоких соучеников, заслав к ним в комнаты всех доступных мёртвых птиц и мелких зверюшек прямо посреди ночи во время празднования Фестиваля Голодных Духов. Чем переполошил не только учеников школы, но и некоторых недовольных учителей...
Молодой человек поспешно зажал рот рукой, чтобы не прыснуть, и привлёк этим движением внимание заклинателя.
"Что?" - одним выразительным взглядом спросил Ван Лэй.
- Да так, - прошептал Сашка, силясь побороть улыбку, - Вспомнил одну твою памятную ночь на Фестиваль Голодных Духов...
- Ты даже это знаешь? - вскинул брови и сразу же нахмурился заклинатель.
По его виду можно было судить, что Ван Лэй отнюдь не гордится своей масштабной шалостью, но Сашка, очевидно пребывающий в восторге, уверенно заявил:
- Поделом живодёрам.
Заклинатель бросил ещё один быстрый подозрительный взгляд на Защитника и, не желая терять время зря, приступил к исполнению своего плана.
Он быстро начертил в воздухе довольно простую, но не похожую ни на что виденное Сашкой ранее трехмерную печать и просто продел в нее пальцы, как в какую-нибудь голографическую симуляцию. Печать легла на ладонь и объяла большой и средний пальцы своим почерневшим узором. Это небольшое использование силы тут же привлекло внимание блуждающего неподалёку огненного оберега, и он, словно самонаводящийся снаряд, ускорившись, поплыл в сторону источника энергии, оставив два других позади. Возможно использованная сила не попала в радиус их действия.
Заметив движение огонька, Ван Лэй напрягся и тихо предупредил Защитника:
- Если не сработает, и огненные обереги приблизятся к тебе меньше, чем на два чжана, проставь барьер от огня. Только не беги! Оставайся на месте и держи барьер.
Дождавшись утвердительного кивка Защитника, Ван Лэй поднёс пальцы с печатью ко рту, набрал грудью воздух и столь пронзительно и протяжно свистнул, что у Сашки тут же заложило уши. Через мгновение он этому был только рад, ведь свист, разнёсшийся по округе вместе с волной тёмной энергии, не утих, когда заклинатель опустил свою руку, а лишь набирал силу и высоту, обращаясь душераздирающим визгом, подобным крику Назгула, вызывающим головную боль.
Огненный оберег, летевший к мужчинам, моментально ускорился, но тут же был сбит тёмной энергией и с яркой вспышкой отброшен на несколько метров назад, немедленно тускнея. То же произошло и с другими оберегами. Неестественный свист наконец-то утих, не оставив после себя эха в укрытом снежной периной лесу, но то, что он разбудил первым, были отнюдь не трупы несчастных животных, а начинающие вспыхивать один за другим жёлтые огни оберегов, словно стена, преграждающая выход к просвету. Их было так много, что казалось, будто кто-то решил украсить весь лес одной бесконечной новогодней гирляндой.
И всё это ради одного человека! Какой искренний знак внимания! Это даже могло быть смешно, если бы не было так опасно... Случись этот инцидент ночью, и каждый шпион, следящий за Презренным Пиком, узнал, что Безумный Бог покинул свою мрачную обитель.
Лицо Ван Лэя очень ярко передало весь спектр его "растроганных" чувств, когда он уже не беспокоясь быть услышанным как бы невзначай спросил:
- Как думаешь, чего в лесу больше: трупов или оберегов?
- Не знаю... Но сдаётся мне, трупов вскоре может немного прибавиться... - передразнил его тон Сашка.
Заклинатель согласно кивнул, но всё же решил завершить начатое и, устремив взгляд куда-то в пустоту, вкрадчиво и властно произнёс:
- Поднимайтесь.
Тут же, подчиняясь приказу тёмного заклинателя, маленькие обугленные трупики вздрогнули и зашевелились, изворачиваясь и вставая на непослушные одеревенелые конечности, кое-где показывая красную плоть под лопнувшей коркой горелых шкур. Задрожали снежные кочки и сугробы, из-под которых выбирались всё новые чёрные, непонятные, полуразложившиеся твари, и даже над головами мужчин что-то пришло в движение, сбросив вниз ворох лёгких рассыпчатых снежинок. Сашка невольно вздрогнул и зашевелился и сам, с восстающими на голове волосами наблюдая то, что теперь не так уж восторгало его, как во время чтения новеллы. Шествие обугленных цыплят он определённо предпочёл бы поскорее забыть...
- Кхэм... Защитник, - раздался заботливый голос Ван Лэя, где-то над Сашкиным ухом, - Ты что-то бледен. Не заболел часом?
И, обернувшись, молодой человек обнаружил себя льнущим к плечу заклинателя и сжимающим в побелевших руках складки его одежды. Сашка на силу заставил себя отступить от Ван Лэя и извиняющимся тоном попытался объясниться:
- И-извини... Просто это слишком... слишком...
- Жутко? Отвратительно? Противоестественно? - участливо помог ему подобрать слова заклинатель.
Но в тоне его голоса Сашка заметил провокационную нотку, поэтому тут же привёл себя в порядок, выпрямился и с наигранным спокойствием закончил мысль:
- Кхэм. Непривычно.
Ван Лэй довольно хмыкнул и лёгким движением руки послал всех поднявшихся тварей врассыпную по лесу. Несмотря на увечья, трупики двигались удивительно проворно! Хотя Сашка и знал, что скорость и сила поднятого мертвеца может зависеть как от его наработанных при жизни качеств, так и от количества вложенной в него силы заклинателя, но вид столь резвых горелых цыплят заставлял его чувствовать себя героем какого-то трешевого фильма ужасов.
Вокруг начался полнейший хаос, и множество огней устремились следом за восставшими животными, то тут, то там снова поджаривая их тела. К счастью, трупов всё же оказалось больше, чем огней, и, поскольку они уже были мертвы, от их уничтожения огненные обереги не размножались, а лишь преследовали других тварей, уводящих всё дальше от заклинателя. Очень скоро лес вокруг снова погрузился в тишину и безмятежность.
Мужчины продолжили путь и, уже подходя к просвету, услышали отзвуки журчания воды. Ван Лэй вздохнул с облегчением, завидев и сам источник звука - тёмную речушку, метров пять в ширину, несущую свои быстрые воды меж заснеженных камней под прикрытием особенно густого тумана.
- Отсюда дня за два доберёмся до реки Цзецзин, переправимся, а там уже безопасно, - объявил он вполголоса, высматривая что-то в воде.
- Цзецзин... - задумчиво пробормотал Сашка, - Хм. Не помню такую.
- Северная граница Дунго, - подсказал Ван Лэй, услышав Сашкино бормотание.
Но и это название Сашке ни о чём не говорило, и тогда с краткой справкой вмешалась Система.
[Система: Дунго - Восточное Княжество. Единственный орден Альянса, представленный суверенным государственным образованием. Дунго не принимало активного участия в войне заклинателей и не ведёт преследование бывших членов Ордена Серебряного Змея]
- А-а...
Мужчины шли вдоль реки до полудня, пока бледный диск солнца не пробился сквозь пелену тумана редким лучом. Тогда Ван Лэй скомандовал короткий привал, велев Защитнику отдохнуть, а сам вскочил на высокий валун и снова принялся высматривать что-то в реке.
Сашке стало любопытно, и он подошёл к заклинателю, но не успел и спросить, чем именно тот занимается, как Ван Лэй, довольно хмыкнув, соскочил на мелководье и выудил что-то из воды. Сашка снова подобрался к нему, намереваясь задать вопрос, и снова Ван Лэй ускользнул от него в другую сторону, копошась в мелких камешках на дне.
- Ван Лэй, что ты делаешь? - наконец, спросил Сашка, больше не преследуя безумца.
Вместо ответа заклинатель с многозначительным выражением лица показал Защитнику ладонь, на которой лежало три небольших ярко-жёлтых камешка, размером с ноготь. Взяв один из камешков и рассмотрев его внимательнее, Сашка просиял в осознании: это было золото.
Он вернул Ван Лэю его находку и решил тоже попытать счастья, будучи полностью уверенным в том, что непременно добудет самородок побольше, он поднялся на удобно расположенный плоский валун и внимательно пригляделся к каменистому дну реки. Увлекшись поисками, молодой человек даже не заметил, что заклинатель остановился и, выжидающе прищурившись, следил за действиями Защитника. Однако, сколько бы Сашка ни искал хотя бы песчинку золота, всё было напрасно, будто удача внезапно оставила его, возмущённая такой наглостью.
Вскоре солнце вновь скрылось за ледяным туманом, лишив таящиеся на дне золотые крупицы их манящего блеска, и заклинатель, немного разочарованный отсутствием результата у Защитника, снова позвал его в путь. Однако, Сашка не расстроился. Он понимал, что никакая удача не поможет найти золотой самородок там, где его просто нет, и к тому же впереди ещё целых два дня следования вдоль реки, и будет много шансов преуспеть.
Задержавшись всего на пару мгновений, чтобы бросить последний взгляд на дно реки, Сашка перескочил на берег, собираясь последовать за уже скрывшимся за валунами Ван Лэем, и буквально столкнулся лбом с внезапно выскочившим ему навстречу неизвестным человеком. От испуга Сашка отшатнулся назад и с плеском провалился в ледяную воду по колено.
Человек перед ним ростом был чуть ниже Ван Лэя, и несколько шире в талии. Возможно, так казалось из-за тёплой одежды, напоминающей дублёнку, или дюжины висящих на поясе мужчины кожаных мешочков. Но вот лицо у него было худое, обветренное, заросшее куцей чёрной растительностью, так что определить возраст человека было сложно.
- Ты ещё кто такой?! - поражённо воскликнул мужчина и тут же, отходя от первого шока, потянул из ножен меч, - Не двигайся!
Выставив острие клинка в сторону Сашки, мужчина хищно оскалился, оглядывая странного незнакомца с ног до головы. Он уже было набрал в грудь воздуха, чтобы что-то крикнуть, но скользнувшая за его спиной стремительная тень пресекла эту попытку, приставив ледяное лезвие ножа к его горлу. Мужчина лишь сдавленно булькнул и замер, скосив глаза на руку, угрожающую ему расправой.
- Брось меч, - раздался тихий и леденящий голос Ван Лэя.
Мужчина поколебался мгновение, но бросил своё оружие.
- Защитник, - позвал заклинатель, намереваясь дать ценные указания.
Но Сашка быстро сообразил, что к чему, выскочив из воды он подобрал оружие и отошёл за спину Ван Лэя.
- Умница, - не забыл язвительно ухмыльнуться заклинатель. А затем угрожающим тоном обратился к своему пленнику: - Кто вы такие? Что здесь делаете?
Сашка был уверен, что Ван Лэй и сам уже всё знает, но ведёт какую-то свою игру.
- Г-господин заклинатель, я просто золотоискатель! - прохрипел мужчина, похлопав рукой по мешочкам, увесившим пояс, - Я-а-э... увлекся поиском и разминулся с товарищами. Господин заклинатель, Вы ведь не станете вредить простому человеку?
- О-о, - выразительно протянул Ван Лэй, будто удовлетворившись ответом человека, но не опустил лезвия ножа. Он тоже похлопал по мешочкам, издавшим приглушённое позвякивание, и продолжил допрос чуть потеплевшим голосом: - Смотрю, ты довольно успешен! Может, у тебя и разрешение имеется? Нет? А как насчёт твоих приятелей? Где они? Сколько их? Кто провёл вас сюда?
Мужчина хотел уже что-то сказать, продолжая играть дурачка, но последний вопрос заставил его захлопнуть раскрывшийся было рот. Ведь простой человек, не сведущий в заклинательстве, не смог бы пройти мимо охранных печатей и подобраться к золотоносной реке, окружённой целым лесом огненных оберегов. Это мог сделать лишь кто-то, знающий безопасную тропу или способный управлять огнями. И этот кто-то определённо имел бы отношение к "осаде" Обсидианового Пика.
Когда стало ясно, что человек не собирается отвечать, заклинатель дёрнул за меховой ворот, раскрывая шею незнакомца, и самодовольно усмехнулся, обнаружив там метку в виде четырёх перекрещенных мечей. Сашка отчётливо видел её, но не знал, что она означает.
Мужчина молчал и не двигался, хотя и выражение его лица моментально посуровело.
- Жить хочешь? - неожиданно серьёзно спросил Ван Лэй.
Мужчина фыркнул, выражая своё презрение к проявленному к нему милосердию, и прорычал:
- Безумец... Тебе не уйти из этого леса живым. Сам Ю Фанчжен стережёт устье золотоносной реки. Почему бы тебе не сдаться нам? Мы можем сохранить тебе жизнь. Награду дадут и за живого... Старик Ю не будет столь милостив к убийце его сына.
Спокойно выслушав человека, Ван Лэй просто пожал плечами и со словами "значит, не хочешь" привычным лёгким движением перерезал ему горло. Сашка не сразу понял, что произошло, так как стоял со спины заклинателя, но когда мужчина, хрипя и булькая, начал оседать на землю, а Ван Лэй, вытирая лезвие ножа об рукав, отошёл в сторону, раскрывая кровавую картину, молодой человек вскинул поражённый взгляд на безумца и попятился назад.
- Ты... Ты убил его? Ты просто убил этого человека... - тихо забормотал Сашка.
Заклинатель был слегка удивлён столь острой реакцией Защитника и даже не сразу сообразил, что его так поразило. Он посмотрел на уже бездыханное тело мужчины, затем на Сашку и выразительно приподнял бровь.
- Это охотник за головами, - наконец, спокойно пояснил он, - Из братства Четырех Мечей. Они не люди, а хладнокровные убийцы. Он бы убил меня, представься ему такая возможность, а потом и тебя, даже будь ты самим Ян Лу.
Сашка закрыл лицо рукой. Он, конечно, знал, что рано или поздно станет свидетелем жестоких реалий этого мира, и сам не думал, что сцена настоящего убийства может так потрясти его разум. В реальном мире он не раз видел сцены смерти на съёмочной площадке и даже сам отыграл парочку. Но никогда прежде не сталкивался с настоящим убийством.
"Так. Спокойно, Сашка, - мысленно обратился он сам к себе, - Это всё не реально. Это чёртов вымышленный мир. Просто мимолётные эпизодические персонажи. Они не реальны... Ай, чёрт, как будто это оправдывает убийство..."
Тяжёлая рука легла ему на плечо и Сашка вздрогнул, моментально делая шаг в сторону. Но Ван Лэй удержал Защитника, не дав ему отойти, крепко стиснул пальцами его плечо и вкрадчиво произнёс:
- Это - война, Защитник. Война, объявленная мне. А на войне убивают. Или умирают. Если ты не согласен в этом участвовать, возвращайся домой и играй своих возвышенных героев и липовые сражения для потехи на сцене.
Потом он оттолкнул Сашку в сторону и, присев возле тела мужчины, начал срезать с его пояса мешки с золотом.
Сашка стоял, глядя прямо перед собой, словно отчитанный ребёнок в процессе осознания своих ошибок, но внушение заклинателя скорее оставило в его голове и сердце холодную пустоту, нежели стремление к осознанности. Молодой человек не мог отправиться домой к своим липовым сражениям, как бы сам того ни хотел, поэтому он просто решил принять то, что есть: Ван Лэй - воин. А воины убивают.
Прийти в себя окончательно Сашке помог донесшийся до его нюха еле уловимый запах дыма. Молодой человек тут же огляделся по сторонам, но из-за густого ледяного тумана не мог найти источник запаха. Однако, уже полученный опыт встречи с огненными оберегами говорил ему, что этот дым стал результатом действия людей, а не магии.
- Кто-то развёл костёр, - равнодушным тоном сообщил Сашка.
Ван Лэй быстро поднялся и подошёл к Защитнику, тоже принюхиваясь.
- Верно, - сказал он, вглядываясь в туман, - Помоги спрятать тело.
Заклинатель хотел скинуть тело в воду в ложбину между высокими валунами, но Сашка отверг эту идею, оперируя прямым смыслом поговорки: "Не плюй в колодец - пригодится воды напиться". Ван Лэй проявил уважение к народной мудрости, и тело было решено зарыть в снег под кустами.
Закончив с телом, Ван Лэй протянул Защитнику перевязь с мечом убитого, спросив:
- Владеешь?
- Нет, - отрицательно покачал головой Сашка.
- Тогда просто носи, - пожал плечами Ван Лэй, - И приберись здесь...
- ...
Тщательно заметя следы и смыв кровь с камней, Сашка выдохнул с некоторым облегчением. Не видя больше этого ужаса, он мог, наконец, убедить себя, что всё это не настоящее, и ничего существенного не произошло... И предложил заклинателю продолжить путь. Но Ван Лэй, странно посмотрев на него, мрачно объявил:
- Это не всё. Мы не можем оставить их.
Сашка начал злиться, понимая, что не сможет удержать Ван Лэя от новых убийств, и с досады гневно выпалил:
- Тогда зачем нужно было прятать тело?
Ван Лэй лишь коротко усмехнулся, явно получая удовольствие от негодования Защитника.
Глубоко вздохнув и постаравшись успокоиться Сашка умоляюще посмотрел на заклинателя и сказал:
- Пожалуйста, Ван Лэй... Давай уйдём сейчас.
- Они будут преследовать нас, - более уверенно сказал заклинатель.
- Пожалуйста... - в каком-то отчаянном бессилии Сашка закрыл глаза.
- Они поднимут на уши всю округу. Мы не можем оставить их, - с твердостью стали в голосе закончил спор Ван Лэй.
Очень быстро сориентировавшись по запаху дыма, Ван Лэй нашёл стоянку братьев Четырёх Мечей, но не торопился нападать. Притаившись в заснеженных кустах поодаль, мужчины с полчаса наблюдали и прислушивались к разговорам людей, пока не определили с достоверностью, что все оставшиеся члены группы в составе четырёх крупных мужчин в сборе и никуда не торопятся. Выглядели охотники за головами не слишком внушительно, скорее и правда напоминая группу старателей, а не хладнокровных убийц, явно расслабившись от долгого ожидания. Один, ближайший к мужчинам, колол дрова, его меч и кожаная броня, очевидно сковывавшая движения, лежала рядом на камне. Второй, уже в броне, сидел на корточках у костра и помешивал что-то в котелке, стоящем прямо на углях. Третий копошился в шатре, больше напоминающем маленькую юрту, укрытую шкурой какого-то гигантского зверя. Четвёртый с алчной улыбкой сидел на камне поодаль и перебирал золотые крупицы, калибруя их и раскладывая по трём мешочкам. Караульных выставлено не было, хотя возможно, что караульным был тот жадный до золота человек, который сейчас спит вечным сном в сугробе...
Ван Лэй снова достал свой нож, забрал у Защитника меч и, велев ему сидеть и не высовываться, лёгкой стремительной поступью пошёл на ничего не подозревающего врага.
Сашка хотел было отвернуться, да не смог, ведь наблюдать за действиями и движениями Безумного Бога было сродни просмотру современного хорошо поставленного фильма о боевых искусствах с одной лишь разницей: ракурс не менялся.
Ван Лэй шёл чуть боком, держа в правой руке меч, а в левой - нож. Шаги его не были слишком тихими, а чёрная одежда прекрасно контрастировала с фоном зимнего леса, но обленившиеся из-за магического прикрытия головорезы не замечали приближения заклинателя до тех пор, пока он не подошёл слишком близко. Первой жертвой стал стоящий к нему спиной и коловший дрова высокий и крепкий мужчина. Он как раз замахнулся топором, когда меч его мёртвого товарища, точно пронзив сердце со спины, показал кончик острия из груди. Мужчина, выпучив глаза, уставился на острие, выронил топор и начал заваливаться на бок, открывая заклинателю путь к следующей жертве.
Сидящий у костра грузный человек успел вскрикнуть и потянуться за мечом. Но Ван Лэй был быстрее. Перепрыгнув через раскиданные дрова, заклинатель ногой выбил ещё не обнажённый меч из руки нерасторопного мужчины и, перевернув нож обратным хватом, всадил клинок ему в шею.
Третья цель выскочила из "юрты" как раз вовремя, чтобы получить удар обухом топора между глаз...
"Кажется, метать топор Ван Лэй не умеет, - злорадно подумал Сашка, - Всё, не герой он боле, не герой..."
Но удара обухом такой силы всё же оказалось достаточно, чтобы отправить человека обратно в "юрту" с потерей сознания. Теперь остался лишь один головорез... И он успел скрыться, оставив своё золото на каменном валуне.
Ван Лэй огляделся и, не теряя бдительности, присел у всё ещё пускающего кровавые пузыри кашевара. Тот из последних сил протянул руку и ухватил заклинателя за голенище сапога. Ван Лэй выдернул свой нож из его шеи и ногу из слабого захвата и снова встал. Затем он подошёл к тому, что валялся без сознания в "юрте", с торчащими наружу ногами. Судя по всему, перерезав горло и ему, заклинатель снова вышел к костру, занимая более выгодную позицию, чтобы встретить последнего неприятеля. Оставалось лишь надеяться, что тот не ушёл за подмогой, поняв, кто именно вышел на их злосчастную стоянку.
Сашка тоже не видел, куда скрылся четвёртый головорез, и слишком поздно осознал, что за его спиной как-то подозрительно заскрипел снег. Резко обернувшись на звук, молодой человек в испуге отпрянул от направляющегося к его груди меча, нелепо падая на пятую точку. И это спасло ему жизнь. Разочарованный промахом мужчина скорчил брезгливо-ненавидящую рожу и сделал новый выпад, от которого Сашка снова нелепо, но тем не менее успешно увернулся, перекатившись вбок. Третий выпад головорезу помешал выполнить прилетевший и вонзившийся в плечо нож Ван Лэя.
Мужчина яростно взревел и, выдернув нож из своего тела, собрался было бежать. Однако стремительная чёрная тень, пролетевшая над Сашкой, ударила его в грудь и сбила с ног наземь. Ван Лэй быстро подобрал меч, который выронил головорез во время падения, подскочил к нему, уже пытающемуся встать, со смачным звуком вонзил клинок в живот и медленно провернул его.
Слушая предсмертные хрипы человека, больше похожие на голос животного, Сашка отвернулся, не желая больше видеть это. Ван Лэй действовал хладнокровно и безжалостно, а главное - осознанно. И это вызывало у молодого человека мысль, что на месте этих головорезов мог оказаться и он сам, ещё в самый первый момент своего появления перед заклинателем, если бы он решил, что оставлять кого-то в теле Ян Лу недопустимо.
Сашка поднялся, отряхивая одежду от снега, и направился в сторону реки, обуреваемый желанием поскорее умыться и смыть с себя налипшие, словно чужая кровь, образы увиденных смертей.
- Стой! - раздался за его спиной голос Ван Лэя, - Куда собрался?
Сашка встал, как вкопанный, даже вздрогнув от леденящего душу голоса заклинателя. Он хотел повернуться и объяснить, но понял, что не может. Страх сковал его язык, обратив в кусок льда, а волосы вставали дыбом, от ощущения, что за спиной стоит убийца.
Но Ван Лэй и не ждал ответа. Он подошёл к Сашке и протянул ему новый меч, по-видимому принадлежащий последней жертве.
- Возьми, этот лучше, - буднично прокомментировал заклинатель.
Но Сашка не шевельнулся, а лишь смотрел на него замершим ничего не выражающим взглядом.
- Бери! - повторил Ван Лэй с нажимом, толкнув рукоятью меча Защитника в грудь.
И Сашка не выдержал. Он отшатнулся, вызывая недоумение на лице заклинателя. Однако это недоумение быстро сменилось мрачной насмешкой, когда он язвительно спросил:
- Что? Теперь боишься меня? Что-то долго до тебя доходит, Защитник.
Сашка всё молчал, и что-то изменилось во взгляде Ван Лэя, когда он сделал ещё один шаг к Защитнику, надвигаясь на него неотвратимой тёмной волной. Сердце в Сашкиной груди ёкнуло и закололо, он осознал, что именно это ощущение в новелле называлось убийственным намерением, и в ужасе начал пятиться назад. Но сделав несколько шагов, заклинатель вдруг не удержал свой угрожающий образ и негромко злорадно рассмеялся.
С досадой и не проходящим страхом Сашка понимал, что Ван Лэй просто с ним играется и вовсе не собирается вредить. Но тело Ян Лу всё ещё не желало слушаться молодого человека, не доверяя его скудному разуму свою жизнь. Теперь Ван Лэю было достаточно сделать всего одно резкое движение, убирая трофейный меч в ножны, и, вздрогнув, Сашка зацепился пяткой за торчащий из-под снега корень и начал заваливаться назад.
Ван Лэй с презрением наблюдал, как Защитник падает, пытаясь ухватиться рукой за гладкий ствол ближайшего дерева. Никто не ожидал, что в следующий момент прогремит взрыв, и яркая вспышка, осветив полное ужаса лицо Защитника, на мгновение охватит кисть его руки, скользнувшей по стволу дерева, превращая её в обугленную головешку...
Сашка коротко вскрикнул. Боль была столь ужасна, что глаза заволокло мутной пеленой, дыхание на мгновение спёрло, и молодой человек, потерявший способность здраво мыслить, с протяжным хрипом повалился на землю ничком, скрючился и начал кататься в снегу, держа перед собой обугленную руку, не зная, куда её девать. Всё, на что хватило его терпения, - это больше не кричать. Что уже было немало!
На сей раз Ван Лэй среагировал быстро. Он бросился к Защитнику, перевернул его на спину и уселся сверху, чтобы зафиксировать его извивающееся тело. Затем вложил в его рот рукоять своего ножа и прижал обожжённую руку к снегу, игнорируя приглушённые рукоятью рыки боли. Свободной рукой он достал из-за пазухи мешочек, бросил его на грудь Защитника и, проведя ладонью возле печати, вызвал оттуда керамический флакон. В нём оказался какой-то бледно-бурый порошок, который заклинатель щедро высыпал на Сашкино запястье, обрабатывая границу между живыми и уже сожжёнными тканями.
Молодой человек тяжело дышал, каждый выдох сопровождая хрипом, врываясь в снег скрюченными пальцами здоровой руки. Но вскоре первая волна острой боли отпустила его, и теперь обожжённая кисть начала нестерпимо ныть, пульсируя, словно её попеременно погружали то в снег, то в кипяток. Пелена перед глазами рассеялась, стекая по вискам двумя горячими дорожками слёз, хотя это уже не было заметно, так как лицо начало покрываться крупными каплями пота.
Перед прояснившимся взором предстало сосредоточенное и в то же время непривычно сочувственное выражение лица заклинателя. Оценив своё положение и сообразив, что именно он сжимает во рту, Сашка с брезгливостью выплюнул рукоять ножа и осипшим прерывистым голосом заявил:
- Дальше я сам...
- Нет, - жёстко отрезал Ван Лэй, - Сейчас нельзя пользоваться силой. Ты должен потерпеть... Как только мы выберемся из леса, сможешь исцелить руку.
Сашка страдальчески закатил глаза и опустил веки, хрипло выругавшись со всей досадой:
- Ай, чёртом жарить того, кто придумал эти огненные обереги...
Заклинатель слегка приподнял бровь, задумавшись над двусмысленностью услышанного ругательства. Так, в задумчивости, не торопясь он оторвал от своего подола полоску ткани и тихо пробормотал:
- Ругаешься-то ты смело...
И туго затянул повязку на плече Защитника. Сашка понял, что это импровизированный жгут, и удивился, ведь при ожогах нельзя накладывать жгуты.
- Это ещё зачем? - возмутился он.
- Чтобы яд не тревожил.
- Яд? Они ещё и ядовитые? - удивился молодой человек, уже намереваясь придумать новое проклятье.
Но Ван Лэй вдруг залепил ему в лоб щелбан и поучительным тоном объяснил:
- Трупный яд! От твоей обгоревшей плоти. Это чтобы ты не свалился по дороге с жаром.
Пораскинув мозгами, Сашка с ним согласился. Ведь исцелить руку он потом сможет с помощью силы души, но для этого сперва нужно выбраться в безопасное место. Хотя предстоящее путешествие начинало теперь вгонять в апатию истязаемый болью разум человека. Порошок, использованный Ван Лэем, определённо обладал обезболивающим эффектом, но не мог избавить от боли полностью. Вдобавок к тому Сашку начал бить озноб и тело не могло сдержать дрожи.
"Кажется, моя удача вдруг покинула меня, - с печалью подумал Сашка, корча болезненную мину, - Надо же было так глупо угодить в оберег! И всё из-за этого "главного героя"..."
Молодой человек бросил на Ван Лэя гневный взгляд и пнул его коленом в спину.
- А ну, слазь! - прорычал он.
И Ван Лэй, поморщившись, с недовольством подчинился, очевидно, признавая часть своей вины в несчастье Защитника. Он помог Сашке сесть и оторвал от подола ещё одну широкую полосу, на этот раз чтобы подвязать ею руку.
Закончив перевязку, заклинатель огляделся вокруг. Четыре трупа, распростертые на снегу, выглядели очень заманчиво, искушая безумца снова применить заклинание поднятия нежити. Но останавливало то, что сила, требующаяся для поднятия четырёх взрослых ленивых мужчин, способна пробудить огненные обереги по всему лесу.
- Как им удалось усыпить бдительность этого оберега? - дрожащим голосом спросил Сашка, разглядывая свою обугленную изрядно усохшую руку, - Ты же сказал, что они не заклинатели.
- Возможно, они здесь не одни, - задумался Ван Лэй, - Или...
Мужчина подошёл к одному из трупов, опустился на колено и принялся тщательно обыскивать его одежду. Очевидно, не найдя ничего полезного, он перешёл к следующему и через минуту выудил из-под кожаного наруча на руке покойника небольшой желтоватый листок бумаги с изображённым на нём красным узором.
- Прекрасно! - воскликнул Ван Лэй, расплываясь в довольной улыбке, - С этим амулетом мы сможем беспрепятственно пройти мимо огненных оберегов!
- Значит, я могу исцелиться сейчас? - обрадовался Сашка.
Заклинатель покрутил в руке амулет, и, понизив голос, ответил:
- Нет. Силу использовать нельзя.
- ...
_________
река Цзецзин - 捷径 [ jiéjìng] - кратчайший путь; лучший (быстрейший) способ.
___________________________________
Вопрос к читателям!
А как Вы думаете, что за бледную печать дважды чертил Ван Лэй и отправлял вперёд и зачем?)))
Последняя глава в этом году получилась прямо новогодней! Тёплые жёлтые огоньки по всему хвойному лесу... внезапные вспышки фейерверков... Подгоревшие праздничные цыплята... Мешочки с золотом в подарок от новых "друзей"... Ну и куда без ожогов от пиротехники в такой-то день!
Дорогие читатели! Я поздравляю Вас с наступающим Новым Годом! И хочу пожелать каждому жить по своему собственному сценарию! Пусть в нём сбываются все искренние желания, реализуются все вдохновляющие идеи, и поджидают самые невероятные счастливые повороты сюжета! Удачи Вам и до встречи в Новом Году!!!