34. Мятежники.
Путь к поселению мятежников по впечатлению Сашки занял не меньше двух часов и пролегал он вверх по неровному склону небольшого горного хребта. Без возможности быстро восполнить выжженную Ядом Пустого Ядра энергию, тело Ян Лу уже начало уставать и проявлять первые признаки голода. Однако незадолго до прибытия, Сашка почувствовал некоторый прилив сил и вскоре, обратив внимание на изменения окружающей среды, нашёл некоторую закономерность.
Южный край разительно отличался от вида всего остального острова: здесь, наконец, можно было увидеть жизнь. Сухая пожелтелая трава острыми иглами высилась меж камней, обросших цветастыми лишайниками, и корявые приземистые деревца, не достигающие в высоту и колена, упрямо цеплялись за жизнь врываясь корнями между валунами, туда, где скапливалась вода. В целом флора напоминала тундровую, но чем ближе люди подходили к Южному краю, тем разнообразнее и увереннее она становилась, и тем больший прилив сил чувствовал Сашка. Очевидно пропажа духовной энергии и скудная растительность островов были взаимосвязаны.
Уже подходя к поселению с западной стороны, можно было наблюдать, как постепенно раскрывается живописная скалистая бухта, а за ней на горном склоне и само поселение с неровными рядами земледельческих террас, огороженных друг от друга низкими стеночками и приземистыми домиками, сложенными из камня. Некоторые помещения были выдолблены в цельной скальной породе на подобии гротов, а на выдающемся в море мысе даже стояла полуразрушенная башенка, возможно, бывшая когда-то маяком. Береговая полоса была заставлена вЕшалами с сетями, а между каменными пристанями теснилось несколько десятков лодок и маленьких парусных судов, выглядящих столь обветшалыми, что сложно было представить, будто ими ещё пользуются.
Но ощущение уюта, создаваемое гармонично вписанным в ландшафт поселением, вблизи полностью терялось. Уже проходя по главной улице, Сашка повсюду видел лишь разруху и запустение. Покинутые дома, иссушенные почвы террас, редкие засохшие деревца, сгорбленные, худые, усталые люди, занятые бытом. В основном старики.
Ни в одном дворе не наблюдалось ни скотины, ни даже паршивой собачонки, и лишь кое-где по огороженному стеночкой огородику блуждали тощие куры.
- Что здесь произошло? - вслух удивился Сашка.
- А что? - не понял Ди Гунь, но когда Сашка кивнул на террасы, объяснил, - А... Лето было слишком сухое. Не было дождей, и даже источник иссяк. Но у нас еще есть колодец! Правда из него воды на поля не натаскаешь...
Сашка мельком взглянул на ведущего его паренька и опустил глаза.
Отрываясь от своих дел, люди сходились к главной дороге поглазеть на "новенького", перешептывались и проявляли к Сашке мрачно-возмущённый интерес, заставляющий его внутренне сжиматься от дискомфорта и какого-то ложного нарастающего чувства вины. Масла в огонь подливала ещё и Система, честно начисляя по пятьдесят баллов за каждого нового встречного, отчего Сашке казалось, будто он зарабатывает на чужом труде... А ведь выжить в таких условиях каждому человеку стоит немалых усилий! Проходя мимо сгорбленной старушки, почувствовав на себе откровенно презирающий взгляд и посмотрев на неё, молодой человек удостоился злобного плевка под ноги и неразличимого бормотания вслед. От этого враждебного жеста остатки его оптимистичного настроя окончательно иссякли.
- Постой, Ди Гунь, - позвал паренька Сашка, - Не думаю, что твои родные будут рады тому, что ты привёл в дом незнакомца. Может, мне подождать где-нибудь в сторонке, пока ты не спросишь свою сестру о работе.
Ди Гунь, не замедляясь, лишь отмахнулся от этих возражений:
- Нет-нет, сестрица Жень, она не такая, как эти злющие людишки! Она всегда знает, что делать!
Сашка лишь тяжело вздохнул и продолжил следовать за пареньком, по мере продвижения по поселению ловя на себе всё новые и новые недовольные взгляды.
Путь их лежал за поселение. Там, на отшибе, под старой корявой сосной расположился небольшой двор. В проёме ворот, раскачиваясь на высоком порожке, стояла маленькая девочка лет пяти и, вглядываясь в серую даль, напевала какую-то песенку.
Вдруг девочка повернула голову в сторону приближающихся и закричала:
- Братец Гунь вернулся!
А затем сорвалась с порожка и побежала встречать своего братца. Но, наконец, заметив следующего за ним мужчину в чёрном, остановилась, округлившимися глазками вперившись в него, пискнула и убежала в дом.
Через пару мгновений на пороге показалось ещё несколько детей. Все они были примерно семи-десяти лет на вид, одинаково худые и смуглые, одетые в какие-то лохмотья, рассматривали Сашку своими чёрными глазками и тихонько шептались между собой.
- Чего встали? Не видите, гость у нас! - по-хозяйски обратился к ним Ди Гунь. Затем он протянул старшей девочке свой окровавленный куль и распорядился: - Ну-ка, возьми, Оучу.
Девочка приняла куль, заглянула внутрь и, моментально повеселев, умчалась в боковую пристройку дома. Остальные дети разошлись, впуская нежданного гостя. Но стоило Сашке переступить порог, как они обступили его со всех сторон и одновременно загалдели:
- Дядя, а ты откуда?
- Дядя, тебя как зовут?
- Дядя, ты заклинатель?
- Дядя, ты такой красивый! Ты пришёл жениться на нашей сестрице Жэнь?
Сашка мог лишь стоять и улыбаться, не сумев и слова вставить между, а последний вопрос, который задала младшая девочка, глядя на него своими невинными внимательными глазками, был настолько неожиданным, что молодой человек даже растерялся. Благо, на помощь подоспел Ди Гунь, разогнав любопытных деток:
- Так, что вы пристали к господину? Разойдитесь! Прошу в дом, господин Защитник.
Дети послушно отступили на несколько шагов, но уходить и не думали, продолжая изучать гостя и шушукаться. Заходить в дом без дозволения хозяев Сашка всё же не решился. Осмотревшись по сторонам и отметив про себя, в каком плачевном состоянии и полном беспорядке находится местный быт, и что многое в нём можно было бы исправить и улучшить, лишь проявив к этому внимание, он еле сдержался, чтобы не вмешиваться в дела чужого дома. Хотя дверцы ворот, подпирающие стены и сломанная лесенка крыльца, проломленная словно маленьким бульдозером каменная кладка дворовой стены и таинственная дыра в крыше, разбросанные по двору дрова и вывороченные из земли каменные плиты создавали впечатление дома, недавно пережившего бомбёжку...
Проследив за взглядом Защитника, Ди Гунь как-то виновато потупил взгляд и, утерев нос рукавом, объяснил:
- Это... Это мы сегодня играли, и вот...
- Что? - удивился Сашка, - И всё за сегодня?!
Паренёк молча кивнул, не поднимая глаз на Защитника.
- А где взрослые, Ди Гунь? Неужто вы здесь одни?
- Днём одни. - ответил парень, опасливо поглядывая за ворота, - Сестрица Жень приходит на закате.
- А родители? - нахмурился Сашка, но снова оглядев детвору, вдруг запоздало осознал, где находится, - Приют...
"Конечно, - подумал молодой человек, потрепав волосы на голове мальчишки, - Восемь братьев и три сестры... И половина из них примерно одного возраста."
- Что ж, ребята... - обречённо вздохнул Сашка, - Давайте не будем расстраивать вашу сестру и приведём это место в божеский вид? Что скажете?
Дети окинули взглядом масштабы разрушения, многозначительно переглянулись и с визгом пустились наутёк за ворота, оставив Сашку наедине с Ди Гунем. Надо отдать должное ответственности парня, ведь, пожав плечами, он тут же принялся за дело, передвигая тяжелый булыжник на его законное место - в плоскую рытвину посреди двора. Но и детишки, поначалу сбежавшие от ответственности за свои шалости, последовав примеру старшего братца, начали потихоньку присоединяться к уборке. Кто дрова собирать, кто двор подметать, а кто и стену чинить.
Всё оставшееся до заката время Сашка самоотверженно пытался совладать с работой каменщика, кое-где, пока никто не видит, по мелочи прибегая к помощи силы души и тут же скрывая её.
"Пусть Ван Лэй и запретил пользоваться Силой, но в таких обстоятельствах я просто обязан хоть чем-то помочь сироткам, - хитро улыбаясь, оправдывал свои действия молодой человек, - К тому же, он об этом и не узнает..."
Но стоило ему подумать о тёмном заклинателе, как сердце защемило тоской по частице его души, и улыбка начала медленно уступать место печальной задумчивости.
"Система, а чем сейчас занят главный герой?" - оставив работу и устремив взгляд к предзакатному горизонту, спросил Сашка.
[Система: Главный герой пытается медитировать, - расщедрилась на информацию она и чуть погодя добавила, - Безуспешно.]
Сашка фыркнул и забил последний самодельный каменный гвоздь в залатанную крышу. Никогда прежде он не занимался такими вещами, но творческий подход, руки Ян Лу и толика Силы Души творили настоящие чудеса. Теперь оставалось лишь собрать инструменты и найти новое дело, способное отвлечь молодого человека от нарастающего в груди чувства тоски.
С этим ему тут же помог подбежавший мальчик лет восьми, которого Сашка ещё не видел. Он молча протянул Защитнику деревянную фигурку в виде неказистой лошадки, которую глубокая продольная трещина грозила вот-вот расщепить надвое.
- Хочешь, чтобы я починил и это? - спросил Сашка, предчувствуя, что такую поломку ему вряд ли удастся исправить без явного применения Силы, - Не уверен, что получится...
Но мальчик смотрел на него из-под чёрных бровей не по-детски суровым взглядом и продолжал молчать, вызывая у молодого человека чувство непонятного отторжения.
- Это Чэньмо. Он не разговаривает, - предупредил подошедший Ди Гунь, - Только кричит иногда, когда ему что-то не нравится, и вещи кидает. И свою игрушку обычно никому не даёт...
Услышав об этом, Сашка немного пожалел, что чуть было не отказал в помощи нездоровому ребёнку, и приняв лошадку, пообещал:
- Я что-нибудь придумаю. Оставь у меня на какое-то время, хорошо?
Чэньмо задержал свой строгий взгляд ещё на пару мгновений, а затем развернулся и убежал в дом. Сашка в задумчивости сосчитал детей, с которыми успел познакомиться, и понял, что не видел ещё троих: двух таинственных братьев и знаменитую сестрицу Жэнь.
Впрочем, с последней он имел удовольствие увидеться в следующий же момент.
- Первый Защитник! - послышался из-за Сашкиной спины взволнованный женский голос.
Ван Лэй сидел на кровати в выделенной ему Губернатором тесной комнатке и пытался медитировать. Безуспешно. Переговоры застопорились ещё с первых фраз госпожи Фань, и вместо того, чтобы выслушать все условия Дунго, Губернатор Му отослал парламентеров "отдыхать". Сам же скрылся в неизвестном направлении. Ван Лэй подозревал, что этот таинственный "серый" заклинатель отправился поглядеть на Защитника, заинтересовавшись его личностью, и наверняка имеет на него свои планы. Оставалось лишь надеяться, что губернатор Мятежных Островов и Первый Защитник прежде не встречались. На всякий случай заклинатель постоянно прислушивался к ощущениям, надеясь, что изменения в состоянии Защитника отразятся и на частице его души, и держал под рукой камень переноса...
Однако странным было то, как тихо вела себя Фань Линьфэн. Было очевидно, что в её план отлично вписался отвлекающий фактор присутствия посторонних, но даже в отсутствии губернатора действовать она не торопилась, оставаясь в отведенной ей комнате.
Не имея никаких личных интересов в происходящем, Ван Лэй мог, наконец, расслабиться и заняться собственными делами. А именно - поэкспериментировать и попытаться узнать, каким образом его способность медитировать возвращалась, когда он находился в поле сознания Защитника. Ведь обычным избытком духовной энергии этот феномен нельзя было объяснить...
"Возможно, частица души Защитника каким-то образом уравновесила меня? - размышлял мужчина, - Нет, тогда я смог бы медитировать и без его поля сознания. Это определённо сочетание внутренних и внешних факторов. И это поле сознания на самом деле какое-то странное. Энергия в нём - скорее всего преобразованная Сила Души. Но как Защитнику удаётся преобразовывать её моментально в таком количестве? И почему он общается со своей душой, словно это другое существо?"
Пытаясь найти ответы на свои вопросы, Ван Лэй сконцентрировал внимание на частице души Защитника и сам не понял, каким образом вдруг его сознание оказалось в духовном измерении. Здесь, в бескрайней пустоте сияла, как голубое солнце, сфера его души. На поверхности её лежали пятью небольшими чёрными пятнами результаты его досадных ошибок в культивировании, а внутри привольно и одиноко скользила маленькая золотая рыбка. Ван Лэй обратил свой "взор" на рыбку, и она тут же предстала перед ним, слегка вспыхнув, подобно огненным головастикам.
"Как же тебе удалось помочь мне?" - снова задался этим вопросом заклинатель.
И к его удивлению образ его собственной души изменился. Теперь в тёмной пустоте стоял он сам, каким привык себя чувствовать, за одним лишь исключением: руки, ноги и шею его сковали ледяные чёрные кандалы, высасывающие из него силы, сдавливающие и мешающие дышать. Ван Лэй попытался сорвать их, но они лишь сильнее сжались, начиная душить своего пленника. Заклинатель чувствовал леденящий холод, боль и давление так чётко, словно это было его настоящее тело, и оно задыхалось, слепло, теряло сознание. В этот момент, словно издалека, из тёмной глубины к заклинателю начал приближаться сияющий медовым светом силуэт мужчины. Длинные руки и ноги, фигура с широкими плечами, напоминающая треугольник, выглядели столь чётко, словно этот таинственный человек был обнажён, и только ощущения широкой улыбки и ясного взора сразу выдавали в нём Защитника. Было ясно, что облик, который приняла его частица души для Ван Лэя в этот момент - истинный облик Защитника. Но отчего-то он всё же был скрыт столь интенсивным сиянием на угольно-чёрном фоне, что рассмотреть черты лица никак не удавалось.
Приблизившись к заклинателю вплотную, силуэт Защитника протянул руку и положил ему на плечо. Ван Лэй почувствовал исходящее от неё приятное тепло, разливающееся по телу, и так ярко контрастирующее с холодом оков. Приглядевшись к руке, он успел обратить внимание на ставшие чёткими длинные прямые пальцы, прежде чем неожиданно образ Защитника притянул его к себе и обнял так крепко, словно тоже решил придушить. Ван Лэй попытался высвободиться из столь наглого захвата, но в следующий момент услышал уже знакомый голос у себя над ухом, тихо говорящий: "Всё хорошо. Я помогу". Поток энергии, хлынувший в тело заклинателя, разнёс по нему ощущение приятного расслабляющего тепла и, достигнув оков, начал их преображать, изменять их вид и будто бы даже смысл. Наконец, ослабив свою хватку, они повисли простыми обручами, похожими на странное незамысловатое украшение. Но вместе с тем и образ Защитника истаял, словно этим потоком энергии был он сам.
Ван Лэй дёрнулся и, шумно втянув воздух в лёгкие, вскочил с кровати. Всё его тело, настоящее, физическое тело пылало энергией, Золотое Ядро было наполнено до предела, а зародыш второго ядра сильно прибавил в размерах. Кинув взгляд в окно, заклинатель встретил непроглядную темноту глубокой беззвёздной ночи, хотя начинал свой эксперимент ещё днём. Очевидно, что-то в его выводах о факторах, способствующих медитации, было неверно...
В этот момент прозвучал негромкий стук в дверь. Ван Лэй уже точно знал, что госпожа Фань, стоящая по ту сторону двери, готова сделать свой первый ход. Так не вовремя...
Заклинатель открыл дверь и равнодушно встретил удивленный взгляд женщины.
- Господин Ван, а Вы полны скрытых талантов... - сверкнув глазами, прокомментировала Фань Линьфэн его наполненность энергией, - Не хотите ли немного прогуляться этой чудесной ночью?
Не имея ни малейшего желания гулять этой ночью, Ван Лэй молча вышел из комнаты и последовал за госпожой Багрового Пика. Коридоры и залы серого замка были темны и удивительно пусты. Никакой охраны и присмотра за парламентёрами не было. Похоже, их просто оставили одних, нисколько не беспокоясь о том, чем они будут заниматься и где ходить. Но подозревать губернатора Му в халатности не приходилось, наверняка этот человек заранее продумал все возможные варианты развития событий и подготовился к неожиданностям, подобным наличию у парламентёров средств восстановления духовной энергии.
Выйдя за пределы замка, Фань Линьфэн, мельком осмотревшись, столь уверенно устремилась в ночную темноту, словно уже бывала здесь прежде. Пройдя по бесплодным скалам не меньше двадцати ли, заклинатели упёрлись в стену отвесной скалы, края которой терялись во мраке.
- Где-то здесь должно быть несколько входов в шахты, - с неизменной улыбкой сообщила женщина, повернувшись к спутнику, - Мне нужен тот, что несёт огненную метку.
Под выжидающим взглядом Линьфэн тёмный заклинатель быстро начертил в воздухе печать поиска энергии огня и отправил её в свободный полёт. Но печать потратив переданный ей рукой заклинателя импульс, застыла на месте, оповещая своего создателя, что в пределах её действия нет никаких признаков искомого.
- Хм, - недовольно сморщила носик госпожа Фань, - Каков периметр действия этой печати?
- Не меньше десяти ли.
Ответ Ван Лэя и впечатлил заклинательницу, и в то же время усугубил её недовольство, которое почему-то выражалось в ещё более широкой улыбке, приобретающей садистские оттенки...
- Если госпожа Фань скажет, что именно ищет, мы управимся здесь быстрее, - намекнул Ван Лэй, которому не терпелось покончить с этим таинственным делом и вернуться к поискам Ян Лу.
Но госпожа Фань заметно колебалась. После нескольких мгновений молчания она, наконец, объяснилась:
- Нет. Шахты слишком обширны, обследование их может занять месяцы... Возвращаемся.
Ван Лэй лишь дёрнул бровью, но возражать не стал, понимая, что у госпожи Фань, по всей видимости, должен быть свой человек на Мятежных Островах, через которого узнать интересующую информацию будет проще и быстрее.
На обратном пути шаги женщины были более расслабленными и неспешными. Дождавшись, когда Ван Лэй поравняется с ней, госпожа Фань задала вполне ожидаемый вопрос:
- Господин Ван, у Вас есть возможность связаться с вашим другом? Скорее всего он на южном острове, среди мятежников.
- Допустим... - уклончиво ответил тёмный заклинатель, - Чего же Вы от него хотите?
Фань Линьфэн остановилась и развернулась к собеседнику.
- Я хочу, чтобы он нашёл женщину по имени Жэнь.
______________
Оучу - 鸥雏 - чайка-птенец. О талантливом ребёнке говорят: 凤雏 - фэнчу, значит, птенец феникса. Но на Мятежные Острова фениксы не залетают, только чайки...)))
Чэньмо - 沉默 - молчаливый.