Королевский пепел ( Часть 64 )

«Настоящая любовь не просит остаться — она становится причиной, по которой невозможно уйти».

Юг — Земли Солнца и Пепла. Где-то в бескрайней пустыне.

Рейгар Велкарис.

— Оставь меня, — прошептала она.

— Что?! — Я замер.

— Улетай отсюда, Рейгар, пока ещё можешь. Ты ранен... Прошу тебя...

Кассиан стоял рядом с ней, наблюдая за нами с едва заметной улыбкой. Золотой клинок не шевельнулся, но его остриё по-прежнему находилось напротив живота Марисель.

— Ты должен меня услышать. — Её голос сорвался, но она заставила себя продолжить: — Я всего лишь человек. Ты король. У тебя есть народ, земли, люди, которые от тебя зависят. Ты не можешь умереть здесь из-за меня.

Я сделал ещё один шаг. Клинок приблизился к её животу. Марисель резко вдохнула. Я был вынужден остановиться.

— Не подходи! — Вскрикнула она. — Пожалуйста, не подходи ближе.

Я никогда не слышал, чтобы она умоляла. Она могла кричать на меня, угрожать, бросаться вещами, смотреть с ненавистью, даже когда сама дрожала от страха, но никогда не умоляла. До этой минуты.

— Ты найдёшь другую жертву, — быстро произнесла она. — Другую человеческую женщину. Ту, которая будет послушнее, сильнее... лучше меня.

В груди что-то оборвалось. Кассиан едва заметно повернул голову ко мне, ожидая реакции. Я не позволил ему её увидеть.

— Не называй себя так, — сказал я.

— Но это правда. Я всего лишь жертва, одна из многих, кого могли тебе отдать. — Она дёрнула руками, и верёвки ещё сильнее впились в запястья. — Другая женщина тоже сможет родить тебе ребёнка. Любая сможет дать Северу наследника. Я тебе не нужна.

Мой дракон зарычал так глубоко, что звук прокатился по земле. Марисель вздрогнула, но не замолчала.

— Твой сын ещё даже не родился. Ты сможешь иметь другого. С другой женщиной. С драконицей. С той, которая не будет такой слабой и не принесёт столько проблем.

Каждое её слово резало сильнее ночного серебра. Она действительно верила в то, что говорила. Верила, что её можно заменить. Что другая женщина сможет занять её место, носить моего ребёнка, спорить со мной, смотреть на меня так, как смотрела она. Что я смогу просто пережить её смерть и найти кого-то ещё.

— Марисель...

— Нет, выслушай меня! — По её щекам уже текли слёзы. — Прошу тебя, Рейгар. Сохрани свою жизнь. Вернись на Север. Ты нужен королевству. Моя жизнь ничего не стоит рядом с твоей.

Мир вокруг затих. Я больше не слышал воинов, арбалетов или тяжёлого дыхания Сайласа. Даже присутствие Кассиана отступило куда-то далеко. Осталась только она. Привязанная к столбу, измученная, напуганная — и всё равно готовая пожертвовать собой, лишь бы я жил. Я медленно поднял голову.

— Никогда больше этого не говори. — Мой голос был тихим, но земля под ногами содрогнулась.

Она закрыла глаза.

— Ты никогда не была для меня просто жертвой.

Её глаза распахнулись. Я смотрел прямо в них.

— Как трогательно, — тихо рассмеялся Кассиан.

Я даже не взглянул на него. Я так долго избегал этих слов, словно признание могло сделать меня слабым. Но теперь, когда остриё клинка зависло возле нашего ребёнка, скрывать правду стало бессмысленно. Марисель перестала дышать. На её лице смешались боль, недоверие и что-то настолько хрупкое, что я боялся даже пошевелиться. Я опустился на одно колено возле первой ступени. Улыбка Кассиана стала шире.

— Я не становлюсь на колени перед ним, — сказал я. — Я становлюсь перед тобой.

— Не надо. — Слёзы снова наполнили её глаза.

Где-то позади меня Сайлас издал глухой звук. Но я продолжал смотреть лишь на Марисель.

— Перед тобой и нашим сыном, — повторил я.

Я коснулся ладонью раскалённого песка. Знак, который Астрид вырезала на моей коже перед отлётом, вспыхнул. Красный свет побежал от пальцев по земле. Кассиан успел лишь опустить взгляд. Моя кровь уже находилась под постаментом. Несколько капель, которые я оставил в песке, пока приближался. Достаточно, чтобы замкнуть древнюю драконью печать. Камень под Марисель задрожал. Клинок возле её живота рассыпался светом.

— Сейчас! — Крикнул я.

Сайлас бросился вперёд, разрывая верёвки руками, прежде чем Кассиан успел восстановить заклятие. Марисель упала ему в объятия. Он прижал её к себе одной рукой, второй прикрывая живот. Жива. Она была жива. Наш сын тоже. Я почувствовал его слабый толчок через связь.

Кассиан стоял в нескольких шагах, окружённый золотым пламенем.Его лицо исказилось. Всё напускное благородство исчезло. Не осталось ни спокойствия, ни снисходительной улыбки правителя, уверенного в собственной победе. Теперь передо мной стоял лишь разъярённый дракон, у которого отняли добычу. Его взгляд метнулся к Марисель. Позади Сайлас уже отступал от разрушенного постамента. Он держал Марисель на руках, прижав к груди. Одно плечо было развёрнуто к Кассиану, словно даже в человеческом облике он пытался прикрыть её невидимым крылом. Она попыталась вырваться, но ноги всё равно не удержали бы её.

— На этот раз, жертва, ты послушаешься, — Сайлас сжал челюсть и прижал её крепче.

— Ты действительно думаешь, что уже спас её? — Прошептал король Юга.

Золотое пламя вокруг него рванулось вверх, образуя над головой огненную корону. Жара стала невыносимой. Песок под его ногами начал плавиться, превращаясь в блестящее стекло. Я почувствовал, как остатки магии отозвались болью в костях. У меня почти ничего не осталось. Разлом выпил большую часть силы. Битва в небе забрала остальное. Ночное серебро всё ещё текло по венам, медленно отравляя тело. Сердце билось неровно, каждый вдох разрывал грудь.

— Ты едва стоишь на ногах, — расхохотался Кассиан.

— А ты всё ещё слишком много говоришь.

Глаза короля Юга вспыхнули. Его огонь ринулся ко мне. Я выставил ладонь. Удар золотого пламени отбросил меня на несколько шагов. Сапоги прорезали в песке две глубокие борозды. Кожа на руке обуглилась, боль дошла до самого плеча, но я устоял. Я увидел, как Сайлас замер лишь на мгновение. Затем отступил, унося Марисель подальше. Если бы я увидел её лицо, то мог позволить королю Юга победить, а мне нужна была ясность.

— Ты не уйдёшь отсюда живым, — Кассиан медленно приближался.

— Знаю.

— И всё равно остаёшься?

— Ты ещё дышишь.

Этой фразы оказалось достаточно. Он бросился на меня. Золотое пламя взорвалось вокруг его тела. Кожу покрыла чешуя, черты лица начали меняться. На висках прорезались изогнутые рога, пальцы удлинились, превращаясь в когти. Кассиан пытался снова принять драконий облик. Я опустил окровавленную ладонь к земле. Я создал печать не только для того, чтобы уничтожить клинок возле живота Марисель. Я запер его магию внутри круга. Он понял это слишком поздно. Крылья успели лишь наполовину вырваться из спины, когда красный свет обвил его щиколотки. Он дёрнулся, но печать поднялась выше, затягиваясь вокруг ног и талии, словно раскалённые цепи. Превращение остановилось. Кассиан остался между двумя обликами: слишком большой для человека, но ещё не дракон. Золотая чешуя покрывала половину лица и груди, за спиной дрожали нераскрывшиеся крылья, а изо рта вырывалось пламя.

— Что ты сделал? — Проревел он.

— Вернул твою магию туда, откуда она пришла. Открою тебе маленький секрет перед смертью: моя мать была могущественной колдуньей. И хотя она не успела ничему меня научить, кровь всегда даёт о себе знать.

— У тебя не хватит сил удержать меня, — прошипел он, ударив когтями по красным линиям.

— Возможно. Но мне не нужно удерживать тебя долго.

Он выбросил руку вперёд. Золотое копьё появилось в воздухе и полетело прямо мне в грудь. Я отклонился. Острое наконечие пронеслось мимо. Ещё одно копьё. И снова не попало в цель. Я преодолел последние шаги и схватил его за горло. Золотая чешуя обожгла ладонь. Кассиан ударил меня когтями в грудь, разрывая ткань и кожу, но я не отпустил.

— Ты проиграл, — выдохнул он.

— Нет. — Я притянул его ближе. — Я уже забрал у тебя всё, ради чего пришёл.

Кассиан больше не имел ничего, чем мог бы меня остановить.

— А теперь, — сказал я, — я заберу у тебя всё остальное.

Я высвободил последнюю часть магии, которую до сих пор удерживал внутри. Драконий огонь не всегда рождался в лёгких. Древнейшие представители нашего рода могли зажечь его без пламени — прямо в крови врага. Моя мать называла эту силу Королевским пеплом. Она не сжигала тело снаружи. Заставляла собственную магию дракона пожирать его изнутри. Эту силу запретили ещё до моего рождения. Потому что вместе с врагом она выжигала часть того, кто её пробуждал. Мне уже нечего было беречь. Я прижал окровавленную ладонь к золотым пластинам на груди Кассиана. Красный знак перешёл с моей кожи на его чешую.

— Нет, — прошептал он.

Впервые я услышал в его голосе настоящий страх.

— Ты знаешь это заклятие...

— Его невозможно использовать без полной драконьей силы.

— Тогда тебе нечего бояться.

Я замкнул печать. Золотое пламя вокруг Кассиана содрогнулось. Затем повернулось против него. Оно втягивалось под чешую, проникало сквозь трещины, наполняло тело ослепительным светом. Кассиан закричал и попытался вырваться, но мои пальцы оставались на его горле. Его нераскрывшиеся крылья вспыхнули первыми. Золотая перепонка превратилась в огонь, кости засветились сквозь неё, а затем рассыпались сияющей пылью.

— Прекрати! — Прорычал он. — Ты погибнешь вместе со мной! Тогда кто спасёт твою жертву?

Сайлас находился уже далеко. Он опустил Марисель на землю, но продолжал удерживать одной рукой за талию. Она была в безопасности.По крайней мере, настолько, насколько могла быть в этой проклятой пустыне. Я снова посмотрел на Кассиана. Моя магия в последний раз рванулась вперёд. Кассиан заревел нечеловеческим голосом. Крик дракона прокатился по пустыне, расколол несколько уцелевших арбалетов и поднял песок огромной волной. Его тело стало почти прозрачным от света. Я видел сквозь золотые пластины кости, сердце и магию, которая билась внутри, пытаясь удержать его в этом мире. Затем сердце вспыхнуло. Мир на мгновение стал белым. Пламя прошло сквозь меня. Я услышал треск собственных костей. Почувствовал, как исчезает последняя магия, как дракон внутри отступает во тьму, слишком слабый, чтобы удерживать сознание.

Кассиан рассыпался в моих руках. На одно короткое мгновение передо мной остались лишь его золотые глаза. В них больше не было ни высокомерия, ни гнева. Только непонимание. Золотая фигура разлетелась миллионами мелких искр. Они медленно оседали на песок, блестели под солнцем, словно пыль из драгоценного металла. Ветер подхватил часть пепла и понёс в сторону далёкого города. На том месте, где только что стоял король Юга, осталось лишь кольцо обугленного стекла и тонкий слой золотого пепла. Кассиана больше не было.

Я смотрел на пустоту перед собой, не чувствуя победы. Только тишину. Печать под ногами погасла. Красные линии потеряли свет и рассыпались трещинами по стеклу. Боль вернулась вся разом. Ноги подкосились.Я попытался сделать шаг, но тело больше не подчинялось. Перед глазами поплыли тёмные пятна, солнце раздвоилось.

Жива.

Это было единственное, что имело значение. Я хотел сказать ей, что люблю её. Что горячий песок обожжёт босые ступни. Что она может упасть. Что должна беречь нашего сына. Я опустился на колени, а затем рухнул лицом в раскалённый песок.

Марисель.

Я была измучена. Не просто устала — казалось, из меня вытянули всё до последней капли. Силы. Мысли. Даже страх. Я смотрела на происходящее вокруг и не могла поверить, что всё это было реальностью. Рейгар пришёл. Я умоляла его уйти. Просила оставить меня, спасти себя, вернуться в своё королевство. Говорила, что он найдёт другую жертву, другую женщину, которая родит ему наследника. Что моя жизнь ничего не стоит рядом с его. Он не послушал. Разумеется, не послушал. Рейгар никогда не слушал, когда уже что-то решил. Продолжал совершать безрассудные поступки, не обращая внимания ни на собственную жизнь, ни на кровь, стекавшую по его телу, ни на ночное серебро, которое снова проникло в его кровь. Когда Сайлас разорвал верёвки, ноги сразу подкосились. Я упала ему в руки, даже не успев выставить ладони. Перед глазами всё качалось, а солнце превратилось в размытое белое пятно. Горло горело от жажды. Я не помнила, когда в последний раз пила воду. Кожа пылала, запястья саднило, а живот тянуло вниз тяжёлой, неприятной болью. Мне нужно было оставаться в сознании. Я повторяла это про себя снова и снова.

— «Не терять сознание. Не сейчас».

— «Как мы вернёмся на Север?»

— «Что будет с Рейгаром?»

— «Сможет ли он победить Кассиана?»

— «Где мой амулет?»

— «Как Сайлас вообще здесь оказался?»

Тысячи вопросов крутились в голове, сталкивались друг с другом и не давали сосредоточиться.

— Отпусти меня. — Я дёрнулась в руках Сайласа.

Он лишь крепче прижал меня к груди и направился прочь от постамента.

— На этот раз, жертва, ты послушаешься.

— Нет! Немедленно отпусти меня! Рейгар ранен, ему нужно помочь.

— Сейчас ему больше всего поможет то, что ты будешь подальше отсюда.

Я снова попыталась вырваться, но руки не слушались. Пальцы лишь скользнули по его плечу. И тогда я наконец осознала ещё кое-что.

— О боги... Ты голый...

Сайлас на мгновение закрыл глаза, словно именно эта моя фраза стала последним испытанием, которое он уже не мог вынести.

— После превращения не было времени одеваться.

— Совсем голый. — Я моргнула, всё ещё глядя на него.

— Да, жертва. Именно это сейчас важнее всего. — Он посмотрел на моё мокрое, разорванное белое платье, едва державшееся на плечах. — Ты тоже не особенно одета.

— Не смотри. — Я опустила взгляд на себя и сразу пожалела об этом.

— В следующий раз, когда тебя будет похищать король Юга, я обязательно учту твои пожелания.

При других обстоятельствах я бы его ударила. Сейчас могла лишь вцепиться пальцами в его плечо и снова повернуть голову к постаменту. Я уже почти не видела Рейгара. Сайлас уносил меня слишком быстро, а между нами поднимались облака песка и золотого пламени. Лишь время от времени над пустыней прокатывался грохот, от которого дрожал воздух. Я кричала.Звала Рейгара, требовала от Сайласа вернуться, умоляла не оставлять его одного. Я уже не помнила точных слов. Они смешивались со слезами, кашлем и горячим воздухом, обжигавшим лёгкие. Сайлас не отвечал. Уносил меня всё дальше и дальше. Внезапно он опустил меня на песок. Горячие песчинки сразу обожгли босые ступни. Колени подкосились, но Сайлас схватил меня за плечи и удержал.

— Слушай меня, жертва.

— Отпусти...

Он сильно встряхнул меня. Перед глазами прояснилось лишь на мгновение.

— Слушай меня, Марисель!

Я замерла. Он второй раз за всё время нашего знакомства назвал меня по имени. Его серые глаза были серьёзными. В них не осталось ни привычной насмешки, ни легкомыслия.

— С Рейгаром всё будет хорошо, — сказал он, чётко произнося каждое слово. — Мои люди вытащат его отсюда, как только он закончит с этим ублюдком.

— Он ранен. В него попал болт с ночным серебром. Оно уже едва не убило его. Ты сам видел, что произошло в прошлый раз.

— Именно поэтому мои люди получили приказ дать ему мою кровь.

Я перестала вырываться.

— Кровь другого дракона может нейтрализовать яд ночного серебра, — продолжил он. — Кровь обычного дракона способна лишь замедлить действие яда, а иногда сделать ещё хуже. Нужна сильная кровь древнего рода, совместимая с его магией. Моя должна подойти. По крайней мере, её хватит, чтобы удержать Рейгара в живых, пока его не осмотрит целитель.

Я снова посмотрела туда, где за песчаной завесой остался Рейгар.

— Я не могу просто оставить его там...

— Можешь.

— А если он... — Я не смогла закончить.

— Тебе сейчас не следует переживать за Рейгара. Он прожил достаточно долго, чтобы научиться выживать. — Сайлас сильнее сжал мои плечи. — Переживай, чёрт возьми, за ребёнка, которого ты носишь!

Я вздрогнула. Его голос прогремел так резко, что на мгновение заглушил даже шум битвы. Сайлас опустил взгляд на мой живот.

— Ты измучена, обезвожена и слишком долго простояла под солнцем. Ты едва держишься на ногах, а живот болит настолько сильно, что ты каждые несколько секунд бессознательно прикрываешь его рукой.

Только тогда я заметила, что действительно держала ладонь на животе.

— До города несколько миль, — продолжил он.

— До замка Кассиана? — Спросила я.

— До замка, который через несколько минут, надеюсь, перестанет принадлежать Кассиану.

Я посмотрела на далёкие золотые башни, дрожавшие в мареве.

— Ты не сможешь ехать верхом, поэтому я превращусь. Ты уже летала на Рейгаре.

— Это было иначе.

— Разумеется. Он король, грозный и обладает гораздо более удобной спиной.

Я не поняла, шутил он или нет. Сайлас наклонился ближе, заставляя меня смотреть ему в глаза.

— Ты сядешь на меня. Будешь крепко держаться за чешую у основания шеи. Через несколько минут мы окажемся возле замка и будем ждать там Рейгара.

Что-то промелькнуло во взгляде Сайласа, но исчезло раньше, чем я успела понять. Сердце болезненно сжалось.

— Ты всё поняла? — Спросил Сайлас.

Я молчала. Он снова встряхнул меня.

— Марисель!

— Да, — прошептала я.

— Даже не думай терять сознание.

Мой взгляд снова скользнул ниже. Сайлас это заметил.

— Хватит на меня смотреть, чёрт возьми. Я не первый голый мужчина, которого ты видишь.

Щёки вспыхнули так сильно, что даже солнце здесь было ни при чём.

— Не говори об этом.

— Тогда перестань меня разглядывать. — Даже сейчас в его голосе появился знакомый оттенок насмешки.

Возможно, именно это немного привело меня в чувство. Сайлас отпустил мои плечи и отступил на несколько шагов. Воздух вокруг него содрогнулся. Сайлас запрокинул голову, и его тело начало меняться. Кости удлинялись с глухим хрустом, плечи расширились, кожу покрыли тёмные чешуйки. Они быстро расползались по груди, рукам и шее, сливаясь в сплошной блестящий панцирь. Через несколько мгновений человеческие черты исчезли.Передо мной стоял дракон. Серый, почти чёрный в тени, но под беспощадным солнцем его чешуя переливалась серебром и глубокой синевой, словно ночное море под луной. Длинные узкие крылья раскрылись над песком.Их рваные края действительно немного напоминали крылья летучей мыши. Тонкие рога изгибались назад вдоль головы. Серые глаза внимательно смотрели на меня. Я стояла как вкопанная. Сил не осталось даже на то, чтобы подойти.

Казалось, моё человеческое тело наконец решило окончательно меня подвести. Колени дрожали, в ушах шумело, а земля под ногами медленно наклонялась. Сайлас нетерпеливо фыркнул. Из ноздрей вырвался клуб чёрного дыма. Он опустился ниже, прижав одно крыло к песку, словно ступеньку. Я приблизилась, почти не чувствуя ног. Провела ладонью по тёмной чешуе. Она оказалась тёплой и гладкой, хотя выглядела острой. Я подтянулась на крыло. Мир снова качнулся. Сайлас повернул голову и издал глухое предупреждающее рычание.

— Не ворчи, — пробормотала я. — Я стараюсь.

Я добралась до его спины и села у основания шеи. Обхватила руками ближайший костяной гребень, прижалась грудью к чешуе и закрыла глаза. Сайлас фыркнул во второй раз, а затем расправил крылья. Первый взмах поднял вокруг нас облако песка, а второй оторвал от земли. Я едва не вскрикнула, когда пустыня провалилась вниз. Пальцы сжали чешую так сильно, что заболели суставы. Горячий ветер ударил в лицо, разбрасывая мокрые волосы. Сайлас быстро набирал высоту, но летел ровно, не делая резких движений. Далёкий город начал приближаться. Его золотые башни вырастали над песками, а возле стен уже можно было разглядеть маленькие тёмные фигуры. Я оглянулась. Позади нас поднималось огромное облако песка. Сквозь него я больше не видела ни постамента, ни Рейгара. Лишь далеко позади небо вспыхнуло золотым огнём. Я крепче прижалась к Сайласу.

— Только не умирай, — прошептала я, не зная, говорила ли с ребёнком, с Рейгаром или с самой собой.

Возможно, со всеми нами сразу.