На краю неба ( Часть 25 )
«Он хотел тишины – а нашел меня.»
Нортвейн. Ледяные земли. Замок дракона.
Марисель.
— Мне просто нужен был свежий воздух.
— Марисель...
— Всего несколько минут.
Не дожидаясь ответа, я быстро ушла. Мне казалось, что если останусь здесь ещё хоть немного, то начну задавать вопросы, ответы на которые совсем не хочу знать. Я прошла мимо танцующих пар, мимо столов с едой, мимо придворных, обсуждавших друг друга с улыбками на лицах. Музыка постепенно становилась всё тише. Наконец я вышла на один из балконов. И мгновенно пожалела об этом.
— Ох...
Холод ударил по мне так, словно ждал за дверью именно этого момента. Ледяной воздух обжёг лёгкие. Ветер подхватил несколько тёмных прядей волос и бросил их мне в лицо. Я крепче обхватила себя руками. Здесь было намного холоднее, чем я ожидала. Горы темнели вдали под серебряным светом луны. Всё вокруг казалось бескрайним и очень одиноким. Я опёрлась локтями о каменный парапет. Камень был ледяным. Наверное, именно это мне сейчас и было нужно. Что-то, что поможет перестать думать. Потому что мысли никуда не исчезали. Они возвращались снова и снова.
— «Смертная может помочь дракону чувствовать».
Глупость. Абсолютная глупость. Рейгар был королём драконов. Самым могущественным существом, которое я когда-либо встречала. А я... Я была просто девушкой из человеческого королевства. Обычной, упрямой, возможно, немного безрассудной. Но точно не настолько особенной, чтобы изменить кого-то вроде него. Мой взгляд сам собой поднялся к небу. Где-то там, высоко над облаками, он когда-то летал. Каждый день. Я вспомнила, как он говорил об этом утром. Вспомнила грусть в его голосе. И поняла, что думать о нём становится опасно легко.
— Это плохая идея, Марисель.
Ветер немедленно согласился со мной, швырнув в лицо новую волну холода.
— Очень плохая, — дрожащим голосом выдохнула я.
— С кем ты споришь? — Низкий мужской голос прозвучал совсем рядом.
Я резко обернулась и едва не подпрыгнула от неожиданности. Позади меня стоял Сайлас. Конечно. Потому что сегодня судьба явно решила поиздеваться надо мной. Сайлас стоял всё с той же лёгкой, почти ленивой улыбкой.
— У тебя странная привычка появляться без предупреждения, — сухо сказала я.
— А у тебя странная привычка выживать там, где другие чувствуют себя не слишком комфортно.
— Это комплимент?
— Это наблюдение.
Он сделал шаг ближе, и я сразу напряглась. Но он просто снял со своих плеч тёмный плащ и, не спрашивая разрешения, накинул его на меня. Я даже не успела отреагировать. Ткань была тёплой. Слишком тёплой для того, кто только что стоял в этом же холоде. Запах тоже был его: лёгкий дым, сталь и что-то едва уловимое, хищное. Я машинально придержала плащ, словно он мог слететь.
— Спасибо, — коротко бросила я, не глядя на него.
— Не стоит.
Пауза повисла между нами над краем балкона вместе с темнотой ночного неба. Где-то за дверями шумел праздник — музыка, голоса, смех. Но здесь всё звучало приглушённо, словно мир решил сделать вид, что нас здесь нет.
— Ты выглядишь так, будто тебе сказали что-то, что выбило тебя из равновесия, — наконец произнёс Сайлас.
— Драконы любят драму. Это у вас в природе. — Я сжала челюсти.
— Люди любят делать вид, что понимают драконов, — он слегка наклонил голову. — Это ещё хуже.
— Ты всегда говоришь так, будто знаешь больше, чем рассказываешь.
— А ты всегда думаешь, что я в чём-то виноват.
На секунду мне захотелось возразить. Но он был настолько раздражающе прав, что я просто отвела взгляд в темноту. Где-то далеко снег ложился на чёрные крыши замка.
— Ты уже познакомилась со всей добротой нашего двора? — Его взгляд скользнул по моему лицу, словно что-то оценивая.
— Если это доброта, то я не хочу видеть зло. Я ни с кем не знакомилась.
Сайлас тихо хмыкнул. Я сделала ещё полшага в сторону, сохраняя дистанцию.
— Почему ты здесь? — Спросила я.
— Я же говорил. Присматриваю за королём. — Его улыбка на мгновение стала менее игривой.
— Или присматриваешь за мной? — Спокойно уточнила я.
На секунду между нами повисла тишина. А потом он рассмеялся — тихо и коротко.
— Ты мне нравишься, маленькая жертва.
— Я не «жертва», — твёрдо сказала я.
— В этом замке это вопрос интерпретации.
Он облокотился на каменный парапет рядом.
— Тебе здесь не слишком нравится, правда?
Его голос прозвучал так непринуждённо, будто мы просто продолжали светскую беседу.
— Я ещё не решила, — сухо ответила я, стараясь не показывать, что насторожилась.
— Это означает «да». У тебя очень честная мимика, маленькая жертва. — Он тихо усмехнулся.
— Перестань меня так называть.
— Как именно? Жертвой? — Он бросил на меня быстрый взгляд. — Но ведь ты не станешь отрицать, что у тебя здесь... особая роль.
— Если ты сейчас пытаешься меня напугать, то получается плохо. — Я нахмурилась.
— А я и не пытаюсь, — пожал плечами Сайлас.
Это было сказано так просто, что на мгновение даже захотелось поверить. Я уже хотела ответить что-то резкое, когда вдруг заметила движение за его плечом.
Мы оба одновременно обернулись. К нам медленно приближался Рейгар. Даже здесь, вдали от шума бала, он притягивал к себе внимание так же неизбежно, как пламя притягивает взгляд в темноте. Тёмный плащ мягко колыхался за его спиной, а золотые глаза сразу скользнули по нам обоим. Не сговариваясь, мы с Сайласом склонили головы.
— Ваше Величество, — ровно произнёс Сайлас.
Я тоже слегка поклонилась. На несколько секунд повисла тишина, а затем Рейгар тяжело вздохнул.
— Не нужно этого делать.
Я подняла голову. Сайлас тихо фыркнул рядом.
— Кланяться мне, особенно вам двоим, — продолжил Рейгар, переводя взгляд то на меня, то на своего друга. — Вы ведь никогда этого не делаете, так зачем притворяться?
— Мы решили быть вежливыми, — совершенно серьёзно ответил Сайлас.
— Врёшь.
— Ладно, я просто хотел увидеть выражение твоего лица.
— И как? — Спросил Рейгар.
— Разочарованное, — улыбнулся Сайлас. — Я всё ещё надеюсь тебя удивить.
— Безуспешно, — фыркнул Рейгар.
Я молча переводила взгляд с одного на другого. Было странно видеть Рейгара таким — просто мужчиной рядом со своим другом. Сайлас вдруг хитро прищурился.
— Кстати, я спасал твою жертву от замерзания.
— Правда?
— Да, — он демонстративно кивнул на плащ на моих плечах.
Золотой взгляд Рейгара опустился ниже. На короткое мгновение его глаза задержались на тёмной ткани.
— Спасибо, — спокойно сказал Рейгар. — Но не привыкай к похвале.
— Уже поздно.
— У драконов всегда такие длинные разговоры? — Закатила глаза я.
— Обычно длиннее, — ответил Сайлас.
— Гораздо длиннее, — подтвердил Рейгар.
— Ужас.
— Мы знаем, — одновременно сказали они.
Я замерла. Сайлас рассмеялся первым. Рейгар лишь едва заметно дёрнул уголком губ и перевёл взгляд на Сайласа.
— Сайлас.
— Уже ухожу.
— Немедленно.
— Да, Ваше Величество.
На этот раз он поклонился настолько театрально, что я с трудом сдержала смех. Сайлас исчез за дверью балкона. Мы остались одни, и холодный ветер сразу показался ещё холоднее.
Я стояла у каменных перил, вцепившись пальцами в холодный мрамор, а ветер играл подолом моего платья. Из-за дверей доносились приглушённые звуки музыки и голосов, но здесь, на балконе, было тихо — только ночное небо и звёзды, рассыпанные по бархату темноты.
Рейгар подошёл ко мне и встал рядом, опершись локтем о перила, и его взгляд скользнул по мне — медленно, оценивающе, но без той хищной насмешки, к которой я привыкла.
— Ты прекрасно выглядишь, — сказал он, и в его голосе не было привычной стали. — Не замёрзла?
Я повернула голову, встречая его взгляд, и в лунном свете его глаза казались почти чёрными, с золотыми искрами в глубине.
— Спасибо, нет, всё хорошо, просто хотела подышать воздухом.
Я отвела взгляд, снова уставившись в тёмное небо, и мои пальцы сильнее сжали перила.
— Ты сразу исчезла после разговора с Астрид, — заметил он, в его голосе мелькнула тень чего-то похожего на недовольство.
— Ты следил за мной? — Улыбнулась я, не оборачиваясь.
— Я всегда слежу за тем, что принадлежит мне, — ответил он просто.
— Легко быть тем, у кого есть когти и огонь, — сказала я, не поворачивая головы. — Ты можешь просто сказать, что кто-то принадлежит тебе. Но живой человек — не вещь, Рейгар.
Я повернулась к нему, и лунный свет упал на моё лицо, высветив тонкий шрам на шее.
— Я не трофей, который ты завоевал, притащив в своё логово, не жертва, которую тебе принесли.
Мой голос стал тише, но в нём звучала сталь. Я сделала шаг к нему, сокращая расстояние, и положила ладонь ему на грудь, туда, где под тканью камзола билось его сердце. Рейгар перехватил мою руку, его пальцы сомкнулись вокруг моего запястья — осторожно, почти невесомо, словно он боялся сжать слишком сильно.
— Ты права, — тихо сказал он.
В его голосе не было привычной уверенности, только хриплый шёпот, срывающийся в ночную тишину.
— Я привык брать. Забирать. Сжигать всё, что встаёт на пути.
Он поднёс мою ладонь к своим губам и замер, не целуя, лишь касаясь дыханием моей кожи.
— Но я не знаю, как просить. — Он поднял на меня взгляд, и в золоте его глаз мелькнуло что-то похожее на отчаяние.
Рейгар отпустил мою руку и опёрся о перила, глядя куда-то вниз.
— Ты думаешь, почему я не представил тебя им? — Спросил он, и в его голосе прозвучала горькая усмешка. — Почему не вывел под руку в центр зала и не объявил: «Вот она, та, что родит мне наследника»?
Он повернул голову и посмотрел на меня.
— Потому что я знаю этих существ лучше, чем они знают самих себя. — Его голос опустился до шёпота. — Я вижу их истинные лица. Я знаю, что стоит мне объявить тебя своей — они начнут охоту. Не на меня. На тебя. Наследник — лишь предлог. Они убьют тебя, Марисель. Отравят, перережут горло во сне, пошлют наёмников, сожгут заживо — что угодно. И сделают это с улыбками на лицах, прикрываясь верностью короне.
Он взял моё лицо в ладони, осторожно, словно оно было сделано из тончайшего стекла.
— Я не боюсь за себя. Я боюсь, что однажды утром найду тебя мёртвой. И тогда я сожгу всё дотла, но тебя это уже не вернёт. — Его большой палец провёл по моей скуле. — Пусть они думают, что я привёл тебя как игрушку. Как тело для наследника. Пусть считают тебя слабой. Это даст тебе время, а время даст мне возможность уничтожить каждого, кто посмеет поднять на тебя руку.
Я молчала несколько долгих ударов сердца. Ветер играл моими тёмными волосами, и в лунном свете я казалась призраком — прекрасным и опасным. Я мягко взяла его ладони в свои и убрала от своего лица, но не отпустила, переплетя наши пальцы.
— Ты думаешь, я не знаю, что такое опасность? — Тихо спросила я. — Ты думаешь, я не видела смерть в лицо? Я видела, как моя мать угасает у меня на глазах... Я не боюсь их интриг. Я боюсь только одного — что ты решишь за меня, что для меня лучше. — Мой голос дрогнул.
На лице Рейгара что-то едва заметно изменилось. Он внимательно смотрел на меня.
— Моя мать умерла во время родов, — начал он. — Все знают эту историю, её рассказывают шёпотом, будто боятся произнести вслух.
Я опустила взгляд на свои руки.
— Знаешь, что самое нелепое? Я до сих пор считаю, что это была моя вина.
Повисла тишина. Тяжёлая.
— Рейгар...
— Нет, подожди. — Он покачал головой. — Она была жертвой дракона, но она не была обычным человеком. Она происходила из одного из древнейших магических родов Севера. Валирия Кроувейн была очень сильной чародейкой. Возможно, большая часть её силы перешла ко мне.
Сначала я молчала, пытаясь осмыслить услышанное.
— Тогда почему она умерла?
— Никто не знает. Лучшие целители не смогли этого объяснить, лучшие маги тоже.
Он сделал короткую паузу.
— Она просто угасла.
От этих слов внутри стало холодно. Холоднее, чем от зимнего ветра. Я отвернулась, горло болезненно сжалось. Впервые за всё время нашего знакомства в глазах Рейгара промелькнула такая древняя боль, что мне стало страшно. Я застыла, чувствуя, как его слова проникают под кожу, оставляя там ледяной след. Я смотрела на него и видела не дракона, не чудовище, не короля. А мальчика, который несёт на плечах груз, способный раздавить любого. Я медленно подняла руку и коснулась его щеки. Ладонь легла на шероховатую кожу, и я почувствовала, как он вздрогнул от моего прикосновения.
— Твой отец обвиняет тебя, поэтому тогда за завтраком ты не захотел о нём говорить, — сказала я шёпотом. — Но скажи мне... — я заглянула в его глаза, в моих голубовато-серых глазах блеснула слеза. — Если бы у тебя был выбор — родиться и потерять её или вовсе не родиться, чтобы она жила... что бы ты выбрал?
Я не ждала ответа. Мои пальцы скользнули по его скуле, по линии челюсти, остановились на подбородке.
— Ты не виноват в том, что родился. — Мой голос дрогнул, но я заставила себя говорить твёрдо. — Я тоже виню себя в смерти матери. Может быть, если бы я раньше заметила, что она болеет, она была бы жива? Может быть, отец не нашёл бы мачеху? Может быть, тогда всё было бы по-другому?
Я прижалась лбом к его лбу, закрыв глаза.
— Но мы здесь, мы живы. — Я выдохнула, и моё дыхание смешалось с его. — Ты не один, Рейгар. Слышишь?
— Хватит, Марисель, я не хочу жалости. — Рейгар резко отстранился, тяжело дыша.
Мои пальцы замерли на его плече, и во взгляде промелькнуло что-то острое — не обида, а скорее понимание.
— Это не жалость, — тихо сказала я. — Жалость — это когда смотрят сверху вниз, а я стою рядом с тобой на одной земле.
Я убрала руку и сделала шаг назад, давая ему пространство. Лунный свет скользнул по моему лицу, подчёркивая линию скул и тень под глазами.
— Ты не готов показать мне всего себя. Ты показываешь мне гнев и силу, но прячешь боль. Думаешь, если запереть её внутри, она исчезнет? — Я скрестила руки на груди.
Я покачала головой и отвернулась к горам, глядя на них, а звёзды над головой мерцали тысячами огней. Рейгар стоял неподвижно, вцепившись пальцами в каменные перила так, что костяшки побелели. Ветер трепал его тёмные волосы, и в свете звёзд его лицо казалось высеченным из камня — холодным, непроницаемым.
Он долго молчал. Так долго, что тишина между нами стала почти ощутимой — плотной, как туман перед рассветом.
— Ты права, — наконец выдохнул он, и его голос прозвучал хрипло, будто слова царапали горло. — Я не готов. Я никогда не был готов. Никто никогда не спрашивал меня, готов ли я быть чудовищем. Никто не спрашивал, готов ли я потерять мать. Никто не спрашивал, готов ли я смотреть, как отец проклинает меня за то, что я появился на свет.
Он сделал шаг ко мне, и его рука потянулась к моему лицу, но застыла в сантиметре от моей щеки.
— Я не умею показывать боль. Меня учили прятать её. Заковывать в сталь и прятать глубоко внутри, чтобы никто не мог использовать её против меня. Но ты видишь то, что я прячу, и это пугает меня больше, чем любой враг.
Холодный ветер прошёлся по балкону, подхватив край его плаща. Между нами снова повисла тишина, я не знала, что ответить.
— Пора возвращаться, Марисель, — наконец сказал он. — Ты замёрзла... снова.
Я молчала.
— Мне пора возвращаться, — продолжил он с едва заметной горькой усмешкой. — И снова всем лицемерно улыбаться.
Его взгляд скользнул к освещённым окнам бального зала. Туда, где его ждали лорды, советники, придворные. Люди, которые видели в нём короля. Дракона. Символ.
— Пойдём, — спокойно ответила я...
Друзья, если вам нравится история Марисель и Рейгара, поддержите её:
Добавьте книгу в библиотеку, чтобы не потерять продолжение.
Подпишитесь, чтобы не пропустить новые главы.
Каждая ваша реакция помогает истории находить новых читателей и вдохновляет писать дальше. Спасибо, что проходите этот путь вместе со мной!