Вина со вкусом пепла ( Часть 28 )

«Любовь не всегда приходит вместе с доверием. Иногда между ними лежит целая пропасть боли.»

Нортвейн. Ледяные земли. Замок дракона.

Марисель.

— Марисель! — Выдохнула она, слишком внимательно глядя на меня. Увидев мои раны, она побледнела. — Всемилостивые боги... что он с тобой сделал?

Она тут же опустилась рядом на колени, торопливо развязывая сумку. Ее руки дрожали, пока она доставала чистую ткань и настойку календулы. Ловкими, привычными движениями Астрид смочила полотно и прижала его к укусу на моем плече. Я зашипела, вцепившись пальцами в пол, но промолчала, крепко стиснув зубы.

— Терпи, — тихо сказала целительница, осматривая рану. — Глубокая... хорошо, что не до кости.

Она начала смывать кровь, и в комнате повисла тяжелая тишина. Астрид хмурилась, покусывая губу, но ничего не спрашивала. Лишь когда закончила обрабатывать рану и стала накладывать повязку, подняла на меня взгляд.

— Синяки на бедрах тоже намажу мазью, — глухо произнесла она. — И... внутри... сильно болит?

Я отвернулась, чувствуя, как лицо вспыхивает от стыда. Лишь кивнула, не в силах произнести ни слова.

— Я принесу отвар из коры ивы и ромашки, — вздохнула Астрид, накрыв мое плечо ладонью. — Ты не первая, кого он так... оставляет. Но ты жива, и сейчас это самое главное.

— Астрид... мне так стыдно... Это ужасно... Прости, что заставила тебя прийти... — прохрипела я.

На мгновение Астрид замерла, а затем ее лицо смягчилось. Она отставила чашку с мазью и села рядом со мной на пол, осторожно взяв меня за руку.

— Глупенькая, — тихо сказала она, без малейшего упрека. — Тебе не за что извиняться. Ты позвала меня, потому что доверяешь мне, и я пришла. И всегда приду, слышишь? — Она крепче сжала мою ладонь, заглядывая мне в глаза. — Тебе не должно быть стыдно. Стыдиться должен тот, кто поднял руку на беззащитную. Ты позвала на помощь. Это не слабость, Марисель. Это сила.

Она ненадолго замолчала, медленно поглаживая большим пальцем мою ладонь.

— Я принесу воды, чтобы ты умылась, а утром сменю повязку. А пока просто отдыхай. Здесь ты в безопасности. Обещаю, я поговорю с его Высочеством.

Я подняла на нее глаза — покрасневшие, полные слез и такого страха, что Астрид, казалось, на мгновение забыла, как дышать.

— Мне страшно, Астрид, — прошептала я, и голос предательски дрогнул. — Я боюсь его. Боюсь оставаться здесь. Боюсь, что он вернется... и снова...

Я не договорила, проглотив тяжелый ком в горле. Астрид стиснула зубы. В ее взгляде мелькнуло что-то жесткое — сталь, которую редко кто видел в этой доброй целительнице.

— Я помню, что ты человек, а он дракон, — тихо, но твердо сказала она. — Но это не дает ему права превращать тебя в игрушку.

Она поднялась, разгладила юбку и осторожно положила руку мне на здоровое плечо — то, на котором не было укуса.

— Я поговорю с ним, — произнесла она с решимостью в голосе. — Завтра же. Я не позволю ему сделать это снова. Даже если он испепелит меня на месте, я скажу ему все, что думаю.

Астрид ушла только после того, как убедилась, что я до последней капли выпила успокоительный отвар. Она уложила меня в постель, словно ребенка, поправила одеяло и погасила свечу.

Дверь закрылась, и я осталась одна в темноте.

Тишина давила на меня, а каждый скрип половиц заставлял вздрагивать и сильнее вжиматься в кровать. Я лежала, глядя в потолок, и считала трещины в камне, лишь бы не думать о запахе его кожи и не вспоминать его дыхание на своей шее. Отвар начал действовать — веки тяжелели, мысли путались. Сквозь дрему я услышала далекий гул. Где-то высоко в горах, за стенами замка, прогремел гром. Или не гром. Я закрыла глаза и натянула одеяло до самого носа, молясь всем богам, чтобы Астрид сдержала свое слово. Сон пришел тяжелый, вязкий, наполненный тенями и жаром. Я металась по постели, сбивая одеяло, и тихо всхлипывала во сне, когда чьи-то руки коснулись моего плеча.

— Тише, тише, девочка, — шепот Астрид разрезал кошмар. — Это я. Всё хорошо.

Я распахнула глаза, тяжело дыша. Сквозь узкое окно уже пробивалось утреннее солнце. Астрид сидела рядом — бледная, с темными кругами под глазами. В руках она держала глиняную кружку с незнакомым мне отваром.

— Я поговорила с ним, — сказала она без предисловий.

— И что? — Я замерла, вцепившись пальцами в край одеяла.

Астрид на мгновение отвела взгляд, затем снова посмотрела мне в глаза.

— Он сказал, что придет сегодня вечером. Хочет поговорить с тобой. Наедине.

Кружка дрогнула у меня в руках, и горячий отвар выплеснулся через край, обжигая пальцы. Я даже не заметила этого.

— Нет... — выдохнула я, и в этом слове было столько ужаса, что я невольно прикусила губу. — Астрид, нет. Я не могу... не хочу его видеть.

— Я знаю, — Астрид осторожно забрала у меня кружку, поставила ее на стол и сжала мои ладони в своих. — Я знаю, милая. Но он сказал, что если ты откажешься, то придет сам.

Меня затошнило. Я выдернула руки и обхватила себя за плечи, словно пытаясь стать как можно меньше.

— Он дал слово, — тихо добавила Астрид. — Что не прикоснется к тебе. Только разговор. Клятва дракона священна.

Она помолчала, ласково погладив меня по голове.

— Я буду за дверью. Если что-нибудь понадобится — просто позови.

День тянулся бесконечно, словно само время решило растянуться, подпитывая мой страх. Я не выходила из комнаты. Только когда Астрид приносила еду, заставляла себя съесть хотя бы несколько ложек густого супа. К вечеру небо за окном налилось багрянцем, и где-то далеко в горах снова прогремел раскат. Я сидела на краю кровати, крепко сжимая амулет на шее. Он слабо пульсировал теплом, будто был живым. Стук в дверь раздался уже в сумерках. Один. Короткий.

Я вздрогнула, но не ответила. Дверь открылась сама. На пороге появился Рейгар. Он не вошел — остановился у входа. В его золотых глазах больше не было той хищной искры, что в прошлый раз. Он выглядел почти... спокойным.

— Можно войти? — Тихо спросил он. В его голосе больше не было привычной властности и самоуверенности.

Я вцепилась в амулет так крепко, что костяшки пальцев побелели. Сердце билось где-то в горле, но я заставила себя кивнуть. Рейгар вошёл в комнату и тихо прикрыл за собой дверь. В комнате сразу стало тесно, словно сам воздух сгустился. Он не приближался — остановился у стены, скрестив руки на груди, и смотрел на меня странным взглядом.

— Я не причиню тебе вреда, — тихо сказал он. — Я дал слово Астрид. И самому себе.

Я молчала, глядя куда-то в окно. Я услышала, как он тяжело, устало вздохнул.

— Я был зол. Не на тебя. — Он ненадолго замолчал. — На себя. За то, что сорвался. За то, что не смог удержать зверя.

Он сделал шаг вперёд, и я вжалась в кровать, но он сразу же остановился, подняв ладони в примирительном жесте.

— Я не подойду ближе. Просто... посмотри на меня.

Я осторожно подняла глаза, словно боялась, что это ловушка. В его взгляде я увидела только вину. Я сглотнула, чувствуя, как пересохло в горле. Амулет под пальцами нагрелся сильнее, и это странным образом успокаивало.

— Зачем ты пришёл? — Спросила я. Мой голос прозвучал тихо, но твёрже, чем я сама ожидала. — Чтобы извиниться? Чтобы я тебя простила?

Рейгар покачал головой. В уголках его губ мелькнула горькая усмешка.

— Нет. Я не прошу прощения. То, что я сделал, не заслуживает прощения. — Он провёл рукой по лицу, и я заметила, что его пальцы дрожат. — Я пришёл сказать, что ты можешь уйти.

Я замерла, не веря своим ушам.

— Что? — Переспросила я.

— Ты свободна, — повторил он. — Если ты не беременна, я отвезу тебя куда захочешь. Куда скажешь. А дальше... ты сама по себе. Свободна. И сможешь жить так, как захочешь.

Я смотрела на него, пытаясь найти ложь. Но в его глазах была только усталая решимость.

— Почему? — Выдохнула я. — Почему ты отпускаешь меня?

Рейгар долго молчал, глядя куда-то сквозь меня, в стену за моей спиной. В комнате стало так тихо, что я слышала, как потрескивает свеча на столике.

— Потому что ты этого не заслуживаешь, — наконец глухо произнёс он. — Когда ты плакала, а я не мог остановиться... — Он стиснул челюсть, желваки заходили под смуглой кожей. — Я всегда брал то, что хотел, и ломал. Драконы не умеют любить. А ты любишь меня.

Его голос дрогнул. Я смотрела на него, и в груди что-то странно сжалось. Я всё ещё боялась его — каждая клеточка моего тела помнила боль и унижение. Но в его голосе звучало что-то, чему я не могла не поверить.

— Люблю тебя? — Прошептала я.

— Любишь, — тихо ответил Рейгар.

Я замерла. Эти слова прозвучали настолько уверенно, словно он говорил не о чувствах, а о чём-то очевидном. О восходе солнца. О приходе зимы. О факте, который не нуждается в доказательствах. Несколько секунд я просто смотрела на него, не в силах ничего сказать. Потом коротко покачала головой.

— Нет. — Голос вышел хриплым.

Он не спорил. Просто смотрел на меня своими золотыми глазами. Будто знал что-то, чего не знала даже я сама.

— Я не люблю тебя, — повторила я скорее себе, чем ему.

Он молчал, а я почувствовала, как внутри начинает закипать злость.

— Как я могу любить тебя? — Резко спросила я. — После всего, что произошло?

— Не знаю, — спокойно ответил Рейгар, не отводя взгляда.

— Меня привезли сюда как жертву. Ты держал меня здесь против моей воли. Пугал меня. Сделал мне больно.

Его пальцы медленно сжались. Последние слова тяжёлым камнем повисли между нами. Я увидела, как он вздрогнул.

— Как можно любить такого человека? — Горько усмехнулась я. — Не человека. Дракона.

Рейгар опустил глаза. Впервые за всё это время.

— Именно поэтому я отпускаю тебя.

Мне хотелось согласиться. Это было правильное решение. Логичное. Очевидное. Именно об этом я так долго мечтала. Так почему же вместо облегчения я почувствовала странную пустоту? Будто земля внезапно ушла из-под ног.

Я нахмурилась. Нет. Это ничего не значит. Просто я привыкла к замку. К библиотеке. К Астрид. К Альберту. К этой атмосфере... К нему.

Я резко оборвала собственные мысли и крепче сжала амулет. Сердце билось слишком быстро.

— Ты не можешь знать, что я чувствую.

— Могу.

Его спокойствие снова выбило меня из равновесия.

— "Почему он не спорит?"

— Откуда такая уверенность?

Рейгар молчал несколько секунд, словно решая, стоит ли вообще отвечать.

— Потому что это одна из моих магических способностей.

— Что?

Я замерла.

— Я никогда не рассказывал тебе о своей магии. Всегда избегал этой темы.

Он сел в кресло рядом и впервые за всё это время выглядел по-настоящему подавленным.

— Одна из моих сил заставляет более слабых существ подчиняться моей воле. Они испытывают страх. Или покорность. Иногда и то, и другое одновременно.

— То есть ты зачаровываешь людей?

— Нет. Это не заклинание. Не контроль над разумом. Просто... присутствие. Желание не спорить со мной. Желание соглашаться. — Его золотые глаза скользнули по моему лицу. — Странно, что на тебя это почти никогда не действовало.

— То есть ты использовал свою магию на мне? — Возмутилась я.

— Да. Но ты всё равно всегда споришь со мной. Всегда злишься. Всегда делаешь наоборот.

— Может быть, потому что ты невыносим. — Я фыркнула.

Несколько секунд мы молчали.

— У тебя есть ещё какие-нибудь магические способности? — Я нарушила тишину.

— Да. Но сейчас я не стану рассказывать тебе обо всех своих силах.

— Почему?

— Потому что знание — это слабость.

— Значит, у тебя всё-таки есть слабости.

— Они есть у каждого. — Он слегка наклонил голову. — Но одну вещь я могу сказать точно. Я чувствую эмоции других людей. Не всегда. Не всех. И не полностью. Это довольно сложно.

— Хочешь сказать, что знаешь, что я чувствую?

— Иногда.

— Это невозможно.

— Для тебя.

Меня охватило раздражение. Рейгар смотрел на меня так долго, что мне захотелось отвернуться.

— И что же я чувствую? — Я скрестила руки на груди.

— Страх. Злость. Почему-то чувство вины. Это очевидно.

Я стиснула челюсти. Он продолжил:

— Любовь.

— Нет.

Я резко поднялась.

— Для меня эмоции имеют вкус, запах и цвет. Страх — горький. Ярость напоминает металл и пепел. Зависть — кислая. — Он поморщился. — А любовь... розовая и приторно сладкая.

— Это самая глупая вещь, которую я когда-либо слышала.

— Возможно. — Он потёр переносицу. — Но я настолько сильно чувствую этот сладкий запах рядом с тобой, что меня уже начинает тошнить.

— Ты лжёшь.

— Хотел бы.

— Это ничего не доказывает. Я не люблю тебя.

— Хорошо.

Его голос был невыносимо спокойным. Он снова даже не стал спорить.

— Ты правда отпустишь меня? — Тихо спросила я. — А как же дурацкий договор, который нас связывает?

— Правда. — Он посмотрел мне прямо в глаза, и мне показалось, что в них не было ни капли лжи. — Договор можно расторгнуть.

— Серьёзно? Расторгнуть? Почему ты не сказал мне об этом раньше? — В моём голосе прозвучала злость.

— Серьёзно, а тебе и не нужно было об этом знать.

Его голос по-прежнему звучал слишком спокойно.

— Я подумаю над твоим предложением, — ответила я.

Рейгар кивнул. В этом жесте не осталось ни капли привычной властности. Только усталое принятие.

— Хорошо. У тебя есть время до утра. — Он развернулся к двери и вышел из комнаты.

Друзья, если вам нравится история Марисель и Рейгара, поддержите её:

Добавьте книгу в библиотеку, чтобы не потерять продолжение.

Подпишитесь, чтобы не пропустить новые главы.

Каждая ваша реакция помогает истории находить новых читателей и вдохновляет писать дальше. Спасибо, что проходите этот путь вместе со мной!