Медальон из прошлого ( Часть 12 )

«Некоторые тайны спят годами, а потом пробуждаются от одного лишь прикосновения.»

Нортвейн. Ледяные земли. Замок дракона.

Марисель.

— Ты можешь идти, Альберт проводит тебя в комнату, — сказал он с равнодушием.

— Я... — попыталась продолжить я.

— Я сказал что-то непонятное? — прорычал он, его глаза мерцали золотом. — Ты можешь идти.

Я молча выбралась из ванны, чувствуя только холод, обмоталась полотенцем и направилась к двери. За дверью меня действительно встретил Альберт и молча повёл в комнату. Альберт шёл на полшага впереди, как всегда — прямая спина, безупречная осанка, ни одного лишнего движения. Тёмный коридор поглощал звук наших шагов, и чем дальше мы шли, тем сильнее меня грызла одна мысль. Он же стоял у двери. Я крепче сжала край полотенца.

— «Интересно, он всё слышал?..»

Лицо Альберта оставалось невозмутимым. Конечно, слышал. Замок был старый, каменный, но не настолько большой, чтобы не услышать, как дракон рычит на весь этаж. Особенно если этот дракон — его хозяин. Я скосила взгляд на дворецкого.

— «Что он вообще об этом думает?»

Обо мне. О драконе. Обо всех этих его странных приказах, наследниках, кровных договорах и внезапных поцелуях. Может, для Альберта это обычный вторник. Может, он видел сотни таких девушек до меня. От этой мысли внутри неприятно кольнуло. Я прикусила губу.

— Альберт?

Он даже не обернулся.

— Да, Марисель?

Я едва не споткнулась.

— Вы давно служите Рейгару?

— Очень давно.

Чрезвычайно содержательно.

— ...Он всегда был таким?

Теперь Альберт всё же повернул голову. В его тёмных глазах промелькнуло что-то похожее на понимание.

— Это слишком широкий вопрос.

— Ладно. Тогда иначе. Ему всегда привозят людей, он заключает с ними магические сделки и целует их в купальне?

— Нет, — на удивление Альберт даже не моргнул.

— Нет? — я застыла.

— Нет.

И всё. Просто «нет». Словно этого было достаточно.

— Это всё, что вы можете сказать?

— Да.

Я закатила глаза. Безнадёжно. Мы свернули за угол, и впереди уже показались двери моей комнаты.

— «А ему всё равно, что думаю об этом я?..»

Вопрос внезапно всплыл в голове. Дракон говорил обо мне так, будто всё уже решено. Будто я часть его плана. Будто моё согласие вообще не требуется. Но самое плохое было не это. Самое плохое — что когда он меня поцеловал... я не оттолкнула его сразу. От этой мысли меня бросило в жар.

— Нет, нет, нет...

Я резко покачала головой.

— Марисель? — спокойно откликнулся Альберт.

— Ничего. Я просто очень устала.

Именно поэтому моё сердце всё ещё бешено колотилось каждый раз, когда я вспоминала янтарные глаза дракона. Именно поэтому. Точно не из-за самого поцелуя. Альберт открыл дверь и отступил в сторону. Я готова была поклясться, что в уголках его губ на мгновение промелькнула едва заметная улыбка — будто он слышал мои мысли и не поверил ни единому слову, которое я только что сказала самой себе.

Войдя в свою комнату, я застыла на пороге. Снова. Всё было идеально. Кровать застелена так ровно, будто на ней никто никогда не сидел. Подушки лежали одна к другой, одеяло без единой складки. На столике стоял свежий кувшин с водой, рядом — тарелка с фруктами, сыром и тёплыми булочками. Даже камин уже горел ровным пламенем, разгоняя вечернюю прохладу. Я медленно закрыла за собой дверь.

— Это немного пугает...

Слова прозвучали тише, чем я ожидала. В замке всегда было именно так. Идеально чистые коридоры, идеальная одежда, идеально накрытые столы, всегда свежая еда, всегда зажжённые свечи. Будто здесь не жили, а существовала какая-то невидимая сила, бесконечно поддерживающая порядок. Я подошла к креслу у окна. Даже платье, которое я бросила сюда утром, уже аккуратно сложили.

— Это магия или слуги?

Вопрос повис в пустой комнате. Я вдруг поняла, что почти никогда не видела прислугу. Кроме Альберта, нескольких стражников в чёрных доспехах и Астрид. Конечно, иногда попадались повара, которые, кажется, готовили здесь только для меня, но они появлялись и исчезали так быстро, что казались призраками. Может, Рейгар действительно держит здесь сотни слуг. А может... Я посмотрела на полки, где книги стояли идеально ровными рядами... половину работы выполняет магия. Почему-то второй вариант казался даже менее жутким.

Я подошла к кровати и села на край матраса. Наконец тишина. Без янтарных глаз, которые смотрели так, будто видели меня насквозь. Я закрыла глаза, но вспомнила ванну. Его голос. Его руки. Его поцелуй. Я уткнулась лицом в подушку.

— Нет. Нет. Нет.

Подушка приглушила стон. Отлично. Теперь я сидела в роскошной комнате драконьего замка и думала о поцелуе мужчины, которого ещё вчера называла чудовищем. На самом деле... я всё ещё так считала. Что делало всё ещё хуже. Где-то за окном раздался далёкий рёв. Потом я сердито перевернулась на спину.

Внезапно я почувствовала, как медальон на моей шее начал нагреваться — сначала едва заметно, будто просто слишком плотно прижался к коже. Но через мгновение тепло превратилось в обжигающий жар, который резко, жестоко впился в кожу, словно раскалённое железо оставляло на мне свой след. Я вскрикнула и инстинктивно схватилась за цепочку, дёрнув её с шеи. Металл обжёг пальцы, но я не остановилась — резким движением сорвала медальон и отбросила его от себя, будто он мог отравить воздух вокруг. Он ударился об пол с тихим, неестественно звонким звуком.

Я тяжело дышала, не понимая, что только что произошло. Казалось, медальон не сразу остыл — напротив, вспыхнул мягким, почти живым светом. Я резко села, инстинктивно коснувшись шеи. Кожа под пальцами пульсировала болью, будто там остался след раскалённого клейма. Я вдохнула — и в тот же миг воздух в комнате стал гуще, тяжелее, словно сам замок затаил дыхание. За окном снова раздался рёв. На этот раз ближе.

— «Что за чёрт?» — Подумала я.

Я осторожно поднялась с кровати, всё ещё опасаясь приближаться к медальону, будто он мог в любой момент снова ожить и обжечь меня. Медленно, напряжённо, я всё же наклонилась и подняла его с пола. Но на этот раз — ничего. Ни света, ни жара. Лишь холодный металл, обычное украшение, слишком тихое и слишком невинное после всего произошедшего.

Я ещё несколько секунд держала его в руках, вглядываясь так, будто пыталась найти след той странной силы. Но напрасно. Я положила его на столик у кровати — осторожно, почти с недоверием. После этого быстро забралась под одеяло, укрывшись в нём, как в единственной защите от этого замка, его рёва и странных тайн. Мысли ещё несколько раз пытались вернуться к медальону, к жару на коже, к ощущению, будто сам воздух изменился. Но усталость оказалась сильнее. Я закрыла глаза — и провалилась в сон.

Я проснулась резко, будто меня выдернули из глубины сна в одно мгновение. Прежде чем я успела понять, где нахожусь, надо мной уже склонилась Астрид. Я вздрогнула и инстинктивно отшатнулась, прижимая одеяло к груди.

— Ты меня напугала... — выдохнула я хрипло, ещё не до конца вернувшись в реальность.

Астрид не отступила. Она, как всегда, была слишком спокойна — спокойна до раздражения. Её взгляд внимательно скользнул по моему лицу, шее, рукам, будто она проверяла не просто состояние, а нечто гораздо более глубокое.

— Ты уже выглядишь лучше, — сказала она наконец ровным голосом, словно констатируя факт, не подлежащий сомнению.

Я нахмурилась, ещё не до конца понимая её слова.

— Лучше?.. — тихо переспросила я. — Я просто спала.

Астрид едва заметно покачала головой.

— Нет. Ты была... — она сделала паузу, будто подбирая правильное слово, — истощена. А сегодня твоя кожа уже не такая бледная, дыхание ровнее.

Я машинально коснулась шеи. Там, где вчера жёг медальон, осталась лишь лёгкая чувствительность — почти как воспоминание, а не боль.

— Ты снова меня осматривала? — настороженно спросила я, пытаясь сесть ровнее.

— Я проверяла, в безопасности ли ты, — спокойно ответила Астрид.

Её взгляд на мгновение задержался на столике у кровати, где лежал тот самый медальон. Она спросила о нём сразу, без лишних предисловий — так, будто это было самым очевидным началом.

— Ты чувствовала что-то странное, когда носила его? — её голос был спокоен, но в нём появилась едва заметная напряжённость, словно она уже знала ответ.

Я вздрогнула. Слишком точный вопрос.

— Откуда ты... — начала я, но осеклась.

Астрид не ответила. Лишь смотрела — внимательно, терпеливо, почти требовательно. Медленно, обрывками я рассказала ей о вчерашнем вечере: о внезапном жаре, обжёгшем кожу, о том, как медальон будто ожил в моих руках, как он светился и заставлял воздух в комнате становиться тяжелее, словно сам замок реагировал на него. Когда я закончила, в комнате повисла короткая тишина. Астрид не выглядела удивлённой. Наоборот — она будто подтвердила что-то, что уже давно держала в голове. Её взгляд скользнул к медальону на столике.

— Когда-то он принадлежал дракону, — наконец сказала она.

Эти слова повисли в воздухе, тяжёлые и неуютные.

— Не просто как украшение, — добавила она тише. — Это был его артефакт, часть его силы.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Впервые за всё время мне действительно захотелось, чтобы я никогда не прикасалась к этой вещи.

— Но как это возможно? — я резко села на кровати, чувствуя, как голос трескается. — Мне его подарил отец. Его носила моя мать. Откуда у неё мог взяться артефакт дракона? Ты что-то путаешь, Астрид.

Я почти ждала, что она сейчас отступит, пожмёт плечами, скажет, что ошиблась. Что это просто старая безделушка с глупыми легендами. Но Астрид не сдвинулась с места. Она смотрела на меня так, будто я только что подтвердила худший из её вариантов.

— Я не путаю, — тихо сказала она.

Она медленно подошла ближе к столику, не касаясь медальона, лишь глядя на него.

— Такие вещи не "появляются" случайно.

— Тогда объясни мне, — резко сказала я. — Почему он был у моей матери? — Я сглотнула ком в горле.

Астрид на мгновение замолчала. Её взгляд стал отстранённым, будто она смотрела не на комнату, а сквозь неё — в нечто гораздо более древнее.

— Есть лишь несколько способов, как такой артефакт мог оказаться в человеческой семье, — наконец произнесла она. — И ни один из них не случаен.

Я почувствовала, как в груди сжимается холод. Она перевела взгляд на меня.

— Либо твоя мать не знала, что это такое... — сказала она медленно. — Либо знала слишком хорошо.

— То есть моя мать могла быть как-то связана с драконом? Это невозможно.

Слова вырвались резко, почти отчаянно, будто сам факт их произнесения должен был разрушить весь этот абсурдный разговор. Я смотрела на Астрид, пытаясь найти в её лице хоть что-то — сомнение, колебание, намёк на ошибку. Но она лишь слегка пожала плечами, спокойно, почти равнодушно.

— Я и так сказала слишком много, — ответила она.

Её тон стал суше, закрытым. Тем самым, каким говорят, когда разговор доходит до границы, за которой начинаются запретные вещи. Я резко выдохнула.

— Слишком много? Ты только что перевернула всё, что я знала о своей семье, и теперь просто... останавливаешься?

Астрид не отвела взгляда, но и не приблизилась. Она словно уже сделала шаг назад — не телом, а решением.

— Некоторые ответы не дают свободы, Марисель, — тихо сказала она. — Они её забирают.

Я почувствовала, как во мне поднимается волна злости и страха одновременно.

— Я имею право знать, — прошептала я.

На мгновение в комнате повисла тишина. Астрид посмотрела на меня дольше, чем раньше, будто взвешивая что-то в мыслях. Потом её взгляд скользнул к медальону на столике.

— Возможно, — тихо сказала она. — Но не сейчас.

Не добавив больше ни слова, она развернулась и вышла из комнаты, оставив меня с тишиной, медальоном... и вопросами, которые вдруг стали гораздо опаснее, чем вчера. Но я так и не успела их обдумать. Едва за Астрид закрылась дверь, как в комнату снова постучали.

— Марисель? — раздался знакомый голос Альберта. — Завтрак уже готов.

Я лишь моргнула, удивлённая тем, как быстро жизнь замка возвращалась к привычному ритму, будто разговоров о драконах, таинственных артефактах и загадках моего происхождения вообще не существовало.

— Уже иду, — ответила я.

После того как Альберт ушёл, я открыла комод и долго не раздумывала над выбором одежды. Сегодня мне хотелось чего-то простого. Лёгкое платье нежного фиолетового цвета показалось идеальным вариантом. Ткань мягко спадала вниз, не сковывая движений. Свои густые чёрные кудрявые волосы я собрала в небрежную причёску, оставив несколько непослушных прядей, обрамляющих лицо.

Когда я пришла в трапезную, меня встретила привычная картина роскоши. Длинный стол был накрыт безупречно. Белоснежная скатерть лежала без единой складки, серебряные приборы поблёскивали в свете утреннего солнца, проникающего сквозь высокие окна. В воздухе смешивались ароматы свежей выпечки, мёда и горячего чая.

Я остановилась у стола и огляделась. Накрыто было только на одного человека. Место напротив оставалось пустым. Дракона не было. Конечно, это должно было меня обрадовать. Ещё несколько дней назад я бы радовалась возможности не видеть его за завтраком. Но теперь я почему-то почувствовала лёгкое разочарование.

— Его Высочество сегодня занят делами, — словно прочитав мои мысли, спокойно сообщил Альберт, отодвигая для меня стул.

Я быстро села, надеясь, что он не заметил моего короткого взгляда в сторону пустого места.

— Конечно, — ответила я слишком равнодушным тоном.

— Сегодня замок полностью в вашем распоряжении. Вы можете гулять по галереям, библиотеке, садам, внутренним дворам — где пожелаете.

— Как щедро, — скептически приподняла я бровь.

— Однако есть одно условие.

Конечно, есть.

— Какое же? — поинтересовалась я.

— Вам запрещено покидать пределы замка. Это приказ короля.

Я отложила вилку. От одной формулировки меня передёрнуло.

— И что будет, если я решу его проигнорировать?

Альберт заметно напрягся.

— Тогда неприятности возникнут не только у вас, — сказал он. — Пострадаем мы оба.

— Мы?

— Я отвечаю за вашу безопасность. Если с вами что-то случится за пределами замка, ответственность понесу я.

— Это бессмысленно, — недовольно вздохнула я.

— Это не меняет приказа. Так что, пожалуйста, Марисель, не заставляйте меня пожалеть о сегодняшней свободе.

На мгновение между нами повисла тишина. Я отвела взгляд.

— Ладно.

В конце концов, что я могла сделать? Даже если бы я захотела сбежать, я вряд ли знала бы, куда идти.

Закончив завтрак, я поблагодарила Альберта и поднялась из-за стола. Впереди был целый день. Целый день в огромном драконьем замке. Поэтому я решила сделать единственное, что пришло в голову, — исследовать его.