Цена сделки ( Часть 9 )

«Самое страшное в плену — не запертые двери. Самое страшное — когда тебя начинают убеждать, что это твой дом.»

Нортвейн. Ледяные земли. Замок дракона.

Марисель.

Дорога была долгой. За это время я успела задремать, убаюканная покачиванием кареты. Когда же начала просыпаться, первым, что почувствовала, были руки дракона на моей талии. Его пальцы сжимали меня чуть сильнее, чем нужно. Слишком сильно. Под тканью платья что-то царапнуло кожу. Когти.

Я медленно опустила взгляд. На кончиках его пальцев проступали тёмные изогнутые когти, а челюсть была напряжена так сильно, будто он сдерживал боль или ярость. Похоже, наш разговор о контроле оказался куда более актуальным, чем мне казалось.

Дракон подхватил меня на руки ещё до того, как я окончательно потеряла сознание. Я помнила лишь обрывки. Тёмные коридоры, проплывающие перед глазами. Высокие своды, синеватый свет магических факелов, скользящий по чёрному камню стен. Тепло его рук, странным образом контрастирующее с ледяным воздухом замка.

Сквозь полусон я слышала приглушённые голоса. Видела, как слуги поспешно отступают в стороны, опуская головы, когда их король проходил мимо. Никто не осмеливался заговорить с ним.

Дракон нёс меня через весь замок так легко, будто я ничего не весила. Однажды я даже заставила себя слегка приоткрыть глаза. За высокими окнами бушевала метель. Снег бился о стекло, а далеко внизу чёрные скалы терялись в темноте.

Замок казался бесконечным лабиринтом из камня, льда и древней магии.

Затем перед нами открылись тяжёлые двери. Дракон вошёл в комнату, где в камине потрескивал огонь. Он осторожно опустил меня на широкую кровать. Прежде чем я успела понять, что вообще происходит, дракон уже развернулся и вышел. Дверь закрылась за его спиной, а спустя несколько секунд в комнату вошла незнакомая женщина.

Высокая, светловолосая, с косой цвета зимнего серебра, перекинутой через плечо. Черты лица были резкими: высокие скулы, прямой нос и тонкие губы. Вокруг глаз лежали мелкие морщины, но они не старили её, а лишь добавляли суровой мудрости.

Больше всего привлекали внимание глаза — светло-голубые, почти ледяные. Они напоминали замёрзшее озеро зимой: спокойные, прозрачные и опасные своей глубиной. Её взгляд скользнул по мне быстрым, профессиональным движением человека, привыкшего оценивать состояние других за считанные секунды.

На ней было длинное тёмно-синее платье, поверх которого висел тяжёлый серый плащ, расшитый серебряными рунами. На поясе покачивались небольшие стеклянные флаконы с разноцветными жидкостями, а на пальцах поблёскивали старинные кольца с кристаллами. От неё пахло сушёными травами, дымом можжевельника и чем-то странным — словно холодным воздухом после снегопада. На поясе тихо звякнули стеклянные флаконы.

— Итак, ты Марисель, — произнесла она спокойным голосом.

Женщина поставила на стол кожаную сумку и слегка улыбнулась.

— Меня зовут Астрид Вальгерд. Я целительница этого замка. Прежде чем ты начнёшь задавать вопросы, позволь мне убедиться, что ты не умрёшь в ближайшие несколько часов.

Я нахмурилась, но не успела даже возмутиться.

— Ложись обратно, — тон был настолько уверенным, что я невольно послушалась. Астрид присела на край кровати и положила прохладную ладонь мне на лоб. Её пальцы засветились слабым голубым светом. Магия разлилась по коже лёгким покалыванием. Целительница закрыла глаза. Несколько секунд в комнате стояла тишина.

— Истощение, обезвоживание, сильное переохлаждение. Небольшие разрывы мышц, ушибы по всему телу, перелом ребра, — начала перечислять она так спокойно, будто читала список покупок. — И ещё ты почти ничего не ела.

Я отвела взгляд.

— Так и думала. Покажи ладони, — она открыла глаза и потянулась к моей руке.

Я протянула руки. Астрид внимательно осмотрела потрескавшуюся кожу, синяки и царапины, оставшиеся после подъёма в замок.

— Упрямая девушка.

Потом она осторожно подняла мой подбородок, поворачивая голову то в одну сторону, то в другую.

— Больно?

Я кивнула.

— Конечно, больно.

Она отодвинула одеяло и быстрыми профессиональными движениями проверила плечи, рёбра и ноги. Её пальцы легко скользили по коже, а в местах самых глубоких синяков вспыхивал мягкий голубой свет. Я поморщилась, когда она надавила на левое ребро.

— Ага. Вот и нашли.

Астрид достала из сумки небольшой кристалл, приложила его к моему боку и снова закрыла глаза. Кристалл засветился.

— Тебе повезло.

— Повезло? — переспросила я. — Меня отдали дракону на край света.

Будто прочитав мои мысли, Астрид фыркнула.

— Да, повезло. Могло быть гораздо хуже.

Она вдруг замерла, внимательно глядя на мою шею.

— Интересно. — Её пальцы коснулись амулета, взгляд целительницы стал более сосредоточенным. — Спокойно. Я не собираюсь его забирать. Где взяла?

— Подарок от отца. Его когда-то носила моя мать, — ответила я.

Астрид не сразу убрала руку от амулета. Её ледяные глаза скользнули по серебру, по замысловатому узору, обвивающему тёмный камень в центре.

— Хм, — она наклонилась ближе. — Твой отец никогда не рассказывал, откуда он в вашей семье?

— Говорил только, что это семейная реликвия, — я покачала головой.

На мгновение на лице целительницы промелькнуло странное выражение. А затем исчезло так быстро, будто мне показалось.

— Семейная реликвия, значит...

— Ты знаешь, что это?

— Знаю достаточно, чтобы сказать: это не украшение, — Астрид встретилась со мной взглядом.

— Тогда что это?

Целительница несколько секунд молчала.

— Не моя тайна, чтобы её раскрывать.

— Но...

Она встала и начала складывать инструменты обратно в сумку.

— Сейчас тебе лучше думать не о загадочных амулетах, а о том, как снова начать ходить. После такого путешествия до замка удивительно, что ты вообще жива.

Астрид на мгновение задержала на мне взгляд, будто проверяя состояние, а затем тихо поставила на стол стакан с какой-то странно зелёной жидкостью.

— Я сделала всё, что могла, — уже спокойнее сказала она. — Это не яд. Это мягкий целительский отвар. Он просто успокаивает нервы и даёт телу отдохнуть.

Я всё ещё настороженно держалась, но веки становились всё тяжелее. Страх после того зелья, что забрало голос, не отпускал, но теперь в воздухе не было той тёмной, удушающей магии — только тёплый травяной запах и медленное, почти ласковое успокоение.

— Ты ненадолго уснёшь, — Астрид присела рядом, понизив голос.

Я хотела отказаться, но всё же выпила отвар. Моё дыхание стало ровнее, и напряжение в плечах постепенно исчезло. Когда я наконец погрузилась в сон, Астрид ещё немного посидела рядом, внимательно прислушиваясь к тишине в комнате — будто ожидала, что даже в этом спокойствии может появиться что-то опасное. Затем она поднялась и тихо вышла в коридор.

Когда я проснулась, утреннее солнце уже заливало комнату мягким золотом, словно ночь здесь никогда и не имела власти. Свет скользил по стенам, по краям кровати, по моим пальцам — осторожно, почти невинно.

Я несколько секунд просто лежала, слушая тишину. Голова ещё немного плыла, будто я спала слишком долго. Рядом на стуле лежал халат. Я накинула его, не раздумывая, и босыми ногами ступила на пол. Холод сразу ударил в ступни — резкий и неожиданный, совсем не такой, как казалось из окна. Я вздрогнула.

Странно, что солнце светит так ярко, а воздух всё ещё ледяной, словно ночь не совсем ушла. Я медленно подошла к окну. Камень, покрывавший пол, был чуть шероховатым под ногами, и каждый шаг казался слишком громким в этой утренней тишине. В голове возникла Астрид. Её спокойный голос, её уверенность, что это всего лишь снотворный отвар. Я не знала, стоит ли доверять ей полностью... но сейчас я была жива, и мой голос был со мной. Холод от пола поднимался выше, до самых колен, но я не отходила от окна. Смотрела наружу и пыталась понять, что именно во мне изменилось за эту ночь — кроме сна, который я не помнила.

Я всё ещё стояла у окна, прижимая пальцы к холодному стеклу, когда движение в небе заставило меня замереть. Сначала это была лишь тень — большая, неправильная, такая, что не могла принадлежать ни облаку, ни птице. Но она двигалась слишком уверенно, слишком живо... и слишком близко к скалам. Я наклонилась вперёд. И тогда увидела его.

Огромный чёрный дракон рассекал утреннее небо, разрывая воздух широкими, мощными крыльями. Свет скользил по его чешуе и гас, словно само солнце не осмеливалось коснуться этой тьмы. Он не просто летел — он властвовал в воздухе, как нечто древнее, первобытное. Сердце во мне сбилось с ритма.

Дракон сделал круг над скалами. Его движения были точными, почти грациозными, несмотря на размер. В этом было что-то невероятно прекрасное — не просто сила, а контролируемое, холодное величие.

Я не могла отвести взгляд. В груди поднялось что-то странное — не страх, а восхищение, смешанное с лёгкой дрожью. Словно я смотрела на существо, которое не принадлежит этому миру людей, но почему-то сейчас было так близко, что казалось: достаточно протянуть руку — и я коснусь тёмной легенды.

Дракон развернулся в воздухе, и на мгновение его силуэт стал ещё больше на фоне светлого неба. Крылья ловили ветер так легко, словно сам ветер ему подчинялся. Я сделала шаг ближе к окну, не замечая, как пальцы сильнее сжали край халата.

— Это... невероятно... — прошептала я почти беззвучно.

Я ещё не успела до конца осознать увиденное, как небо вдруг изменилось снова. На границе света появился ещё один силуэт. Сначала он казался частью облаков — белым, почти призрачным пятном, растворяющимся в утреннем сиянии. Но потом он приблизился... и я поняла, что это тоже дракон.

Белый. Не серый, не светлый — а именно белый, как снег на горных вершинах, как туман над болотами на рассвете. Его крылья выглядели более тонкими, но движения — такими же уверенными, такими же сильными. Я невольно задержала дыхание.

— Нериса... — само имя пришло в голову, будто его кто-то тихо прошептал из глубины памяти.

Она вынырнула из облаков, и свет вокруг неё сразу стал мягче. Белый дракон скользнул над скалами, и я увидела, как он приближается к чёрному. Рейгар. Они летели рядом. Два дракона — тьма и свет, ночь и рассвет — двигались вместе так, словно это было самым естественным в мире. Их крылья почти касались друг друга, когда они меняли высоту, описывали широкие круги над обрывами.

У меня перехватило дыхание. Это было не просто красиво. Это было величественно. Чёрный дракон казался ещё больше рядом с белым, но она не уступала ему ни на мгновение. Напротив — в её полёте была своя тихая сила, мягкая, но непоколебимая. Я стояла, не двигаясь, и чувствовала, как сердце бьётся слишком быстро. Они не сражались. Они были вместе.

От этой мысли внутри меня странно сжалось — не от страха, а от ощущения, будто я случайно увидела что-то слишком личное.

Я резко отшатнулась от окна, словно сам вид в небе обжёг мне зрение. Кашель вырвался неожиданно — сухой, рваный, и я схватилась за край халата, пытаясь выровнять дыхание. Сердце всё ещё билось слишком быстро.

Чёрный дракон... белый дракон... Рейгар и Нериса...

Я заставила себя отвернуться. Ноги стали ватными, и я почти упала обратно на кровать, чувствуя, как холод утреннего воздуха постепенно подбирается к коже. Как только я устроилась, дверь тихо скрипнула.

— Марисель? — раздался знакомый голос.

Альберт вошёл осторожно, словно боялся напугать меня ещё больше, чем я уже была напугана собственными мыслями. В руках он держал поднос с завтраком — простым, но тёплым: хлеб, немного сыра, миска каши и чашка горячего напитка, от которого поднимался пар.

— Я подумал, что Вы уже проснулись, — тихо сказал он, ставя поднос на тумбочку у кровати.

Я на мгновение закрыла глаза, пытаясь приглушить образ неба, всё ещё стоявший перед внутренним взором.

— Вы долго спали. Астрид сказала, что вам нужен был отдых, — добавил он и немного помолчал. — Она была здесь ночью.

Я едва заметно сжала пальцы под одеялом... Лишь перевела взгляд на поднос со завтраком, будто искала в нём что-то стабильное, реальное, простое — то, что не летает в небе, как драконы.

— Спасибо, Альберт, — сказала я наконец.

Он ещё немного постоял, а затем тихо вышел, оставив меня наедине с паром от чашки и собственными мыслями, которые всё ещё летали над скалами вместе с чёрным и белым драконом.

Я только закончила завтракать и отодвинула поднос в сторону, чувствуя, как ко мне немного возвращаются силы. В комнате уже не было утреннего холода, но выбираться из-под одеяла всё равно казалось странным. Мне просто захотелось пройтись по замку.

Я накинула халат плотнее на плечи и, даже не думая об одежде, вышла в коридор. Пол был прохладным, но приятным под босыми ногами. Я шла медленно, вслушиваясь в тишину каменных стен, в далёкие шаги где-то внизу. И именно когда я сделала шаг за поворот... Я остановилась. Передо мной стоял он. Рейгар. Высокий, спокойный, будто само пространство вокруг него подстраивалось под его присутствие.

— Куда ты? — спросил он ровно.

Голос был тихим, но в нём было что-то такое, что заставляло не просто отвечать, а задумываться, имеешь ли ты право не ответить. Я инстинктивно чуть сильнее сжала халат на груди, будто это могло дать мне уверенность.

— Я... просто захотела выйти из комнаты, — сказала я после короткой паузы.

Я бросила на него быстрый взгляд. Он стоял неподвижно, но я почему-то отчётливо помнила другое — чёрные крылья в небе, величие, которое не помещается ни в один коридор этого замка.

— Я не собиралась уходить далеко, — добавила я тише, будто это могло всё объяснить сразу.

— Всё в порядке, — спокойно ответил дракон.

Но в его голосе не было той лёгкости, которую я почему-то ожидала. Напротив — он звучал сдержанно, будто внутри него было напряжение, скрытое глубже, чем он позволял показать. Он стоял слишком близко. Не угрожающе, но так, что воздух между нами словно терял пространство. Он не отводил от меня взгляда ни на мгновение. Я почувствовала, как это начинает давить. Я не выдержала первой.

— Я видела вас с Нерисой... — сказала я, и голос предательски дрогнул в конце фразы. — Как вы летали над скалами...

На мгновение в коридоре стало совсем тихо. Я сразу пожалела, что сказала это так прямо. Опустила взгляд на каменный пол, будто там можно было спрятаться от собственных слов. Дракон замер. Воздух вокруг него будто сгустился, стал тяжелее, и я почувствовала, как по коже пробежал холодок — не от сквозняка, а от смены его настроения. Он долго молчал.

— Ты следила за мной? — наконец спросил он, и в голосе не было гнева — только странная настороженная тишина.

Я покачала головой, сжимая халат на груди.

— Нет. Я просто выглянула в окно и увидела. — Я подняла на него взгляд. — Это было красиво. Ты и она... вы были как одно целое в небе.

Дракон отвернулся, провёл рукой по волосам.

— Я... случайно, — быстро добавила я, хотя это звучало слабо даже для меня самой.

— И что ты почувствовала?

Его вопрос не был обычным. Он не требовал ответа — он будто касался чего-то внутри, куда я сама не всегда решалась заглянуть.

— И что ты почувствовала? — повторил он тише.

Я медленно подняла взгляд. Теперь уже не могла прятаться в пол.

— Я... — я запнулась, подбирая слова. — Я была поражена. Это было... красиво, — добавила я честнее, чем собиралась.

Мне показалось, что на мгновение его взгляд стал глубже, внимательнее.

— Летать над скалами... вместе... — я сглотнула. — Это выглядело так, будто мир под вами вообще не имеет значения.

Я замолчала, вдруг осознав, что сказала слишком много.

— Мир имеет значение, — спокойно сказал он.

Он сделал едва заметный шаг ближе — не давя, но сокращая расстояние, от которого стало труднее дышать.

— Ты не испугалась, — добавил он ещё тише.

Я на мгновение задумалась.

— Нет, — честно ответила я, сама удивившись своему ответу. — Не тогда.

— Это должно было быть страшно?

Он не сразу ответил.

— Для большинства — да, — наконец произнёс он.

Я уже открыла рот, чтобы ответить, когда по коридору раздались быстрые шаги. К нам подбежал один из стражников — молодой мужчина в чёрных доспехах. Он тяжело дышал, будто бежал через ползамка. Не обращая на меня почти никакого внимания, он поклонился и быстро что-то прошептал дракону на ухо. Лицо дракона осталось спокойным, но в глазах на мгновение мелькнуло что-то резкое и напряжённое.

— Идём, — коротко сказал он.

Прежде чем я успела спросить, его рука сомкнулась вокруг моего запястья.

— Что случилось?..

Он не ответил. Мы пошли быстро, почти бегом, и каменный коридор мелькал перед глазами. Тревога внутри росла с каждой секундой.

— Отпусти меня!

Никакого ответа. Наконец мы остановились у тяжёлых деревянных дверей. Он резко открыл их.

— Заходи.

Лёгким, но настойчивым движением он направил меня внутрь первой. Я сделала несколько шагов и замерла. В комнате стояли двое. Отец и Элина. В груди будто что-то оборвалось.

— Папа?.. — мой голос прозвучал едва слышно.

Элина выглядела ужасно. Глаза красные от слёз, веки опухшие, будто она плакала не один час. Волосы растрёпаны, руки дрожат. Несколько секунд никто не двигался. А потом произошло совершенно неожиданное. Они оба одновременно опустились на колени у моих ног.

— Марисель... — голос Элины сорвался...