Когда слова не спасают ( Часть 21 )

"Драконы не всегда держат в клетке. Иногда они просто убеждают, что дверей не существует."

Нортвейн. Ледяные земли. Замок дракона.

Марисель.

Рейгар резко подался вперёд, и его пальцы сжали мою ладонь.

— Ты не слабая. Ты выжила там, где любой другой сломался бы в первый же день. Ты выстояла передо мной. Перед ней. Ты не жертва, Марисель.

Я смотрела на него несколько секунд, пытаясь понять, действительно ли услышала это.

Не жертва.

После всего, что сказала Нериса, после того камня, после пророчества, после слов о наследнике — эти слова звучали почти неправдоподобно. Я сглотнула ком в горле.

— Где Нериса?

— Не знаю. — Его взгляд потемнел.

— Не знаешь? — удивлённо моргнула я.

— Она исчезла. — Его челюсть напряглась. — Моя разведка доложила, что Нерисы больше нет на Севере. Скорее всего, она сбежала домой, в Туманные земли.

Я молчала, пытаясь осмыслить услышанное.

— Ты позволил ей просто сбежать?

На мгновение в комнате воцарилась тишина.

— Когда она сбежала, ты уже умирала. — Рейгар медленно выдохнул.

Слова прозвучали спокойно, но от них у меня похолодело внутри.

— Марисель, та магия была не просто проклятием. Чёрный яд начал распространяться по твоему телу почти сразу после удара. Если бы я полетел за Нерисой, ты бы не пережила тот день.

Его пальцы всё ещё сжимали мою ладонь. Крепко. Словно он до сих пор боялся меня потерять.

— Астрид велела действовать немедленно. Времени не было.

Я опустила взгляд на наши руки.

— Значит, ты выбрал меня.

Рейгар замер. На мгновение мне показалось, что он хочет что-то возразить. Что скажет, будто это был просто долг правителя или здравый смысл. Но он лишь смотрел на меня. Долго. Слишком долго.

— Да, — наконец тихо ответил он.

В груди что-то болезненно сжалось. Я не знала, что делать с этим словом. Потому что оно было простым, но одновременно меняло слишком многое.

— Она пыталась меня убить, — прошептала я.

В глазах Рейгара вспыхнуло что-то опасное.

— Я знаю.

Его лицо стало холодным. Таким, каким я привыкла его видеть. Но теперь я уже умела замечать то, что скрывалось под этим льдом.

— Нериса может прятаться за морями, за горами, за всеми туманами своего царства. Но она подняла руку на ту, кто находится под моей защитой. — Он слегка наклонил голову набок. — А я очень не люблю, когда у меня что-то отнимают.

По моей спине пробежали мурашки. Почему-то я была абсолютно уверена: рано или поздно Нериса пожалеет о том дне на скале. Очень пожалеет.

— Пожалуйста, не наказывай Альберта. Кажется, у него не было выбора... — прошептала я.

Рейгар несколько секунд молча смотрел на меня. Его лицо оставалось невозмутимым, но я уже научилась различать моменты, когда за этой холодной маской скрывалось раздражение.

— Выбор есть всегда, — наконец сказал он. — Нериса не королева и не правительница Севера. Она не имела права уводить тебя из замка без моего разрешения.

Я опустила глаза. От этих слов неприятно сжалось сердце.

— Альберт знал это?

— Знал.

Мне стало ещё хуже. Я вспомнила его тревожный взгляд тем утром. То, как он колебался. Как пытался убедить меня не задерживаться надолго. Возможно, он действительно боялся.

— Но он не хотел ничего плохого, — тихо сказала я. — Он всегда был добр ко мне.

— Добрые намерения не меняют последствий. — Рейгар медленно выдохнул через нос.

Я вздрогнула. Пальцы невольно сильнее сжали край одеяла.

— Пожалуйста. — На этот раз я подняла на него взгляд. — Не наказывай его.

— Не накажу. Только потому, что ты попросила.

Я с облегчением выдохнула. Сердце странно сжалось. Я не знала, что ответить. Раньше мне казалось, что Рейгар не способен уступать никому. Особенно по чьей-то просьбе. Особенно по моей. Словно поняв, о чём я думаю, он слегка прищурился.

— Не смотри на меня так.

— Как?

— Будто я только что совершил чудо.

— А разве нет? — Несмотря на усталость, я едва заметно улыбнулась.

На мгновение в его глазах мелькнуло что-то похожее на улыбку. Быстрое и редкое, как луч солнца среди зимней метели. Он молчал, но впервые за всё время после моего пробуждения я увидела, как напряжение в его плечах немного отступило.

— Как твоё крыло? — Спросила я, переводя взгляд ему за спину.

Рейгар на мгновение замер, словно вопрос застал его врасплох. Он посмотрел на своё перевязанное крыло, слегка пошевелил им, и по его лицу скользнула гримаса боли, которую он тут же подавил.

— Заживёт, — коротко ответил он, но, встретив мой пристальный взгляд, добавил мягче: — Чешуя восстанавливается медленно, но Астрид сказала, что через несколько дней я снова смогу летать. Чёрная магия оставляет следы, но не настолько глубокие, чтобы убить дракона.

Он криво улыбнулся, и в этой улыбке промелькнуло что-то почти мальчишеское.

— К тому же это не первый мой шрам.

В моей голове возникла совершенно глупая идея, и я спросила:

— Я могу прикоснуться?

Я указала пальцем на крыло. Рейгар замер. Его рука застыла на полпути к бинтам. Он медленно поднял на меня взгляд. В его глазах мелькнуло удивление, смешанное с чем-то более тёмным и настороженным.

— Прикоснуться? — переспросил он, и в его голосе появилась хрипотца. — К моим крыльям?

Он помолчал, словно обдумывая мою просьбу. Я читала, что драконы редко позволяют кому-либо касаться своих крыльев — это считалось очень личным жестом, знаком доверия, который они дарили только самым близким.

Но мне было любопытно увидеть его реакцию.

— Обычно я никому этого не позволяю, — тихо сказал он, и в его голосе послышалась странная уязвимость.

Он медленно и осторожно развернулся, придвигаясь ближе, и опустил перевязанное крыло так, чтобы я могла до него дотянуться. Крыло слегка дрожало — то ли от боли, то ли от напряжения.

— Только осторожно, — предупредил он, и в его голосе проскользнуло почти умоляющее звучание. — Они очень чувствительны.

Я медленно протянула руку, замерев на мгновение перед тем, как коснуться перевязанного крыла. Мои пальцы дрожали так же, как и его крылья. Я осторожно провела кончиками пальцев по ткани бинтов, ощущая жар, исходивший от тела Рейгара. Затем медленно скользнула рукой вдоль поверхности крыла.

Под тканью что-то отозвалось. Словно огромное живое крыло инстинктивно вздрогнуло, сдерживая себя. Рейгар застыл ещё сильнее. Его дыхание стало глубже, медленнее, напряжённо контролируемым. Но крыло выдало его первым. Даже сквозь бинты я ощущала твёрдость чешуи — не как кожи, а как чего-то древнего, каменного и одновременно живого. Она не была гладкой. Сквозь несколько слоёв ткани чувствовался её рельеф — мелкие, плотно уложенные пластины, налегающие друг на друга, словно доспех, созданный не руками, а самой природой или магией.

И под всем этим — тепло. Глубокое, пульсирующее. Будто внутри крыла текла не просто кровь, а сам жар жизни. Я провела пальцами чуть ниже, ближе к месту, где крыло соединялось с телом. Крыло едва заметно дрожало под моей рукой. Его тепло не скрывалось под бинтами — оно просачивалось наружу, касаясь моих пальцев. Я сглотнула.

— Такое тёплое, — прошептала я, проводя пальцами вдоль кости там, где крыло крепилось к телу. — Даже сквозь бинты.

Рейгар выдохнул. Этот выдох прозвучал как сдержанный стон. Он слегка подался вперёд, ближе ко мне.

— Марисель... — его голос опустился до шёпота. — Если ты продолжишь, я не смогу отвечать за себя.

Он поймал моё запястье свободной рукой, останавливая движение, но не отталкивая. Его пальцы дрожали.

— Ты даже не представляешь, что делаешь со мной, когда прикасаешься так.

Я замерла, ощущая, как его пальцы сжимают моё запястье. Подняв взгляд, я встретилась с его потемневшими глазами, в которых отражалось золото. Кажется, я сама не понимала, что говорю...

— Возьми меня, — выдохнула я.

В моём голосе не было страха — только вызов и тихая просьба одновременно. Рейгар глухо зарычал — низко, гортанно, звук родился где-то в глубине его груди. Он резко подался вперёд, и в следующее мгновение его губы впились в мои — жадно, требовательно, словно он ждал этого момента всю жизнь.

Одна его рука скользнула мне на затылок, пальцы запутались в тёмных волосах, притягивая ближе. Другая легла на талию, сжимая тонкую ткань ночной рубашки. Он целовал меня глубоко, с отчаянием и голодом. Его крыло дрожало от напряжения, упираясь в край кровати. Я ответила на поцелуй, приподнимаясь на локтях, чтобы быть ближе, и тихий стон сорвался с моих губ, когда я почувствовала прикосновение его языка к моей нижней губе. Рейгар оторвался лишь на мгновение, чтобы перевести дыхание, но его глаза горели таким огнём, что у меня перехватило воздух. Он провёл большим пальцем по моей влажной после поцелуя губе.

— Ты даже не представляешь, — хрипло прошептал он, — как долго я хотел это сделать.

Он снова поцеловал меня, но на этот раз медленнее, глубже, словно пробуя на вкус. Его рука скользнула с талии ниже, по бедру, сжимая ткань рубашки, а затем потянула её вверх, обнажая кожу. Я выгнулась под его прикосновением, и тихий вздох сорвался с моих губ, когда его пальцы коснулись обнажённого бедра. Кожа горела под его ладонью. Я сама потянулась к нему, прижимаясь ближе, запуская пальцы в его волосы на затылке.

— Рейгар... — выдохнула я.

В моём голосе звучала просьба, которую я уже не могла контролировать. Дракон глухо зарычал в ответ, и эта вибрация прошла сквозь всё моё тело. Он рванул ткань ночной рубашки вниз, обнажая плечо, и прижался губами к ключице, оставляя влажный след. Его рука скользнула по внутренней стороне бедра, поднимаясь выше, и я вновь выгнулась ему навстречу, запрокидывая голову. Пальцы впились в его плечи, когда его ладонь накрыла меня.

— Ты хочешь меня, — хрипло выдохнул он мне в шею.

Я не ответила словами. Вместо этого прикусила его нижнюю губу, притягивая обратно к себе. Рейгар застонал мне в губы, когда я подалась навстречу. На мгновение его взгляд потемнел ещё сильнее. Но затем что-то изменилось. Он резко остановился.

Словно заставил себя вспомнить о чём-то важном. Рейгар медленно отстранился. Его грудь тяжело вздымалась. В глазах всё ещё полыхал опасный огонь.

— Нет, — выдохнул он хрипло. — Не так.

Он резко поднялся с кровати. Я увидела, как напряжены мышцы его плеч, как тяжело он дышит. Проведя рукой по лицу, он словно пытался взять себя под контроль.

— Ты больна, Марисель. Три дня без сознания. Твоё тело ещё слишком слабо.

Он сжал челюсть.

— Я не могу... не так.

Повернувшись ко мне спиной, он заговорил тише:

— Когда ты поправишься... я не отпущу тебя так легко. Но не сегодня.

Я села на кровати, чувствуя, как разочарование болезненно кольнуло в груди. Сжав край рубашки, которую он так и не снял до конца, я посмотрела на него с обидой.

— Ты шутишь? — Мой голос дрогнул. Я отбросила одеяло и поднялась.

Подойдя к нему со спины, положила ладонь ему на лопатку и медленно провела вниз вдоль позвоночника, ощущая жар его кожи.

— Я не больна, Рейгар. Да, я слаба. Но я хочу этого. И ты сам этого хочешь... хочешь наследника.

Рейгар замер под моим прикосновением. Мышцы его спины напряглись. Он шумно выдохнул сквозь зубы, сжимая кулаки.

— Ты не понимаешь, — его голос был низким и хриплым. — Если я останусь... я не смогу остановиться.

— Я сделала что-то не так? — Подняла я на него взгляд.

Он на мгновение закрыл глаза, словно собираясь с мыслями. Когда снова посмотрел на меня, в его взгляде уже не было привычной беспощадности. Только контроль.

— Нет, — ответил он.

— Тогда почему?..

Рейгар медленно выдохнул. Его взгляд скользнул в сторону, словно он смотрел не на меня, а куда-то гораздо дальше.

— Потому что сейчас ты думаешь, что чем-то обязана мне, Марисель. За то, что я снова тебя спас. Ты чувствуешь не желание, а вину. Ты хочешь отблагодарить меня своим телом.

— А теперь ты ещё и знаешь, о чём я думаю? — Горько усмехнулась я.

Он ответил не сразу.

— Нериса сказала тебе ложь, — наконец произнёс он. — И я не позволю, чтобы ты смотрела на меня её глазами.

Я отвела взгляд. Слова застряли где-то в груди.

— Она говорила... — я сглотнула. — Что я просто сосуд.

Наступила тишина. Рейгар резко сжал мою руку сильнее, но тут же ослабил хватку, словно испугался собственной реакции.

— Нет, — коротко сказал он. — Нет, Марисель.

Он сделал шаг ближе. Теперь между нами почти не осталось пространства.

— Ты не сосуд, — продолжил он. — Ты человек.

— Человек, который должен родить тебе наследника.

Я едва улыбнулась, но улыбка вышла горькой. Его челюсть напряглась.

— Да, — признал он. — Это правда.

Я вздрогнула. Но он сразу добавил:

— Но только тогда, когда это не будет угрожать твоей жизни или здоровью.

— Что? — Я подняла глаза.

Рейгар говорил медленно и чётко, словно каждое слово было высечено из камня.

— Я не прикоснусь к тебе, если это поставит под угрозу твою жизнь или здоровье.

— Ты... серьёзно? — Моё дыхание сбилось. — Тогда в купальне... я остановила тебя, а потом ты выгнал меня. Ты сам себе противоречишь!

В комнате на мгновение стало так тихо, что я слышала собственное сердцебиение. Дракон провёл рукой по лицу — медленно, устало, словно этот разговор отнимал у него больше сил, чем он хотел показать. Его плечи едва заметно напряглись.

— Довольно, Марисель, — наконец сказал он. — Тебе нужно отдыхать.

Он сделал шаг в сторону, уже не глядя на меня прямо.

— А мне — заниматься государственными делами.

Его голос снова стал ровным и отстранённым. Тем самым, к которому я уже привыкла. Я хотела что-то сказать. Что-то резкое. Что-то, что заставило бы его остановиться. Но слова застряли в горле. Рейгар уже направился к двери. Его фигура снова стала прежней — собранной, недосягаемой, властной.

— Рейгар... — тихо произнесла я.

Он на мгновение остановился, но не обернулся.

— Отдыхай, — повторил он.

Он вышел из комнаты, и дверь закрылась с тихим, окончательным звуком. Я осталась стоять посреди комнаты.

Одна.

Он всегда уходил, когда не хотел что-то обсуждать. Это была его привычка. Глупая, упрямая, драконья — называй как угодно, смысл не менялся. Он просто разворачивался и уходил. Словно разговор заканчивался не тогда, когда я получала ответ, а тогда, когда он решал, что сказал достаточно. Это ужасно раздражало. Хотелось бросить что-нибудь ему вслед. Остановить прямо в коридоре, заставить договорить, объяснить, перестать прятаться за этими короткими «довольно» и «отдыхай».

Но ноги не двигались, словно из меня вытянули последние остатки сил. Я так и осталась стоять посреди комнаты, сжимая пальцы так сильно, что ногти впились в ладони. Потом медленно опустилась на край кровати. Мысли путались. Его слова крутились в голове, разбиваясь о те, что сказала Нериса.

О пророчестве.

О наследнике.

О замке, где каждый, казалось, знал что-то больше меня.

— «Ты не жертва».

Но почему тогда я чувствовала себя именно так — даже когда он говорил обратное? Я закрыла глаза и не знала, кому верить...

Друзья, если вам нравится история Марисель и Рейгара, поддержите её:

Добавьте книгу в библиотеку, чтобы не потерять продолжение.

Подпишитесь, чтобы не пропустить новые главы.

Каждая ваша реакция помогает истории находить новых читателей и вдохновляет писать дальше. Спасибо, что проходите этот путь вместе со мной!