48

Тамара не спала почти всю ночь.

Она лежала на кровати, смотрела в тёмный потолок и думала. Письмо из архива лежало на тумбочке. «Средний. Мальчик. Он живёт в том же доме. Лев». Соня — где-то в городе, след теряется в ПТУ №12. Лев — в соседнем дворе. Она стучала к нему, но он не открыл. Может, и к лучшему.

Утром она встала, умылась и вышла на кухню. Зина уже хлопотала у плиты. Люда сидела за столом — забежала после смены.

— О, Тамарка. Садись. Я тут Зинаиде рассказывала — у меня квартирантка моя, Сонька, совсем с катушек слетела. Родителей ищет.

Тамара замерла с кружкой в руке.

— Какая Сонька?

— Ну, Соня. Софья. Колобова. Я ж говорила — квартирантка моя. В ларьке работает. У метро.

Тамара поставила кружку. Сердце стучало ровно, но внутри всё поплыло. Соня. Софья Колобова. Квартирантка Люды. В ларьке у метро. Это она. Её сестра. Живёт в одном доме с Людой. Спит в одной комнате. Дышит одним воздухом. А она, Тамара, сидит тут и не знала.

— Ты чего? — спросила Люда.

— Это моя сестра. Я же тебе говорила фамилию...

Люда поперхнулась чаем.

— Да ладно. Врёшь. Это я тебе говорила фамилию... наверное.

— Нет.

Люда переглянулась с Зиной. Зина медленно опустилась на табуретку.

— Так это... — Люда хлопнула себя по лбу. — А я-то думаю — чего вы так это самое, схожи характерами, холодная, как ты, только ещё хуже. И фамилия — Колобова. У меня в голове не сложилось. Вот дура старая.

— Где её ларёк? — спросила Тамара.

— У «Площади Восстания». Круглосуточный. Она в ночную смену сегодня.

Тамара встала. Надела пальто.

— Ты куда? — спросила Зина.

— К ней.

— Прямо сейчас?

— Да.

Она вышла. На улице валил снег. Она шла через дворы, и сердце стучало в такт шагам. Соня. Её сестра. Продаёт сигареты у метро. Она не будет ничего говорить. Просто посмотрит. Просто купит пачку. Просто увидит.

Она дошла до метро. Ларёк стоял у выхода — обогреватель гудел, свет горел. За стеклом сидела девушка. Молодая. Тёмные волосы. Взгляд — мимо, в никуда. Тамара подошла к окошку.

— Пачку «Дон».

Девушка протянула. Не глядя. Равнодушно. Тамара взяла сигареты. Посмотрела на её руки. На шрам. Круглый. Как у неё. Как у Льва.

— Спасибо, — сказала она.

Девушка промолчала. Полное безразличие.

Тамара отошла. Закурила. Руки не дрожали. Она стояла у метро и смотрела на ларёк. Вот она. Её младшая сестра. Которую она держала на руках в жёлтом автобусе. Которая не умела говорить. Теперь она продаёт сигареты. И не знает, кто стоит перед ней.

Тамара докурила. Бросила окурок в урну. И пошла домой. Она не сказала ни слова. Не сейчас. Но теперь она знала: Соня здесь. Близко. Рукой подать.