Глава 392: Смерть неизбежна, но ты всё ещё упираешься

Когда Великий князь Ли вошёл в зал судебных заседаний, его взору предстали наследный принц Хе Сюаньи, восседавший высоко на троне, император и императрица, сидевшие слева от трона, и У Руо, расположившийся справа и внимательно слушавший. За ними стоял ряд бесстрастно выглядевших стражников, а вся атмосфера была чрезмерно торжественной, напоминая настоящее судебное заседание.
Великий князь Ли никак не мог унять лёгкой дрожи во всём теле.
Хе Сюаньи поднял руку и указал в сторону места рядом с У Руо:
- Великий князь Ли, прошу, присядьте.
Великий князь Ли опешил, не этого он ожидал после случившегося ранее, но всё же сел рядом с У Руо, однако его ладони обильно покрылись холодным потом.
- Начнём заседание. Приведите сюда преступника Янь Хэ.
Двое стражников привели в зал заседаний Янь Хэ, скованного цепями, подавляющими его духовную силу:
- Ваше Высочеств, преступник доставлен.
Они пнули Янь Хэ сзади по ногам, и тот сразу же упал на колени.
Хе Сюаньи не стал терять время на пустую болтовню и сразу перешёл к допросу:
- Янь Хэ, тринадцать лет назад это ты и твои люди истребили весь род Цзишэн?
Клан Цзишэн изначально являлся семьёй знаменитых врачевателей, которые не только успешно лечили людей, но и открыли целую аптечную сеть для продажи своих лекарств. До того, как их семья была полностью уничтожена, почти в каждом большом городе на каждом этаже Королевства работала их аптечная лавка. Но тринадцать лет назад всего за одну ночь их семья была жестоко вырезана, все лекарственные средства из аптек были изъяты, а все ценные вещи из их домов были разграблены. Никто из членов семьи Цзишэн не уцелел: мужчины были либо расчленены, либо подверглись казни через линчи, женщин сначала насиловали, а потом убивали. Методы нападавших были чрезвычайно жестокими, не пощадили даже младенцев.
(Прим. перевод.: Кто не знал, линчи или, как её ещё называют, пытка тысячи порезов – это мучительная пытка или казнь, при которой от тела жертвы медленно в течение продолжительного времени отрезаются по всему телу мелкие куски кожи и плоти, вплоть до костей. Если жертва теряет сознание, её приводят в чувства и продолжают процесс. Пытка заканчивается тогда, когда жертва умирает либо от болевого шока, либо, если человек оказывается более стойким, то от более глубоких ран или кровотечения, если затронуты уже более глубокие слои тела).
В то время расследование затянулось на год, но так и не принесло абсолютно никаких результатов, и дело было отложено в долгий ящик.
Янь Хэ отказался признать этот факт и уверенно заявил:
- Нет.
С громким хлопком Хе Сюаньи разгневанно ударил колотушкой:
(Прим. перевод.: колотушка – это деревянный молоточек, который использовался в разных облстях, здесь в качестве молоточка судьи).
- Смерть неизбежна, но ты всё ещё упираешься.
Янь Хэ возразил ему:
- Чтобы поймать вора, нужно поймать его грязным, Ваше Высочество наследный принц. А какие у вас есть доказательства, что я привёл людей и уничтожил клан Цзишэн?
(Прим. перевод.: Чтобы поймать вора, нужно поймать его грязным, - здесь автор использует метафору, «вор» – здесь образно любой преступник, а «грязный» говорит о том, что он только совершил грязное дело, то есть чтобы поймать преступника, нужно либо поймать его за руку, либо найти улику, прямо указывающую на него).
Хе Сюаньи приказал принести кучу дорогостоящих, уникальных лекарственных трав:
- Все пропавшие в то время из владений клана Цзишэн уникальные лекарственные травы были найдены в твоей резиденции. Что ты ещё можешь сказать?
Янь Хэ хотел снова начать всё отрицать, но внезапно потерял способность контролировать свой рот и разум и рассказал всё до мельчайших подробностей о том, как на протяжении более десяти лет он неоднократно истреблял целые кланы, а также выдал информацию о том, как Лорд Хуай и Лорд Сюй помогали ему устранять последствия содеянного, чтобы скрыть следы преступлений. А в завершение, будучи не в состоянии контролировать свои руки, он самолично подписал зафиксированное на бумаге признание.
Великий князь Ли был потрясён: как Янь Хэ, который клялся, что даже под страхом смерти не раскроет тайну, так быстро признал всё это?
Сидевший рядом с ним У Руо лукаво улыбнулся. Может быть, они и смогли промыть мозги всем людям из Павильона У Сюань, чтобы те ничего не помнили из того, что совершили за эти годы, но их лидер не мог сделать подобное сам с собой, поэтому У Руо воспользовался Духовным контролем, чтобы заставить Янь Хэ во всём сознаться.
Хе Сюаньи снова велел имперским стражникам на этот раз привести в зал заседаний пятерых детей:
- Янь Хэ, в ночь на первое сентября ты послал этих пятерых детей на арену, чтобы они убивали других детей во время состязания, верно?
- Да.
- Кто именно был их целью?
Янь Хэ ответил:
- Ваши сыновья.
Услышав это, император в ярости ударил рукой по подлокотнику кресла.
Лицо императрицы в этот момент выражало крайнее возмущение.
Не издавая ни звука, Великий князь Ли крепко сжал подлокотники кресла.
У Руо бросил на Великого князя Ли презрительный взгляд и холодно фыркнул.
Хе Сюаньи не стал спрашивать Янь Хэ, почему он хотел убить его детей, а задал другой вопрос:
- В ночь на шестое число девятого месяца, во время соревнований десятки лучших культиваторов шестого ранга, ты манипулировал разумом девяти культиваторов шестого уровня, чтобы они убили моих детей, так ли это?
Янь Хэ без колебаний ответил:
- Да.
Услышав это, Великий князь Ли чуть не вскочил со своего места.
Хе Сюаньи прищурился и задал следующий вопрос:
- Это ты послал людей, чтобы пятнадцатого октября они устроили покушение на семью имперского доктора Яо, а позже распорядился, чтобы твои люди убили всю семью имперского доктора Шэня?
- Да.
- Почему ты сделал это?
- Я узнал, что пятнадцатого октября кронпринцесса хотела провести процедуру замены крови шестому принцу, и решил использовать этот случай, чтобы подставить кронпринцессу, но доктор Яо был до конца предан имперской семье и даже если бы мы похитили его семью, он бы не поддался на наши угрозы, поэтому сначала мы устроили покушение и ранили членов семьи доктора Яо, чтобы он отправился домой и позаботился о них, а затем похитили семью доктора Шэня, чтобы угрожать ему их жизнями.
Императрица была очень рассержена:
- Ты, сволочь!
Если бы они чуть меньше доверяли У Руо, и если бы их младший сын оказался чуть менее удачливым, то они не только потеряли бы своего младшего сына, но и У Руо был бы несправедливо обвинён и подвергся смертельному наказанию.
Император похлопал её по тыльной стороне ладони, жестом призывая успокоиться.
Императрица холодно фыркнула и бросила едва заметный взгляд на Великого князя Ли.
Хе Сюаньи снова спросил:
- Прошлой ночью мы обнаружили под жертвенным помостом в Храме предков группу людей. Это ты велел им спрятаться там?
- Да, я заранее распорядился, чтобы они ждали там и, когда придёт время, убили двух ваших детей.
Хе Сюаньи в ярости ударил по судейскому столу и велел стражникам отвести Янь Хэ в сторону:
- Приведите сюда из камеры главного дворцового евнуха и придворного стражника.
Спустя пол палочки благовоний в зал судебных заседаний привели главного дворцового евнуха и стражника, ответственного за охрану ворот императорского дворца.
Главный дворцовый евнух упал на колени, как только увидел императора и членов его семьи.
Хе Сюаньи сказал:
- Сяо Шуцзы, если ты будешь честен и откровенен, то Бэнь Гун пощадит твою жизнь.
(Прим. перевод.: Бэнь Гун (本宫 [běn gōng]) - дословно переводится «этот дворец», таким образом великосветская особа называла себя в диалоге с людьми ниже себя по положению. Чаще так себя называли принцы – сыновья императора, а также принцессы – дочери императора, т.е. прямые наследники престола, а также жена самого правителя и супруга наследника престола, поскольку все имели либо прямую, либо косвенную причастность к трону. Император называл себя Чжэнь (朕 [zhèn]) – что дословно переводится «мы». Так мог называть себя только император).
Сяо Шуцзы поспешно поклонился и сказал:
- Всё, что мне известно, я расскажу, не утаив ничего.
Взгляд Великого князя Ли стал свирепым, он уж было хотел тайно убить евнуха, но вдруг обнаружил, что не может пошевелиться.
У Руо повернулся к нему и тихо сказал:
- Великий князь Ли порядком устал после напряженной ночи, верно? Тогда просто сидите и смотрите.
Его голос был словно зачарованный, как только тело Великого князя Ли обрело способность двигаться, он послушно последовал только что произнесённым словам У Руо: сел, наблюдая, как евнух честно отвечает на вопросы наследного принца.
Хе Сюаньи задал главному дворцовому евнуху вопрос:
- Сяо Шуцзы, после того как ты покинул малый дворец Сяо Гуань, прилегающий ко Дворцу Хэнсин, зачем ты пошёл к стражникам, охраняющим ворота имперского дворца?
Сяо Шуцзы замер, затем украдкой взглянул на Великого князя Ли.
Хе Сюаньи ударил колотушкой по столу:
- Бэнь Гун задал тебе вопрос, так почему ты смотришь на Великого князя Ли?
Великий князь Ли в душе проклинал евнуха за его глупость.
Сяо Шуцзы был так напуган, что быстро поклонился и сказал:
- Этот-этот...
- Бэнь Гун дал тебе слово, если ты будешь честен, то избежишь смерти.
Сяо Шуцзы, видя, что Хе Сюаньи вот-вот потеряет терпение, поспешил во всём честно сознаться:
- Этот слуга получил серебро от Великого князя Ли, за это слуга должен был передать послание.
Хе Сюаньи посмотрел на Великого князя Ли:
- Какое послание? Кому?
На лбу Великого князя Ли выступили капельки пота.
Сяо Шуцзы ответил:
- Это послание для Госпожи Нянься, которая живёт в малом дворце Сяо Гуань, прилегающем к Дворцу Хэнсин.
- Каково содержание послания?
- Этот слуга… этот слуга передал послание лишь дважды. В первый раз слуга отдал листочек стражнику у дворцовых ворот, который в свою очередь должен был передать его Великому князю Ли, а во второй раз слуга сообщил стражнику, что Его Высочество Лян Дун остался жить во Дворце Хэнсин, и тот передал послание Великому князю Ли.
Хе Сюаньи произнес тяжёлым тоном:
- И это всё?
Сяо Шуцзы вздрогнул, а затем поспешно добавил:
- Великий князь Ли также попросил этого слугу отнести кое-что госпоже Нянься.
- Что именно?
- В первый раз это был эликсир, а во второй - свёрток конфет.
- Ты знаешь, для чего они нужны?
Сяо Шуцзы посмотрел на взмокшего от пота Великого князя Ли и произнёс дрожащим голосом:
- Похоже, их собираются использовать, чтобы отравить двух маленьких королевских Высочеств.
Хе Сюаньи со злостью ударил колотушкой и взглядом, источающим лютый холод, посмотрел на Великого князя Ли.
Императрица в ярости встала со своего места и устремила свой взор на Великого князя Ли:
- Лоу Юйбай, мы все хорошо к тебе относимся, почему ты хочешь отравить внуков Бэнь Гун?
Великий князь Ли, который всё ещё находился под действием Духовного контроля, не мог ответить, поэтому У Руо сказал:
- Матушка, ещё не поздно будет спросить об этом Великого князя Ли после того, как завершится допрос.
Императрица одарила Великого князя Ли ещё одним пронзительным взглядом, глубоко вздохнула и села.
Хе Сюаньи посмотрел на стражника, стоявшего рядом с Сяо Шуцзы:
- Он признался, что ты можешь добавить?
Стражник честно заговорил:
- Этот подчинённый отвечал только за доставку посланий в место службы Великого князя Ли, но больше подчинённому ничего не известно.
Хе Сюаньи понял, что он действительно ничего не знает, и попросил имперских стражников привести Лорда Хуая и Лорда Сюя.
Когда Лорда Хуая и Лорда Сюя ввели в зал заседаний, то, увидев там Янь Хэ и Великого князя Ли, они поняли, что правда раскрыта, и, не дожидаясь вопросов Хе Сюаньи, упали на колени и стали молить о прощении:
- Император, помилуйте! Ваше Высочество наследный принц, помилуйте!
Хе Сюаньи равнодушно спросил:
- Скажите, почему вы просите сохранить ваши жизни?
- Мы… нам не стоило быть столь жадными до денег, мы не должны были пренебрегать имперским законом ради небольшой прибыли, покрывая злодеяния преступников и позволяя им оставаться безнаказанными, что привело к тому, что снова и снова гибли невинные люди. Наши грехи непростительны, но мы всё же уповаем на милость и просим Его Высочество пощадить наши жизни, приняв во внимание нашу многолетнюю службу на благо имперскому двору и Королевству.
- Раз уж вы знаете, что совершили непростительный грех, как может Бэнь Гун пощадить ваши жизни? Если бы ни ваши действия, которые из раза в раз скрывали вину членов клана У Сюань, разве было бы столько смертей среди невинных граждан?
- Просим наследного принца пощадить наши жизни! Просим наследного принца пощадить наши жизни! - Лорд Хуай и Лорд Сюй усердно кланялись.
Хе Сюаньи спросил:
- От кого вы получали деньги?
Лорд Хуай, не задумываясь, ответил:
- От Великого князя Ли. Он дал нам крупную сумму денег, чтобы мы не стали расследовать дело об уничтожении нескольких крупных семей. Увидев деньги, мы ослепли от жадности и решили, что раз уж всё равно никого не осталось в живых из этих семей, то дальнейшее расследование бессмысленно, поэтому мы просто...
Великий князь Ли смиренно закрыл глаза, ощущая, что его сердце становится, словно остывший пепел.
(Прим. перевод.: Сердце, словно остывший пепел (心如死灰 [xīn rú sǐ huī]) - идиома, означающая, что человек пребывает в крайнем унынии, что он утратил волю к действию и его настроение стало абсолютно безразличным или депрессивным).
- Опять Великий князь Ли... - Хе Сюаньи посмотрел на Великого князя Ли, а затем повернулся к Янь Хэ и спросил. - А что насчёт тебя? Кто приказал тебе совершить всё то, в чём ты сознался ранее?
Янь Хэ честно ответил:
- Великий князь Ли.
- Это он склонил вас к геноциду целых семей в прошлом?
- И да, и нет. Павильон У Сюань был основан Великим князем Ли. Поскольку в начале не было достаточно средств, чтобы содержать большое количество людей, он решил начать с богатых, но не очень влиятельных семей с посредственными способностями. Мы совершили несколько ограблений, получив таким образом довольно много денег, а затем основали небольшое дело и, помимо этого, позволили своим ученикам брать задания, чтобы они зарабатывали деньги.
- Значит, это Великий князь Ли приказал убить моих сыновей?
- Да.
- Стража! - Хе Сюаньи пронзительно холодно посмотрел на Великого князя Ли. - Бэнь Гун приказывает: свяжите Великого князя Ли!
- Как вам будет угодно, - два стражника достали железные цепи, способные сдержать духовную силу, и сковали ими руки и ноги Великого князя Ли.
Дождавшись, когда гвардейцы завершат связывать Великого князя Ли, У Руо снял с него технику Духовного контроля.
Хе Сюаньи сурово спросил:
- Великий князь Ли, тебе есть, что добавить?
Великий князь Ли тихо рассмеялся, но постепенно его еле слышный смех становился всё громче и безумнее.