Глава 375: Я очень скучаю по тебе
Улыбка застыла на лице Лоу Цинло:
- Я спрашивал позволение принца, но Ваше Высочество ничего не ответили, и я подумал, что наследный принц согласен.
Лицо Хе Сюаньи стало каменным:
- Выметайся!
- Да, - Лоу Цинло поспешно покинул повозку.
Хе Сюаньи недовольно покосился на дверцу повозки.
Хе Сюаньсюй, пришедший переговорить со своим братом, случайно увидел заходящего в аптеку Лоу Цинло, на котором не было лица, и он поинтересовался у Сюаньи:
- Брат, ты снова отчитываешь своих министров?
Хе Сюаньи задумчиво посмотрел на младшего брата и спросил вместо ответа:
- Ты, кажется, говорил, что сегодня утром прибыл в Зал Вэньшу из Дворца Хэнсин, верно? Как дела у Сяо Руо и детей? Они вовремя ложатся спать, хорошо ли питаются?
- И невестка, и дети очень сильно скучают по тебе. Я пришёл в Зал Вэньшу целенаправленно, чтобы разыскать тебя и передать кое-какую информацию о них.
Хе Сюаньи подумал об У Руо и сыновьях, и его лицо сразу же посветлело, затем он снова нахмурился:
- Кое-какую информацию? С ними что-то случилось? Что-то плохое?
Хе Сюаньсюй закатил глаза:
- Ты не возвращался во Дворец Хэнсин уже больше полумесяца, логично что, они тоскуют по тебе, но у них нет доступа к Залу Вэньшу, чтобы они могли прийти и повидаться с тобой. Хе Синь больше не смог смотреть на их беспокойство и тоску, поэтому этим утром он попросил меня передать тебе, чтобы ты выкроил немного времени, чтобы навестить свою семью.
Хе Сюаньи потер виски:
- В последнее время я был слишком занят.
Несколько дней назад он нашёл немного времени и собирался вернуться во Дворец, чтобы поужинать со своей семьёй, но, к своему удивлению, его вызвали по чрезвычайно срочному делу, когда он уже был готов выдвигаться во Дворец. С тех пор каждый раз, когда он заканчивал работу в Зале Вэньшу, было уже далеко за полночь. Чтобы не мешать У Руо отдыхать, а также для удобства ведения официальных дел, Сюаньи оставался в Зале Вэньшу.
Хе Сюаньсюй прислонился к стенке повозки и вздохнул:
- Я могу понять тебя, я тоже слишком занят, даже чтобы дышать. К счастью, уже сразу после Нового года мне удастся перевести дух.
Хе Сюаньи удивился:
- Неужели только Хе Синь попросил тебя передать, чтобы я вернулся к Сяо Руо и детям? А Сяо Руо ничего мне не передал?
Зная характер У Руо, Хе Сюаньи был уверен, что он не смог бы спокойно ждать во Дворце, пока Сюаньи вернётся к нему, не говоря уже о том, что У Руо привлёк слугу, чтобы попросить Хе Сюаньи вернуться к ним.
Хе Сюаньсюй посмотрел на брата взглядом полным недоумения:
- Невестка каждый день писала тебе письма и лично доставляла их в Зал Вэньшу, что ещё ты хочешь чтобы она передала тебе?!
Хе Сюаньи насупил брови:
- Какие письма?! Я уже много дней практически безвылазно нахожусь в Зале Вэньшу, но ни разу не получал ни единого письма от Сяо Руо.
- Как такое может быть? - недоумевал Хе Сюаньсюй. - Я же видел, как моя невестка каждый день выходила из Дворца Хэнсин с письмом, как же ты мог не получить от него послания?
- Но я действительно не получил ни одного письма, - Хе Сюаньи поднял занавес и позвал тайных стражников. - Хе Цзи!
Хе Цзи сразу же подошёл к повозке:
- Что прикажет Господин?
Хе Сюаньи поинтересовался:
- В последние дни ты несёшь службу как раз на территории Зала Вэньшу, не видел ли ты, как Сяо Руо приносил мне письма?
- Да, в последние дни наследная принцесса каждый день в одно и тоже время приходила и передавала письма для вас.
Лицо Хе Сюаньи стало мрачнее прежнего:
- Почему я тогда не получил ни одного письма?!
- Кронпринцесса передавала письма придворным стражникам, а стражники доставляли их в зал, - Хе Цзи отвечал только за охрану внешней стороны Зала и не знал, как обстоят дела внутри.
Хе Сюаньсюй поразмыслил и предположил:
- Судя по времени, в которое невестка ходила в Зал Вэньшу, можно предположить, что с большой долей вероятности в тот момент старший брат обсуждал дела с министрами, а стражники, скорее всего, не решались потревожить вас, и просто клали письма на стол, где их потом рассортировывали и, видимо, ошибочно отнесли письма невестки к обычным официальным документам менее важного содержания.
(Прим.перевод.: «вас» - не опечатка, Хе Сюаньсюй продолжает обращаться к брату на «вы» при посторонних).
Хе Сюаньи тоже посчитал такое возможным и попросил Хе Цзи созвать к нему министров.
Вызвали всех министров, за исключением Лоу Цинло и тех, кто в данный момент были заняты вместе с ним оформлением важных государственных документов и отправкой медикаментов в города, пострадавшие из-за неисправной формации, на тринадцатом этаже. Тех, кто не был занят неотложными делами, оказалось только трое.
Когда три министра услышали, что их хочет видеть наследный принц, они судорожно начали раздумывать над тем, что же они сделали не так. От страха у них начали подкашиваться ноги. Они пришли к Хе Сюаньи и заговорили дрожащими от испуга голосами:
- Эти подчинённые не понимают, почему наследный принц вызвал нас к себе.
Хе Сюаньи прямо спросил:
- Вы читали письма, которые кронпринцесса отправляла в Зал Вэньшу?
Три министра в недоумении посмотрели друг на друга:
- Нет.
Хе Сюаньи переспросил более низким голосом:
- Вы уверены?
Хе Сюаньсюй добавил доброжелательным тоном:
- Подумайте ещё раз, может вам попадались письма, который вообще невозможно отнести к официальным документам или переписке.
Трое министров серьёзно задумались, затем министр, впервые получивший письмо, написанное У Руо, заметил, что лицо Хе Сюаньи становится всё яростнее и яростнее, поэтому стиснув зубы он заговорил:
- Мне приходилось читать одно письмо, на конверте которого не был указан отправитель, поэтому не знаю, действительно ли это было письмо от кронпринцессы.
Хе Сюаньи быстро спросил:
- Ты всё ещё помнишь, о чём оно было?
- Да, - в письме было всего-навсего четыре слова, даже при желании он не забыл бы его содержание.
Хе Сюаньсюй беспокоился за брата:
- Тогда почему бы тебе не рассказать нам об этом? Да побыстрее!
- В письме было всего четыре слова, и там написано ... - лицо министра покраснело от смущения, но всё же он произнёс, - «Я-я скучаю по тебе».
Щёки Хе Сюаньсюя надулись, затем он разразился смехом:
- Хоть имени и нет, но очевидно, что это написала невестка старшему брату. Полагаю наследная принцесса думала, что стражники передадут письмо наследному принцу напрямую, поэтому не указала, кому оно адресовано и от кого.
На лице Хе Сюаньи расцвела улыбка, словно он развёл тёмные тучи и увидел лунный свет. Его настроение мгновенно улучшилось, он теперь смотрел на окружающих более мягким взглядом.
(Прим.перевод: Развести тёмные тучи и увидеть лунный свет (撥開烏云見明月 - [bōkāi wūyún xiàn míngyuè]) - идиома, означающая ознаменование чего-то хорошего, после преодоления каких-либо трудностей, а также имеет дополнительное значение в зависимости от контекста - рассеять заблуждения).
Министры выдохнули, почувствовав облегчение.
Два других министра, видя, что У Руо занимает очень важное место в сердце Хе Сюаньи, поспешили рассказать, что ранее и они получали письмо с подобным содержанием.
- Мне также приходилось читать письмо без имени и без указания адресата, в котором просто говорилось: «Я очень скучаю по тебе».
- Я тоже получил такое письмо, в нём было написано - «Я очень скучаю по тебе».
Глаза Хе Сюаньи заулыбались. Его наследная принцесса так сильно скучала по нему, он почувствовал себя очень счастливым, весь его гнев улетучился, а вместе с ним исчезла и вся усталость.
Три министра с нескрываемым удивлением смотрели на улыбку на лице Хе Сюаньи. В последнее время кронпринц был хмур, никто не осмеливался провоцировать его, но они не ожидали, что всего несколько слов кронпринцессы могут сделать его таким счастливым.
С легкой улыбкой Хе Сюаньи спросил:
- Где письма?
Три министра напряглись.
Хе Сюаньи сразу же догадался, какова была судьба этих писем, лишь по одному взгляду на их лица:
- Выбросили? Или сожгли?
Один из министров негромко ответил:
- Я выбросил, а евнух позже сжёг его.
Ранее появившиеся эмоции счастья испарились в один миг, лицо Хе Сюаньи вновь стало мрачным, словно надвигалась буря, от чего трое министров покрылись холодным потом.
- Ва-ваше Высочество, этот чиновник подумал, что кто-то по ошибке вложил это письмо в важный официальный документ, и, поскольку на конверте не было указано ни адресанта, ни адресата, он не осмелился показать его вам, опасаясь рассердить вас, поэтому этот чиновник выбросил письмо, - министр говорил всё тише и тише.
Другой служитель канцелярии поспешно сказал:
- Этот презренный слуга тоже посчитал, что это розыгрыш, поэтому не стал придавать письму особого значения.
- Ваш покорный слуга тоже был введён в заблуждение.
Три министра прибывали в состоянии благоговейного ужаса, что даже не смели вздохнуть. Если бы только им было известно, что это письмо от наследной принцессы наследному принцу, и если бы они знали, что письмо наследной принцессы может кардинально изменить настроение наследника престола, они бы ни за что не посмели его выбросить, более того, они бы даже попросили наследную принцессу написать ещё несколько писем кронпринцу, чтобы им не приходилось каждый день со страхом и трепетом ожидать его реакции.
Хе Сюаньсюй сказал:
- Старший брат, не сердитесь на них. Если бы они знали, что это невестка написала вам, то не посмели бы выбросить эти письма.
- Да, да, да, - три министра поспешно закивали головами, цепляясь за слова защиты от принца.
Хе Сюаньсюй продолжил:
- Почему бы мне не попросить невестку написать вам завтра ещё несколько писем?
- Нет необходимости, - Хе Сюаньи расправил нахмуренные брови. - Я вернусь сегодня вечером во Дворец.
Затем вспомнив о том, что здесь осталось ещё много срочных незавершённых дел, он передумал и сказал:
- Я вернусь завтра, чтобы повидаться и поужинать с ними.
- Хорошо, - Хе Сюаньсюй дал знак министрам удалиться.
Хе Сюаньи поручил Хе Цзи, стоявшему снаружи:
- Пойди и узнай, почему стражники не передали письма лично мне в руки.
- Да.
Хе Цзи развернулся и ушёл. Прошёл один шичэнь, прежде чем он вернулся к Хе Сюаньи с докладом:
- Господин, придворный стражник сообщил, что ответственный за передачу писем евнух посчитал, что послания кронпринцессы не столь срочны и важны по содержанию, поэтому рекомендовал класть их на стол с обычной корреспонденцией, уточнив, что они всё равно непременно дойдут до Вашего Высочества. Вы же в то время были крайне заняты переговорами с министрами, и отвлекать вас, передавая письмо, было бы неприемлемым.
(Прим. перевод.: Большой час или шичэнь (时辰 - shíchen) - это древняя единица измерения времени, равная 1/12 суток, т. е. 2 часам. Каждый такой отрезок времени или шичэнь был закреплён за определённым временем суток и имел своё название, а именно - «цзы-ши» - это отрезок времени с 23:00 до 1:00; «чоу-ши» - 1:00-3:00; «инь-ши» - 3:00-5:00; «мао-ши» - 5:00-7:00; «чэнь-ши» - 7:00-9:00; «сы-ши» - 9:00-11:00; «у-ши» - 11:00-13:00; «вэй-ши» - 13:00-15:00; «шэнь-ши» - 15:00-17:00; «ю-ши» - 17:00-19:00; «сюй-ши» - 19:00- 21:00; «хай-ши» - 21:00-23:00. Существовали также практические рекомендации китайской медицины касательно поддержания здоровья организма в соответствии с каждым из этих временным отрезком).
Хе Сюаньи гневно заговорил, повысив голос:
- Кто дал этому евнуху право решать, куда положить письмо наследной принцессы?!
- Евнух, ответственный за доставку писем в Зал Вэньшу, также отметил, что он был крайне обеспокоен вашим самочувствием и состоянием здоровья в виду того, что за последний месяц вы непомерно много времени уделяли рассмотрению официальных документов и решению государственных проблем различного уровня, при этом жертвуя отдыхом, поэтому он решил оградить вас от дополнительных хлопот. Он не знал, что письмо наследной принцессы может так много значить для вас. Но поскольку, полагая, что на письме имелась информация о том, кому оно адресовано и от кого оно, евнух был убеждён в том, что письмо непременно передаст вам один из чиновников, работающих непосредственно в самом Зале Вэньшу. Он не мог предположить, что письмо так и не дошло до вас.
То, что евнух, прикрываясь заботой о своём господине, втайне принимал решения за него, разгневало Хе Сюаньи, ведь евнух переступил границы своих полномочий, воспользовавшись силой власти, которая ему в действительности не принадлежит, а к такому человеку никто из господ не будет благосклонен:
- Сто ударов плетью - вот наказание этого евнуха, а затем выгнать его из Дворца! И отныне наследная принцесса может входить и выходить из Зала Вэньшу в любое время по своему собственному усмотрению!
Учитывая то, что евнух - человек, не обладавший духовной силой, ста ударов плетью было вполне достаточно, чтобы убить его, но даже если он всё же владел хоть какой-либо духовной силой, тем не менее сто ударов плетью всё равно не пройдут для него бесследно, и его здоровью будет нанесён ощутимый урон.
- Будет исполнено.
Хе Сюаньсюй усмехнулся:
- Этот евнух слишком дерзок. Ему хватило смелости дать оценку важности содержимого письма наследной принцессы!
Хе Сюаньи прищурил глаза и погрузился в глубокие размышления.
Лоу Цинло, стоявший у окна лекарственной лавки, выглядел растеряно, ибо он отчётливо слышал весь диалог наследного принца с министрами и Хе Цзи.
Причина по которой евнух отважился сказать стражникам относить письма кронпринцессы в стопку с обычной корреспонденцией менее важного порядка, заключалась в том, что именно он дал такое распоряжение главному евнуху, который в свою очередь раздал точно такое же поручение рядовым евнухам. Целью этого мероприятия было помешать наследному принцу и кронпринцессе видеться и общаться и тем самым разрушить отношения между ними.
Даже если впоследствии это дело привлекло бы внимание и его стали расследовать, то они не смогли бы узнать о его причастности, поэтому Лоу Цинло совсем не беспокоился, что его поймают.
Он не понимал только одного: почему наследная принцесса не указала ни адресата, ни адресанта на конверте письма?
Брови Лоу Цинло хмурились все сильнее и сильнее.
Он с самого начала догадывался, что если наследный принц и принцесса долгое время не смогут видеться друг с другом, то рано или поздно кронпринцесса напишет Хе Сюаньи. В таком случае, он планировал, воспользовавшись невнимательностью принца, уничтожить письмо, чтобы воспрепятствовать их встрече, что зародило бы сомнения касательно их чувств в сердцах друг друга и спровоцировало бы разлад. Но вот только проходя как-то мимо одного из министров, он увидел, как тот вскрывает конверт без каких-либо опознавательных знаков, а затем читает письмо, в котором также не было названо никаких имён, после чего тот министр просто скомкал письмо и выбросил его в корзину с мусором. Тогда Лоу Цинло был удовлетворён тем, что ему вообще не пришлось прикладывать никаких усилий, чтобы избавиться от этого письма, ведь чиновник без каких-либо его указаний сделал это самолично. Но теперь, оглядываясь назад, он чувствовал себя странно.