Глава 373: Больше никаких сожалений в этой жизни

После обеда У Руо и Хе Сюаньи покинули королевскую резиденцию в повозке, запряжённой демоническими зверями.

Повозка медленно передвигалась по шумной улице, густо заполненной людьми. Сидя в экипаже, У Руо слышал, как тут и там люди снаружи обсуждали лечение болезни дефицита солнечного света, и им было очень любопытно, какой же метод использовала имперская семья, чтобы победить этот недуг.

Среди многообразия произносимых фраз Хе Сюаньи уловил, как несколько человек хвалили доктора, который сумел вылечить болезнь дефицита солнечного света, уголки его губ невольно приподнялись в довольной улыбке, он заключил У Руо в тёплые объятия и прошептал:

- Сяо Руо, спасибо тебе. Если бы не ты, шестого брата вероятнее всего уже не было бы с нами.

У Руо повернул голову и поцеловал его в губы:

- Вот так стоит благодарить меня.

Хе Сюаньи рассмеялся.

У Руо спокойно лежал в объятиях Хе Сюаньи, но мысли его блуждали в раздумьях о судьбе Хе Сюаньси из прошлой жизни. К сожалению, до своего перерождения он никогда не слышал о Хе Сюаньси. Если так подумать, то около полугода спустя их с Хе Сюаньи свадьбы в той жизни, Сюаньи находился в состоянии глубокой скорби на протяжении года или около того. Вполне возможно, что это было связано со смертью Хе Сюаньси от болезни дефицита солнечного света.

После своего перерождения У Руо удалось изменить судьбы многих людей. Те, кто в прошлой жизни оставались в живых, в этой уже умерли, а те, кому было суждено умереть в прошлом, продолжают жить сейчас. Помимо этого, он смог повстречать в новой жизни людей, которых никогда не видел до своей реинкарнации.

У Руо взял большую руку, лежавшую у него на груди, поднёс её к своим губам и нежно поцеловал.

Простое действие, но сердце Хе Сюаньи забилось быстрее, невольно он крепче сжал человека в своих объятиях. В этой жизни рядом с У Руо такой дорогой ему человек, поэтому в этой жизни не будет больше никаких сожалений.

У Руо и Хе Сюаньи нежно прижались друг к другу щеками и ласково потерлись друг о друга:

- Уже почти ноябрь, погода становится всё холоднее, тело шестого брата всё ещё не окрепло до конца и может не выдержать. Прежде чем вернуться во Дворец, давай вместе навестим Сюаньси, мне есть что ему сказать.

- Мгм.

Вдвоём они сначала посетили Дворец Хе Сюаньси, а затем отправились во Дворец Хэнсин. Так вышло, что дети как раз только проснулись после обеденного сна, и У Руо отдал распоряжения евнуху, чтобы тот помог Крохе с перелистыванием страниц книги, пока тот изучает различные тайные техники, описанные в ней.

Скорость чтения Крохи была впечатляющей. Всего за полдня он прочитал все книги по техникам культивации, которые принёс Старичок Хе. А уже через три дня он полностью изучил все оставшиеся книги по техникам начертания рун, созданию формаций, а также внушительные рукописи по медицине. Тем временем У Руо успел закончить всего одну книгу и отработать все методики культивации, описанные в ней, и лишь начать вторую, которую он и продолжил изучать вместе с Крохой, попутно закрепляя прочитанное на практике.

Если бы не тот факт, что Хе Сюаньи попросил Хе Синя присматривать за У Руо и Крохой, то занятые изучением сборников со знаниями в различных областях они бы часто забывали поесть или вовремя лечь спать.

Тридцатого октября, когда Лоу Цинло полностью восстановил своё здоровье, он покинул имперский Дворец и незамедлительно приступил к выполнению своих официальных обязанностей. С этого же дня Хе Сюаньи полностью погряз в делах, его крайне сложно было даже просто увидеть, уж не говоря о том, что были дни, когда он и вовсе не появлялся дома, даже ночью.

Поначалу, обучая Кроху навыкам культивации, У Руо и сам был слишком занят, чтобы обратить на это внимание, но позже он осознал, что не видел Хе Сюаньи вот уже семь дней. Всякий раз, когда он спрашивал охранников Хе Сюаньи о нём, то постоянно слышал в ответ либо «наследный принц и господин Лоу отбыли патрулировать город», либо «наследный принц и господин Лоу отправились туда-то, чтобы оказать помощь в спасении тех-то и тех-то». Проще говоря, каждый раз выходило, что Хе Сюаньи был вместе с Лоу Цинло.

Безусловно, У Руо доверял Хе Сюаньи и верил в его порядочность, поэтому у него не вызывало сомнений, что тот ни при каких обстоятельствах не предаст его. Проблема заключалась в том, что после того, как У Руо стало известно о чувствах Лоу Цинло к Хе Сюаньи, волей неволей он стал замечать, что Лоу Цинло всячески пытается создать ситуации, которые призваны дистанцировать Хе Сюаньи от У Руо. А поскольку на данный момент основной причиной, по которой Лоу Цинло коммуницирует с Хе Сюаньи, являются рабочие вопросы, то у У Руо нет никаких веских причин просить Лоу Цинло держаться подальше от Хе Сюаньи.

Размышляя об этом У Руо непроизвольно улыбнулся. Если бы ему действительно было всего двадцать лет, то вероятнее всего он бы просто потребовал, чтобы Хе Сюаньи больше не виделся с Лоу Цинло, но, беря в расчёт прожитые годы из его прошлой жизни, выходит, что его ментальный возраст далеко за тридцать, а значит он уже довольно зрелый мужчина. Соответственно, он должен вести себя и действовать так, как бы вёл себя зрелый мужчина.

- Папа, над чем ты смеёшься? - поинтересовался Яичко, увидев, что У Руо улыбается.

У Руо опомнился и вытер Яичку рот:

- Наелся? Если да, то можешь взять своего брата и немного вздремнуть после обеда.

- Ох. - Яичко подхватил Кроху и быстро убежал.

У Руо посмотрел на Лян Дуна:

- Тебе тоже следует пойти и немного поспать.

- С вашего позволения, Лян Дун удаляется, - Лян Дун с воодушевлением выбежал из Дворца Хэнсин и вернулся в маленький домик. - Мама, мама!

Услышав голос сына, Нянься улыбнулась и обняла его:

- Почему ты такой счастливый?

Лян Дун радостно ответил:

- Пятый дядя похвалил меня за быстрое освоение некоторых тайных техник культивации.

- Мой Лян Дун просто умничка! - похвалила его Нянься, а затем спросила. - Как ты теперь ладишь со своими братьями?

- Мы много играем вместе, - в конце концов, Лян Дун ещё ребёнок, сначала он боялся и не решался играть с Яичком и Крохой, но спустя какое-то время он начал понемногу общаться с ними. А сейчас он с удовольствием возится с кучей игрушек вместе с мальчиками.

Нянься потрепала его по голове:

- Значит, ты хорошо ладишь с братьями. Тогда тебе стоит достать свои любимые игрушки и поделиться ими с братьями?

Лян Дун задумался на мгновение и с неподдельным блеском в глазах побежал в свою комнату, чтобы найти все свои игрушки. Осмотрев их, он отложил в сторону свой любимый короткий деревянный меч:

- Это для братика Яичка, он больше всего любит играть с мечами.

Затем он снова порылся в остальных своих игрушках и горько нахмурился:

- Младший братик совсем крошечный, он не сможет держать ни одну из этих игрушек ...

Лян Дун немного поразмыслил, а когда он заприметил на столе бергамотовый торт, его глаза загорелись. Это был его любимый десерт. Лян Дун был уверен, что Крохе он тоже придётся по вкусу, кроме того, он сможет поделиться им с Яичком.

Нянься, которая только зашла в комнату сына, спросила:

- Лян Дун, что ты собираешься подарить младшим братьям?

Лян Дун улыбнулся:

- Короткий деревянный меч и бергамотовый торт.

Нянься покачала головой:

- Не пойдёт.

Лян Дун замер:

- Не пойдёт?

- Ну, твой короткий деревянный меч подойдёт только Яичку, а Кроха сможет лишь наблюдать со стороны, они не смогут поиграть вместе, а что касается торта, то он слишком велик для Крохи, он в него не полезет.

Лян Дун нахмурился:

- Что же тогда?

Нянься достала из рукава маленькую склянку с эликсиром:

- Ты можешь преподнести это в качестве подарка, даю слово, что им он очень понравится. Тебе следует добавить его им в чай, да так, чтобы никто этого не увидел. Если им понравится чай, значит им понравился и твой подарок. В таком случае, ты можешь раскрыть свой сюрприз и сказать им, что это был твой презент. Если же чай им не понравится или же они вовсе ничего не скажут о нём, то тебе не следует раскрывать им правду, иначе они могут расстроиться, узнав, что таков твой подарок. Даже если другие будут тебя спрашивать об этом, тоже ничего не говори. Понял?

Лян Дун принял эликсир и понимающе кивнул головой.

Нянься повторила:

- Ты должен запомнить каждое моё слово.

- Хорошо.

Нянься сняла с него мантию, обняла и уложила в постель, а затем, чуть раньше обычного, разбудила его и велела идти на послеобеденные занятия во Дворец Хэнсин. Когда Лян Дун пришёл во Дворец, наставник ещё не прибыл, а Яичко и Кроха всё ещё спали. Лишь Хе Синь суетился по хозяйству в главном зале.

- Дядюшка Синь, - Лян Дун вошёл в зал и послушно сел на стул.

Хе Синь улыбнулся ему:

- Ваше Высочество Лян Дун, хорошо ли вы спали во время обеденного перерыва? Не хотите ли выпить чашку бодрящего чая, заваренного этим старым слугой? Его Высочество Яичко и Его Высочество Кроха обычно каждый раз после полуденного сна выпивают по чашечке чая, чтобы немного освежиться. Налить вам чашечку?

Он налил чашку чая для Лян Дуна и поставил её перед ним:

- Чай немного горячий, так что вы можете выпить его чуть погодя.

- Спасибо.

- Не стоит благодарности, - Хе Синь налил ещё две чашки горячего чая, чтобы к приходу Яичка и Крохи он стал приемлемой для них температуры. Несколькими минутами позже евнух пришёл доложить, что юные принцы проснулись. Хе Синь направился к ним в комнату, чтобы помочь им одеться.

Лян Дун некоторое время смотрел на три чашки чая на столе, затем его глаза загорелись, он взглянул на стражников, стоявших неподвижно за дверью, быстро достал эликсир, который Нянься дала ему ранее, и добавил его в чай, подготовленный для его братьев.

Эликсир бесследно растворился в чае, и невозможно было понять, что в него что-то добавили.

Подумав, что его подарок понравится двум младшим братьям, Лян Дун почувствовал себя особенно счастливым. Он выбрался из кресла и побежал в комнату Яичка, чтобы посмотреть, как они облачаются в мантии.

Когда Яичко и его брат были полностью одеты, их привели в главный зал.

Хе Синь улыбнулся и взял в руки чай:

- Чай уже не горячий, двум маленьким высочествам он поможет слегка взбодриться.

Яичко и Кроха опустошили свои чашки и сразу же почувствовали себя более бодрыми.

Лян Дун смотрел на них глазами полными надежды, но, к сожалению, ни Яичко, ни Кроха не обмолвились и словом о выпитом чае, что означало, что им не понравился его подарок. Ему было очень обидно.

Хе Синь заговорил:

- Наставник уже здесь, Ваше Высочество Лян Дун, не заставляйте учителя ждать.

Поскольку способности Лян Дуна к обучению были не так хороши, как у его младших братьев, то ему приходилось заниматься как утром, так и после обеда.

Сразу по окончанию уроков Лян Дун поспешил вернуться к себе:

- Мама, мама.

По интонации сына Нянься поняла, что он чем-то обеспокоен и быстро выбежала к нему:

- Что случилось?

- Братьям не понравился мой подарок.

Нянься обомлела, поспешно отнесла ребёнка в комнату, закрыла дверь и негромко спросила:

- Ты добавил в их чай эликсир, который я тебе дала?

Лян Дун кивнул:

- Да.

- Кто-нибудь видел, как ты добавлял эликсир в чай?

Лян Дун покачал головой.

Нянься вдруг почувствовала облегчение:

- Они пили чай?

- Да, но они ничего не сказали, мне не понятно понравилось им или нет.

- Достаточно и того, что они выпили его, - Нянься радостно улыбнулась. - Неважно, если им не понравилось, ты можешь просто дать им те подарки, которые выбрал ранее.

- Разве матушка не говорила, что деревянный меч и торт не подходят?

- Даже если они не годятся, это всё равно знак внимания и вежливости, так что, я уверена, они не будут против.

- Хорошо.

Успокоив сына, Нянься спросила:

- Чем занимались два маленьких высочества после чаепития?

- Яичко изучал техники культивации вместе со своим пятым дядей, а Кроха читал книги вместе с наследной принцессой.

Нянься нахмурилась:

- Пока ты был с братьями, они не чувствовали недомогания?

Лян Дун покачал головой:

- Нет.

Нянься была озадачена:

- Странно, как это может не быть никакой реакции?

Неужели это из-за силы камня Три-Семь эликсир оказался бесполезен?

Нянься прождала до позднего вечера, но так и не услышала ничего необычного о состоянии здоровья братьев, поэтому посреди ночи она вышла на улицу и бросила листочек за дворцовые стены, а затем вернулась в свою комнату, чтобы отдохнуть.