Глава 77. Великий рыцарь Шэнь, что с тобой?
- Ты угрожаешь мне, - разозлился Чжао Цянь.
- Как это можно назвать угрозой? - Лю Ишуй медленно поставил чашку. – Это просто факты.
- Чего ты, чёрт возьми, хочешь? - Чжао Цянь попытался успокоиться.
- На самом деле сущие пустяки, - сказал Лю Ишуй. - Если в этот раз почтенный Чжао готов сотрудничать, я обещаю, что даже если в будущем начнётся мятеж, тебя никто не тронет.
- Каковы условия? - настороженно спросил Чжао Цянь.
- Я слышал, что почтенный Чжао хочет выдать свою дочь замуж в королевство Цицзюэ? - спросил Лю Ишуй.
Чжао Цянь холодно усмехнулся: - Почтенный Лю, почему ты спрашиваешь, хотя знаешь ответ?
- Поскольку император уже высказался, дата свадьбы должна быть назначена в ближайшие несколько месяцев, - сказал Лю Ишуй. - В стране Цицзюэ есть государственная печать Бикуань, государь хочет её.
- То, что хочет тот человек на северо-востоке - это, должно быть, сокровище страны, - Чжао Цянь нахмурился. - Даже если моя дочь действительно выйдет замуж, она будет всего лишь наложницей. Боюсь, она не будет удостоена даже того, чтобы увидеть государственную печать Бикуань, не говоря уж о том, чтобы заполучить её.
- Почтенный Чжао так хорошо умеет править рулём в зависимости от ветра, так неужели его дочь так сильно отличается от него, - Лю Ишуй улыбнулся. – Как можно быть уверенным, что она не сможет получить печать Бикуань, если она ещё даже не попробовала?
- Не перегибай палку! - Чжао Цянь слегка вспылил.
- Это всего лишь обсуждение условий и только, - Лю Ишуй покачал головой. - Почтенный Чжао может не принимать их, но тогда трудно сказать, что его ждёт в будущем.
- Император становится всё более могущественным. Почтенный Лю действительно считает, что в будущем мир будет вашим? - сказал Чжао Цянь, чеканя слова. - Не будь слишком самоуверен, не мели языком по ветру.
- Теперь, когда всё дошло до этого, у меня нет выбора, - Лю Ишуй холодно усмехнулся. - Если государь сможет получить власть, это будет лучше всего, но, если успех дела сорвётся из-за пустяка, я не стану единственным козлом отпущения.
- Ты! - Чжао Цянь пришёл в ярость.
- Почтенный Чжао хочет остаться в стороне и, конечно, я не могу его принудить, - сказал Лю Ишуй. - Когда дочь почтенного Чжао выйдет замуж и поедет в западную пустыню, я, естественно, отправлю своих людей в качестве свадебной свиты, сопровождающей невесту в дом жениха, чтобы убедиться, что ей ничего не угрожает и что будет кому защитить её в трудную минуту. Как насчёт этого?
- А что, если цель не будет достигнута ни при каких обстоятельствах? — спросил Чжао Цянь, стиснув зубы.
- Я этого не знаю, - Лю Ишуй развел руками. - Но у почтенного Чжао на этот раз нет выбора. Если только ему не надоело жить, он может только послушно сотрудничать.
Шэнь Цяньлин, сидя на крыше и слушая всё это, почувствовал, что Чжао Цянь очень расстроен. Судя по их разговору, Чжао Цянь на самом деле ничего не сделал с того момента, но на этот раз его вынудили стать орудием в чужих руках. Было бы странно, если бы он не расстроился.
Через некоторое время в кабинете скрипнула дверь, Чжао Цянь вышел, сел в паланкин и вернулся обратно тем же путём.
Цинь Шаоюй подхватил Шэнь Цяньлина и тихо приземлился в переулке снаружи.
- Как думаешь, Чжао Цянь согласится? - у Шэнь Цяньлина онемели ноги от долгого сиденья на корточках, и он немного попрыгал, как зайчонок.
- Думаю, исходя из его характера, он должен согласиться, - Цинь Шаоюй взял его за руку и повёл обратно.
- Почему? - Шэнь Цяньлин был озадачен. - Когда он отказал Чжоу Цзюэ, самое большее, его можно было обвинить в недоносительстве. Даже если бы император узнал об этом, он не наказал бы его смертью. Но если сейчас он согласится помочь завладеть государственной печатью Бикуань, это уже прямой сговор. Он трус и не пойдёт на такой риск.
- В этом и заключается коварство Лю Ишуя, - сказал Цинь Шаоюй. - Он знает, что Чжао Цянь трус, поэтому не поручил ему ничего слишком сложного. В конце концов, печать Бикуань принадлежит Му Ханье, а не Чу Юаню. Даже если это обнаружится в будущем, это не имеет ничего общего с государственной изменой. А если Чжао Цянь на этот раз не согласится, как ты считаешь, какие будут последствия?
Шэнь Цяньлин немного подумал и сказал: - Если император свергнет Чжоу Цзюэ, Лю Ишуй обязательно будет наказан вместе с ним. В такой ситуации он может просто облить Чжао Цяня грязью. В конце концов, испокон веков за такие вещи, как государственная измена, любой император скорее убьет сотню невинных, чем упустит хоть одного виновного.
- Да, - Цинь Шаоюй кивнул. - С другой стороны, а что, если Чжоу Цзюэ свергнет императора? Чжао Цянь не посмеет отказаться в этот раз, иначе в будущем его ждут большие неприятности, и он это прекрасно знает. Так что, если он хочет максимально увеличить выгоду и избежать вреда, ему только и остаётся, что согласиться на предложение Лю Ишуя.
- Если бы он признался императору несколько лет назад, не было бы столько проблем, - сказал Шэнь Цяньлин. - Если он действительно согласится на этот раз, император ему этого не спустит. Того, кто в сговоре с мятежниками, ждёт смерть.
- Подождём до завтра и обсудим это с Цяньфэном и остальными, - сказал Цинь Шаоюй. - Уже поздно, давай вернёмся и ляжем спать пораньше.
- Ага, - Шэнь Цяньлин зевнул.
- Устал? - Цинь Шаоюй рассмеялся. – Давай, я понесу тебя на спине.
Кто же откажется от такого! Шэнь Цяньлин с радостью согласился, залез к нему на спину и сказал: - Этого никто не должен увидеть.
Иначе обязательно пойдут странные слухи, например, о том, что они тут трахались, что звучит очень вульгарно!
- Хорошо, - Цинь Шаоюй подал руки назад и крепко обнял его за талию, прыгнул на крышу и на большой скорости направился к дворцу.
Даже если кто-то из праздных зевак заметил их, то они просто быстро промелькнули и исчезли в одно мгновение. Поэтому все подумали, что хозяин дворца Цинь, должно быть, делал что-то этакое с молодым господином Шэнем, отчего тот покраснел, его сердце забилось быстрее, и он даже забыл время, поэтому так хотел поскорее вернуться во дворец.
И в самом деле, эти счастливые супруги в идеальном браке так сильно любят друг друга, что людям остаётся только завидовать этому.
В императорском дворце Е Цзинь шёл к своим покоям с миской супа в руках, и вдруг заметил, как мимо него промелькнули две фигуры, сопровождаемые смехом. Сердце его наполнилось отвращением, он вошёл в свои покои и поставил миску с супом на стол.
- Что за суп? — спросил Шэнь Цяньфэн.
- Успокаивает и укрепляет ци, - сказал Е Цзинь. – В последнее время ты слишком устаёшь.
Шэнь Цяньфэн улыбнулся, опустил голову и выпил суп в пару глотков.
Е Цзинь опёрся на стол, глядя на него.
- Хочешь что-то сказать? — спросил Шэнь Цяньфэн.
Е Цзинь спросил: - Если бы меня не было, ты бы работал так усердно, чтобы помочь императору?
- Почему ты вдруг подумал об этом? - Шэнь Цяньфэн отложил ложку и обнял его.
- Любопытно, - Е Цзинь немного разомлел.
- Конечно, - сказал Шэнь Цяньфэн. - Если императорская власть нестабильна, в Цзянху не будет покоя.
Е Цзинь надулся: - А, значит, тебе всё равно, что со мной, что без меня.
Шэнь Цяньфэн:...
Е Цзинь посмотрел на небо.
- Могу ли я изменить ответ? — спросил Шэнь Цяньфэн.
- Это зависит от того, как ты его изменишь, - Е Цзинь разозлился.
- Если бы не ты, я бы ничего не стал делать, - Шэнь Цяньфэн с готовностью согласился. - В лучшем случае я бы взял своих слуг и сидел бы целыми днями во дворце, играя в застольную игру на пальцах, пил бы вино и устраивал драки сверчков.
На лице Е Цзиня отразилось отвращение, и он велел ему прекратить водить компанию с этими людьми из дворца Погони за Тенью!
Шэнь Цяньфэн приблизился и поцеловал его.
Е Цзинь яростно врезал ему кулаком, умылся и забрался в кровать, повернувшись к нему спиной.
Шэнь Цяньфэн обнял его сзади: - Спать в такую рань?
- Это считается ранью? - Е Цзинь натянул одеяло на голову. – Если для тебя ещё слишком рано, иди, потренируйся в боевых искусствах, а лао-цзы хочет спать.
Шэнь Цяньфэн снова обнял его, Е Цзинь сначала напрягся всем телом, а затем начал злиться:
- Разбойник!
- В последнее время я был занят, и мы давно не занимались этим, - Шэнь Цяньфэн поцеловал его в ухо.
- Отъебись от моей задницы, - Е Цзинь покраснел до корней волос. - Мы с тобой не знакомы!
Давно привыкший к тому, что тот постоянно кривит душой, Шэнь Цяньфэн крепко обнял его одной рукой, а другой - развязал его пояс и осторожно спустил с него подштанники.
Е Цзинь стал сопротивляться изо всех сил.
Дыхание Шэнь Цяньфэна стало тяжелее, и он ощупью достал из-под подушки маленькую бутылочку, окунул пальцы в какую-то мазь и стал его готовить.
- Прекрати, - запротестовал Е Цзинь. - Я обещал Чу Юаню сопровождать его на конную прогулку завтра утром.
Шэнь Цяньфэн крепко обнял его за талию и без колебаний втолкнулся в него.
- Хмм... - Е Цзинь прикусил нижнюю губу, вцепившись пальцами в простыню, и ему потребовалось много времени, чтобы отдышаться.
- Ты всегда сопровождаешь его в последнее время, - Шэнь Цяньфэн медленно двигался в положении сбоку.
- И что с того, - Е Цзинь хотел разозлиться, но его голос сел — злиться в этой ситуации действительно сложно.
- Я ревную, - Шэнь Цяньфэн положил его ничком на кровать и полностью стянул с него мешающие подштанники.
- Ты ревнуешь? - Е Цзинь был потрясён.
- Я всего лишь хочу, чтобы ты был со мной, - Шэнь Цяньфэн провёл руками у него подмышками и стал накручивать через одежду стоячие соски. - Даже если это твой старший брат, всё равно нельзя.
- У тебя ведь нет лихорадки, верно? - Е Цзинь с трудом оглянулся на него.
Шэнь Цяньфэн позволил себе с силой полностью войти в его тело.
- А! - Е Цзинь был застигнут врасплох и не смог сдержать крика.
Движения Шэнь Цяньфэна нисколько не замедлились.
- Ты, ты сейчас же прекрати, - Е Цзиню стало невмоготу и он нахмурился. - Говори яснее, что ты имеешь в виду... а...
Шэнь Цяньфэн опустил голову и закрыл его губы, а его движения стали ещё более яростными.
Е Цзинь привык к тому, что с ним обращаются нежно и ласково, и сейчас его голова отказывалась соображать. Они действительно уже давно не занимались любовью, и Шэнь Цяньфэн в этот раз был слишком груб, это было действительно больно, и боль только усиливала смятение. Е Цзинь изо всех сил пытался встать, но тщетно.
- Чёрт возьми, ты выпил не то лекарство?! – наконец смог сказать Е Цзинь.
Шэнь Цяньфэн бросил его одежду на пол и крепко обнял его голое и худое тело, желая проглотить его одним глотком.
Е Цзинь чувствовал отчаяние и обиду, переживая в душе, что этот человек, должно быть, одержим бесом.
Знал бы раньше, не стал бы готовить успокаивающий суп, а сжег бы талисман и размазал пепел по его лицу.
Ситуация накалялась, и тёмные стражи дворца Солнца и Луны молча поднялись и пересели на крышу напротив.
Тёмные стражи дворца Погони за Тенью тут же подсели к ним с несколькими пакетами вяленого мяса.
Тёмные стражи дворца Солнца и Луны посмотрели в небо.
Тёмные стражи дворца Погони за Тенью с энтузиазмом сказали:
- Хотите? Это особые местные продукты страны Цицзюэ.
Тёмные стражи дворца Солнца и Луны презрительно посмотрели на них: - Опять украли?
- Конечно, нет, - тёмные стражи дворца Погони за Тенью стали есть вяленое мясо. – Это нам подарили наши хорошие друзья из страны Цицзюэ.
Тёмные стражи дворца Солнца и Луны, очевидно, не поверили и отказались есть украденное мясо.
Хотя тёмные стражи были достаточно далеко, иногда они всё равно слышали то, чего не должны были слышать. Тёмные стражи дворца Солнца и Луны выглядели спокойными, но на сердце у них был полный раздрай, а тёмную стражу дворца Погони за Тенью это вообще не волновало. По сравнению с нашим хозяином дворца и его госпожой это действительно сильно уступает.
Нет никакого взрывного момента, просто как блеяние годовалого ягнёнка.
Совершенно уныло, ничего интересного.