Глава 62. Неприятности на северной горе
Хотя Цинь Шаоюй и Шэнь Цяньлин согласились помочь, они не уделяли этому особого внимания. В конце концов, отношения между дворцом Погони за Тенью и императорским двором довольно щекотливые, и слишком большое усердие выглядело бы как попытка втереться в милость императора.
В храме кормили только овощами и зеленью, и даже после двух приёмов пищи Шэнь Цяньлин не почувствовал, что наелся. К счастью, в городе Цзыя много ресторанов, и он расположен на важном транспортном маршруте. Деликатесы с гор и морей подают непрерывно, так что вы можете есть их каждый день, не повторяясь.
- Что у нас на обед? - спросил Шэнь Цяньлин у Цинь Шаоюя.
- Зависит от твоего поведения, - Цинь Шаоюй небрежно пролистал книгу.
Шэнь Цяньлин разозлился:
- Всё ещё зависит от моего поведения?
- Конечно, - Цинь Шаоюй отложил книгу. - Если ты будешь вести себя хорошо, мы будем есть жареную свинину с ягодами и вином.
- А если плохо? - спросил Шэнь Цяньлин.
Цинь Шаоюй сказал:
- Паровые булочки с солёными огурцами и редисом.
Шэнь Цяньлин:...
Ты издеваешься надо мной.
Цинь Шаоюй щёлкнул пальцами.
Шэнь Цяньлин надулся и попытался встать, потом немного подумал и торжественно произнёс:
- После поцелуя будет жареное мясо, верно?
Цинь Шаоюй расхохотался, сгрёб его в объятия и страстно поцеловал, а затем вывел из храма. Что касается маленького феникса, то ранним утром тёмный страж отвёл его на задний склон горы, чтобы вместе пожарить говядину. Жизнь действительно хороша!
В городе по-прежнему много людей. По пути встречаются мелкие торговцы, с энтузиазмом предлагающие различные закуски. Обстановка мирная и радостная. От дровосека до продавца цветов – все выглядят зажиточными и довольными, из школ доносятся звуки чтения вслух, в чайные зазывают гостей. Шэнь Цяньлин крепко схватил Цинь Шаоюя за руку и прошептал:
- Я не думаю, что Чжоу Цзюэ добьётся здесь успеха.
- Это естественно, - Цинь Шаоюй улыбнулся. - Мы здесь.
- Раньше я тоже думал, что это из-за нас, - сказал Шэнь Цяньлин. – Теперь я чувствую, что даже без нас император, возможно, сможет решить эту проблему. Он может понести потери или даже получить ранение, но, в конце концов, мир всё равно принадлежит ему.
- О? - Цинь Шаоюй приподнял брови. - Почему?
- Потому что народ любит его, - сказал Шэнь Цяньлин. - В городе Юньлань есть ты и чиновник Вэнь, поэтому там всё спокойно и надёжно, и люди живут в достатке. Но мир такой большой. По пути мы миновали бесчисленные деревни и города, большие и маленькие. Люди повсюду, богатые или бедные, по крайней мере, жили спокойной жизнью, не беспокоясь о войне или даже стихийных бедствиях, потому что все знают, что Чу Юань — хороший император. Если произойдёт что-то серьёзное, императорский двор обязательно придёт на помощь и не позволит, чтобы условия жизни стали невыносимыми.
- Мы совсем недавно решили вопрос с Цянь Манманом, — сказал Цинь Шаоюй. – До того, как мы оказались в городе Люша, народ там отнюдь не благоденствовал.
- Это другое дело, - Шэнь Цяньлин покачал головой. – Продажные чиновники - это проблема всех династий. Сами жители Люша говорили, что каждый день с нетерпением ждут, когда император пришлёт нового чиновника. Это показывает, что они были не довольны Цянь Манманом, но у них нет претензий к Чу Юаню.
- Хорошо, - Цинь Шаоюй ущипнул его за кончик носа и поддразнил: - В таком случае, нам больше не нужно помогать Чу Юаню, пойдём наслаждаться красотами природы и получать удовольствие от отдыха!
- Нет, — Шэнь Цяньлин покачал головой. - Мы должны сделать то, что обещали.
- В самом деле? - Цинь Шаоюй коснулся своего подбородка.
- То, что обещал тогда, не считается! - Шэнь Цяньлин быстро разоблачил его коварство. - Потому что я был без сознания.
Действительно очень находчивый.
Если бы они не были на улице, он бы сгрёб его в объятия и поцеловал взасос – это выражение лица такое милое!
Видя, как эти двое нежно шепчутся, прохожие на улице почувствовали острый интерес! В следующий базарный день они расскажут об этом всем, и все соседние деревни и города наверняка начнут истерически завидовать. От одной мысли об этом охватывает дрожь нетерпения!
Атмосфера не могла быть более гармоничной, но внезапно с улицы донёсся крик. Шэнь Цяньлин на мгновение растерялся, и его первой реакцией было - не встретились ли они с ещё одним сумасшедшим поклонником. Такое раньше уже случалось: он совершено спокойно шёл по улице, как вдруг внезапно к нему, не щадя своей жизни, бросился какой-то человек и попытался дотронуться до его руки. Несмотря на то, что тёмные стражи избили его, он всё равно был очень настойчив, да ещё и кричал выспренные фразы, типа - "За это не жаль и умереть!" Совершенно невозможно понять, что творится у людей в головах.
На этот раз с ними не было тёмной стражи, и если бы в подобной ситуации стал действовать его мужчина – это закончилось бы слишком трагично, поэтому Шэнь Сяою раздумывал, не убраться ли ему побыстрее, но вдруг внезапно кто-то завопил:
- Там убийство!
От этого крика народ так перепугался, что все столпившиеся вокруг Шэнь Цяньлина дружно повернули головы и уставились на группу людей, от которой донёсся крик.
- К северу от города, в горах, есть убитые, - задыхаясь, сказал молодой человек, который возглавлял группу. Он был похож на кабинетного учёного.
- Лекарь Ван, погодите, - владелец чайной лавки, стоявший рядом, попытался его успокоить. – Кто убит?
- На горе, - молодой человек, дрожа, выпил два стакана воды и, наконец, сумел выговорить: - Там два обезглавленных трупа!
Шэнь Цяньлин нахмурился и взглянул на Цинь Шаоюя.
Народ перепугался не на шутку, кто-то поспешно сообщил об этом стражам, патрулировавшим поблизости, а затем всей толпой отправились в уездную управу.
Цинь Шаоюй потянул Шэнь Цяньлина за собой, и они тоже пошли в управу. Хотя местный глава уезда не шёл ни в какое сравнение с Вэнь Люнянем, однако, во всяком случае при нём уезд процветал, он пресёк немало злоупотреблений на рынке и провёл немало судебных дел. Его нельзя было считать глупым чиновником.
Увидев этих двоих, он, естественно, не посмел проявить легкомыслие, тщательно расспросил о происшествии и всё записал.
Фамилия молодого человека была Ван, он был сыном владельца городской больницы. Сегодня рано утром он со своими приятелями пошёл в горы собирать лекарственные травы. Самый младший из них был капризным и непослушным. Он ради забавы влез на дерево, чтобы разорить птичье гнездо, и вдруг заметил невдалеке два трупа. Он так перепугался, что сразу же упал на землю. Несколько парней постарше сначала ему не поверили и подошли посмотреть, но они не ожидали, что трупы окажутся обезглавлены. У парней тут же случился приступ медвежьей болезни, и они бросились назад, чтобы сообщить властям.
- Обезглавленные трупы? - услышав это, глава уезда нахмурился. – В последнее время в городе вроде никто не пропадал.
- Ваше превосходительство, что вы собираетесь делать? - спросил Цинь Шаоюй.
-Я немедленно направлю людей принести тела, - сказал глава уезда, – а также пошлю людей обойти все дома, чтобы узнать, не пропал ли кто-то из жителей.
Цинь Шаоюй сказал:
- Может ли ваш покорный слуга составить компанию Вашему превосходительству?
- Конечно, - глава уезда быстро кивнул. - Я сейчас же всё подготовлю. Помощь хозяина дворца Цинь – это благословение всех прошлых жизней жителей нашего города.
Цинь Шаоюй улыбнулся и вывел Шэнь Цяньлина подождать во дворе.
- Куда бы мы ни пошли, везде случаются несчастья, - Шэнь Цяньлин вздохнул.
- Каждый день в этом мире возникает бесчисленное множество несчастий, - сказал Цинь Шаоюй. – Ты такой добросердечный, ты начинаешь заботиться обо всех и обо всём и, естественно, чувствуешь, что на тебя свалилось слишком много. Все остальные люди не вмешиваются в то, что не касается их напрямую и, естественно, не имеют столько хлопот.
- Мы уже столкнулись с этим, поэтому нельзя сделать вид, что нас это не касается, - Шэнь Цяньлин направил взгляд на уездную управу. – Как тебе этот чиновник? Мне кажется, он говорит и действует, как чиновник Вэнь.
- Когда он услышал, что я готов помочь, радость на его лице была точно такой же, как у Вэнь Люняня, - сказал Цинь Шаоюй. - Но Вэнь Люнянь определённо не стал бы так грубо льстить, говоря фразы вроде "это благословение всех прошлых жизней жителей нашего города".
- Угу, - Шэнь Цяньлин кивнул. - Итак, ты готов дружить с тем чиновником, но не потрудился спросить его фамилию.
Цинь Шаоюй рассмеялся:
- Значит, госпожа всё ещё знает меня.
- Само собой разумеется, - Шэнь Сяоюй чрезвычайно нескромен. - Никто в этом мире не знает тебя лучше, чем я.
Цинь Шаоюй кивнул с серьёзным выражением лица:
- Ты видел всё это обнаженным, поэтому, естественно, ты знаешь больше, чем другие.
Смех и грех. Шэнь Цяньлин пнул его.
Неужели так трудно говорить по делу?
Чиновники быстро закончили сборы, группа во главе с молодым лекарем Ваном покинула город Цзыя и направилась к той горе, что к северу от города.
- Хотя он и не так хорош, как Вэнь Люнянь, всё же он хороший чиновник, - сказал Цинь Шаоюй. – Судя по его манере держаться в седле, он не впервые едет верхом, и в глазах встречных людей нет удивления. Очевидно, он сам расследует дела, а не как некоторые глупые чиновники, передаёт их служителям управы и осмотрщикам трупов.
- Да, — сказал Шэнь Цяньлин. — Но говорят, что здесь не было ни одного убийства в течение трёх или четырёх лет. На этот раз обезглавленные трупы появились сразу после приезда императора. Так что, должно быть, у него какое-то время будет болеть голова.
- Ваше превосходительство, мы на месте, - служитель управы снял учёного с лошади, - это прямо впереди.
Глава управы спешился и повёл людей в лес.
- Мы идём? — спросил Шэнь Цяньлин.
- Я кое-что вспомнил, — Цинь Шаоюй поморщился.
- В чём дело? - Шэнь Цяньлин пришёл в замешательство.
- Я же собирался отвести тебя поесть, когда это всё случилось, - Цинь Шаою ущипнул его за щёчку. -Ты голоден?
- Мы уже здесь, и ты заговорил об ужине? - Шэнь Цяньлин стукнул его под дых. - Давай сначала осмотрим место происшествия, а об ужине поговорим потом.
- Ты тоже хочешь на это смотреть? - Цинь Шаоюй нахмурился.
- Я не хочу смотрю на трупы, - Шэнь Цяньлинь сжал его руку. - Я знаю, ты не хочешь, чтобы я смотрел на такие вещи, но на месте преступления можно найти новые зацепки, которые помогут раскрыть это преступление.
- Договорились, тебе запрещено смотреть на трупы, - Цинь Шаоюй взял его за руку и повёл в лес, и тут они увидели, что служащие управы в замешательстве оглядываются по сторонам.
- Что случилось? - спросил Шэнь Цяньлин.
- Отвечаю мастеру Шэню, тела исчезли, - глава управы нахмурился, и лекарь Ван, стоявший рядом, тоже был очень озадачен: - Это абсолютная правда, мы действительно нашли их здесь.
- Они действительно были здесь, - Шэнь Цяньлин указал на траву. - Следы остались.
- Отсюда до города Цзыя пешком около часа. Хотя на лошади быстрее, лошадь не пройдёт по узким тропинкам, так что в любом случае на дорогу уйдёт больше получаса, - сказал Цинь Шаоюй. - С момента обнаружения тел до возвращения в уездную управу, когда сообщили о преступлении, и до момента, когда мы прибыли сюда, прошло не более трёх часов. Есть ли поблизости горная охрана?
- Да-да, но это старик лет шестидесяти-семидесяти, который круглый год проводит в горах и редко приезжает сюда, - сказал глава уезда. - На этой горе нечего красть, поэтому нет необходимости держать здесь много людей для охраны.
- На самом деле, лекарственных трав здесь тоже практически нет, - вероятно, из-за того, что вокруг было людей, а также Цинь Шаоюй и Шэнь Цяньлин стояли рядом, молодой лекарь Ван уже не был так напуган, как раньше. - Здесь встречается всего несколько самых распространённых лекарственных растений, и из-за того, что люди тут постоянно хотят туда-сюда, растения по большей части вытоптаны.
- Если здесь ничего нет, почему же люди постоянно тут ходят? - Шэнь Цяньлин был озадачен, когда услышал эти слова.
- Это единственный выход из города, - сказал Цинь Шаоюй. – Так намного быстрее, чем ехать по официальной дороге. Именно отсюда мы и въехали в город Цзыя.
- Неужто кто-то из города забрал тела? - догадался Шэнь Цяньлин.
- Возможно, но не наверняка, - ответил Цинь Шаоюй. - Лучше всего осмотреть всё ещё раз.
- Этот чиновник тоже так думает, - глава уезда кивнул и приказал подчинённым расширить зону поиска.
- Каждый день здесь должно проходить много людей, - сказал Шэнь Цяньлин. - На дороге полно отпечатков колёс от повозок и лошадиных следов.
- Угу, - Цинь Шаоюй кивнул и продолжил всё внимательно осматривать.
Шэнь Цяньлин последовал за ним, и тут в животе у него громко заурчало.
Цинь Шаоюй:...
Шэнь Цяньлин:...
- Пошли, - Цинь Шаоюй развеселился. – Тут всё надолго, так что сначала я отведу своего поросёнка поесть.
- Это ни к чему, - Шэнь Цяньлин был немного смущён. – Подумаешь, один раз не поел, вот и проголодался. В этом нет ничего страшного.
- Как я могу позволить своей жене голодать? - Цинь Шаоюй покачал головой. – Будь послушным.
- На самом деле это не имеет значения, - Шэнь Цяньлин развернулся и хотел углубиться в лес, но поскользнулся. Если бы не зоркие глаза и ловкие руки Цинь Шаоюя, который успел его быстро подхватить, он бы плюхнулся носом в грязь.
- Бестолочь, - Цинь Шаоюй помог ему выпрямиться. – Ногу подвернул?
- Это потому, что опавшие листья слишком скользкие, - Шэнь Цяньлин пошевелил ногой. - Всё в порядке.
Цинь Шаоюй внезапно стиснул его в свои объятиях.
- Эй, эй! - запротестовал Шэнь Цяньлин. - Не надо этого в таком месте!
- На некоторые вещи лучше не смотреть, - сказал Цинь Шаоюй. - Иначе ты весь вечер проведёшь в моих объятиях.
Шэнь Цяньлин вздрогнул:
- Ты видишь тела?
Цинь Шаоюй хмыкнул и посмотрел на два обезглавленных трупа, висевших неподалеку на дереве - под порывами ветра они раскачивались, и от взгляда на них дрожь пробирала до костей.
- Очень страшно? - Шэнь Цяньлин послушно закрыл лицо руками.
- Не совсем, но я всё равно не хочу, чтобы ты это видел, - Цинь Шаоюй развернулся всем телом. – Будь послушным, не оглядывайся.
- Я не буду оглядываться, - Шэнь Цяньлин был очень послушен. - Идём, найдём главу уезда.
Цинь Шаоюй кивнул и вывел его из густого леса.
Услышав эту новость, служители управы поспешили к тому месту, и через некоторое время раздались крики - очевидно, люди были перепуганы не на шутку.
- Ты опять соврал мне, - Шэнь Цяньлин посмотрел на Цинь Шаоюя. - Ты сказал, что это не страшно.
- Они повешены на дереве, - сказал Цинь Шаоюй.
- А? - Шэнь Цяньлин был удивлён. - Кто мог сделать такое?
- Есть много сумасшедших, - сказал Цинь Шаоюй. - В городе Цзыя полно императорской стражи, боюсь, уже завтра всё дойдет до Чу Юаня.
- Эта поездка ради воскурения благовоний действительно непростая, — Шэнь Цяньлин покачал головой. - Нелегко быть императором.
- Вернёмся, - сказал Цинь Шаоюй. - Завтра я пошлю тёмных стражей ещё раз осмотреть окрестности, кто знает, может быть, удастся что-то обнаружить.
Шэнь Цяньлин кивнул и спустился с горы вместе с ним. Глава управы послал людей, чтобы отнести два обезглавленных трупа управу. Новость об обнаружении трупов на горе в северной части города уже распространилась, народ стал собираться на улицах. Все гадали, что произошло. К полудню вернулся глава уезда, с суровым выражением лица. Лица служащих управы были мрачными. Естественно, люди ещё больше растерялись. Они переглядывались друг с другом, не решаясь что-либо сказать вслух.
После такого происшествия Шэнь Цяньлин был не в состоянии есть жареное мясо, поэтому Цинь Шаоюй купил на улице немного баоцзы с овощной начинкой, несколько полосок солёного сушёного бобового сыра и димсамы, и отнес всё это в храм Дуцзяо.
- Наконец-то ты вернулся, - Е Цзинь ждал во дворе, - что там произошло?
- На горе вдруг появились два обезглавленных трупа. Мы с Лин Эром случайно встретили человека, который сообщил о преступлении, и отправились на гору вместе с представителями управы, - сказал Цинь Шаоюй. – С чем это связано, я понятия не имею, тела сейчас находятся в уездной управе.
- Император знает об этом? - спросил Шэнь Цяньлин.
- Естественно, - Е Цзинь кивнул. – Императорская стража патрулирует город каждый день и сразу обо всём докладывает. Однако Чу Юань пока не вмешивался в это дело, а только сказал, что пусть сначала местные власти проведут расследование.
- Происходит что-то странное, девять из десяти – это не обычное убийство. – сказал Цинь Шаоюй. - Это какие-то лютые методы, к тому же, пока человек, обнаруживший тела, бежал обратно в город, чтобы доложить в управу, кто-то повесил тела на дереве.
Е Цзинь был удивлён:
- Неужели такое существует?
- Если тебе это так интересно, можешь сам отправиться в управу и проверить. Трупы уже там, - сказал Цинь Шаоюй. – У меня ещё есть дела. Я пошёл на кухню.
- Что тебе делать на кухне? - Е Цзинь пришёл в замешательство.
- Лин Эр ничего не ел, - Цинь Шаоюй увёл Шэнь Цяньлина за собой, - я испеку ему баоцзы.
- Не надо, мне уже без разницы, что есть, — честно сказал Шэнь Цяньлин. - У меня пропал аппетит.
- Всё уже холодное, - Цинь Шаоюй был очень настойчив.
В последние дни в храме соблюдался пост в память о прошлых страданиях, поэтому пищу принимали только два раза в день – рано утром и в обед. Вечером во всех кухнях, за исключением императорской кухни Чу Юаня, огня не было, там было тихо и пусто. Найдя печь, Цинь Шаоюй без стеснения разжёг огонь, положил баоцзы на железную решётку и поставил рядом небольшую миску с сушёными полосками бобового сыра.
Шэнь Цяньлин присел на корточки рядом с ним, всё ещё думая о двух необъяснимых трупах на горе.
Цинь Шаоюй постучал его по голове:
- Я так редко готовлю, а ты даже не смотришь на это?
- А? - Шэнь Цяньлин пришёл в себя, в некотором недоумении.
- Я же говорил тебе, чтобы ты не думал о таком, - сказал Цинь Шаоюй. - Такое случается каждый день, так что не грусти.
- Я не грущу. У каждого своя судьба. Я могу только надеяться, что в следующей жизни они получат хорошее перерождение, - сказал Шэнь Цяньлин. - Я просто думаю о причине.
- Ты не сыщик, - Цинь Шаоюй подул на баоцзы. – Эй, с этого момента ты можешь думать только обо мне.
- Что в тебе такого, чтобы о тебе думать? В тебе нет никаких достоинств, - Шэнь Цяньлин не проявил должного внимания к самолюбию Цинь Шаося, а просто взял обеими руками баоцзы и стал есть.
После того, как булочки испеклись, они приобрели особый мягкий аромат. Хотя там и нет нарезанного мяса, но в сочетании с бобовым сыром всё равно было очень вкусно.
- Я умею печь булочки, - подчеркнул Цинь Шаоюй.
Шэнь Цяньлин кивнул:
- Что ж, это достоинство.
- А ещё я могу разогреть бобовый сыр, - Цинь Шаоюй протянул ему миску.
Шэнь Цяньлин воодушевился:
- Это можно считать вторым достоинством.
- А ещё я знаю боевые искусства, - продолжил свои усилия Цинь Шаоюй.
Шэнь Цяньлинь сказал:
- Ну, это третье.
- А ещё я могу... хм-хм... тебя, - Цинь Шаоюй ущипнул его за щёку.
Шэнь Сяоюй торжественно произнёс:
- Это считается изъяном, который полностью погашает все три достоинства.
Цинь Шаоюй рассмеялся и встал, думая приготовить ему тарелку овощного супа.
Шэнь Цяньлин стоял рядом с ним с булочками, ел сам и кормил его, настойчиво уговаривая:
- Ешь и начинку, побыстрее.
Цинь Шаоюй был очень послушным - проглотил всё в один присест и пожаловался:
- Еле вошло...
- Ну раз тебе еле вошло... - Шэнь Цяньлин был очень прямолинеен и сам доел оставшуюся часть начинки.
- Поросёнок, — Цинь Шаоюй засмеялся. – Будь послушным, пойди и принеси мне немного соли. Эта банка пуста.
- Угу, - Шэнь Цяньлин поставил миску и побежал за солонкой. На обратном пути он случайно заметил, что с кучей рисовой соломы что-то не так. Он пнул её ногой, и неожиданно оттуда выпала кучка куриных костей. В испуге он повернулся и сказал Цинь Шаоюю:
- Это ведь не наши люди убивали животных на глазах у Будды, верно?
Цинь Шаоюй подошёл, взглянул и сказал:
- Как ты это заметил?
- Они были в куче рисовой соломы, - ответил Шэнь Цяньлин. - Но я заметил, что там внутри что-то белеет.
- Прикрой всё, как было, - Цинь Шаоюй взял у него из рук банку с солью. – Наши люди тут не при чём.
- Значит, это кто-то из храма? - Шэнь Цяньлин спрятал кости обратно в солому и удивлённо прошептал: - Монахи едят мясо?
- Я давно говорил, что в этом храме нечисто, так что ничего удивительного, что тут едят мясо, - Цинь Шаоюй подал ему овощной суп. – Люди, практикующие монашество, должны соблюдать нищету, а в этом храме – молодец к молодцу, морды у всех изрядно откормленные[1], они совсем не похожи на постигнувших Дао.
[1]一个赛一个 Молодец к молодцу; один к одному; молодец к молодцу; 肥头大耳 féi tóu dà ěr букв. жирная морда и большие уши; толстомордый, круглолицый, толстощекий.
- И совсем не боятся наказания Будды, - Шэнь Цяньлин поцокал языком.
- Если человек пропитан жадностью, ему уже плевать на всё, - Цинь Шаоюй взял овощной суп и позволил Шэнь Цяньлину держать булочки. Они пошли обратно вместе. – А нам плевать на них. Даже если их не накажет Будда, есть ещё Чу Юань.
Не успел он договорить, как к ним подбежал тёмный страж:
- Хозяин дворца, император приглашает вас пройти к нему вместе с молодым господином, чтобы обсудить дела.
- Кто там ещё? - спросил Цинь Шаоюй.
- Господин Е Гу и глава альянса Шэнь, король Цицзюэ с Вонг Тай Сином тоже пришли, - сказал тёмный страж, - они все в кабинете.
- Иди и скажи Чу Юаню, что Лин Эр плохо себя чувствует, - сказал Цинь Шаоюй. - Мы придём туда позже.
Тёмный страж ушёл, и Шэнь Цяньлин сказал:
- Разве ты не хочешь пойти посмотреть?
- Хочу, но сначала нужно поесть, - Цинь Шаоюй отвёл его обратно в комнату. - Утром ты съел тарелку каши, половину слоёного пирога с мясом и несколько кусочков овощей. В полдень ты ничего не ел. Уже ночь. Что мне делать, если ты снова упадёшь в обморок от голода?
Шэнь Цяньлин был потрясён:
- Как ты можешь так ясно помнить, что я ел утром?
- Что в этом такого? Я помню, что три дня назад ты ел лапшу с говядиной и добавил четыре ложки острого соуса, - Цинь Шаоюй улыбнулся. - Я всё о тебе помню.
Шэнь Цяньлин:...
Иногда подобного рода любовные признания бывают не совсем к месту.
- Когда ты впервые попал во дворец Погогни за Тенью, суп из свинины со жгучим зелёным перцем оказался слишком острым, - Цинь Шаоюй подал ему суп. – Сейчас уже гораздо лучше. Если ты не будешь есть его три дня, я буду волноваться.
- Угу, - Шэнь Цяньлин улыбнулся. - Это называется - "у разбитого горшка и крышка гнилая".
Цинь Шаоюй рассмеялся:
- Умеешь ты подобрать сравнение.
- Ешь быстрее, - Шэнь Цяньлин протянул ему булочки, - и мы, наконец, пойдём в кабинет и узнаем, что замыслил Чу Юань!
- После того, как всё закончится, мы должны отправиться в императорский дворец, чтобы пополнить свою долю сокровищ, - сказал Цинь Шаоюй, - иначе вся эта затея выйдет убыточной.
- Точно, - Шэнь Цяньлин кивнул. - И ты должен выбрать что-нибудь особенно дорогое!
Как и ожидалось от человека дворца Погони за Тенью, он очень хорошо знает, что нужно гнаться не за количеством, а за качеством и брать, что подороже.
Иных стремлений и быть не может.