Глава 6. Всё так запутанно
Причина, по которой Цинь Шаоюй отказался остаться в магистрате и захотел вернуться во дворец Погони за Тенью, в значительной степени заключалась в том, что он хотел получить полезные сведения из уст Тиету Лаосана.
Но через час он практически отказался от этой идеи.
Потому что от этого человека не было никакого толку.
Он очень много говорил, но всё это можно было сформулировать это в трёх предложениях: Хуан Дасянь украл печать Бикуань, король приказал мне схватить его, я не заблудился в пути благодаря наставлениям великого бога Бикуаня.
И больше ничего.
- Ты можешь сказать, как выглядит Хуан Дасянь? - Шэнь Цяньлин был для него последним лучом надежды.
немного подумал и сказал:
- Не такие уж большие глаза, переносица очень высокая, тонкие губы, рост не высокий, не низкий, а тело ни толстое, ни худое.
Шэнь Цяньлин:...
Брат, твоя способность выражать свои мысли вызывает беспокойство. То, что сказано в первых трёх характеристиках, равносильно молчанию. Если выбрать наугад десять человек, пятеро из них могут выглядеть именно так; что касается последних двух, ты уверен, что речь о человеке, а не о Хуньдуне?[1]
[1]Хуньдунь (мифологическое существо, воплощение хаоса).
- Вот почему мой король верит, что он – лиса-оборотень, - Тиету Лаосан заметил сомнения этих двоих и взял на себя инициативу объясниться.
- А как насчёт возраста? – спросил Цинь Шаоюй. - Только не говори мне, что он ни стар, ни молод.
- Ничего не могу сказать, - Тиету Лаосан покачал головой. - На вид ему, наверное, около двадцати, но он сказал моему королю, что ему уже 27 800...
- Всё, заткнись, - Цинь Шаоюю, очевидно, не было никакого интереса продолжать этот разговор.
Тиету Лаосан снова был ранен в самое сердце.
Шэнь Цяньлин слегка удивился:
- Около двадцати?
Он думал, что волшебники все седобородые, как он может быть таким молодым? Даже если это поддельный волшебник, он должен быть профессионален, не так ли? Двадцатилетний волшебник – это вообще ненаучно!
- Когда он впервые появился во дворце, королева-мать сказала, что у него взгляд обольстителя, - говоря о ситуации того дня, Тиету Лаосан всё ещё был очень возмущён. - Жаль, что мой король был так очарован им, что публично заявил, что у лисы-оборотня и должен быть такой взгляд, а королева-мать была так зла, что её чуть не вырвало кровью!
Эй, подождите, кажется, объём информации стал немного больше! – промелькнуло в голове у Шэнь Цяньлина. Изначально он думал, что король Цицзюэ был одурачен уловками человека Цзянху. Однако, что если тут есть элемент соблазнения? Спать на одном ложе, а потом удариться в бега... Просто скажи, что это действительно сюжет атаки подонков!
- Мой король также сказал, что независимо от того, какую цену он заплатит, Хуан Дасянь будет возвращён в Цицзюэ, - уверенным тоном сказал Тиету Лаосан.
- Так вы хотите вернуть в королевство Цицзюэ печать Бикуань или самого Хуан Дасяня? - спросил Цинь Шаоюй.
Тиету Лаосан был ошеломлён этим вопросом:
- А что, есть разница?
Замечательно! Шэнь Цяньлин был терпелив: - Повтори, что сказал король в тот день.
Тиету Лаосан на мгновение задумался, а затем сказал:
- Мой король действительно сказал, что нужно вернуть его, вернуть печать Бикуань, а затем связать его в королевской опочивальне, чтобы обсудить искусство управления страной.
Шэнь Цяньлин от всего сердца похвалил его:
- Это действительно чрезвычайно невинно.
Связать в королевской опочивальне, чтобы обсудить искусство управления страной - это просто новый уровень, а?
Цинь Шаоюй посмотрел на него с улыбкой.
Шэнь Цяньлин мысленно показал ему средний палец: вот уж хрен тебе! Если бы ты связал меня в спальне, это было бы только ради того, чтобы трахаться день и ночь. У меня не было бы возможности даже просто поговорить, не говоря уже о том, чтобы обсуждать высокие жизненные идеалы.
Полное бесстыдство.
- Я сказал всё, что знаю, когда мастер Цинь планирует помочь мне поймать Хуан Дасяня? - спросил Тиету Лаосан.
Цинь Шаоюй сказал:
- Сегодня к нам придёт художник. Ты должен помочь ему нарисовать портрет Хуан Дасяня настолько подробно, насколько это возможно.
- Хорошо, - Тиету Лаосан очень охотно согласился.
- Тогда оставайся здесь, - Цинь Шаоюй вместе с Шэнь Цяньлином направился к выходу. - Я приду к тебе снова, если у меня будут новости.
- Тогда как долго я буду здесь? - Тиету Лаосан дёрнулся было за ними.
Цинь Шаоюй подхватил Шэнь Цяньлина и, развернувшись на своем коне, направился вниз с горы.
В любом случае, дай мне хоть какую-то надежду... Тиету Лаосан вздохнул от всего сердца.
Почему он так вздыхает! Тёмный страж, отвечающий за его охрану, терялся в догадках. Он может не только жить во дворце Погони за Тенью, но и разговаривать с хозяином дворца. Он также познакомился с нашей любимой госпожой. В будущем, он, возможно, даже сможет увидеть молодого хозяина дворца. Это просто здорово, это благословение, а? Он поймёт это, только когда могила предков задымится!
Не ценит своего счастья.
Из-за этой ужасной трагедии в городе Юньлань была усилена защита. Чиновники работали посменно по двенадцать часов, всех посторонних, кто собирался покинуть город, отправляли к местным властям для проверки. В особняке Вэнь Люнянь ел лапшу, но сразу вскочил, когда увидел, что эти двое входят в дверь.
- Проходя мимо магазина Чжана, я, кстати, кое-что купил, - Цинь Шаоюй поставил на стол большую упаковку тушёной говядины.
- Вы так добры, - Вэнь Люнянь отказался.
- Ты слишком вежлив, - Цинь Шаоюй налил себе чашку чая. - Вчерашний ужин стоил тебе по меньшей мере месячных денег на еду.
Тёмный страж:...
Не говорите так, будто мы большие любители поесть.
Вэнь Люнянь улыбнулся и покачал головой: - Спасибо вам, хозяин дворца Цинь.
- Как обстоят дела у Чжоу Ху? - спросил Цинь Шаоюй.
- Уже проснулся, - сказал Вэнь Люнянь. - Тётя Чжоу заботится о нём, и я хотел вас дождаться, прежде чем задавать ему вопросы. Наиболее достоверно то, что рассказывается в первый раз. С каждым повторением аудитория неизбежно повлияет и добавит ненужных деталей.
- Где Цянь Бао? - снова спросил Цинь Шаоюй.
Вэнь Люнянь сказал:
- Я послал кое-кого за ним, он уже возвращается, и должен прибыть в течение трёх дней.
Цинь Шаоюй кивнул:
- Тогда мы сначала расспросим Чжоу Ху, как обстояли дела с той лодкой.
Как уже говорила тётя Чжоу, Чжоу Ху действительно честный человек. На этот раз он был по-настоящему напуган. Даже проснувшись, он всё равно не очень ясно помнил события прошедшего дня.
- Где ты был в момент взрыва? - спросил Цинь Шаоюй.
Чжоу Ху сказал:
- В тот день я был на кухне, но у меня закончилось вино, и я спустился в трюм, чтобы достать его, но вдруг услышал, как кто-то крикнул, что на кухне пожар, и я запаниковал и бросился в воду.
- Кто-нибудь с берега тебя видел? - спросил Цинь Шаоюй.
- Нет, - Чжоу Ху покачал головой. - Я упал с кормы, и на берегу вообще не могли этого увидеть. Люди на лодке бросились тушить пожар. Как раз в тот момент, когда я отчаянно хотел схватиться за верёвку, лодка взорвалась.
- В момент взрыва на кухне было что-нибудь необычное? – спросил Вэнь Люнянь. - Например, было ли там что-нибудь, чего там не должно было быть?
Чжоу Ху сказал:
- Нет, кухня и так переполнена, там невозможно приткнуть даже лишнее ведро.
- А что насчёт лодки? - продолжал спрашивать Цинь Шаоюй.
- Я ничего не знаю об этом, но мне кажется, что тогда ничего не отличалось от прошлого раза, - сказал Чжоу Ху. - Я разнорабочий, и я не могу ходить никуда, кроме как на кухню.
- Господин, - тётя Чжоу сказала в стороне: - А Ху проснулся, когда мы сможем вернуться?
- Боюсь, в ближайшее время вы не сможете вернуться. Прошлой ночью двое бандитов проникли в ваш дом посреди ночи, - сказал Вэнь Люнянь. - К счастью, хозяин дворца Цинь заранее предвидел это и не позволил им добиться успеха. Должно быть, это потому, что они узнали, что А Ху спасся, и испугались, что он что-то расскажет, поэтому они хотели схватить всю его семью в качестве заложников.
- Бандиты? - лицо тёти Чжоу побледнело. - Тогда вся моя семья...
- С вашим сыном и его семьей из трёх человек всё в порядке, - Вэнь Люнянь прервал её. - Не волнуйтесь, этот чиновник поместил их в безопасное место.
- Но я действительно ничего не знаю, - Чжоу Ху нахмурился. - Почему они хотели похитить моего старшего брата?
- Ты говоришь, что не знаешь, но другая сторона может в это не верить, - сказал Цинь Шаоюй. – Эти люди чрезвычайно злобны и порочны. Чтобы защитить свои интересы, они спокойно убивают невинных людей без разбора.
- Господин, ты сам всё видишь, - тётя Чжоу говорила бессвязно, и уже собиралась опуститься на колени. - Наша семья довольствуется своей участью, мы никогда не причиняли вреда миру, мы просто хотим жить спокойной жизнью.
- Естественно, - Вэнь Люнянь остановил её. - Этот чиновник должен добиваться справедливости для народа.
- Сколько поваров на борту? - спросил Цинь Шаоюй.
Чжоу Ху сказал: - Шесть.
Цинь Шаоюй снова спросил: - Кто-нибудь отсутствовал в тот день?
- Нет... - Чжоу Ху покачал головой. - Хозяин Цянь сказал, что если ты возьмёшь выходной, у тебя вычтут зарплату за десять дней, поэтому ребята обычно поддерживают плиту, даже если больны.
Шэнь Цяньлин нахмурился. Конечно, в бизнесе нужно зарабатывать деньги, но такой начальник слишком подлый.
******
- Ты посылал кого-нибудь в дома этих шести поваров, чтобы расспросить о них? - выйдя на улицу, Цинь Шаоюй спросил Вэнь Люняня.
- Я сам был там, - сказал Вэнь Люнянь. - Пятеро из них находятся в линтангах[2] своих домов, а оставшегося зовут Ван Чу. Он бесприютный холостяк, и у него были плохие отношения с соседями, поэтому мы не нашли никого, кто бы проводил его в последний путь. Придется подождать следующей пуджи[3]. Во время неё попросим монаха справить заупокойное чтение сутр.
[2]灵堂 língtáng - погребальный покой, зал с телом покойного.
[3]В буддизме пуджа (санскрит и пали: пуджа) - это выражение "чести, поклонения, преданного внимания". Акты пуджи включают в себя поклоны, совершение подношений и воспевание.
- С какого борта лодки находилась койка Ван Чу? - спросил Цинь Шаоюй.
- Вот, пожалуйста, - сказал Вэнь Люнянь. - Вчера я не спал всю ночь. Я нарисовал схему нижней части лодки. Взгляните на это, мастер Цинь.
- Ваше Превосходительство действительно обладает обширными знаниями, - Шэнь Цяньлин похвалил его.
- Молодой господин, вы слишком добры, - Вэнь Люнянь поспешно отказался. – Я обычный человек, без какой-либо магической силы, как я могу сравниться с мастером Шэнем?
Шэнь Цяньлин:...
Почему ты вообще думаешь, что у меня есть магическая сила?
Если бы у меня была магическая сила, сидел бы я здесь, расследуя это дело и тыкаясь в факты, как безголовая муха, а?
Почтенный, ваш IQ просто разочаровывает.
На столе в кабинете большой лист рисовой бумаги слегка колыхался на ветру. Лист был весь изрисован, очень дотошно показывая распределение мест в лодке.
- Их места указаны, основываясь на порядке регистрации в то время, я не гарантирую, что это точно, - сказал Вэнь Люнянь. - Но, согласно правилам, должно быть так.
- Значит, Ван Чу спал за углом? – задумчиво спросил Цинь Шаоюй.
- Это согласуется с тем, что рассказал Чжоу Ху, - сказал Вэнь Люнянь. - Пять человек, у которых хорошие отношения, живут вместе, а другой, со странностями в характере, живёт на другой стороне. Колодезная вода не портит речную воду.
- Это корма, ему было бы очень удобно вылезти из иллюминатора и поджечь фитиль, - сказал Цинь Шаоюй. - Если я правильно догадался, этот Ван Чу, вероятно, жив, и он, должно быть, прячется в каком-нибудь уголке города.