Глава 74. Звучное имя

На самом деле план Шэнь Цяньфэна и Цинь Шаоюя был очень прост — поскольку Лю Ишуй уже прознал о затее Чжао Цяня, в глубине души он не мог не тревожится. Даже просто по своей старой привычке он, конечно же, внимательно следил за каждым движением Чжао Цяня. А поскольку люди чаще всего выдают себя, когда нервничают, поймать лису за хвост будет гораздо проще.

И в этом плане самым главным героем должен стать Му Ханье.

Выйдя из императорского кабинета, король Цицзюэ выглядел слегка мрачновато. Шэнь Цяньлин дёрнул своего мужчину за рукав — похоже, тот очень зол, а?

- Брат Му, - Цинь Шаоюй сделал два шага вперёд, чтобы догнать его. - Если ты не хочешь, почему ты не отказался прямо в императорском кабинете?

Му Ханье сказал: - Потому что в тот момент я отвлёкся.

Шэнь Цяньлин тут же подумал: что значит отвлёкся? Это вообще нормально?!

- Когда я опомнился, я увидел, что все на меня смотрят, - сказал Му Ханье. - Когда император Чу спросил меня, я, покоряясь обстоятельствам, согласился

Шэнь Цяньлину почти захотелось преклониться перед ним. В конце концов, ты государь целой страны. Как можно принимать решения наобум, а?!

- Передумывать уже поздно, - Цинь Шаоюй потёр подбородок. - Но всё должно скоро решиться, так что брату Му не о чём беспокоиться

- А что, если А Хуан будет недоволен? — спросил Му Ханье.

Прежде чем Цинь Шаоюй успел ответить, Шэнь Сяошоу прервал его: - Разве это не хорошо?

Му Ханье остолбенел.

Шэнь Цяньлин серьёзно посмотрел на него:

- Если Хуан Дасянь никак на это не отреагирует, то неважно, сделаешь ты это или нет. Нет никакой разницы. Если он будет недоволен этим, значит, он ревнует. Ревность означает, что ты в его сердце, и это хорошо.

Глаза Му Ханье заблестели.

- Это хорошая возможность проверить, не правда ли? - Шэнь Цяньлин улыбнулся.

Му Ханье с готовностью кивнул.

- Мы поможем тебе добавить масла в огонь... то есть новые узоры на парчу[1]! - Шэнь Цяньлин быстро поправился и продолжил: - Может быть, когда всё это закончится, вы, наконец, сможете пожениться и жить счастливо!

[1]锦上添花 jǐnshàng tiānhuā добавлять новые узоры на парчу обр. улучшать то, что не нуждается в улучшении; сделать еще красивее; роскошество, излишество, излишняя роскошь, вишенка на торте.

Му Ханье внезапно почувствовал прилив вдохновения.

- Что ж, это счастливое решение! - Шэнь Цяньлин и Му Ханье ударили по рукам[2] – Когда придёт время, мы все вместе отправимся в страну Цицзюэ, чтобы погулять на свадьбе!

[2]击掌 jīzhǎng дать "пять", ударить по рукам. Откуда жители Древнего Китая знают этот жест, вопрос к автору.

Прямо и начистоту – лучше и быть не может!

Шэнь Цяньфэн и Цинь Шаоюй переглянулись, и обоим захотелось рассмеяться.

Во второй половине того же дня Чжао Цянь, который пил дома чай, получил сообщение о том, что император просит его немедленно прибыть во дворец.

Чжао Цянь не удивился. В конце концов, брак его дочери с королём Цицзюэ был не таким уж обыденным делом. Поскольку он сделал этот шаг, император не мог не отреагировать. Поэтому он переоделся в официальную форму и направился во дворец. Но всё же сердце у него было не на месте, поэтому он осторожно спросил евнуха Сыси:

- Может быть, этому евнуху известно, почему император послал за мной?

Сыси сказал с улыбкой: - Вашему превосходительству не нужно волноваться, повод, естественно, хороший.

- В самом деле? - услышав это, Чжао Цянь вздохнул с облегчением.

- Конечно, - сказал Сыси. - Хотя я не знаю, в чём дело, но император, кажется, в хорошем настроении, он даже разговаривает с улыбкой, так что всё должно быть хорошо.

Если бы Сыси сказал, что император выглядел так же, как обычно, и не проявлял никаких признаков гнева, Чжао Цянь почувствовал бы облегчение. Но теперь, когда он услышал, что император был в хорошем настроении и даже улыбался во время разговора, он немного смутился, потому что, по его мнению, как только новость о его желании породниться с Му Ханье станет известна, император о чём-нибудь да догадается. Но ситуация не терпела отлагательств, и чтобы не дать Чжоу Цзюэ втянуть его в беду, он мог только с замиранием сердца совершить этот рискованный ход. В глубине души он надеялся только на то, что император посмотрит на это сквозь пальцы, и это было бы благословением. Он никогда не смел надеяться, что императора это обрадует.

Итак, с сильным сомнением в душе, Чжао Цянь, наконец, прибыл во дворец и через пятнадцать минут с тревогой вошёл в императорский кабинет.

- Садись, - Чу Юань просматривал доклады, и, казалось, действительно был в хорошем настроении.

- У императора есть дело к этому старому слуге? - осторожно спросил Чжао Цянь.

- Конечно, - Чу Юань улыбнулся, отложил доклад и сказал: - Почтенному Чжао не о чем беспокоиться, это хорошее дело.

Чжао Цянь был озадачен: - Что имеет в виду император?

- Говорят, ты собираешься выдать свою дочь замуж за короля Цицзюэ? - спросил Чу Юань.

Конечно же, он вызвал к себе именно по этому поводу... Сердце Чжао Цяня заныло, но, к счастью, он подготовился по дороге, поэтому он кивнул и сказал:

- Моя дочь всегда восхищалась королём Цицзюэ. На этот раз представился шанс, поэтому старый слуга им воспользовался, собираясь дождаться лишь сопоставления гороскопов[2], чтобы доложить императору.

[2]Древнекитайская свадьба не могла обойтись без сопоставления гороскопов жениха и невесты, причём гороскопы должны были показать, что будущий брак благоприятен.

- Всегда восхищалась? - Чу Юань приподнял брови.

- Я боюсь, что император будет смеяться, когда я расскажу, - сказал Чжао Цянь. – Несколько лет назад моя дочь слушала, как труппа актёров с запада рассказывала истории, где упоминался короля Цицзюэ. С тех пор моя дочь заинтересовалась им. Она насилу дождалась, когда он приедет в столицу в этот раз, поэтому, естественно, ей захотелось, несмотря ни на что, увидеть его. Вот почему ваш старый слуга набрался храбрости и отправился на поиски короля Цицзюэ.

Он тщательно подготовил эту речь. Столица была весьма процветающим городом, в него приезжало и из него уезжало бесчисленное множество людей. Таким образом, во-первых, всё это можно было списать на детскую влюблённость, а во-вторых, у Чу Юаня не будет возможности это проверить — в конце концов, где искать какую-то актёрскую труппу, которая была тут много лет назад - вполне естественно, что её уже и след простыл.

- Теперь, когда вы встретились, каков результат? - спросил Чу Юань.

- Естественно, моя дочь с первого взгляда прониклась симпатией к королю Цицзюэ, но что касается короля Цицзюэ, ваш покорный слуга не смеет делать поспешных выводов, - Чжао Цянь тщательно подбирал слова.

- Если этот брак состоится, это будет хорошо, - Чу Юань уселся на трон, - королевство Цицзюэ расположено возле крепости Моси, и изначально Мы собирались вывести отношения с ним на новый уровень. В прошлом для поддержания дружественных связей выдавали замуж принцесс, однако, у Нас нет сестёр, а у местных королей нет дочерей подходящего возраста. Наш дорогой сановник Чжао решил для Нас большую проблему.

- Слова императора слишком значительны. Это всего лишь обязанность этого сановника, - Чжао Цянь был немного смущён неожиданной милостью. Судя по всему, ему можно считать себя слепым котом, который наткнулся на дохлую мышь?[3]

[3]瞎猫碰上死老鼠 xiāmāo pèngshàng sǐ lǎoshǔ букв. слепой кот наткнулся на дохлую мышь, обр. повезло, случайная удача.

- Наш дорогой сановник - опора страны, и его драгоценная дочь отправится в королевство Цицзюэ в качестве принцессы, чтобы её статус не уступал статусу жениха[4], - сказал Чу Юань. - Если это дело завершится успехом, Мы своим указом пожалуем драгоценной дочери титул цзюньчжу[5], чтобы она не оказалась приниженной, когда в будущем выйдет замуж. Что на это скажет Наш дорогой сановник?

[4]门当户对 méndāng hùduì [пара] одинакового общественного положения и происхождения (обр. о подходящей паре для брака).

[5]郡主 jùnzhǔ ист. цзюньчжу (принцесса, великая княжна).

- Это замечательно! - Чжао Цянь не ожидал, что всё так волшебно обернётся, поэтому опустился на колени в знак благодарности за милость.

- Сегодня Мы позвали тебя только для того, чтобы обсудить общее положение дел. Что касается остального, - улыбнулся Чу Юань, - подождём, пока дорогой сановник договорится с королём Цицзюэ, а затем придёт снова, и Мы всё решим.

Сюрприз был настолько внезапным, что Чжао Цянь чувствовал лёгкое головокружение, когда покидал императорский кабинет – сначала он думал, что если только на него с неба не обрушатся ножи, за одно это он рассыпется в благодарностях, но вдруг на него с неба начали падать пирожки. Это такая удача, что могилы предков начнут дымиться.

Тёмный страж, прислонившись к дереву, дождался, пока Чжао Цянь выйдет из дворца, а затем вернулся и доложил Цинь Шаоюю.

- Похоже, он заглотил наживку, - Цинь Шаоюй улыбнулся.

- Каков наш следующий шаг? - спросил его Шэнь Цяньлин.

- Подождём пару дней, - сказал Цинь Шаоюй. - Кстати, распустим слухи, чтобы вспугнуть Лю Ишуя.

Глаза Шэнь Цяньлина округлились: - Кажется, нас ждёт ещё одно хорошее представление.

Цинь Шаоюй ущипнул его за нос: - Создаёшь в мире хаос?

- Ошибаешься! - Шэнь Сяошоу сел к нему на колени и торжественно произнёс: - Это называется борьба за мир!

Это так благородно.

- Как насчёт ещё одного представления? - Цинь Шаоюй слегка подбросил его на коленях.

- Что за представление? — спросил Шэнь Цяньлин.

Цинь Шаоюй что-то прошептал ему на ухо.

Шэнь Цяньлин рассмеялся: - Ага.

- Лин Эр лучше всех справляется с такими вещами, - Цинь Шаоюй обнял его за талию.

- Кто это сказал! - Шэнь Сяошоу стал ужасно серьёзным: - Я не умею сплетничать. У меня совсем не такой характер!

- Тогда в чём же ты хорош? - спросил Цинь Шаоюй.

Шэнь Цяньлин без колебаний ответил: - Синся Чжанъи![6]

[6]行侠仗义 xíng xiá zhàng yì совершать благородные поступки и стоять на защите справедливости.

Цинь Шаоюй расхохотался.

- Хм? - Шэнь Цяньлин прищурился и схватил его за щёку.

- Это верно, - Цинь Шаоюй быстро восстановил свою серьёзность. – Лин Эр лучше всех проявляет благородство.

Шэнь Сяошоу тут же освоился, преисполнился гордости с большим энтузиазмом сказал:

- Отныне называйте меня великим рыцарем Шэнем!

Цинь Шаоюй:...

- Великий рыцарь пошёл пись-пись, - Шэнь Цяньлин с властным видом боком просочился наружу.

Выпендреж прёт из всех щелей.

Цинь Шаоюй со смехом покачал головой. Да какой же это великий рыцарь, это же явно уличный хулиган.

После ужина все пошли в столовую, а Шэнь Цяньлин остался снаружи, помогая маленькому фениксу качаться на качелях. Шэнь Цяньфэн сказал: - Лин Эр, иди поешь.

Шэнь Сяошоу сделал вид, что не слышит.

- Лин Эр, - снова позвал Шэнь Цяньфэн.

Шэнь Сяошоу по-прежнему не отвечал.

- Вы поссорились? — спросил Е Цзинь у Цинь Шаоюя и нахмурился.

- Это не так, - Цинь Шаоюй покачал головой.

- Тогда почему он не идёт на ужин? - Е Цзинь был озадачен.

Цинь Шаою сказал: - Потому что его неправильно позвали.

... Е Цзинь был немного сбит с толку.

Цинь Шаоюй громко крикнул: - Великий рыцарь Шэнь!

Шэнь Цяньфэн аж вздрогнул: - Что ты орёшь? Я же рядом.

Цинь Шаоюй сказал: - Ты слишком много воображаешь. Я звал вовсе не тебя.

Прежде чем Шэнь Цяньфэн успел отреагировать, вбежал Шэнь Цяньлин с комком перьев в руках.

- Я звал этого великого рыцаря Шэня, - Цинь Шаоюй усадил человека на стул.

Выражение лица Шэнь Цяньфэна было сложным, а Е Цзинь чуть не рассмеялся.

- Мое новое имя, - спокойно произнёс Шэнь Цяньлин.

- Что за имя такое — великий рыцарь Шэнь? Так можно называть любого человека с фамилией Шэнь, - Е Цзинь покачал головой. - Настоящее имя должно быть уникальным, например, Ицзянь Цинфэн Мужун Чжань[7], Хунлин Пяосян Шисан Ньян[8] и Сушоу Фейсюэ[9]...

[7]Что-то вроде "Мужун искуссный мечник".

[8]Что-то вроде "Благоухающая тринадцатая госпожа в красном шёлке".

[9]Что-то вроде "Белые руки и кружащиеся снежинки"

- Кхе-кхе! - Цинь Шаоюй и Шэнь Цяньфэн одновременно закашлялись.

Е Цзинь улыбнулся, не говоря ни слова, и с интересом посмотрел на Шэнь Цяньлина.

- Почему ты кашляешь? - Шэнь Цяньлин насторожился. - Сушоу Фэйсюэ... а дальше? Кто это?

Цинь Шаоюй спокойно сказал: - Чжан Течуй[10].

[10]Что-то вроде "Раздувающий железный молот".

Е Цзинь еле сдержал смех.

- Ты считаешь, что эти слова хорошо сочетаются? - Шэнь Цяньлин брутальный и сообразительный. - Не морочь мне голову! В противном случае я за считанные минуты напишу тебе отпускную[11].

[11]休书 xiūshū стар. отпускная (жене, возвращаемой родителям после развода). На самом деле "великий рыцарь Шэнь" не может написать отпускную, потому что он сам в роли жены. Отпускную может написать только Цинь Шаоюй.

Всё верно, госпожа дворца Погони за Тенью совершенно безжалостна! Посторонние этого просто не понимают!

Шэнь Цяньфэн сказал: - Сушоу Фэйсюэ — это Инь... глава секты...

Шэнь Цяньлин:...

Кто бы мог подумать, что у хули-цзина в самом деле такое необычное имя. По сравнению с ним "великий герой Шэнь" действительно полный отстой, вроде Тебьенмай Даливан[12]!

[12]Что-то вроде "придорожный торговец дурью", 大力丸 dàlìwán жарг. амфетамин.

Это чувство, когда тебя сравнивают, действительно очень неприятное.

Шэнь Сяошоу гневно посмотрел на своего мужчину.

Цинь Шаоюй погладил его по голове: - Ничего страшного, мы придумаем ещё лучше.

- Чтобы звучало не только красиво, — потребовал Шэнь Цяньлин, — но и круто!

Было бы лучше, если бы оно могло напугать сразу всех. Это было бы идеально.

- Хорошо, - Цинь Шаоюй согласился со всеми условиями.

- Тогда как меня будут звать? — обеспокоенно спросил Шэнь Сяошоу.

Цинь Шаоюй рассмеялся: - Дай мне время подумать.

- Тогда тебе придётся подумать об этом после ужина, - Шэнь Цяньлин выбрал путь бессовестного кокетства, его глаза так и сияли!

Хозяин дворца Цинь оказался сражён наповал:

- Хорошо, после ужина я обещаю дать тебе имя, которое будет и красивым, и властным.