Глава 58. Встреча с тем самым мачо
- Что, в конце концов, происходит? - Чу Юань был озадачен. – Что за выражение лица?
- Подоплёку истории с королевой Му Ханье тебе лучше спросить у него лично, ладно? - сказал Е Цзинь. – Посторонние не смогут рассказать эти подробности.
- Ладно, - Чу Юань не стал настаивать. - Когда вернется хозяин дворца Цинь? Императорские телохранители говорили, что он покинул храм прошлой ночью.
- Отправился в горную виллу Силай неподалеку, - сказал Е Цзинь. - Но тебе не нужно ждать. Вероятно, он вернётся самое раннее завтра-послезавтра.
А может быть и ещё позже, учитывая его бесстыдство.
- Не будем торопиться, - сказал Шэнь Цяньфэн. - У всех было долгое путешествие, так что давайте хорошенько отдохнём несколько дней.
- Было бы странно не торопиться, - Е Цзинь потянул Чу Юаня за запястье и пощупал пульс. – Астенический жар[1] слишком сильный, ты плохо спал. Разве придворный лекарь не дал тебе совета?
[1]虚火 xūhuǒ кит. мед. астенический жар (от слабости).
- Пустяки, - Чу Юаня это не волновало.
- Я дам тебе лекарство, прими его и спи спокойно несколько дней, - Е Цзинь направился к выходу. – Подумаешь, кучка мятежников, не такое уж это большое дело.
Чу Юань улыбнулся, его взгляд наполнился теплом.
- На самом деле Сяо Цзинь очень заботится об императоре, - сказал Шэнь Цяньфэн. – Просто он упрямый и несговорчивый.
- Мы, конечно, это знаем, - Чу Юань кивнул. - Несколько лет назад приключился мор, и то, что он без сна и отдыха носился по всей стране, стало огромным благом для Великой Чу.
- Шэнь Цяньфэн! - Е Цзинь позвал его со двора.
- Иди, - Чу Юань засмеялся. - Иначе он снова разозлится.
Когда Шэнь Цяньфэн вышел, Е Цзинь действительно бросил на него гневный взгляд:
- Что ты там застрял, о чём можно трындеть столько времени?
- Разговор нужно заканчивать вежливо, - Шэнь Цяньфэн продемонстрировал хороший характер, - ты голоден? Я пойду на кухню, посмотрю, не осталось ли там какой-нибудь постной еды.
- Если и осталась, кто захочет такое есть, - Е Цзин направился к выходу. - Я займусь этим сам!
Он может готовить лекарства, варить рис и шить фартуки для комка перьев. Господин Е Гу на самом деле очень разносторонний человек.
Главе альянса Шэню действительно очень повезло.
И хозяину дворца Циню тоже очень повезло.
- Хвати меня лапать! - Шэнь Сяошу[2] был в ярости.
[2]Кто забыл, напоминаю: 小受 xiǎoshòu «боттом», пассив, пасс (в гомосексуальных отношениях, антоним – 小攻). Автор постоянно подчёркивает пассивную роль своего героя.
- Не, - Цинь Шаоюй нагло сунул руки ему под одежду. – Всей моей жизни для этого не хватит.
- Чирик! – пушистый комок лежал на столе, лениво зевая.
- Перестань создавать проблемы, — Шэнь Цяньлин протянул руку. - Как насчёт того, чтобы пойти прогуляться?
- Только что гуляли по вилле, и опять куда-то идти? - Цинь Шаоюй ущипнул его за нос. – Ты не устал?
- Я хорошо выспался прошлой ночью, - сказал Шэнь Цяньлин. - К тому же, если мы уже наконец выйдем отсюда, возможно, мы сможем поймать нить дела.
- Мы же не сыщики, на кой нам сдалась эта нить? - Цинь Шаоюй действительно хочет остаться на вилле и понежиться в горячих источниках.
- Даже если так, я всё равно хочу пойти, - Шэнь Цяньлин очень любопытен. – Пошли уже.
Цинь Шаоюй сказал:
- Тогда подари мне десять поцелуев.
Ну вообще ничего нового! Шэнь Цяньлин спокойно влепил ему пощечину.
Цинь Шаоюй принял это как должное, подхватил его на руки и оглядел с головы до ног.
Сердце Шэнь Цяньлина занялось - не говори мне о своих бредовых идеях!
- Или Лин разденется догола и поцелует меня? - Цинь Шаоюй оправдал ожидания.
Шэнь Цяньлин сердито сказал:
- Мечтать не вредно!
- Неужели это невозможно? - глаза Цинь Шаоюя были полны сожаления.
Шэнь Цяньлин решительно обнял его за шею и поцеловал по собственной инициативе.
Цинь Шаоюй был очень доволен, и слегка прикусил его губу.
- Поцелуй окончен, - Шэнь Цяньлин вытащил его наружу. – Пошли.
- Я ещё не поцеловал животик, - Цинь Шаоюй был настроен скептически.
Задницу мою поцелуй! Шэнь Цяньлин сурово схватил его за шиворот:
- Мы выходим, поскорее превратись в героя!
Ибо как можно допустить, чтобы такого извращенца увидели посторонние?
Хозяин дворца Цинь сразу же стал по-настоящему властным, холодно поднял свою жену на руки и вернулся в дом.
Маленький феникс присел на столе и вздохнул от всего сердца.
Этот ритм, который... туда-сюда, не различая дня и ночи, действительно заставляет птицу нервничать.
- Ты что творишь! - Шэнь Цяньлин был напуган, уместно ли это делать средь бела дня?
- А ты как думаешь? - лицо мастера Циня было ледяным, он резко сдёрнул его пояс. - Если догадался, то послушно дай потискать свой животик.
Шэнь Сяошу не мог ни смеяться, ни плакать, поэтому он поднял ногу и пнул его.
Цинь Шаося молниеносно выбросил руку, захватил его мягкий живот и тут же поставил там три засоса:
- Проштамповано, это - моё.
- Зануда, - Шэнь Цяньлину стало щекотно, и он рассмеялся так, что на глазах выступили слёзы.
- Погода такая хорошая, ты правда не хочешь... хм... прямо сейчас? – закончив буянить, Цинь Шаоюй навалился на него.
Шэнь Цяньлин был очень серьёзен:
- Погода как раз хороша, чтобы выйти отсюда. Для прочего придется подождать, пока пойдёт дождь. Тогда мы согреем друг друга в объятиях.
Цинь Шаоюй сказал:
- Когда я увижу учителя в следующий раз, я обязательно попрошу его научить меня вызывать дождь.
- Тогда учитель определённо выгонит тебя, - Шэнь Цяньлин оттолкнул его и сел. - Не создавай больше проблем.
- Не боишься вспугнуть змею?[3] - спросил Цинь Шаоюй.
[3]打草惊蛇 dǎcǎo jīngshé бить по траве, чтобы вспугнуть змею, обр. вспугнуть, насторожить, привлечь внимание (противника).
- Конечно, нет, мы же не скрывали свои передвижения. Чжоу Цзюэ и его люди наверняка уже в курсе, - сказал Шэнь Цяньлин. - Раз уж мы здесь, ходить повсюду - как раз в рамках здравого смысла, а вот безвылазно сидеть в комнате – действительно, может вызвать подозрения.
- Ну вот, не прокатило, - Цинь Шаоюй ущипнул его за щёку. – Ты слишком умный, никак не обмануть.
- Ты ещё недоволен, что мало меня обманывал? - Шэнь Сяошу пришёл в ярость. Несколько дней назад тот солгал, что его внутренняя сила вдруг стала ретроградной, поэтому срочно надо раздеться и заняться парным совершенствованием. Совсем потерял стыд и совесть.
- Это не обман, - Цинь Шаоюй поцеловал его. – Просто мне это нравится.
- Пиздобол[4], - Шэнь Цяньлин привёл в порядок свою одежду. – Пошли обедать.
[4]油嘴滑舌 yóuzuǐ huáshé букв. масляные уста и скользкий язык. Обманщик, лжец, врун, болтун, трепло, пустомеля – всё это одним словом...))
Цинь Шаоюю ничего не оставалось, как последовать за ним.
Независимо от того, в какой вы стране - чем ближе к столице, тем больше процветания. Торговые предприятия ведут кипучую деятельность, ломбарды и меняльные лавки, павильоны атласа и шёлка, питейные заведения и чайные домики, вышивальные дворики и даже публичный дом – всё цветёт махровым цветом[5]
[5]如火如荼 rúhuǒ rútú сверкать яркими огнями и белыми цветами (обр. в знач.: пышный; бурный, кипучий).
И храм Дуцзяо, и горячий источник Силай находятся под юрисдикцией города Цзыя, который является вторым по процветанию местом в Великой Чу после королевской столицы. В пригородах Цзыя много леса, поэтому бумажная промышленность чрезвычайно развита, а также здесь больше грамотных и талантливых людей.
Даже в деревнях за пределами города можно услышать шорох страниц и слабый запах чернил.
- А нас не будут узнавать на улицах? - спросил Шэнь Цяньлин на ходу.
Не успел он договорить, как рядом с его ухом раздалось: "ах!", и смущённый голос произнёс:
- Кажется, вы...вы...
- Шэнь-шэнь-шэнь... – лоточник уставился на них обоих, настолько взволнованный, что даже не мог толком выговорить слова!
У Шэнь Цяньлина защемило сердце, и он энергично кивнул:
- Это я.
Лоточник был чрезвычайно счастлив и яростно хватал людей вокруг себя:
- Молодой мастер Шэнь говорил со мной, он говорил! Ах! Ах!
Шэнь Цяньлин:...
Услышав эту новость, народ стал собираться вокруг. Все уставились на молодого мастера Шэня с благоговением и восторгом, а некоторые, особо смелые, пытались дотронуться до его маленькой ручки.
Маленький феникс был в хорошем настроении, он сидел на плече у отца и глазел по сторонам.
- Такой радушный приём, может, присядем на минутку? - спросил Цинь Шаоюй у Шэнь Цяньлина.
В конце концов, хозяин дворца Цинь такой хороший! Сердца зевак дружно замерли в горле, толпа смотрела на Шэнь Цяньлина выжидающе, тревожась, что он покачает головой.
Шэнь Цяньлин кивнул и послушно сказал:
- Присядем.
Толпа зааплодировала, и почти все, кто находился поблизости, поспешно принесли стулья, скамейки, фрукты, арахис и даже тарелку варёных яиц! Хотя мастеру Шэню, может, и не нравиться пища смертных, однако, всё равно нужно проявить энтузиазм.
- Не беспокойтесь, — сказал Шэнь Цяньлин, — мы посидим немного и уйдём.
Люди сияли от радости и беспрерывно повторяли, что это совсем не хлопотно. Несколько тарелок семечек на столе - это ерунда. Если мастер Шэнь захочет остаться на ночь, мы вернёмся, снесём дом и сразу же построим новый. Настоящие фанаты-идиоты ни в чём не знают меры.
- Здесь все из этой деревни? - Шэнь Цяньлин попытался найти тему для разговора.
- Совершенно верно, - люди снова и снова кивали. - История деревни насчитывает более ста лет.
- Неудивительно, что здесь так много людей, - сказал Шэнь Цяньлин. - Всё выглядит очень процветающим.
Люди были счастливы и думали, что молодой господин Шэнь действительно хорош. Голос у него мягкий, и, казалось, он совсем не вспыльчив. Могилы предков хозяина дворца Цинь дымятся.
- В такой большой деревне все семьи знакомы между собой? - с любопытством спросил Шэнь Цяньлин.
- Таких большинство, - говорили люди. - Но иногда приходят незнакомцы. Например, дом на западе — это новая семья, которая переехала сюда три месяца назад. Старая хозяйка живёт в уединении, и никто её не знает.
- Что ж, это очень хорошо, - Шэнь Цяньлин улыбнулся. Они поболтали ещё немного, а потом он встал: - Нам пора идти, спасибо всем за гостеприимство.
Хотя люди хотели пригласить их обоих на ужин, но, учитывая, что молодой мастер Шэнь, возможно, очень хотел вернуться на небеса, чтобы отпраздновать день рождения королевы-матери, они не особо старались убедить их остаться, а только неохотно смотрели, как они вдвоём уходят.
- ...Переехала сюда всего три месяца назад, - на горной дороге Шэнь Цяньлин спросил на ходу: - Это зацепка?
- Конечно, - Цинь Шаоюй кивнул.
- Жаль, что нельзя вспугнуть змею, иначе мы могли бы разузнать побольше, - Шэнь Цяньлин был слегка раздосадован.
- На самом деле, возможно, это и не так, - Цинь Шаоюй криво усмехнулся. - Похоже, мы уже встретились с настоящим хозяином этого дома.
- А? - Шэнь Цяньлин слегка испугался и, конечно же, увидел неподалеку кого-то, идущего по горной дороге, поэтому сказал:
- Это тот парень, который трахнул семь девушек за одну ночь?!
Цинь Шаоюй сказал:
- Я тоже могу... тебя семь раз.
— Заткнись, — резко прервал его Шэнь Цяньлин.
Цинь Шаоюй улыбнулся под его взглядом и протянул руку, чтобы ущипнуть его за щёку.
Здоровяк шёл по дороге, о чём-то задумавшись поэтому вообще не обращал внимания на двух людей, появившихся перед ним, пока не услышал тихое восклицание у своего уха, после чего внезапно очнулся.
- Ах, что же делать? - лицо Шэнь Цяньлина слегка покраснело. – Нас заметили!
Цинь Шаоюй дважды кашлянул и посмотрел на небо.
Здоровяк, естественно, знал, кто эти двое. Раньше он слышал, что они пошли в храм Дуцзяо, и не ожидал встретить их здесь, поэтому растерянно застыл.
- Этот брат, — Цинь Шаоюй протянул ему серебряную монету, — можешь ли ты притвориться, что ничего сейчас не видел?
- Конечно, - здоровяк быстро сориентировался, взял серебро и спросил:
- Ваше превосходительство - хозяин дворца Цинь?
Цинь Шаоюй кивнул.
Здоровяк искренне улыбнулся:
- В самом деле такой величественный вид.
- Ты мне льстишь, — Цинь Шаоюй улыбнулся и отступил в сторону, уступая ему место.
Здоровяк поблагодарил его и поспешно ушёл, Цинь Шаоюй ущипнул Шэнь Цяньлина за нос:
- Не очень-то он хорош в актёрстве, кажется, он способен использовать только нижнюю часть тела.
Шэнь Цяньлин слегка смутился, а потом полюбопытствовал:
- Почему? Я думаю, он играл очень хорошо. Если не считать того, что немного нервничал в начале, всё было вполне естественно!
Спасибо, что ты не стал режиссёром, иначе со своими придирками ты бы точно сыграл в ящик.