Глава 7. Хрустящий и вкусный мастер Шэнь
Хотя Вэнь Люнянь скептически отнёсся к выводам Цинь Шаоюя, он всё же отправил чиновников в город на поиски Ван Чу, и семья брата Чжоу Ху также была отправлена в магистрат для размещения.
- Мы сможем раскрыть это дело за полмесяца? - спросил Шэнь Цяньлин. - Мы должны ехать на конференцию по боевым искусствам.
- Раскрытие дела - это не то, чем мы с тобой должны заниматься, - Цинь Шаоюй помогал ему очищать грецкие орехи. - И без нас правительство сможет раскрыть это дело.
- Совершенно верно, - Шэнь Цяньлин кивнул. - Мастер Вэнь честен, как зеркало, и хорошо осведомлён, он определенно сможет вернуть людям веру в справедливость.
- Пойдём прогуляемся, - сказал Цинь Шаоюй. - Сегодня вечером мы не вернёмся во дворец Погони за Тенью.
- Переночуем в магистрате? - Шэнь Цяньлин был озадачен.
- Нет, - Цинь Шаоюй покачал головой.
- Тогда куда мы пойдём? - Шэнь Цяньлину стало любопытно
Цинь Шаоюй сказал:
- Старые правила.
Шэнь Цяньлин:...
Цинь Шаоюй выглядел решительным, торговаться не имело смысла.
Шэнь Сяо сердито сказал:
- Мы в магистрате!
- И что? – сказал Цинь Шаоюй. - Что может быть более захватывающим, чем это... ммм...
Шэнь Цяньлин подлетел к нему и зажал ему рот рукой.
Это бесстыдство!
Цинь Шаоюй убрал его руку, обнял и положил его на стол, а сам, кстати, прикинул, где было бы удобнее.
Шэнь Цяньлин оцепенел:
- Это всего лишь поцелуй, верно? Не надо демонстрировать выражение лица: "небо служит шатром и земля ― кошмой. Это пугает.
Цинь Шаоюй ждал этого с нетерпением:
- Если Лин хочет заняться чем-то другим...
- Нет!!! - Шэнь Цяньлин прервал его и сердито сказал: - Если ты посмеешь устраивать тут непристойности, я тебя кастрирую.
Очень безжалостно! В то же время, чтобы не дать своему мужчине впасть в бешенство, Шэнь Цяньлин притянул его ближе и наклонился, чтобы поцеловать.
Тёмный страж с удовлетворением положил черепицу, лёг на крышу и молча потряс кулаками.
Даже если вы никогда в жизни не сможете увидеть своими глазами милый маленький пушистый хвостик нашей госпожи, вы должны найти способ хоть раз прикоснуться к её нежной маленькой ручке.
Просто думая об этом, я не могу удержаться от слёз, ясно?
Это здорово - внезапно ощутить, что у тебя такая жизнь.
Это так освежает!
- Мы собираемся прогуляться, - Шэнь Цяньлин стоял посреди двора. – Вы, ребята, идите во внутренний двор и посмотрите, нужно ли чем помочь мастеру Вэню. Если ничего не нужно, возвращайтесь во дворец Погони за Тенью.
- Куда молодой господин направляется с хозяином дворца? - тёмный страж спрыгнул с крыши.
- Немного развеяться и, кстати, поискать какие-нибудь зацепки, - сказал Шэнь Цяньлин. - Вам не обязательно следовать за нами.
На самом деле, мы особенно хотим следовать за вами! Глаза тёмного стража были полны ожидания.
- Не сметь, - тон Цинь Шаоюя был холоден. - Если только кто-нибудь не захочет умереть.
Тёмный страж разрыдался: с жестоким и холодным хозяином дворца жизнь просто темна.
Избавившись от третьего лишнего, Цинь Шаоюй и Шэнь Цяньлин вышли из особняка и медленно побрели по улице прочь из города.
Из-за недавней огромной трагедии город находился в подавленном состоянии. На углу старик торговал блинчиками с кунжутом. Хоть их и разворовали во время беспорядков, их осталось ещё довольно много.
- Ты хочешь это съесть? - спросил Цинь Шаоюй.
- Купи всё, пусть старик вернётся домой пораньше, - сказал Шэнь Цяньлин. – Отправим это во дворец, чтобы приготовить закуски для всех.
Цинь Шаоюй кивнул и пошёл с ним к лотку с блинами.
- Мастер Цинь, мастер Шэнь, - старик, очевидно, знал их обоих. - Сегодня начинка из коричневого сахара закончилась, и остались только свинина и зелёный лук. Боюсь, молодому господину это не понравится.
- Ничего, - Шэнь Цяньлин положил на стол маленькую золотую бусину. - Я покупаю сразу всё и прошу вас отправить это на гору, во дворец Погони за Тенью.
- Ладно, - старик достал из сумки носовой платок, и когда он открыл его, внутри оказался серебряный слиток и несколько медных пластинок. - Я плохо вижу. Пусть молодой господин сам возьмёт...
- В этом нет необходимости, - Шэнь Цяньлин прервал его. - Оставь это себе и добавь несколько столов и стульев, чтобы всем не пришлось пить суп стоя.
- У молодого господина действительно доброе сердце, - старик снова и снова благодарил его, но Цинь Шаоюй протянул руку, взял серебро и задумчиво посмотрел на него.
- В чём дело? - Шэнь Цяньлин был озадачен.
- Это серебро не из дворца Погони за Тенью, - сказал Цинь Шаоюй.
Шэнь Цяньлин:...
Разве это не вполне нормальная вещь? Мы не единственные в мире, у кого есть серебро.
Шаося, ты слишком подозрителен!
- Откуда это взялось? - спросил Цинь Шаоюй старика.
- Когда я утром поставил ларёк, человек в чёрном подошёл купить блинчиков. Он представился тёмным стражем дворца Погони за Тенью и случайно разбил мою масляную лампу, - сказал старик. – Поэтому он оставил этот серебряный слиток и, не взяв сдачу, исчез в мгновение ока.
Услышав эти слова, Шэнь Цяньлин был застигнут врасплох и уставился на Цинь Шаоюя.
Старик всё ещё говорил:
- После того, как хозяин дворца Цинь вернётся, не ругай его.
- Как такое возможно? - Цинь Шаоюй улыбнулся:. - Я хочу вознаградить его. Старик помнит, как выглядел тот тёмный страж?
Старик некоторое время вспоминал, а потом сказал:
- Он не высокий, любит посмеяться и кажется добродушным человеком. Он рябой.
Шэнь Цяньлин:...
Даже если во дворце Погони за Тенью есть гоблины, они не могут быть рябыми, ясно?
Поскольку его мужчина ввёл строгий фейс-контроль! Не важно, что это требование совершенно дурацкое, но тёмные стражи дворца Погони за Тенью всегда должны выглядеть холодно и ослепительно! Поэтому каждый раз, когда жители Цзянху собираются на встречу, Шэнь Цяньлин удручённо чувствует, что участвует в конференции по моде, а мужчина-модель в чёрном, стоящий позади него, просто слишком крут!
Его мужчина - чудесный цветок Цзянху!
- О чём ты только думаешь? - спросил его Цинь Шаоюй, попрощавшись со стариком
- Интересно, кто мог притвориться тёмным стражем дворца Погони за Тенью? - Шэнь Цяньлин нахмурился.
- А кто же ещё это может быть? - Цинь Шаоюй отпустил уздечку, и Так Сюэбай пошёл медленным шагом. - Я думаю, это Хуан Дасянь.
- Тогда что дальше? - спросил Шэнь Цяньлин.
- Можно узнать по крайней мере три вещи, - сказал Цинь Шаоюй. - Во-первых, он не знаком с местными жителями, поэтому он лично пошёл за блинами; во-вторых, он не силён в боевых искусствах, иначе он мог бы просто украсть их; в-третьих, я ранее предположил, что взрыв прогулочной лодки был устроен им, но теперь кажется, что, вероятно, есть кто-то ещё.
- Почему? - Шэнь Цяньлин был озадачен.
- На том слитке серебра стоит клеймо Северо-Западной серебряной лавки. Старик живёт простой жизнью и в обычные дни он определённо не потратит столько серебра сразу, поэтому он обязательно разменяет его, - сказал Цинь Шаоюй. - Поскольку тот тип выдает себя за тёмного стража дворца Погони за Тенью, он, естественно, должен знать, что все серебряные лавки в этом городе являются собственностью дворца Погони за Тенью. Когда в бухгалтерию поступит этот слиток серебра, трудно гарантировать, что это не вызовет подозрений.
- Ты уверен, что он заранее так много продумал? - усомнился Шэнь Цяньлин.
- Нет, - Цинь Шаоюй ущипнул его за нос, - Но если бы у него действительно была возможность тайно взорвать лодку, он определенно всё продумал бы заранее и не допустил бы такой незначительной ошибки.
Шэнь Цяньлин вздохнул:
- У меня кружится голова, когда я это слышу.
- Ладно, не стоит об этом говорить, - Цинь Шаоюй обнял его сзади. - Дело должно быть расследовано, для этого нужно время. Мы просто отдыхаем, не хмурься.
- Поезжай в пригород, - сказал Шэнь Цяньлин. - Там тихо.
Цинь Шаоюй, естественно, последовал его словам, повернул коня и выехал из города.
На окраине города есть небольшая деревушка, в которой сегодня работает рынок. Увидев их обоих, торговцы с энтузиазмом поприветствовали их и стали показывать свои товары Шэнь Цяньлину. Они очень радовались такой возможности.
Только один человек бросил свой узел на землю и пустился бежать.
У Шэнь Цяньлина испортилось настроение.
Такая реакция на появление городской полиции вызывает дежавю.
Цинь Шаоюй небрежно бросил медную тарелку, сбил мужчину с ног и сказал остальным:
- Принесите его сюда.
Люди немедленно набросились на мужчину и стали тащить его за руки и за ноги. Мужчина был полон печали и гнева:
- Есть ли у вас хоть какие-то дружеские чувства?
Этого не должно быть, перед мастером Шэнем всё как в тумане! Жители деревни решительно поставили мужчину перед Цинь Шаоюем:
- Его зовут Гоу Эрмао, и он известный в деревне старый обжора.
- Зачем ты убегал? - Шэнь Цяньлин был озадачен.
- Естественно, это потому, что я боюсь быть ослепленным молниями молодого господина, - мужчина быстро затараторил. – Молодой господин – бессмертный небожитель, сошедший в этот низменный мир, разве можно так небрежно пялиться на него?
Шэнь Цяньлин:...
- Что там у тебя в узле? - спросил Цинь Шаоюй.
- Книга, - Гоу Эрмао развязал свой узелок, и оттуда вывалилась аккуратная маленькая книжечка.
- Дай сюда, - холодно сказал Цинь Шаоюй.
Гоу Эрмао:...
Цинь Шаоюй взмахнул рукой, и книга, лежавшая на земле, тут же взлетела вверх, как раз вовремя, чтобы упасть в руку Шэнь Цяньлина.
Толпа зевак внезапно зааплодировала!
Это так волнующе!
Шэнь Цяньлин открыл книгу и увидел, что рисунки внутри были как живые. Обнаженный мужчина с обольстительным взглядом лежал на траве, сжимая в руке банку афродизиака. Название картины также было очень актуальным. Она называлась: "О, мой супруг, приходи скорее! Твоя жена уже пьяна среди цветов, её голова идёт кругом, всё тело охватил любовный жар!"
- Мать твою... - Шэнь Цяньлина как громом поразило. Разве название не должно соответствовать эпохе? "Пир императора", "По реке в День поминовения усопших"[1], Гуйгуцзы[2] спустился с гор" – безыскусно и искренне. Зачем такое длинное? Хотя, конечно, длина названия не имеет значения. Всё внимание сосредоточено на другой стороне картинки, где потрясающе выписана линия крупных иероглифов: "По всей стране цветы и луна прекрасны, они мягкие, белые, хрустящие, ароматные и вкусные, как мастер Шэнь".
[1]"По реке в День поминовения усопших" (живописная панорама Чжан Цзэдуаня 张择端). [2]Гуйгуцзы (старец из Ущелья Бесов; древнекитайский мудрец и название его трактата).
От такого потрясения у Шэнь Цяньлина слегка кружилась голова, и он вдруг прочувствовал, что "король экрана" в его прошлой жизни – это действительно слишком слабо.
- Молодой господин, сохрани мне жизнь! - увидев, как побледнело его лицо, Го Эрмао был потрясён. - Я купил это у других, думая заработать немного денег, чтобы порадовать свою невестку, я действительно не знаю, что внутри.
Цинь Шаоюй взял книгу, перевернул страницу и увидел нарисованного медведя с простой надписью: "Тысячелетний чёрный медведь, хозяин дворца Цинь, ты не получишь эту красавицу". Медведь был намеренно обведён киноварью, из опасения, что другие могут его не заметить.
......
- Где ты это купил? - Цинь Шаоюй растёр книгу в порошок, стиснул зубы и сказал:
- Приведите их к лао-цзы!