Глава 57. Тайные интриги
Поскольку Е Цзинь настаивал, Шэнь Цяньфэну пришлось отнести его обратно на крышу. К счастью, в доме всё уже успокоилось, мужчина оделся, а слуги навели порядок.
- Навыки, которым вы научились сегодня, должны быть хорошо отработаны, когда вы вернётесь, - мамка спросила: - Вы что-нибудь запомнили?
- Да! - хором ответили женщины, прикрывая рты и хихикая.
У Е Цзиня, который молча сидел на крыше, по телу побежали мурашки.
На-вы-ки!
Которым! Вы! Научились! Сегодня!
Должны! Быть! Хорошо! Отработаны!
- Ладно, все возвращайтесь и отдохните, - мамка отослала женщин и почтительно налила мужчине чашку чая. - Мастер работал в поте лица.
- Ничего страшного, - здоровяк отмахнулся. - Служить королю Чжоу – это большая честь.
Услышав про Чжоу Цзюэ, Е Цзинь и Шэнь Цяньфэн переглянулись и слегка нахмурились.
- Когда король Чжоу отправится в путь? - снова спросила мамка.
- Через несколько дней, мы получим известие об этом, – ответил здоровяк.
Мамка кивнула, и, перекинувшись ещё несколькими словами, они разошлись по своим комнатам. Вокруг воцарилась тишина. Шэнь Цяньфэн и Е Цзинь покинули внутренний двор в сложном настроении - они попали сюда по чистой случайности, кто бы мог подумать, что тут такое.
- Как ты считаешь, что задумал Чжоу Цзюэ? - спросил Е Цзинь у Шэнь Цяньфэна.
- Судя по тому, что сказал тёмный страж ранее, скорей всего, этих женщин собираются отправить во дворец, - Шэнь Цяньфэн покачал головой. – Однако, не говоря уже о том, что император за все эти годы так и не выбрал наложниц, даже если он решил бы выбрать, как эти женщины смогут пройти все уровни отбора? Есть тонкий момент. Всем известно, что, если обычная женщина хочет войти во дворец, независимо от её роста, красоты или темперамента, она обязательно должна быть девственницей. Судя по тому, что мы тут видели, эти женщины не смогут пройти даже первичный отбор.
Е Цзинь коснулся своего подбородка и сказал:
- На самом деле, нет ничего невозможного в том, чтобы притвориться девственницей.
Шэнь Цяньфэн:...
- Что у тебя за выражение лица! - Е Цзинь схватил его за щёку.
Шэнь Цяньфэн ответил деланно равнодушным тоном:
- Немного неожиданно, что ты об этом знаешь.
- Лао-цзы – лекарь! - Е Цзинь разжал руки и яростно сказал: - Я ещё знаю, как кастрировать. Хочешь, покажу?
Тёмный страж вцепился ногами в верхушку дерева, чувствуя боль в яйцах.
- Спускайся! - Е Цзинь властно поднял голову.
Колени тёмного стража подогнулись, он спрыгнул с верхушки дерева и печально сказал:
- Хозяин долины ведь не собирается на самом деле кастрировать меня, не так ли? Я единственный сын в нашей семье, мои яйца поистине бесценны!
- На кой чёрт ты мне сдался?! - на лице Е Цзиня отразилось отвращение. – Я не кастрирую всех подряд.
Шэнь Цяньфэн:...
Судя по его тону, кого же он тогда кастрирует?
- Давай вернёмся, - Е Цзинь зевнул. - Поговорим завтра утром.
- Мне доложить об этом хозяину дворца? - неуверенно произнёс тёмный страж.
Шэнь Цяньфэн кивнул, в общих чертах рассказал ему о случившемся и добавил:
- Пусть Шаою и Лин Эр завтра вернутся в храм Дуцзяо пораньше, это дело необходимо как следует обсудить.
Тёмный страж принял приказ и ушёл, чувствуя огромное облегчение на сердце, потому что яйца были спасены! Учитывая, что господин Е Гу всегда был свирепым и взбалмошным, лишиться яиц было вполне возможно.
Это очень страшно.
На следующее утро Шэнь Цяньлин спросонья почувствовал, что у него чешется живот. Он подумал, что это гнусные проделки Цинь Шаоюя, и врезал ему по морде.
- Чирик! - комок перьев получил трагический удар, и маленькие чёрные глазки-фасолинки затуманились.
- ...Э? - Шэнь Цяньлин протёр глаза, приподнялся и сразу же увидел своего сына.
- Чух-чух! - комок перев расправил крылья.
- Почему ты здесь? - Шэнь Цяньлин ткнул в него пальцем.
- Тёмный страж принёс его прошлой ночью, потому что он создавал проблемы, - Цинь Шаоюй заключил его в объятия. - Ты его избаловал.
- Да, - лениво произнёс Шэнь Цяньлин.
- Ещё не проснулся? - Цинь Шаоюй уткнулся в него носом.
- Чирик! - комок перьев вытянул шею и завопил - голоден!
- Встаём, пора завтракать, - Шэнь Цяньлин потянулся.
- Доброе утро, родной, - напомнил Цинь Шаоюй.
- Больше нет, - Шэнь Цяньлин прикрыл рот рукой.
Маленький феникс тоже закрыл лицо своими крылышками, были видны только маленькие чёрные фасолинки, смотревшие на его отца.
Цинь Шаоюй рассмеялся и заключил старшего и младшего в свои объятия:
- Будьте такими всегда.
- Можно посмотреть виллу? - спросил Шэнь Цяньлин. - Вчера вечером она показалась довольно большой.
- Конечно, - Цинь Шаоюй кивнул. – Здешние яйца пашот тоже вкусные и идеально подходят для завтрака.
- Чирик! - глазки комочка перьев засияли от возбуждения.
- Ты тоже хочешь их съесть? - Шэнь Цяньлин засмеялся и ущипнул его за живот. - Почему ты такой нетерпеливый?
- Феникс - свирепая птица, и за исключением древнего духовного зверя, никто не пользуется её вниманием, - сказал Цинь Шаоюй. - Даже если феникс столкнется с леопардом, тот не осмелится бросить ему вызов.
- Даже такому? - Шэнь Цяньлин поднял птенца за маленькую лапку.
Маленький феникс выглядел очень серьёзным, - когда мы собираемся есть?
- Ладно, давай умоемся, - Цинь Шаоюй перевернулся на другой бок и встал с кровати. - Я пойду посмотрю.
- На что ты посмотришь? - спросил Шэнь Цяньлин, одеваясь.
- Когда тёмный страж ночью принёс сюда нашего сына, он сказал, что по дороге обнаружилось кое-что необычное, - сказал Цинь Шаоюй. - Эта история немного длинная, я хотел рассказать тебе после завтрака. Ближе к утру он появился снова. Видимо, случилось что-то ещё. Пойду выясню, что происходит.
- Опять что-то не так? - у Шэнь Цяньлина разболелась голова, когда он услышал это.
- Будь послушным, - Цинь Шаоюй ущипнул его за нос, повернулся и вышел из комнаты.
- Хозяин дворца, - тёмный страж ждал во дворе.
- Есть новости? - спросил Цинь Шаоюй.
Тёмный страж кивнул и в общих чертах рассказал о том, что Шэнь Цяньфэн и Е Цзинь услышали прошлой ночью, а затем сказал:
- Мастер Шэнь попросил хозяина дворца вернуться в храм Дуцзяо пораньше. Это дело не следует недооценивать.
- Чжоу Цзюэ приготовил женщин для Чу Юаня? - Цинь Шаоюй рассмеялся. - Его обнаружили ещё до того, как он начал действовать. Почему он такой неудачник?
Тёмный страж сказал от всего сердца:
- Я думаю, что это заслуга молодого господина.
Верно, если бы наша госпожа не купалась в здешних горячих источниках, молодой хозяин дворца не рассердился бы, и братья не принесли бы молодого хозяина дворца сюда, и, конечно же, не обнаружили бы ничего в том в деревенском доме!
Такой вывод совершенно логичен. Наша госпожа действительно прекрасна, прямо как няньхуа[1] на переднике ребёнка. Так и хочется прикоснуться к её мягкой ручке.
[1]年画 niánhuà новогодние [лубочные] картинки, няньхуа; 肚兜 dùdōu 1) набрюшник (для ребёнка)
2) традиционное китайское нижнее белье для девочек (лифчик); 3) передник (юбка)
- Точно, - Цинь Шаоюй бесстыдно кивнул. - Я тоже думаю, что это заслуга Лин Эра.
Правду говорят, что когда верхняя балка согнута, нижние тоже искривляются[2].
[2]上梁不正下梁歪 shàngliáng bùzhèng xiàliáng wāi когда верхняя балка согнута, нижние тоже искривляются; обр. каков начальник, таковы и подчиненные; коррупция начинается сверху; дети берут пример с родителей, каков отец, таков и сын; ср. рыба гниёт с головы
- В чём моя заслуга? - Шэнь Цяньлин закончил мыться и вошёл с птенцом на руках.
У тёмного стража намётанный глаз, он подмигнул и вышел. Слуги на вилле услышали, что эти двое уже встали, и вскоре принесли сытный завтрак, который выглядел очень аппетитно.
- Чирик! - маленькие чёрные глазки-фасолинки заблестели.
- Что случилось с тёмным стражем? - спросил Шэнь Цяньлин Цинь Шаоюя, помогая ему с пибимпапом[3].
[3]拌饭 bànfàn пибимпап (традиционное блюдо корейской кухни)
- Чжоу Цзюэ скоро должен быть здесь, - слова Цинь Шаоюя были потрясающими.
- Что?! - Шэнь Цяньлин был удивлён.
- И, похоже, плетутся немалые интриги, - Цинь Шаоюй подул на ложку каши, затем добавил яичный желток и мясной фарш.
Птенец быстро открыл рот.
Цинь Шаоюй скормил еду Шэнь Цяньлину.
Птенец:...
- Какие ещё интриги? - спросил Шэнь Цяньлин.
Цинь Шаоюй в общих чертах рассказал о том, что произошло прошлой ночью, и как бы между прочим усмехнулся:
- Чу Юань пользуется большим успехом у женщин.
- Плохо дело, - Шэнь Цяньлин нахмурился. - Вчера не представился случай, и мы так и не спросили императора, зачем он пришёл в храм Дуцзяо. Однако, судя по всему, во дворце есть шпионы, поэтому информация просочилась, и это позволило Чжоу Цзюэ заранее подготовиться.
- Вернёмся и спросим его, - сказал Цинь Шаоюй. - Такого проницательного человека, как Чу Юань, не так-то просто обмануть.
- Вернёмся сразу после завтрака? - Шэнь Цяньлин запихнул в рот оставшуюся половину булочки и принялся жевать с набитым ртом.
- К чему такая спешка, - Цинь Шаоюй ущипнул его за подбородок. – Если проблема серьёзна, это государственное дело, а если нет, мы зря побеспокоим Чу Юаня. Навыки Цяньфэна в боевых искусствах не имеют себе равных, а Е Цзинь – просто сама рассудительность и прозорливость. Ты всё ещё боишься, что Чу Юань может пострадать?
- Я не боюсь, - сказал Шэнь Цяньлин. - Мне просто любопытно.
- Хотя Е Цзинь на словах относится к брату жёстко, в глубине души он заботится о Чу Юане больше, чем о ком-либо другом. Чжоу Цзюэ не повезло, что он столкнулся с ним, - сказал Цинь Шаоюй. - Чу Юань, должно быть, очень рад, что Е Цзинь что-то для него делает. С нашей стороны нет необходимости вмешиваться и выполнять неблагодарную работу.
- Ты просто ищешь причину для лени, - резко ответил Шэнь Цяньлин. - Очевидно, ты не хочешь никуда ехать, а хочешь расслабиться.
- Потому что у меня нет амбиций, - Цинь Шаоюй наклонился и поцеловал его, - Ещё и потому, что мы пока не были в горячих источниках. Так что мы не должны возвращаться, иначе мы пострадаем.
Шэнь Цяньлин:...
Его мужчина действительно пробил днище.
По сравнению с горячими источниками Силай, обстановка в храме Дуцзяо, очевидно, наполнена благородной и честной бедностью, и на завтрак здесь подают только кашу и булочки на пару, и даже Чу Юань не исключение.
- Молодой принц, глава альянса Шэнь, - главный дворцовый евнух позвал снаружи. - Император обеспокоен тем, что господин Е Гу не привык такое есть, поэтому он специально прислал этого слугу передать, что он позволил вам обоим выйти перекусить, а потом вернуться.
- Кто это тут лезет не в своё дело, - Е Цзинь сел на кровати и зевнул.
- Прошу прощения, евнух, - Шэнь Цяньфэн открыл дверь. – Могу ли я узнать, где сейчас император?
- Отвечаю главе Шэню, император уже давно встал и сейчас читает писания в павильоне буддийских сутр, - главный евнух держался очень почтительно. - Через полчаса император будет слушать проповедь настоятеля.
Услышав такое, Е Цзинь был весьма озадачен: когда это его брат успел стать таким набожным?
- Что скажешь? – спросил Шэнь Цяньфэн, закрыв дверь.
- Кто бы мог подумать... - Е Цзинь покачал головой. – Мне последнее время не везло, и я лишь хотел воскурить благовония, чтобы избавиться от несчастий. Откуда мне было знать, что мы столкнёмся с Чу Юанем, да ещё и Чжоу Цзюэ окажется замешан.
- Может быть, Бог привёл тебя помочь императору, - Шэнь Цяньфэн присел на корточки, чтобы помочь ему обуться. – Вот только волноваться не нужно, надо не спеша всё проверить. Хочешь, сперва пойдём позавтракаем?
- Я не пойду, - Е Цзинь встал и вышел. – Всё очень подозрительно, я должен увидеть Чу Юаня.
- Сяо Цзинь? - Чу Юань действительно был в павильоне буддийских сутр. Увидев его, он улыбнулся и отложил вещи, которые держал в руках.
...Вообще-то Е Цзинь явился сюда, чтобы спросить, зачем император пришёл в храм Дуцзяо, но, увидев его сейчас, почувствовал, что было бы немного странно переходить сразу к делу, поэтому он решил сперва проявить вежливость.
Однако, вежливость требует некоторых тонких ухищрений. Господин Е Гу, который привык всегда ворчать и фыркать в присутствии своего брата, немного подумал, а затем спросил:
- Ты уже поел?
Шэнь Цяньфэн:...
- Пока нет, - обрадовался Чу Юань. - Сяо Цзинь хочет поесть вместе со мной?
Е Цзинь бесстрастно покачал головой:
- Ты лишком много думаешь, я спросил просто так.
Чу Юань давно привык к его выходкам, поэтому совсем не рассердился. Вместо этого он улыбнулся и сказал:
- В таком случае, почему бы тебе не зайти ко мне после еды? Быть голодным вредно для твоего здоровья.
- Для твоего тоже, - вежливая часть беседы прошла гладко, и господин Е Гу благополучно перешёл к следующей теме: - Что ты делаешь в храме Дуцзяо?
- Возжигаю благовония, - Чу Юань сел в кресло и добавил: - Прошу благословения неба для людей.
Е Цзинь попробовал температуру его лба.
- В чём дело? - Чу Юань рассмеялся. - Я император, поэтому, естественно, я должен делать всё это.
- Да что, чёрт возьми, произошло? - Е Цзинь уселся напротив него.
Вокруг не было посторонних, улыбка на лице Чу Юаня померкла, и он сказал:
- Кто-то очень постарался заманить Нас в храм Дуцзяо.
- И ты пришёл? - Е Цзинь потерял дар речи.
- Если не прийти, как узнать, что за этим кроется, - Чу Юань налил ему чашку чая. – Если на этот раз я не попадусь на уловку, они придумают что-нибудь ещё. Сейчас я заранее принял меры предосторожности; но, если бы я уклонился, в следующий раз эти люди стали бы более осторожными. Если я не смогу вовремя обнаружить опасность, это будет ещё более опасно, чем сейчас. Так что сейчас лучше толкать лодку по течению, чтобы раскрыть все интриги и полностью решить проблему.
- А что, если тебя выманили из дворца просто для того, чтобы убить? - Е Цзинь разозлился. – Ты не боишься идти на такой риск?
- Нет, - Чу Юань покачал головой.
- Почему? - спросил Е Цзинь, держа в руках грецкий орех и озираясь вокруг в поисках молотка, чтобы расколоть его. Без завтрака он был немного голоден.
Шэнь Цяньфэна это позабавило, он стал брать орехи и раскалывать их руками один за другим, а потом клал их перед ним.
Чу Юань тоже взял грецкий орех, разломил его на части и сказал:
- Ты рассердишься, если я скажу.
- Я ещё больше разозлюсь, если ты не скажешь, - Е Цзинь очень резок, - поторопись!
Достойный правитель страны выдаёт свои тайны, такое не выкладывают на всеобщее обозрение.
- За последние два года я обучил во дворце множество убийц. Они сильны в боевых искусствах, и их достаточно много, чтобы защитить меня, - сказал Чу Юань. - И я рассчитал дату... Я прибыл всего на полдня раньше тебя.
Е Цзинь:...
- Я же говорил, что ты разозлишься, - Чу Юань вздохнул и положил перед ним очищенные грецкие орехи.
- С чего бы мне злиться? - гордо фыркнул Е Цзинь.
- Тебе не кажется, что я снова использовал тебя? - спросил Чу Юань.
- Я привык к этому, - Е Цзинь протянул ему ещё один орех и приказал:
- Продолжай чистить.
Чу Юань рассмеялся и велел слугам принести несколько тарелок с выпечкой:
- Я тоже без завтрака, давайте заморим червячка.
- Продолжай, что, чёрт возьми, происходит? - допытывался Е Цзинь.
- Храм Дуцзяо был малоизвестен, но в этом году он обрёл популярность благодаря воскурению благовоний. По слухам, ему покровительствует лиса-оборотень, поэтому воскурения здесь очень чудодейственны, - сказал Чу Юань. – Само собой разумеется, что до императорского двора и до Нас такие слухи не могли бы дойти быстро. Но странно, что в последние месяцы во дворце вдруг появились слухи о призраке, который возникал почти каждые несколько дней, а некоторые люди даже слышали плач посреди ночи.
Е Цзинь нахмурился:
- Тайные козни?
Чу Юань кивнул.
- Мы тайно приказали провести расследование, но никаких улик обнаружено не было, а призрак становился всё более свирепыми, даже дворцовая служанка внезапно умерла, и поза трупа была очень странной. В результате появились новые слухи о том, что любимая наложница императора Чжоу вступила с кем-то в прелюбодеяние и случайно забеременела. После того, как её обнаружили, она была брошена живой в бассейн с пятью ядами и умерла от страданий. Сейчас она явилась во дворце в виде призрака, чтобы отомстить.
Услышав эти слова, Е Цзинь с отвращением произнёс:
- Человек, который может распускать такие слухи, идиот. Наложница умерла от рук императора Чжоу. Если она хочет отомстить, ей следует отправиться на северо-восток, при чём тут семья Чу.
- Не волнуйся, - Чу Юань улыбнулся и сказал: - История ещё не закончена. После того, как наложница трагически погибла, её душа превратилась в демона и осталась во дворце, ожидая увидеть, кто закончит так же, как она. За несколько сотен лет наложницы гарема поступали в точности так, как она хотела, изводили друг друга интригами, в результате бесчисленное множество людей странным и трагическим образом погибали ради её развлечения. Кто бы мог подумать, что я до сегодняшнего дня останусь холостяком. Она почувствовала некоторую неудовлетворённость и стала создавать проблемы.
Е Цзинь сказал от всего сердца:
- Эта история действительно выглядит так, как будто придумана Чжоу Цзюэ. У меня от неё взрывается мозг.
- Я тоже думаю, что это он, - Чу Юань кивнул. - А во дворце должен быть его шпион, вот я и хочу воспользоваться ситуацией.
- Тогда почему ты пришёл в храм Дуцзяо? – снова спросил Е Цзинь. - Даже если во дворце водятся привидения, чтобы их убрать, лучше всего отправиться в храм Хуго. Хотя он и находится недалеко от столицы, но и не близко.
- Потому что все, от министров и сановников до евнухов и служанок, твердили, что храм Дуцзяо весьма чудотворный и действенный, - ответил Чу Юань. - Если три человека скажут, что в городе есть тигры, то им поверят. Все эти люди намеренно направляли Нас сюда.
Е Цзинь нахмурился:
- Почему это звучит так, будто все вокруг тебя подкуплены.
- Это необязательно так. Некоторые просто набрались невежественных слухов, - ответил Чу Юань. - Короче говоря, кто-то приложил все усилия, чтобы распределить роли в этом спектакле. Если бы я не поддался, сколько людей были бы разочарованы?
- Поэтому ты сразу же явился сюда? - Е Цзинь разломил димсам и протянул половину Шэнь Цяньфэну.
В глазах Чу Юаня промелькнула белая зависть.
Е Цзинь протянул ему вторую половину и холодно сказал:
- Я не хочу есть.
Шэнь Цяньфэн прыснул со смеху и в душе покачал головой.
Грубый на словах, мягкий в душе – такой уж характер...
- Считай, тебе повезло, - сказал Е Цзинь. - Может быть, на этот раз действительно удастся найти Чжоу Цзюэ.
- Серьёзно? - Чу Юань немного удивился. - Почему?
- Мы практически наткнулись на него прошлой ночью, - Е Цзинь в общих чертах объяснил, что произошло в деревенском доме, а затем спросил: - Хочешь, дам тебе подходящее снадобье?
- Что за снадобье? - Чу Юань пришёл в замешательство.
- Чтобы член не падал! - Е Цзинь скривил губы. - Они подготовили для тебя семь или восемь девушек.
Чу Юань:...
- Что думает по этому поводу император? - спросил Шэнь Цяньфэн со стороны.
- Такого мне в голову не приходило, - задумчиво произнес Чу Юань. - Я думал, что готовиться тайное покушение, а оказалось – "медовая ловушка".
- Что ты собираешься делать дальше? - спросил Е Цзинь.
Чу Юань сказал:
- Занять выжидательную позицию.
Е Цзинь с отвращением сказал:
- Ты планируешь использовать замысел противника к своей выгоде?
Если подумать об этом, мурашки по спине – семь-восемь девушек, а?!
- Конечно, нет, - Чу Юань засмеялся. - Судя по этой ситуации, Чжоу Цзюэ, должно быть, тайно планировал это в течение долгого времени. Даже если мы будем стоять на месте, однажды он раскроет свою цель, и у меня такое чувство, что этот день не за горами. Так зачем суетиться?
- Разве ты не рискуешь утратить инициативу? - Е Цзинь нахмурился.
- Нет, - Чу Юань покачал головой. - Теперь мы в курсе ситуации, поэтому обязательно подготовимся. Это не называется утратить инициативу, это называется – оставаясь неизменными, отвечать множеству происходящих перемен[4].
[4]以不变应万变 yǐ bùbiàn yìng wànbiàn справляться со всеми метаморфозами стойкостью; оставаясь неизменными, отвечать множеству происходящих перемен.
Е Цзинь налил себе чаю и выпил его:
- Похоже, ты в уме уже имеешь готовый бамбук[5], так что подождём.
[5] 胸有成竹 xiōng yǒu chéng zhú досл. в душе (в уме) иметь готовый бамбук [прежде чем начать рисовать его]; обр. иметь ясное представление о способе решения задачи, иметь готовый план в голове, быть в полной готовности.
- А как насчёт вас? - спросил Чу Юань. - Я получил письмо, в котором говорилось, что вы хотите приехать сюда, но объяснения причин не было.
- Я услышал о чудотворной силе этого места и хотел прийти, чтобы воскурить благовония, но теперь я вижу, что моя поездка была напрасна. Однако, оказывается, что Чжоу Цзюэ хорошо подготовился. Удивительно, но ему удалось всех надуть, - Е Цзинь протянул руку и резко указал на Шэнь Цяньфэна. – Глава альянса боевых искусств, тебе не стыдно?
Шэнь Цяньфэн:...
- А как насчёт Сюаньхая? - снова спросил Чу Юань.
- Сюаньхай найден, он у Шаоюя, - сказал Е Цзинь. - Му Ханье следовал за нами всю дорогу, и сейчас он тоже должен быть здесь, печать Бикуань у него.
- Значит, в ближайшее время мы узнаем секрет Жилы водяного дракона? - Чу Юань был вне себя от радости.
- Ты слишком много думаешь, - Е Цзинь хладнокровно разочаровал его. - Возможно, что премьер-министр прошлой династии просто хотел выжить, поэтому и наговорил кучу ерунды. Нефрит Сюаньхай выглядит как обычный кусок нефрита.
- В таком случае надо сперва взглянуть на него, а потом уже вернуться к вопросу, - сказал Чу Юань. – Мы хотим немедленно вызвать Му Ханье.
- Ты видел его раньше? - спросил Е Цзинь.
Чу Юань покачал головой:
- Страна Цийзюэ расположена глубоко в пустыне и всегда была очень мирной. Если Му Ханье сам не придёт к Нам, у Нас нет причин идти к нему.
- Тебе нравится Цинь Шаоюй? - снова спросил Е Цзинь.
Вопрос прозвучал неожиданно, и Чу Юань на мгновение растерялся:
- Хозяин дворца Цинь – твой друг, поэтому... конечно, Мы...
- Говори правду, - Е Цзинь резко оборвал его, - лицемер!
Чу Юань вздохнул:
- Он слишком самовлюблённый и высокомерный, с таким, как он, сложно установить близкие отношения.
- Тогда Му Ханье тебе тоже не понравится, - сказал Е Цзинь. – У них очень похожие характеры, они как братья.
- Вот как? - Чу Юань слегка нахмурился.
- Но не волнуйся, никто из них не позарится на императорский трон, - Е Цзинь вовремя озвучил суть.
Чу Юань почувствовал себя немного беспомощно.
- Я пошлю кого-нибудь сообщить ему, - сказал Е Цзинь. - Если мы действительно сможем узнать секрет Жилы водяного дракона, это будет хорошо для Му Ханье и для тебя, так что, по крайней мере, по этому вопросу вы должны быть в состоянии говорить спокойно.
- Расширение территории Цицзюэ создаст угрозу границам царства Чу, - Чу Юань помог ему поправить волосы и вздохнул. - Знаю, что в глубине души ты презираешь такое, но Мы – глава страны, и должны чётко всё обдумать.
- Если Цицзюэ погибнет, Королевство Ракша сразу же вторгнется, и это создаст куда большую угрозу границам Чу, - сказал Е Цзинь с отвращением. - По крайней мере, за Му Ханье ещё можно как-то ручаться, но Пигу Третий - звучит очень пошло, кто знает, может быть, он вообще пробивает дно.
Чу Юань рассмеялся.
- Но сейчас не время обсуждать это, - сказал Е Цзинь. - Чжоу Цзюэ - самая большая проблема на данный момент.
Чу Юань кивнул и сказал:
- Ты знаешь, что случилось с его королевой?
Е Цзинь был крайне возмущён:
- Почему тебя это интересует? Простой народ любит сплетни, но уместно ли это для главы государства?
- Му Ханье написал Нам ранее, что его королева сбежала, поэтому он хотел приехать в Чу, чтобы разыскать её, - сказал Чу Юань. – Это было длинное-предлинное письмо, где в более тысячи слов он сетовал и плакался, что если он не сможет вернуть королеву, ему больше не стоит жить. Нам трудно не быть любопытным.
Е Цзинь схватился за голову – Му Ханье такой же бесстыжий и бессовестный, как и кое-кто из дворца Погони за Тенью.