Глава 28. Друзья-шакалы: эффект дежавю
- Почему ты хочешь рассказать ночью? - Шэнь Цяньлин насторожился, как только услышал это. - Только не говори, что скажешь в обмен на поцелуй или ещё какую-нибудь пакость!
- Потому что сейчас я хочу хорошенько поесть, - Цинь Шаою подхватил его на руки и с лёгкостью понёс к горе.
В тот вечер Му Ханье действительно привёл своих людей во дворец Погони за Тенью. Он не только принёс ледяной нефрит, который обещал Тиету Лаосан, но и угостил Шэнь Цяньлина некоторыми деликатесами из пустыни. Даже комок перьев получил нитку бус из мидий песчаного озера.
Маленький феникс был очень доволен, надел её себе на шею и стал крутиться туда-сюда. По сравнению с обычным жемчугом, бусины пустынных мидий намного легче, поэтому больше не нужно беспокоиться о том, что жемчуг будет давить на шею. И блеск более сияющий, особенно при свечах.
- Чирик! - комок перьев был опьянен самим собой. Он прыгнул обратно в своё мягкое гнёздышко и удовлетворённо покачал головой. Это было так красиво!
- Скажи скорее, - Шэнь Цяньлин помылся, улёгся и стал уговаривать Цинь Шаоюя.
- Сколько бы красавиц ни было в мире, мне нужна только она, - быстро сказал мастер Цинь.
Шэнь Цяньлин на мгновение растерялся:
- Что?
Цинь Шаоюй был ещё более озадачен:
- Разве ты не хочешь, чтобы я говорил слова любви? Или ты хочешь на этот раз услышать любовные стихи?
Я хочу, чтобы ты рассказал о своём разговоре с Му Ханье. Кто хочет, чтобы вы говорили о любви? Шэнь Цяньлин разозлился:
- Не меняй тему!
Цинь Шаоюй рассмеялся и сжал его пальцы:
- Ни ахалтекинец, ни Хуан Дасянь не представляют большой проблемы. Я сказал, что в будущем будут проблемы, имея в виду печать Бикуань.
- Бикуань? - Шэнь Цяньлин слегка нахмурился. - Тогда почему ты оставил её во дворце Погони за Тенью? Её хозяин здесь, вполне естественно вернуть печать как можно скорее.
- Даже если она будет в королевстве Цицзюэ, если что-то случится в будущем, я боюсь, что дворец Погони за Тенью не сможет остаться в стороне, - сказал Цинь Шаоюй. - Оставим её. По крайней мере, если что-то пойдёт не так в будущем, инициатива будет в наших руках.
- Что это значит? - Шэнь Цяньлин не стал сворачивать с истинного пути.
- Обмен на поцелуй, - сказал Цинь Шаоюй.
Шэнь Цяньлин:...
Когда же этот дурной вкус исчезнет?
Цинь Шаоюй перевернулся и прижал его к себе, нежно целуя в мягкие губы.
Силы были настолько несопоставимы, что Шэнь Цяньлину пришлось послушно сотрудничать, а затем, спустя долгое время, оттолкнуть его:
- После поцелуя продолжай.
Цинь Шаоюй сказал:
- Один поцелуй за одно слово.
- Тогда разве мне не придется поцеловать тебя до следующего года? Потому что эта история, похоже, очень длинная! - Шэнь Цяньлин рассердился: - Поторопись!
Цинь Шаоюй рассмеялся, протянул руку и снова стал тискать его живот, затем заключил его в объятия и медленно рассказал ему то, что он узнал сегодня.
Амбициозное королевство Ракша[1] на севере уже давно жаждет плодородных земель Великой Чу. Причина, по которой они сдерживаются, заключается, во-первых, в том, что они не знают силы армии Чу, а во-вторых, в том, что между королевством Ракша и Великой Чу существует королевство Цицзюэ. Хотя королевство Цицзюэ невелико, оно представляет из себя абсолютную крепость. Если армия ракшасов хочет войти в Великую Чу, они должны пройти через королевство Цицзюэ.
[1]Вообще-то, как мы помним, Ракша, она же Лоча – это Россия, страна демонов, дров и керосина. Но во времена Древнего Китая речь, видно, всё же о чём-то другом:
- Я видел на карте размеры королевства Ракша, боюсь, что туда поместится десяток королевств Цицзюэ, - Шэнь Цяньлин был озадачен: - Они действительно не могут захватить королевство Цицзюэ?
- Дело не в том, что не могут, а в том, что не смеют, - сказал Цинь Шаоюй. - Хотя я и не сражался с Му Ханье, но по его фигуре я могу сказать, что он, очевидно, мастер.
- И что, если один человек мастер? - Шэнь Цяньлин всё ещё не мог понять.
- Я тоже был один против десятков тысяч солдат Мобэя, когда вытаскивал тебя из их логова, - Цинь Шаоюй ущипнул его за нос.
Шэнь Цяньлин:...
Шаося, не меняй тему.
- На самом деле для одного человека нет ничего особенного в том, чтобы быть мастером высоких боевых искусств, - сказал Цинь Шаоюй. - Но Му Ханье хорошо владеет боевыми искусствами и умеет хорошо разговаривать, и, должно быть, он ненамного хуже управляет страной. Должно быть, нелегко в одиночку сдерживать армию ракшасов. Это также причина, по которой я хочу отправиться в Цицзюэ, чтобы взглянуть на него.
- А как насчёт императора? – спросил Шэнь Цяньлин. - Если королевство Ракша всегда было амбициозным, император не мог не заметить этого. Кроме того, на этот раз там ещё и Чжоу Цзюэ, так что опасность увеличилась.
- Причина, по которой королевство Ракша согласилось на просьбу Чжоу Цзюэ, вероятно, заключалась в том, что они хотели проверить, на что способен Чу Юань, - сказал Цинь Шаоюй. - В конце концов, если вы поставите дурака в авангарде, вы избавите себя от многих неприятностей.
Шэнь Цяньлин сразу же представил сцену, в которой низкий, подлый, толстый тип повсюду лезет напролом, и недобро рассмеялся.
- Поросёнок, - Цинь Шаоюй опустил голову и поцеловал его в лицо с нежной улыбкой в глазах.
- Тогда что произошло между императором, королевством Ракша, Чжоу Цзюэ и королевством Цицзюэ? - Шэнь Цяньлин обнял его за шею. - Какое это имеет отношение к нам?
- Даже если никакого, Чу Юань сам подойдёт к двери, - сказал Цинь Шаоюй. - Более того, по словам Му Ханье, на этот раз Чжоу Цзюэ нашёл множество низкопробных сект в Цзянху в качестве помощников. Так что Цяньфэну и Е Цзиню тоже придётся вмешаться. Независимо от того, насколько это коснётся государства, мы не сможем сидеть сложа руки.
- Да... - Шэнь Цяньлин вздохнул. - У меня болит голова, когда я это слушаю.
- В этом нет ничего особенного, - Цинь Шаоюй наморщил лоб. - Дела закончены, отдохни как следует.
- Если бы я знал это, я мог бы с тем же успехом вернуть тебя в свой предыдущий мир, - Шэнь Цяньлин скривил губы. - Я бы зарабатывал деньги, а тебе не нужно было бы ничего делать дома, ты мог бы просто наслаждаться горячей едой!
Это действительно очень ободряет.
Цинь Шаоюй расхохотался и крепко сжал его в своих объятиях.
Ночь в горах тихая, а лунный свет нежен, как вода.
Ночью хорошо спится.
Рано утром следующего дня они оба проснулись от чириканья птенца. Шэнь Цяньлин протёр глаза, приподнялся и увидел, что пушистый шарик снова стоит перед зеркалом, чтобы полюбоваться жемчужиной, маленькие чёрные глазки-фасолины были взволнованы.
Ну вот опять... Шэнь Цяньлин безвольно лежал на пузе. Ты играл с древними духовными камнями, почему тебя так заинтересовала эта нитка бус? От неё никакого толку.
- Они меняют цвет, - объяснил Цинь Шаоюй.
- Да? - услышав эти слова, Шэнь Цяньлин снова взглянул на неё и, конечно же, обнаружил, что прошлой ночью первоначально белые, жемчужины под лучами солнца приобрели светло-золотистый оттенок, который соответствовал пушку маленького феникса.
- Они бесценны, - сказал Цинь Шаоюй. - Му Ханье очень щедр.
- Надо же! - Шэнь Цяньлин был удивлён.
- Поскольку это подарок моему сыну, он, естественно, не может быть ординарным, - Цинь Шаоюй воспринял это как должное.
Шэнь Цяньлин расстроенно сказал:
- Но мне он дал банку фиников в меду и три связки сосисок. Почему такая разница?
Цинь Шаоюй рассмеялся:
- Вот потому я и сказал, что он умный. Он подарил нашему сыну редкие сокровища, а тебя он угостил фирменными десертами. Первое он сделал из вежливости, а второе - из опасения, что я буду ревновать.
Шэнь Цяньлин:...
Не слишком ли это?
- Хозяин дворца, - страж сказал за дверью. - Гость уже встал.
- Давай тоже вставать, - Цинь Шаоюй сел, держа Шэнь Цяньлин на руках. - Вместе поедем в горную деревню Инся.
- Брат Цинь, мастер Шэнь, - когда они вдвоём пошли в столовую, Му Ханье уже ждал их там.
- Чирик! – у маленького феникса также сложилось хорошее впечатление о человеке, подарившем ему жемчужины, поэтому он наклонил голову, чтобы дружелюбно посмотреть на него, и даже потёрся о него головой.
Это так мило!
Шэнь Цяньлин:...
Добавьте немного стиля.
- Эта нитка бус достойна только древней священной птицы, - сказал с улыбкой Му Ханье. - Это можно рассматривать как подарок меча герою.
Маленький феникс поднял голову и очень властно защебетал.
Шэнь Цяньлин был удивлён и сел за стол, держа его в руках.
- Благодарю вас, король.
- Молодой господин слишком вежлив, - сказал Му Ханье. - Кроме того, если бы не великая праведность хозяина дворца Цинь, я боюсь, что Хуан Юань пострадал бы от Сан Бай Гу. Такого рода услугу нельзя оценить простой ниткой жемчуга. Даже если бы я исчерпал все сокровища своего королевства, боюсь, этого было бы недостаточно.
Шэнь Цяньлин:...
Не слишком ли ты преувеличиваешь роль этого старшего брата?
Цинь Шаоюй кивнул и сказал:
- Брат Му, не волнуйся, я обязательно найду возможность передать это Хуан Дасяню.
Му Ханье рассмеялся:
- Спасибо, я знаю, что брат Цинь - открытый человек.
Шэнь Цяньлин лишился дара речи: такого рода друзья-шакалы создают эффект дежавю.
После ужина они втроем спустились с горы по узкой дороге и проехали на конях на север. Несмотря на то, что место, которые Цинь Шаоюй устроил для Хуан Дасяньа, был очень хорошо укрыто, дорога была не слишком далёкой, и потребовалось всего три часа, чтобы добраться до него с некоторыми остановками. Среди горных массивов появилась изящная вилла, которая выглядела очень красиво в лучах яркого неба.
- Мы с Лин не будем участвовать в этом веселье, - сказал Цинь Шаоюй. - Брат Му, пожалуйста, сделай всё сам.
Му Ханье кивнул:
- Не волнуйся, я не забуду, что обещал тебе. Во-первых, я не буду заставлять его, а во-вторых, я не буду груб с ним.
- Я, естественно, могу этому доверять, - сказал Цинь Шаоюй. - Иначе я бы не привёл тебя сюда.
Му Ханье улыбнулся, повернулся и вошёл в дом.
Шэнь Цяньлин испытал лёгкое сожаление, потому что все люди по натуре сплетники, и даже главный герой всех сплетен не исключение.
Цинь Шаоюй остановился, подхватил его на руки, запрыгнул на большое дерево и сквозь густые ветви увидел Хуан Дасяня, который прохлаждался во дворе.
- Что, если бы это был ты? – спросил Шэнь Цяньлин. – Что бы ты сделал, если ты я не захотел пойти с тобой?
- А ты бы не захотел пойти со мной? - Цинь Шаоюй задал риторический вопрос.
В этом нет ничего невозможного! Шэнь Цяньлинь разозлился: что значит этот самоуверенный взгляд? Я вполне могу влюбиться в кого-то другого! Очень даже запросто.
Цинь Шаоюй сдержанно улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать его в губы.
Во дворе дул прохладный ветерок, Хуан Дасянь лежал в глубоком кресле, скрестив ноги и глядел на облака.
Затем прямо над ним внезапно появилось лицо.
Внезапно! Появилось! Лицо!
Дядя, ты напугал меня до смерти!
- Ааааа!!! - Хуан Дасянь неожиданно завопил.
Несмотря на то, что их разделяло некоторое расстояние, Шэнь Цяньлин был потрясён.
Крик было трудно слушать.
Если он может кому-то нравиться, это определённо настоящая любовь!
- Так рад видеть этого короля? - Му Ханье, казалось, улыбался.
Хуан Дасянь вскочил и бросился прочь.
В результате он не только не убежал, но и оказался в чьих-то объятиях!
- Ты выдумал фальшивую личность, но я не ожидал, что и все лица были фальшивыми, - Му Ханье ущипнул его за подбородок. - Без этих неприглядных оспин ты выглядишь более привлекательно.
- Цинь Шаоюй!!! - Хуан Дасянь был печален и зол.
Я знал, что он мошенник и аферист!
- Мы снова встретились после долгой разлуки, а ты зовёшь другого мужчину, - Му Ханье поцокал языком, в его глазах промелькнуло что-то недоброе. – Ты такой наивный, будь осторожен, этот король будет недоволен.